Глава 34

Демьен ля Фэрон

Шасмаре, рассекая волны, нёсся проложенным курсом, скоро уже станет видна гавань столицы. Демьен, стоя у штурвала, обдумывал, как убедить короля вернуть наследные права его жене. Статус регента не предполагал полных полномочий. Белла об этом не знала, и капитан не стал ещё больше её расстраивать. На деле регент был лишь управляющим, до особого указа короля или до совершеннолетия маленького владельца земель.

Кардинал хитёр и может воспользоваться лазейкой в законах. Такого Демьен допустить не мог. За это время он привязался к своей жене и искренне заботился о её благополучии.

Всё чаще, смотря в её глаза, капитан ловил себя на мысли, что его привязанность не просто дружба или благодарность за спасение. Ему нравились открытость и честность Беллы, благородство её души, доброта и отзывчивость.

Демьен давно понял, что она не та, за кого себя выдаёт. Но выяснить, в чём здесь дело не мог. Себастьян признал в ней родную мать, а слуги – госпожу. Однако её абсолютное незнание законов, прав, обычных бытовых мелочей наводило на мысль, что с девушкой не всё так просто.

Поначалу, считая её самозванкой, капитан был готов открыть правду королю. И лишь потом понял, что Белла действительно настоящая ля Лорэй, то ли с удивительно выборочной амнезией, то ли с каким-то непонятным пока ему секретом.

С каждым днём, чудесная хозяйка Лорэя всё прочнее занимала его мысли и место в его сердце. Он согласился даже на этот дурацкий брак, хотя давно мечтал о том, чтобы тот перестал быть фиктивным. Но предложить жене нищий дворянин ничего не мог, а потому молчал о своих чувствах. Даже в роли регента Белла была богаче, чем он.

Демьен подумывал о том, чтобы вновь начать возить грузы. Хотя бы на шасмаре. Заработать деньжат на собственный корабль. Но Белла нуждалась в нём и решение так и откладывалось изо дня в день.

Если ему удастся убедить Фредерика изменить своё решение, он, когда закончится срок их брака, покинет Беллу с лёгким сердцем. Госпожа Лорэя хороша собой, найдёт более выгодную партию.

От этой мысли защемило сердце. Демьен отогнал от себя картину их расставания, вглядевшись в горизонт. Скоро там появятся белоснежные башни Равеля.

Как всегда, остановившись у Огюста, Демьен послал депешу Фредерику о том, что прибыл долгожданный груз, и отправился к Маэлю, прихватив одно из платьев Ахсаны.

Мастер, увидев его, обрадовался:

– Барон, вам подобрать наряд для вашей очаровательной жены?

– На этот раз, – улыбнулся Демьен, – я пришёл сам предложить тебе новые платья.

– Вот как? – Брови Маэля поползли вверх.

– Погляди, – капитан развернул внушительный свёрток и разложил на диване чудесный наряд, бирюзовое платье из парчи украшенное золотой вышивкой и тончайшим кружевом.

Маэль всплеснул руками:

– Бог мой, барон, где вы достали подобную красоту? Я считаю себя, и не без основания, мастером своего дела, но это… Чудо! У вас только один наряд?

– Нет. И к твоему вопросу платья шьёт подруга моей жены, она живёт в нашем имении. Я привёз пять нарядов из лучших тканей. Предлагать такое в Равеле можно только тебе.

– Вы правы, правы, – засуетился Маэль, – везите их все, о цене договоримся не извольте беспокоиться!

Потолковав с мастером, Демьен вернулся в трактир. Огюст уже ждал его и кивнул служанке, чтобы та подавала ужин.

– На этот раз ты один?

– Как видишь, дела в Лорэе требуют присутствия хозяйки.

– И то верно,– кивнул Огюст, – дом без женщины, как улей без матки. Сразу всё развалится, – трактирщик покосился в сторону кухни, где всем заправляла его жена.

Поужинав в компании Огюста, Демьен поднялся в комнату, где, наконец, мог нормально выспаться.

Ответ от короля пришёл на следующий же день. Фредерик желал лично посмотреть привезённые ковры. Аудиенция была назначена на вечер.

В положенный час, капитан был возле кабинета Его Величества, куда король велел ему явиться.

Слуги позади несли ковры, камергер распахнул перед ним двери и Демьен прошёл внутрь.

– Ваше Величество, – поклонился капитан.

– Барон, рад вас видеть. Показывайте, что у вас на этот раз?

Демьен один за другим развернул ковры, раскатав их по полу. Фредерик вышел из-за стола, за которым сидел, внимательно разглядывая товар. Провёл рукой по ворсу, взглянул на изнанку. Его взгляд привлёк ковёр Беллы.

– Впервые вижу такие цвета. Довольно необычно! – король приподнял край ковра под лучи солнца. – Он переливается, словно драгоценный камень! Твоя жена не преувеличивала, когда говорила о чудесных красках Лорэя. Я оставлю все ковры во дворце. Деньги получишь у казначея, распоряжение отдано.

– Ваше Величество, позволите быть с вами откровенным?

Король поднял глаза на капитана:

– Этого я всегда жду от своих подданных.

– В Лорэй приезжали церковники. Их очень заинтересовали наши тонкорунные овцы. Вы знаете, что кардинал, при всём моём уважении к церкви, довольно быстро находит способы прибрать к рукам, то, что ему приглянулось.

Фредерик расхохотался:

– Да, такие откровенные речи я слышу редко, – резко оборвав смех, холодно глянул на посетителя: – Говори, в чём дело?

– Против нас готовится заговор, Лорэй обвиняют в укрывательстве одарённых. Это даёт церкви право поступать по своему разумению.

– У вас есть мой указ, оберегающий от любого посягательства, – Фредерик нахмурился ещё сильнее.

– Это верно, но Белла лишь регент при малолетнем сыне, а я и подавно не имею власти в Лорэе. Кардинал может использовать эту лазейку.

Король вернулся в кресло:

– Возможно, ты и прав. Я обдумаю всё и пришлю тебе ответ завтра.

– Благодарю вас, Ваше Величество.

Демьен поклонился и вышел, теперь оставалось только ждать решения Фредерика.

***

Король в просторном халате, ходил босыми ногами по чёрному со звёздами ковру:

– Женевьева, как тебе это чудо?

– Мой король, я никогда раньше не видела таких красок! – королева сидела в большом кресле, наблюдая за супругом.

– Демьен говорит, что кардинал тоже заинтересовался Лорэем. Этот жадный прохвост своего не упустит! Может, и впрямь я погорячился, когда оставил все права за юным наследником?

– Дорогой, они чудесные люди, ты видел какое ожерелье подарила мне баронесса?

Фредерик поморщился, конечно, Женевьеву мало интересовала политика.

– Тут другое, если церковь доберётся до Мирабеллы, больше нам ковров не видать. А при таком таланте мы заткнём Адижан за пояс. То-то лицо будет у их правителя, когда он увидит подобную красоту, – король ухмыльнулся, – жду не дождусь осеннего бала. Застелю покои нашего гостя коврами баронессы, пусть удавится от зависти, а потом ему же их и продам.

– Тогда нам надо поберечь Мирабеллу, – Женевьева повернула к нему свою прелестную голову, и король подумал, что в кои-то веки его жена оказалась права.

– Так и быть, пусть распоряжается землями по своему усмотрению. Завтра же подготовлю приказ о наследовании Лорэя, согласно праву наследования ленных владений.

– Оставь уже свои заботы, мой дорогой, – королева небрежно махнула тонкой кистью, из её мыслей уже напрочь вылетела вся беседа: – Лучше удели внимание жене.

***

Демьен с утра не находил себе места. Какие вести он привезёт в Лорэй?

Огюст заметил волнение друга:

– Капитан, не попросить ли мне жёнушку приготовить тебе успокоительный отвар?

– Всё в порядке.

– Ты даже не притронулся к завтраку, – Огюст с укоризной взглянул на полную тарелку, – или невкусно?

– Что ты, как всегда, выше всяких похвал, но правда, мне надо развеяться. Прогуляюсь по Равелю.

Променад по улицам Равеля не унял тревоги. После полудня Демьен вернулся в трактир и поднялся в комнату. Через полчаса к нему ввалился Огюст:

– Не этой ли депеши ты ждал, друг мой? – В руках у трактирщика был внушительный конверт.

Капитан распечатал послание и, не веря своим глазам, вытащил указ короля. Теперь он сможет защитить Беллу от любых посягательств! Ура! Пора назад, его ждёт дорога домой.