Глава 44

И начались приготовление к нашему походу. Мы не стали спешить. Жильберт учил меня, как пользоваться своими способностями. В монастыре, куда забирали одарённых, были отличные наставники, которые обучали вновь прибывших, раскрывали их умения.

Требовалось также подготовить запас провианта, сколько людей мы привезём с собой рассчитать трудно, а кормить надо всех.

Первоначально требовалось заехать в Равел, отправить новую партию ковров, над ними сейчас трудились старшие девочки и Дилера. Мне с моими нескончаемыми приключениями на это совершенно не оставалось времени.

– Вслушайтесь, Белла, – объяснял мне Жильберт, – вы в силах почувствовать почти всех живых существ, обитающих здесь.

Мы стояли на опушке леса. Утром он был ещё сонным и притихшим, изредка подавала голос какая-нибудь заспанная пичужка. Даже деревья словно спали, не слышен был шум листвы, нигде не скрипнет ветка. Притихшие цветы стояли с закрытыми бутонами, ожидая, когда их коснутся лучи ласкового солнца. Тишина и умиротворение. Под зелёным пологом, словно живой изумрудный ковёр, раскинулись пышные травы. Так и манило прилечь на эту мягкую лесную постель и валяться, ни о чём не думая и не переживая.

Я зашла под сень деревьев, отпустила на свободу свою силу, теперь она ощущалась куда отчётливее, будто некая прозрачная пелена, растекаясь от меня, захватывает каждый уголок леса и в ней яркими звёздочками вспыхивают в сознании голоса живых существ. Вот в дупле заворчала сонная белка, перевернувшись на другой бок. В чаще, в глубокой лощине, устроились волки, отдыхавшие после ночной охоты. Совы, ещё не покинувшие свой пост, мерной ухали в ветвях, словно проводя последнюю перекличку. Это ощущение единства с лесом, со всем живым было удивительным. Я словно могла прикоснуться каждому и обогреть своим теплом, и звери чувствовали моё присутствие: сонно поднял голову вожак, недовольно прорычал и снова опустил её на лапы, маленькая пичужка, встрепенулась, раскрыла крылья и залилась звонкой песней, в траве замерла крохотная мышка, сердечко отчаянно стучало от страха, но вскоре она успокоилась, на другой стороне леса поднял голову большерогий олень, оберегающий своих самок и детёнышей ото всех опасностей, почувствовав моё прикосновение, он на мгновение замер, но потом потянулся сам, как к ласковым рукам.

– Жильберт! Это невероятно! – душу затопила радость.

– То ли ещё будет, моя дорогая, – рассмеялся свёкор, – погодите, немного усилий и вы сможете почувствовать всех зверей, живущих на ваших землях. У вас удивительно сильный дар. Но не стоит ограничиваться только лесом, пойдёмте, морская стихия тоже ждёт своего часа. Там вам придётся действовать немного по-другому, но вы поймёте, необходимо только потренироваться.

– Я не могу отправиться на берег с пустыми руками, зайдём домой, возьму с собой гостинец, – улыбнувшись предложила я.

– Всенепременно, – поддержал меня Жильберт, – мне тоже хочется угостить вашего сказочного друга.

– Почему сказочного?

– Кракены давно стали мифами и легендами, вот уже несколько поколений не видели их в морях, а тут настоящее чудо, просто потрясающе! Да ещё такой исполин!

Захватив по паре копчённых окороков, сопровождаемые удивлёнными взглядами поварихи, мы направились к мысу. Подойдя к берегу, позвала спрута, он лежал на глубине у входа в пролив. Несколько мгновений и на поверхности показались щупальца.

Мы сбросили угощение, Жильберт наклонился над водой, ему не терпелось пообщаться. Я тактично старалась не вмешиваться в их беседу. Через несколько минут у мужчины на лбу выступили капельки пота, он довольно откинулся:

– Непередаваемые ощущения, – шкодно, как мальчишка улыбался свёкор, – впервые общаюсь с таким древним существом. Как он оказался здесь?

– Случайно попал, во время подводного землетрясения, из-за которого случился небывалый прилив. В его результате сошёл оползень, открывший доступ пиратам в Лорэй.7d423c

– Удивительны дороги судьбы, – задумался Жильберт, – если бы не цепочка этих событий, я до сих пор вместе с Хеленой торчал в монастыре. А потом бывали мощные приливы?

– Говорят, что да, но я то время была заточена в гареме.

– Хм, это настораживает.

– Почему?

– Видите ли, Белла. Если бы дело было в одном землетрясении, как его итог уровень моря поднялся, но ненадолго, а прилив длится несколько часов. Дело не только в буйстве стихий. Меняется магический фон.

– Это плохо?

– Пока трудно сказать, но, быть может, так и объясняются ваши удивительные по силе способности. Только это отразится на всех одарённых без исключения.

– Расскажите мне подробнее.

– Смотрите, – Жильберт поднял прутик с земли и нарисовал большую кляксу, – вот это наша Фарийя, – он расчертил её на квадраты, – это магическая сила, она упорядочена вот такими линиями и распределяется равномерно. Когда уровень её меняется, как правило, первым реагирует водная стихия, будь то большой прилив или подъём уровня в реках. В Гранд-Мар море никогда не бывает спокойным, а потому мы не заметили изменений. Хотя, может, монахи и знали, но нам предпочли об этом умолчать. Мы выходили только во внутренний двор, а оттуда моря не видно. Но, главное, что если произошёл всплеск магического фона, способности должны пропорционально увеличиться у всех одарённых.

– Вы почувствовали это на себе? – надо же, какие интересно здесь устроено волшебство.

– Трудно сказать, я не пытался выйти за их рамки.

Жильберт сел на землю, сосредоточился и закрыл глаза. Несколько минут сидел неподвижно, потом лицо его побледнело, видно, он прикладывал немало усилий. Открыв глаза, отёр пот со лба:

– Феноменально! Я почти дотянулся до леса!

– Но как вы не почувствовали этого раньше?

– Понимаете, это как работа с инструментом. Вот вам дают серп, вы привыкаете к нему, учитесь орудовать им, а потом его меняют на косу. Вы можете по привычке пользоваться ей, как серпом, срезая по пучку травы, или научиться справляться с новыми возможностями и скашивать сразу много. Вам понятно? Также и способности, чем больше уровень, тем труднее обучение.

– Тогда почему у меня всё так странно?

– Вероятно, страх за сына сыграл свою роль. Материнские инстинкты самые сильные из всех. И мать, в минуту отчаяния, способна на невероятные вещи. Она войдёт в огонь, не утонет в воде, если её чаду угрожает опасность.

– Вот вы где, – раздался голос Демьена, – а я искал вас возле леса. Потом почувствовал, как отсюда идёт поток силы. Белла, ты опять болтала со своим другом?

– Нет. Это Жильберт, – улыбнулась я.

– Ого, – брови мужа подскочили от удивления, – отец, у тебя немалые способности.

– Вот ведь какая штука, – рассмеялся свёкор, – обнаружили мы это только сейчас.

– Попробуй и ты, милый, – мне стало любопытно, что может измениться у Знающего.

– Хм, не очень понимаю, каким образом.

– А ведь это и вправду, отличный эксперимент, – подхватил Жильберт, – мы закроемся, а ты попробуй почувствовать нашу силу. Белла, – обернулся он ко мне, – вспоминайте, всё, чему я вас учил. Закрывайтесь полностью.

Я, как пояснял мне свёкор, собрала силу внутри, в районе солнечного сплетения, представляя, что вокруг неё формируется скорлупа, которая не даёт прорваться наружу.

Мы сели напротив Демьена.

– Можешь начинать, сын, – кивнул Жильберт.

Супруг сосредоточился, переводя взгляд с меня на свёкра. Несколько долгих минут он молчал, а потом, как ужаленный подскочил.

– Я почувствовал Беллу! Даже не так, я её увидел!

– Это понятно, – улыбнулся Жильберт, – любовная связь делает вас ближе друг к другу, но теперь тебе, мой мальчик, надо развивать свои способности, здесь хватает одарённых. Тянись к ним в любой момент, пытайся почувствовать, где они и отслеживать каждый всплеск силы. Быть может, ваше путешествие будет более продуктивным, чем мы думаем.