Глава 26

Мы дружно поспешили на выход из дворца.

– Где же все остальные? – Ахсану, Дилеру и Симеона нигде не было видно.

– Не переживай, тут никого не задерживают, – улыбнулся Демьен, он нёс Себастьяна на руках. Мой сын по воспоминаниям предыдущей души не любил чужих и неохотно сближался с людьми, а тут сам пошёл на руки. Такое доверие малыша к мужу радовало.

– Правильно поступила, сочинив про особенных овцах Лорэя, – одобрительно и очень тихо заметил супруг, во дворце даже у стен были уши.

– Ты же обещал, что достанешь этих животных, – в тон ему негромко ответила я, – потому и решила этот момент использовать, как вескую причину, которая, собственно, и помогла нам избежать переезда в столицу.

– Теперь точно придётся доставать, – улыбнулся муж, – значит, по пути домой надо сделать небольшой крюк к берегам Адижана.

На выходе из дворца нас уже ждали друзья. Себастьян прижался к плечу Демьена, слишком много внимания тяготило его.

– Не бойся, сынок, это наши друзья, – я забрала малыша себе, чтобы он успокоился.

– Раньше у тебя таких друзей не было, – шепнул мне на ухо сын.

– Да, ты прав. Помнишь, когда на нас напали пираты? Так вот, все они помогли мне спастись из плена и приехать к тебе, чтобы забрать домой.

Себастьян с любопытством оглядел окружающих и немного успокоился.

Пока мы шли к своей карете, рассказали малышу, как спасались бегством из Адижана.

– Здорово! – глаза сына блестели от восторга, – теперь у нас есть свой настоящий корабль?

– Да. И мы на нём поплывём домой, – я всё ещё несла Себастьяна на руках, не в силах оторвать от себя.

– И мне можно будет подержать штурвал?

– Конечно, – рассмеялся Демьен, – учиться управлять кораблём надо с детства, – вдруг его взгляд стал колючим, он оглянулся по сторонам. Я обернулась и увидела юную девушку, которая сидела у цветочного куста. Одежда обычная, ничем не примечательная, но чистая.

– Она тебе знакома? – подошла к мужу.

– Нет, – мотнул он головой, – девчонка – бандруи. Посмотри внимательнее, чем она занимается.

Приглядевшись, увидела, как под её ладонями распускается до этого плотно закрытый бутон, затем следующий.

– Она работает на короля?

– Ты думаешь, бандруи садят в парке, чтобы они цветам помогали распускаться? О ней ещё не знают, а девчонка выдаёт себя с головой.

– Пошли к ней, – взяла Демьена за руку и потянула за собой.

– Здравствуй, – подошла я к девушке.

Она подняла затуманенные глаза, через минуту взгляду вернулась осмысленность:

– Ой, а кто вы?

– Не бойся, – присела рядом, – мы тебя не обидим. Как тебя зовут?

– Линет, мадам, – она опустила встревоженный взгляд.

– Муазэль, вам известно о природе вашего дара? – спросил Демьен.

– Да, господин, – еле слышно сказала она, кончики её пальцев задрожали.

– Вы не работаете на короля, на церковь и подавно, тогда зачем привлекаете к себе внимание? – голос мужа стал суровым, – вы знаете, что бывает с одаренными?

Линет кивнула:

– Я не всегда могу контролировать дар, когда мне плохо, ухожу в сад, чтобы никто не видел, я… я что-то сильно увлеклась и не заметила вас… Вы теперь обо мне расскажете кому-то во дворце?

– Кем вы здесь служите? – продолжал расспросы Демьен.

– Посудомойкой, – девушка отвечала негромко, наверное думая, что вот сейчас её поведут куда-то в застенки.

– Ты можешь поехать с нами, – предложила я, – туда, где будет безопасно и не надо скрывать свой дар.

Линет подняла на меня испуганные глаза:

– В монастырь?

– Нет, – рассмеялась я, – в Лорэй. Позволь представиться, баронесса Мирабелла ля Фэрон.

– О! – Девушка подскочила, – простите, мадам, – она низко поклонилась.

– Давай пока оставим весь этикет в покое, – меня порядком утомляли эти преклонения и ужимки, – что ты скажешь на моё предложение?

– Я… с радостью, – потупилась Линет.

– Тебе нужно забрать вещи? – спросил Демьен.

Она молча покачала головой:

– У меня есть только то, что на мне. Мне бы сказать мадам Помву, экономке. Хотя, уверена, моё исчезновение никто и не заметит.

– Тогда пошли.

Наши друзья были порядком удивлены и беседой, и внезапным пополнением компании. Сидя в карете, Дилере удалось разговорить ещё напуганную Линет, вскоро девушка болтала, позабыв все свои страхи. Какая же она наивная и доверчивая. Ей повезло, что именно мы на неё наткнулись.

– Она тоже спасла тебя из плена? – на ухо шепнул мне Себастьян.

– Нет, милый, это мы сейчас спасли её, – улыбнулась я.

– Сейчас? А от кого? – удивился сын. – Я не видел ни одного пирата.

– Они хитрые, умело прячутся во дворце.

– Ого! А вы их не боитесь?

– Да, милый, если мы все вместе, то и пираты нам не страшны, – я обняла малыша, и мы стали глазеть по сторонам.

В трактире нас ждал праздничный обед, Огюст расстарался и на нашем столе красовались салаты, запечённое мясо, пироги, нарезки.

– Вот это да, – рассмеялась я, – с чего бы такое радушие?

– Я попросил, – пожал плечами Демьен, – не каждый день спасаем людей из лап нашего “благородного” короля.

Себастьяну принесли пряники, покрытые разноцветной глазурью и большое пирожное с воздушным кремом.

– Ну, – поднял бокал вина мой муж, – за освобождение Себастьяна! Можно отправляться домой!

– Я бы хотела задержаться, если ты не против, – подняла глаза на мужа.

– Что ещё придумала моя неугомонная супруга?

– Отведи меня на скотный рынок. Завтра.

– Неожиданно, – Демьен с любопытством ждал продолжения рассказа.

– Зачем тебе туда? – спросила Ахсана.

– Неизвестно когда мы ещё будем в столице. Мне бы хотелось посмотреть, каких ещё животных можно купить и привезти в Лорэй. Чтобы увеличить наше подворье.

– Вот это дельная мысль, – поддержал меня Симеон, – если хотите, госпожа, я могу сопроводить вас завтра.

– Пойдём уж все вместе, – рассмеялся супруг.

Всей нашей кавалькадой, с самого утра, мы направились на рынок. А там было на что посмотреть. Красавцы-скакуны, огромные быки с длинными рогами, рыжие козы, овцы и даже маленькие ослики.

Мы долго бродили по рядам, рассматривая весь ассортимент живности. Пока не вышли к птичнику. Осмотрев местных несушек и гусей, наткнулась взглядом на небольшой загончик, где с видом важных господ прохаживались индюки. Точно, они! Только расцветка у них была насыщенно-синяя, как у павлинов, даром, что хвост не такой пышный. Индюшки были скромного серого цвета.

– Вот, – ткнула пальцем, – они-то мне и нужны.

Я давно задумывалась над тем, чтобы развести мелкую «мясную» живность. Индюки быстро растут, и к тому же гораздо крупнее куриц и уток. Демьен ушёл договариваться с хозяином, и скоро мы стали обладателями всего загончика. Закрыв птиц в плетёные клети, отправили их сразу на судно. Не тащить же индюков на постоялый двор.

Мы уже собирались уходить, когда в мои мысли начал вклиниваться зов о помощи. Я растерянно оглядывалась по сторонам.

– Белла, – подошёл Демьен, – успокойся. Ты выдаёшь себя.

– Кто-то зовёт на помощь, – растерянно пробормотала я.

– Может, это просто крыса в норе? Здесь куча живности, кого искать?

Но в мозгу всё не умолкал призыв. Я огляделась по сторонам:

– Прикройте меня, как-нибудь, – попросила мужа, – не могу не отозваться.

Они с Симеоном встали, закрывая от посторонних глаз, и я отпустила силу, чтобы лучше почувствовать призов.

Он шёл от кучи клеток на другой стороне, пройдя к ним, увидела маленького хорька, запертого в железной душегубке, где ему едва удавалось развернуться.

Демьен всё понял по моему взгляду, и подошёл к хозяину:

– Любезнейший, продайте нам зверька, – он указал на клетку.

– Зачем вам этот душегуб? – Удивился мужчина, плюгавый и весь какой-то замызганный, – Я его поймал в ловушку, потому как этот пакостник чуть всех кур мне не передавил.

– Мой сын, – муж указал на Себастьяна, – заметил его и хочет взять себе.

– Если господам, так угодно, – поклонился продавец, – всего двадцать десимов, – лихо назначил цену он.

Минут пять мужчины ожесточённо торговались, в конце концов, договорились о цене. Демьен подхватил клетку, и мы поспешили уйти.

– И зачем тебе этот нахал? – зверёк забавно ухал и просился наружу.

– Не знаю, не могла пройти мимо, – пожала плечами я.

– С твоим большим сердцем, милая супруга, в Лорэе скоро будет не протолкнуться, – Демьен рассмеялся.

В гостинице я выпустила зверька из клетки, он забрался ко мне на плечо и начал озираться по сторонам.

– Не шкодить, – погрозила я ему пальцем, – и не убегать. Больше спасать не буду, понял?

Хорёк облизал мне ухо и, спрыгнув на пол, побежал к Себастьяну. Через минуту они уже бегали по комнате, играя в догонялки.

– Теперь можем отплывать? – спросил муж.

– Да, осталось лишь купить кое-что по мелочи, – я чмокнула его в щёку и пошла к подругам.

– Собирайтесь, поедем купим ткань для Ахсаны. Всё же у нас не Равель, в Тарте лучше продавать наряды попроще. И подберём несколько платьев для себя, обувь, бельё и всё, что может понадобиться девушке.

Остаток дня ходили по магазинам готовой одежды, заглянули и к Маэлю. Я заказала ещё несколько шапочек с кружевом для себя, и не устояв, мы купили по платью, чуть проще, чем для приёма, но таких же соблазнительно-красивых. Позаботилась и о Линет, бедняжке даже переодеться не во что было. Девушка смутилась, долго отнекивалась. И лишь когда я пообещала, что она отработает всё до последнего денье, Линет приняла подарки.

Вернулись в гостиницу, когда на улице начало темнеть. Себастьян спал, разметавшись на кровати, под боком у него сопел хорёк.

– Они стали неразлучными друзьями, – улыбнувшись, Демьен рассказал об их проказах, – я заказал провизию и воду на корабль. Мы готовы к отплытию, или у тебя ещё есть дела?

– Нет, можно отправляться домой. Соскучилась по Лорэю.

С утра нас ждал нанятый Симеоном экипаж. Мы тепло попрощались с Огюстом, который напоследок вручил нам огромный свёрток со снедью из которого умопомрачительно пахло пирогами и копчёными колбасками.

– Не забывайте старого трактирщика, ждём вас в Равеле снова.

– Не сомневайся, мой друг, мы ещё увидимся, – Демьен обнял его на прощанье.

Наша компания погрузилась в экипаж, и мы наконец-то отправилась на пристань.

Когда подъехали к лачугам окраины, движение заметно замедлилось, на дороге толпились повозки с грузами, кареты и просто прохожие.

– Мы так до обеда ехать будем, – ворчал Симеон.

Моё внимание привлекли несколько парней, не самой благочестивой наружности. Они обступили кого-то и их намерения сомнений не вызывали, оппоненту не поздоровится.

– Что там происходит? – указала я Демьену.

– Обычные воровские разборки. Это, скорее всего, карманники, – муж глянул в сторону потасовки.

Один из парней отошёл и из-за его спины высунулся рыжий, как солнце, юноша с подбитым глазом.

Я узнала взгляд Демьена, с которым он вперился в рыжего.

– Одарённый?

– Не поверишь, ещё один бандруи.

– Пойдём спасать, – потянула я его за рукав.

Остановив карету, поспешили к воришкам.

– Господа, – начал разговор Демьен, – нам нужен этот юноша.

– Нам тоже, – осклабился щербатый бугай и заслонил собой парня.

– Вы хотите оспорить право барона? – глаза супруга недобро сузились.

Нападавшие отступили, забормотав извинения, и через минуту растворились в толпе.

Рыжик сидел на земле, закрывая подбитый глаз. При виде Демьена он сжался в комок.

– Не бойся, – муж подал ему руку, – мы пришли тебе помочь. Ты ведь одарённый.

Парень с облегчением вздохнул:

– Но как вы догадались про дар? – снова насторожился он.

– Я Знающий, только вот на корону не работаю, впрочем, как и на церковь. Предлагаю тебе сделку.

– Какую? – недоверчиво глянул он на нас.

– Бросить своё не самое честное ремесло и поселиться на нашей земле.

Рыжик неуверенно кивнул.

– Мы дадим тебе работу и кров, – добавила я.

– Согласен, – ответил парень, – тем более, что здесь меня всё равно убьют, если поймают.

– Как тебя зовут?

– Реми, мадам, – он поклонился, закрывая фингал рукой.

– Поспешим, Реми, мы торопимся на корабль, – Демьен помог мне забраться в карету, и экипаж тронулся.

Друзья молча рассматривали нашего новоспасённого, они уже не удивлялись моим причудливым порывам.

Когда нам удалось продраться сквозь толчею к шасмаре, Реми удивлённо присвистнул:

– То есть, это ваш корабль?

– Да, Реми, – ответил Демьен, – и нам не помешает юнга.

– Вас понял, капитан! – рыжик улыбнулся во весь рот и ловко, как обезьянка, взобрался на борт.

Снова корабль рассекал непокорные волны, я стояла рядом с мужем возле штурвала, а он держал на руках Себастьяна, который вцепился в рулевое колесо и выкрикивал команды матросам. Его голос звенел от счастья, на плече сидел хорёк, чёрными глазами-бусинками следя за происходящим.

Нас ждал дом.