Глава пятнадцатая. Спасти Сесиль

Пожалуй, была только одна плохая новость – это то, что мы никак не могли помочь Сесиль, хотя и пытались. Дхан Тосано организовал слежку за особняком, где держали девушку. Причем делали это люди, которых никто бы не связал с монастырем. Какие-то попрошайки, бродяги и малолетки из бедных кварталов.

К сожалению, слежка за Исхремом не дала результатов. Дом директора школы был защищен от пространственной магии, так же как школа или ратуша, в которых он проводил много времени. Классическая слежка тоже не помогла: Исхрем как-то почувствовал «хвост» и очень умело избавился от него. Дхан приказал снять наблюдение, поскольку решил, что раз директор легко скрылся от профессионалов (а на это дело он послал лучших), то в следующий раз Исхрем может поймать и допросить кого-то из шпионов.

Лысый невысокий Дхан оказался незаменим во многих «темных» делах. Круг его знакомств явно включал людей, которые не ладят с законом. Когда я же поинтересовалась такими странностями у настоятельницы, она ответила:

– Дхан не всегда был монахом.

– Неужели он был криминальным авторитетом?

– Ох, нет, – рассмеялась Тониа. – Он принадлежал к теневому ведомству и занимался разведкой. После одного из дел решил, что оставаться в системе опасно, инсценировал свою смерть и, скажем так, вышел на пенсию.

– И его бывшие начальники не в курсе, что он здесь?

– Кто-то из руководства, конечно, знает, но для многих своих коллег Дхан официально мертв, что не мешает ему время от времени пользоваться старыми связями.

– Зовут его, наверное, по-другому, – предположила я.

– Сейчас его зовут Дхан Тосано.

После этого разговора у меня появились догадки относительно того, как Тониа раздобыла мне документы за такой короткий срок и откуда на них появилась печать о пересечении границы.

К сожалению, слежка не давала результатов. Рыжей девушки наблюдающие не видели, а подвеска на магии крови показывала, что Сесиль по-прежнему в особняке Донана ди Рирати. Сам напыщенный аристократ трижды покидал поместье, каждый раз на несколько дней, но ни в каких сомнительных делах замечен не был.

Гаспар осторожно, чтобы не вызвать подозрений, начал проверять других выпускников школы и обнаружил подозрительные вещи. Во-первых, «погибшие» имели особые таланты или средний уровень дара, что по нынешним временам очень неплохо. Во-вторых, как правило, это были небогатые юноши и девушки, которые приехали издалека. В-третьих, восемь из десяти проверенных оказались сиротами или совершенно не общались с родственниками. Конечно, Гаспар пока проверил не всех, но вырисовывалась очень неприятная картина. Воровали тех, кого не стали бы слишком тщательно искать.

Сегодня после утренней тренировки ко мне подошел Дхан.

– Мои наблюдатели доложили, что карета, в которую сели рыжая девушка и высокий мужчина, полчаса назад отъехала от особняка по северной дороге в сторону Белых озер. С ними десяток стражников. Карета коричневая с белом гербом.

– Есть идеи о том, куда они направляются? – поинтересовалась я, одновременно создавая разведчика и выводя его повыше, чтобы обнаружить карету. На дороге скрыться им от меня будет непросто.

– У ди Рирати есть имение как раз в той стороне. Думаю, они двинулись к нему.

– Нашла!

Действительно, карета запряженная парой лошадей, довольно быстро двигалась в сторону от столицы. Сопровождающий отряд разгонял с дороги пешеходов и заставлял потесниться крестьянские повозки.

– Долго им еще ехать до имения? – спросила я.

– При такой скорости два дня. Скорее всего, им придется ночевать в небольшом городке по пути.

– Отлично! Как раз к вечеру я восстановлю магию и смогу перенести девушку сюда.

Мы уже обговаривали такую стратегию. С тренировками настоятеля мой резерв вырос настолько, что я могла без страха телепортировать взрослых людей. Конечно, на всякий случай, кристаллы я тоже заряжу. Мало ли что?

По мнению Дхана, обнаружив пропажу, ди Рирати должен будет связаться с тем, кто отдал ему Сесиль. Мы надеялись, что это будет не Исхрем. Может быть, удастся вскрыть хотя бы часть преступной группировки, которая торговала магами. В любом случае сейчас я ничего сделать не могу – нужно ждать вечера.

День тянулся медленно. Примерно через каждые два часа я запускала разведчик по координатам подвески Сесиль и находила карету. Наконец, когда стемнело, путешественники остановились, но не на постоялом дворе небольшого городка, который располагался на пути в поместье ди Рирати, а на поляне, недалеко от тракта.

Видимо, Донан не хотел, чтобы их с Сесиль видел кто-то посторонний, даже ночевать был согласен в палатке. К слову, он приказал поставить общую для них с девушкой. Мы с Ниилит переглянулись, поняв друг друга без слов. Этого аристократишку надо как-то нейтрализовать. Но как?

Выход придумал Дхан.

– Маша, ты могла бы открыть маленький портал над бокалом ди Рирати? Прямо в его вино я подолью снотворное. Уже темно, никто не должен заметить.

Так и сделали. Буквально минут черед десять Донан начал клевать носом, а потом, зевнув, встал с раскладного стула, на котором сидел, и направился к палатке.

– Идем. – Он повелительно махнул рукой Сесиль. – Поможешь мне раздеться.

Девушка последовала за ним. Рирати не видел, но мы заметили, какой ненавистью вспыхнули глаза рыжей магички. Молодец! Она не сдалась, не сломалась. Донан сумел добраться до палатки, но на этом его подвиги закончились: он рухнул на расстеленное покрывало и захрапел.

Я тут же открыла портал.

– Сесиль! Наконец-то, – сразу же заговорила Ниилит.

Девушка вздрогнула и начала оглядываться. В палатке было темно, и открывшееся портальное окно она не увидела.

– Не туда смотришь!

– Ниилит? – несмело предположила Сесиль, узнав голос. – Где ты?

– Конечно, это я! Меня тут нет, но я нашла портальщицу, её зовут Маша. Она маг с большим резервом, и сейчас мы вытащим тебя оттуда и запрячем так, что ди Рирати никогда не найдет!

– Не получится, – тяжело вздохнула девушка и вместо ответа расстегнула ворот платья. На её шее был застегнут кожаный ошейник, который в магическом зрении походил на клубок змей, настолько сильно сплелись магические нити. – Хозяин запретил мне далеко от него отходить. Я не могу нарушить приказ, иначе задохнусь.

М-да, это было то, к чему мы не готовились, но слишком сильно менять планы не хотелось.

– Сесиль, меня зовут Маша. Сейчас я закрою портал, мы посоветуемся, а потом вернемся. Мы обязательно что-нибудь придумаем. У нас тут есть опытные маги разных направлений. Мы тебя не оставим.

– Хорошо, я поняла, – кивнула девушка. Показалось, что она не слишком верит моим словам.

– Итак, как снять эту гадость? – спросила я, как только закрыла портал.

– Никак, – пожал плечами Дхан. – По крайней мере, так говорят. Раньше подобные ошейники надевали на магов большой силы за серьезные преступления. Клятву такие маги могли обойти, а ошейник фактически превращал их в рабов, почти полностью закрывая доступ к собственному источнику. Сейчас такие вещицы встречаются редко, они сложны в изготовлении и бесполезны, поскольку лишают магов силы. Ошейники отличаются друг от друга свойствами и качеством материала, из которого сделаны. Есть кожаные и металлические, бывают даже с полудрагоценными или даже с драгоценными камнями. Последние самые дорогие и надежные, поскольку количество заклинаний, которые на них можно повесить, гораздо больше. Однако все эти разновидности объединяет одно: снять их может только тот, кто надел.

– То есть даже не хозяин… – задумчиво произнесла я. – Хорошо. Задам вопрос по-другому. Как нивелировать негативные эффекты ошейника.

– Хм, – бывший теневик едва заметно улыбнулся, – самый простой способ: убить хозяина.

– Убить? Почему тогда преступники не...

– Все не так просто, – перебил Дхан. – Сделать это должен кто угодно, но только не раб. Если маг в ошейнике нападет на хозяина, не важно – своего или другого раба – то ему будет очень несладко. Его собственная магия обратится против него, а если раб сможет убить хозяина, то и сам умрет тоже. Умрет медленно и мучительно.

У меня даже мурашки по коже пробежали от того, каким тоном сказал это Дхан.

– То есть, если Донан ди Рирати погибнет, то ошейник снимется? – уточнила я.

– Нет. Ошейник так и останется, но можно будет подцепить нить заклинания и закрепить на себя.

– В смысле?

Дхан провел рукой, и передо мной развернулась 3D картинка. Четкая, яркая и даже слегка движущаяся. Основная направленность магии Тосано – иллюзии, и это не удивительно, если вспомнить о его бывшей работе. Сейчас он показывал магические плетения ошейника. Одна нить, словно оборванная, выглядывала из тугого переплетения потоков.

– Все довольно просто. Подцепить нить и прикрепить к своей ауре. Вот так. Обрати внимание, надо присоединить её к широким магическим каналам. Если каналы не будут питать присоединяющую нить, то она порвется.

– Получается, что только маг может владеть таким рабом с ошейником? Ведь у обычных людей магические каналы не развиты.

– Верно. Однако нить может находиться в свободном состоянии довольно долго. В это время никаких негативных эффектов у ошейника нет.

– Только снять его по-прежнему невозможно, – закончила Ниилит.

– Ладно, – я старалась мыслить в другом направлении. – Тогда следующий вопрос. Сесиль сказала, что задохнется, если нарушит приказ. Как действует магия ошейника? Она парализует легкие? Как ошейник фиксирует нарушение? Если мы вытащим девушку, а не она сама пройдет через портал, будет ли это считаться нарушением?

– Будет. Потому что при этом приказе магия ошейника определяет, есть ли рядом хозяин. Если он вышел за пределы определенного диаметра, то ошейник наказывает. Не важно, по какой причине это произошло. Хозяин виноват, раб или вовсе посторонние люди – это артефакт не определяет. Наказание бывает разным. Некоторые ошейники начинают нагреваться, другие бьют током, тут все зависит от фантазии создателя.

– Тогда давайте спросим у Сеси, что у неё за ошейник, – предложила Ниилит.

Возражений не последовало, поэтому я вновь открыла портал в палатке, где храпел ди Рирати. Здесь ничего не изменилось, разве что теперь Донан был укрыт, и сапоги с него девушка все же сняла.

– Ошейник сжимается, – ответила Сесиль на наш вопрос. – Если отойду недалеко, то совсем немного, а если расстояние между нами больше трехсот шагов, то все сильнее и сильнее. Он затягивается, как удавка.

– Можно попробовать поставить магический щит от физических воздействий между шеей и ошейником. Таким образом, он не будет давить на кожу, – предложила я. – Или найти металлическую полоску и закрепить её под ошейником. Правда, где сейчас найти такую штуку…

– Меня больше смущает другое… – в нашу беседу вдруг вмешался Дхан Тосано. – Сесиль, зачем он вообще надел на тебя этот ошейник? Ведь если ди Рирати хотел ручного мага, то взял бы клятву, но по какой-то причине он надел ошейник, который лишает магической силы. Зачем?

– Хотел меня наказать, – ответила девушка. – Вы ведь уже знаете, что магов принуждали давать клятву служения, и о том, что договор, заключенный с государством, не действует?

– Да, в общих чертах, – ответил Дхан.

– Тогда расскажу подробнее. За день до похищения меня вызвали в ратушу, – начала Сесиль. – Оказалось, что по непонятной причине моё имя в книге-артефакте почернело. Я сама видела это. Исхрем, который так же присутствовал, пообещал во всем разобраться. На следующий день он со мной встретился в небольшом кафе и предложил сделку, раз так сложились обстоятельства. Убеждал меня не работать на государство тридцать лет, а заключить магический договор или принести клятву служения надежному, уважаемому человеку. Всего-то нужно было поработать пять лет, а после Исхрем обещал сделать документы, неотличимые от настоящих, и отпустить на свободу.

– И в качестве «надежного» человека тебе представили Донана ди Рирати? – предположила я.

– Да, так и было. Склоняли к клятве. Говорили о том, что если эта афера вскроется, то мне ничего не будет, поскольку я всегда могу сказать, что меня принудили. Исхрем, кстати, показывал договор на артефактной бумаге, и в нем условия, прописанные для магов, были довольно выгодные.

– Но согласиться дать кабальную клятву, без каких-то гарантий… – с сомнением произнес Дхан.

– Это еще не все. Я отказалась и от договора, и от клятвы. Все это выглядело подозрительно. Тогда Исхрем воспользовался внушением в полную силу и даже, вроде бы, каким-то артефактом, – с грустью сказала Сесиль. Ниилит ахнула, а Дхан нахмурился. – Полагаю потом выпускники приходили в себя, но было поздно. Со мной этот способ не сработал из-за врожденной особенности: внушение на меня почти не действует. При воздействии ментальной магии начинает болеть голова. Чем больше воздействие, тем сильнее болит. Тогда боль оказалась настолько ужасная, что я упала в обморок. Очнулась уже в особняке ди Рирати.

– Погодите, даже если представить, что у Исхрема есть предрасположенность к ментальной магии, разве мог он выдать настолько сильное внушение? У него средний уровень дара, – не то, чтобы я не верила Сесиль, но откуда такие способности у директора магической школы?

– Это мог быть артефакт, который усиливает уровень дара, – предположил Дхан.

– А ведь верно! Как я об этом не подумала! – воскликнула Сесиль, Ниилит на неё шикнула, но рыжая заявила: – Не волнуйся, можно говорить свободно, палатка защищена от прослушивания.

Получается, что тут есть артефакты, усиливающие способности магов? Ничего себе! Почему тогда они не используются повсеместно?

– Они запрещены, поскольку при их создании используется магия крови и энергия жизни, – ответил Дхан, и только тут я сообразила, что задала вопрос вслух.

– Энергия жизни? Что это такое?

– Когда умирает живое существо, то выделяется особая энергия, которая используется в магии крови. Больше всего её выделяется при смерти одаренного человека. То есть, как минимум один маг должен умереть, чтобы такой артефакт работал, – пояснил бывший теневик.

– Кроме этого, артефакты силы увеличивают только одно направление магии. Телекинез, пиромантию или вот менталистику, – добавила Ниилит.

– Теперь понятно, – кивнула я. – Но вернемся к вопросу об ошейнике. Сесиль, почему ди Рирати надел на тебя эту мерзость? Я так понимаю, клятву ты так и не принесла?

– Нет.

– Если я правильно посчитал, ты держалась больше месяца и не сломалась… – с уважением произнес Дхан.

– На самом деле, моей заслуги в этом нет. Это из-за того, что он, – Сесиль пихнула храпящее тело, – считает себя неотразимым красавцем, способным свести с ума любую женщину. А уж тем более какую-то безродную магичку.

Я внимательно вгляделась в мужчину. Высокий рост, широкие плечи, довольно подтянутая фигура, хотя, конечно, без одежды я его не видела, но в целом, он неплохо выглядит. Лицо тоже интересное: нос с горбинкой (правда, немного длинноватый), пухлые губы, высокий лоб. Однако красавцем я бы его не назвала. Ничего особенного, не урод, конечно, но и не король красоты.

– Значит, поняв, что ментальная магия не сработала, Донан решил добиться клятвы, соблазнив вас, – уточнил Дхан.

– Да. Я сделала вид, что не понимаю, что произошло. Повезло, что Исхрем не знал о моей особенности и не связал обморок с внушением. Я изобразила частичную потерю памяти, такое бывает при интенсивном ментальном воздействии. Обычно воспоминания возвращаются через пару дней, но я усердно притворялась почти три недели. Исхрем не решился повторно использовать внушение, потому что боялся других негативных последствий, зато Донан уверился, что сможет меня соблазнить. Он полагал, что ради него я буду готова дать клятву или хотя бы подписать договор.

– И что ты должна была делать, согласно договору?

– Вот здесь очень странно. Текст договора действительно был на пять лет работы. В нем оговаривались условия, которые должен предоставить заказчик, заработная плата и новые документы. Я сказала, что хочу изменить кое-что, и Донан с радостью согласился. Как мне кажется, с этим договором что-то неладно, хотя он на артефактной бумаге.

– Скорее всего, – согласился Дхан. – Вы ведь подписывали бумаги при поступлении, а потом после выпускных экзаменов. Исхрем смог нарушить договор, значит, и этот сможет обернуть в свою пользу.

– Я тоже так решила и подписывать его не стала. Притворилась больной и попробовала сбежать. Не получилось. Потом Исхрем узнал о моей способности сопротивляться внушению и приказал Донану убедить меня «по-плохому». Хоть ди Рирати и подонок, но не совсем опустившийся. Он не стал приковывать меня в подвале и пытать. Решил сначала проучить, но моя магия всегда со мной. Конечно, бытовички не считаются опасными, я устроила ему множество сюрпризов. Сначала ди Рирати терпел, но потом взбесился. Пригласил какого-то хмыря, и тот надел на меня ошейник. Донан сказал, что снимет его только после того, как я принесу клятву.

– Все равно он – сволочь! – Ниилит высказала нашу общую мысль.

Сесиль не вдавалась в подробности, как ди Рирати пытался её убедить, но злость и презрение в голосе девушки невозможно было не услышать.

– А можно еще один вопрос? – прервала я молчание. – Разве ошейник не может принудить тебя выполнить любое повеление хозяина?

– Нет, – отрицательно покачал головой Дхан. – Это слишком сложно. Магия ошейников может принудить только к самым простым действиям: не отходить далеко, стоять, сидеть, лечь и так далее. Если ошейник из металла, то тут больше вариантов. Можно приказать не есть, не пить, не брать какую-то вещь. У ошейников с драгоценными и полудрагоценными камнями функции самые сложные, но даже у них максимум, что можно приказать – защитить хозяина, сражаться с кем-то или, наоборот, не причинять вред, говорить правду, хотя в последнем случае, надо четко формулировать вопрос.

– Ладно, с этим закончили, – признала я. – Теперь вернемся к главному: как нам освободить Сесиль?

– У меня есть идея. А что если пропитать ткань раствором колодочника и масла любицвета и, пока она не затвердела, подложить под ошейник, – предложила Ниилит.

– Это может сработать! – заявил бывший теневик. – Только надо будет действовать очень быстро, а потом укрепить получившийся материал с помощью магии.

– Спасибо, что пытаетесь помочь…– прошептала Сесиль.

– Поспи немного, мы навестим тебя через пару часов, – мягко сказал Дхан.

Дальше началось приготовление раствора. Суть в том, что если пропитать ткань этим средством, то через какое-то время она твердела. Правда, ингредиенты были довольно дороги. Поскольку моей помощи пока не требовалось, я решила немного поспать. Однако по пути в свои комнаты встретила настоятельницу. Оказалось, ей уже рассказали о проблеме с ошейником, но поговорить со мной она хотела не поэтому.

– Идем, я кое-что покажу, – Таниа довела меня до храма. Мы вошли внутрь и поднялись на крышу. Указав за стену монастыря, настоятельница спросила: – Сможешь открыть разведчик там, где стоят первые дома на улице?

По прежнему ничего не понимая, я сделала, как мне велели, и сразу же опознала мужчину, сидящего на скамейке в тени дома. Именно он руководил ищейками, которых пустили по следу Ниилит. Казалось, маг просто сидел и разглядывал окружающие дома и монастырь, но я-то знала, кого он ищет. Будто что-то почувствовав, он повернул голову и посмотрел точно на разведчик. Я передернула плечами. Странный мужик, взгляд, словно рентген.

– Он сегодня весь вечер здесь чего-то вынюхивал, – пояснила настоятельница, – знаешь, кто это?

– Один из ищеек, что разыскивал Ниилит. Похоже, нам с ней придется уходить через телепорт в Пустошь, – развеяв заклинание, заключила я. – Не знаю, как он её нашел. Маячка в ящике артефактора не было.

– Что ж, тогда вам лучше уйти сегодня ночью или ранним утром. Я хочу послать нескольких человек на ту сторону, чтобы обыскать развалины и найти ценные вещи. Это будут верные, неболтливые люди. Монастырю не помешают деньги.

– Я не против. Кристаллы заряжу, прежде чем уйти в пещеру.

– Хорошо. Вещи, которые тебе понадобятся, мы соберем. И еще… Дхан хочет пойти с тобой.

– Буду очень рада, – искренне заверила я.

Через час раствор был готов, и я снова открыла портал к Сесиль. Лагерь спал, только девушка, судя по всему, так и не ложилась. Она сидела, обняв согнутые в коленях ноги, и смотрела перед собой. Когда я передала кусок влажной ткани, вымоченной в растворе, руки у Сесиль дрожали.

– Вытри жидкость с кожи, главное аккуратно, – инструктировала Ниилит. – Средство скоро застынет, поэтому края загни, чтобы не натирали.

Нам повезло, что ошейник был рассчитан на мужчину с толстой, мощной шеей, и на худенькой девушке попросту болтался. Это и позволило сделать такую необычную защиту.

– Так, кажется, застыло, – примерно через полчаса сказал Дхан. – Пора тебя вытаскивать.

– Просто иди вперед, – сказала я, открывая портал перед Сесиль.

Девушка зажмурилась, задержала дыхание и шагнула через переливающуюся пленку, чтобы уже через мгновение оказаться у нас. Ниилит хотела обнять подругу, но ошейник словно ожил: кожаные полоски пытались сжать шею, однако натыкались на препятствие. Выглядело это жутко, причем и в магическом зрении тоже.

– Давайте, я все-таки укреплю материал, – Дхан умело наложил чары. – А теперь можете обниматься! Разрешаю.

Девушки рассмеялись. Но, к сожалению, радость была недолгой.

– Ниилит, можно тебя на пару слов? – Я отвела девушку чуть дальше и заговорила: – Сегодня рядом с монастырем весь вечер ходил ищейка. Помнишь, тот с тяжелым взглядом?

– Они снова меня нашли! – прошептала Ниилит, в волнении прикусив губу.

– Да, но не переживай. В монастырь им хода нет. Однако не хотелось бы доставлять неудобства настоятельнице, поэтому я предлагаю перенестись в мою пещеру в Пустоши. Там, конечно, еще много чего надо обустраивать, но зато тебя точно никто не найдет. Как тебе идея?

– Пустошь? Это где стационарный телепорт?

– Нет, пещера дальше. Там есть выход на поверхность, и вскоре будет нормальная земля. Дхан пойдет с нами и поможет отодвинуть Пустошь. Камень на часовню достану в пещерах, остальное соберет настоятельница. Благословение и даже повеление богини получено.

– Так вот почему тебя приняли в монастыре! – сообразила Ниилит, – потому что тебе покровительствует сама Пречистая дева!

– Да, как-то так.

– Потрясающе! – воскликнула девушка, но тут же поникла. – Я не хочу оставлять Тайю.

– Девочку мы сможем взять с собой. Но не сразу, а когда создадим там нормальные условия для жизни и хотя бы немного отодвинем Пустошь. Она все же плохо действует на организм. Кроме того, обещаю, что буду регулярно устраивать вам онлайн-встречи.

– Что?

Я частенько забывалась и вставляла словечки, которые здесь были неизвестны. Когда это случалось, люди, знающие о моем прошлом, не удивлялись, но Ниилит я еще не успела рассказать.

– Ну, переговоры на расстоянии, чтобы вы могли поделиться впечатлениями…

– А… это не слишком?

Сейчас сильных магов рождалось все меньше, поэтому тратилась мана понемногу и, в основном, на очень важные вещи. Кроме того, портальщиков было крайне мало, поэтому для местных сама мысль – открыть портал, чтобы просто поболтать – была кощунственной. Нет, конечно, тут были богачи, которые тратили магию даже на то, чтобы подтереть задницу, но Ниилит явно не из их числа.

– Не слишком! Магия у меня растет, резерв прибавляется, хватит на то, чтобы открыть небольшой портальчик раз в пару дней.

– Тогда я согласна!

Сесиль, услышав историю Ниилит, тоже попросилась с нами. Дхан был не против, а я – тем более. В результате всю ночь мы собирали необходимые вещи для жизни в Пустоши. Получалось много, но как нести все это на себе, я не представляла. Тогда Таниа предложила взять тачку. Довольно крепкую, вместительную, с двумя колесами. В любом случае такой инструмент пригодится. Правда, придется вначале расчищать путь, чтобы тачка везде проехала, а это замедлит наше продвижение. С другой стороны, дорогу до пещеры все равно предстоит расчищать. Многих нужных вещей я сама не перетащу.

На рассвете мы были полностью готовы. Ниилит пошла к сестре, чтобы рассказать о том, что уезжает. Я, подумав, тоже решила попрощаться. К сожалению, открыть портал в комнату к Хоа я не могла, территория монастыря была защищена от пространственной магии. Здание школы, на втором этаже которой располагалась комната Хоа, было заперто, поэтому я выбрала старый способ – кинула мелким камушком в нужное окошко.

Через пару минут форточка распахнулась и оттуда выглянула лохматая голова Хоа.

– Что-то случилось? – тихо поинтересовался он. – Надо спуститься?

Я кивнула. Вскоре дверь школы распахнулась, и недовольный сторож выпустил подростка. Не вдаваясь в подробности, я объяснила ситуацию, добавив:

– Не хотела уходить, не предупредив. Извини, что разбудила.

– Правильно сделала, что разбудила. Все равно скоро вставать, – поёжившись от утренней прохлады, заявил он. – Вы надолго уйдете?

– Понятия не имею. Но я постараюсь почаще открывать к тебе порталы. Будем разговаривать, делиться новостями.

– Ты, главное, не перенапрягайся. Точно рассчитывай резерв, и слишком сильно не усердствуй. Последствия перерасхода маны могут быть серьезными, – заботливо выдал подросток.

– Эй, – хихикнула я. – Кажется, это моя роль, ты сам сказал, что я – курица наседка, и вечно обо всем беспокоюсь.

– С кем поведешься, от того и наберешься, – хмуро сообщил Хоа, я не выдержала и рассмеялась.

Мальчишка тоже улыбнулся, а потом сделал шаг ко мне и крепко обнял.

– Я все равно буду скучать, Маша. Возвращайся скорее.

– Постараюсь.

Я развернулась и, спиной чувствуя взгляд Хоа, направилась к зданию, в подвале которого располагался телепорт. Здесь считали, что оборачиваться, надолго уходя или уезжая, – плохая примета, поэтому я быстро шагала вперед. Пусть все получится, пусть нам повезет!

В подвале Дхан уже активировал арку портала. Переход слабо светился. Не прошло и минуты, как подоспели Ниилит и Сесиль, а затем еще пять человек, которые должны будут обыскать развалины рядом с телепортом.

– Идемте, – кивнул нам Дхан и первым пересек радужную пленку портала. За ним в арку вступила я, взяв робеющую Ниилит за руку. Та в свою очередь схватила Сесиль.

Вот так, держась за руки, как в детском садике, мы вышли из телепорта в разрушенном городе эпохи полубогов.