Глава 51

Мы вернулись в замок. Я укрыла детей с Дилерой на верхних этажах, в пустовавших покоях, приготовленных именно для такого случая. С ними оставила Ардора, Тибо и Сумрака. Если им будет грозить опасность, пёс отвлечёт внимание, а кот или хорёк успеют позвать на помощь.

Когда снова вернулась во двор, туда уже въезжали всадники. Среди них трое церковников в аскетичных одеждах. Другие же выглядели совсем иначе. Все они были богато одеты, на руках сверкали перстни, широкополые шляпы украшены перьями, дорогие плащи были перехвачены драгоценными фигурными застёжками, среди них, как волк в своре борзых псов, выделялся один – Марселон, в военной форме, подтянутый, строгий, с жестоким взглядом.

Мы с Демьеном пошли навстречу, все одарённые сочли за благо убраться подальше с глаз.

– Приветствую вас в Лорэе, господа, можно ли узнать цель вашего визита? – на губах моего мужа играла ледяная улыбка, а во взгляде сквозил арктический холод.

Всадники спешились, вперёд вышел высокий, но сильно сутулившийся одутловатый мужчина с рыхлым, невыразительным лицом, но с колючим, цепким взглядом:

– Маркиз Блез ля Рош, к вашим услугам. Мы прибыли по приказанию Его Величества Фредерика III. Наш разговор строго конфиденциален.

– Тогда позвольте пригласить вас в замок, – Демьен учтиво склонил голову, – а пока слуги проводят вас в гостевые покои, чтобы вы могли привести себя в порядок с дороги.

Сами же направились в большую обеденную залу, куда велели накрыть стол.

– Что за разговор, как ты думаешь? – спросила я у мужа.

– Будут ставить нам условия капитуляции, – пожал плечами Демьен, – Фредерик боится открыто выйти против одарённых. Или не хочет поднимать смуту в провинциях.

Минут через двадцать гости присоединились к нам. Мы не стали звать к столу кого-либо ещё из домочадцев, кроме Ахсаны и Симеона. Жильберт и Хелена формально были в розыске, дети надёжно спрятаны, а одарённых афишировать раньше времени не стоило.

Несколько минут царила тишина, гости насыщались с дороги. Только Марселон не прикоснулся к еде. У меня перед глазами стояла картинка, как он, словно дикий зверь, добывает пищу в лесу, разрывая её зубами. Не знаю, откуда взялась столь странная фантазия, но его вид тому способствовал.

Ля Рош утёр губы салфеткой и отложил её в сторону:

– Барон, как стало известно королю, вы прячете в своих стенах беглых одарённых, укрывающихся от государства и церкви. Его Величество великодушен, выдайте нам их, и мы оставим в покое Лорэй и Лотарию. В противном случае сюда будут стянуты войска. Вам не выстоять.

– Жаль, я не могу поговорить с Его Величеством напрямую, но раз уж он послал вас, то вы и являетесь исполнителем его воли. Послушайте, маги устали прятаться, как крысы. И не хотят больше существовать, точно рабы в застенках. Разрешите нам жить свободно.

– Нам?! – Глаза Блеза расширились.

Демьен оглянулся на меня. Что ж пора прекратить этот фарс, Марселон не зря вынюхивал в Лорэе и Лотарии, и если дар мужа не столь очевиден, то мой вряд ли укрылся от его глаз.

– Да, – поддержала я супруга, – нам. Я Слышащая.

– А я Знающий, – Демьен совершенно по-демонически улыбнулся.

– Это не меняет сути дела, – ля Рош быстро справился с эмоциями и продолжил беседу, – вы вольны на своих землях при соблюдении условий короля, остальные же должны уехать с нами. Добровольно.

– Этого не будет, – муж был спокоен, ни одной эмоции не отразилось на его лице.

– С вашего позволения, продолжим наш разговор завтра. Пока обдумайте предложенные условия. Они поистине великодушны, – в голосе маркиза послышалась сталь.

– Наше мнение останется неизменным. Насколько вы намерены задержаться в Лорэе? – это уже было откровенной грубостью в адрес посланника короля.

– Хм, – лицо Блеза не дрогнуло, – думаю, нам стоит поспешить с ответом, если он будет отрицательным. Позвольте откланяться, пусть нас проводят в покои. Ужин подайте в спальню.

На дерзость маркиз ответил тем же. Приказывать хозяину в его замке, верх грубости. Демьен улыбнулся:

– Позабочусь об этом, господа.

Если бы мне с таким видом принесли ужин, я бы отказалась, боясь, что еда отравлена, но маркиз и бровью не повёл. Поднялся из-за стола, за ним вся его свита, включая церковников. Через минуту гости удалились.

– Первая партия разыграна вничью, – пробормотал Демьен.

– Я сегодня переночую в заливе, рядом с кракеном. Если Марселон доберётся до него, королю не потребуются войска. Спрут разрушит Лорэй до основания. Будучи подконтрольным баннерету.

– Мудрое решение, – согласился Демьен, – только возьми с собой Ахсану, в случае чего она защитит тебя. А мы будем следить за нашими гостями.

Я собрала с собой немного еды, с подругой накинули неприметные плащи и отправились к взморью. Разводить костёр не стали, боялись привлечь ненужное внимание. Укрылись за валунами, которые закрывали нас от пронизывающего ветра.

Призвала кракена. Нам теперь не нужен был тактильный контакт. Показала ему наших гостей, вспоминая их лица, старалась передать образ спруту.

– Я буду рядом, Белла, – ответил он и ушёл на глубину.

Опустился вечер, окрасив залив в багряные тона уходящего за горизонт солнца. Над морем беспокойно сновал ветер, кидая белые шапки пены, вздымая буруны волн. С тоскливыми криками над головой кружили чайки. Также беспокойно было на душе. Ночь укутала чёрным покрывалом замок, скрыв его от наших глаз. На небо высыпались жемчужинки звёзд, озарив свои неверным светом утёсы. Мы потихоньку переговаривались с Ахсаной ни о чём, просто чтобы занять время.

Ближе к полуночи почти задремала, веки отяжелели, сон вкрадчиво манил в свои объятья. На платье запрыгнул пушистый комочек, и я, от неожиданности вскочила на ноги. Это был Тибо. Зверёк часто дышал от быстрого бега:

– Белла, Сумрак сказал, Марселон исчез. Берегись.

– Спасибо, малыш. Спрячься пока за нами. Не стоит тебе сейчас возвращаться в замок.

Хорёк юркнул между камней, укрывшись от ветра, и замер, свернувшись в клубок.

Разбудила Ахсану, и мы вместе сидели, вглядываясь в темноту. Призывать кракена пока рано, я не смогу удерживать нашу связь ночь напролёт, а силы ещё понадобятся. Вскоре в глазах начало рябить от ночных, неверных видений. Казалось, за каждым камнем мелькает чья-то тень, нервы были на взводе. Каждый шорох отзывался в душе диким всплеском адреналина. В сердце закрадывалось нехорошее предчувствие.

Не знаю, сколько прошло времени, глаза слезились от постоянного напряжения и ветра. Ахсана выглядела не лучше. Она то и дело проводила ладонями по лицу, прогоняя сон. Хотелось пройтись, но показываться из своего укрытия не решились. У нас был хороший обзор на замок и берег, а мы сами оставались скрыты в тени, за валунами.

В неверном свете звёзд снова почудилось движение, я протёрла глаза и ужаснулась: по земле, со стороны моря, словно две огромные змеи, к нам приближались щупальца. За ними встал чёрный силуэт:

– Здравствуйте, баронесса, – послышался голос Марселона, – а я гулял, решил познакомиться с вашим другом.

Рывком отпихнула Ахсану, как раз в тот момент, когда одно из щупалец приблизилось к нам. Подруга исчезла в ночной тьме.

Поднялась на ноги, отступила к камням:

– Оставьте его в покое.

– Кого? Это чудовище? – баннерет издевательски улыбнулся, в темноте сверкнули белые зубы, – он создан для того, чтобы убивать. Так почему бы не дать ему то, к чему он стремиться.

Я пыталась дотянуться до спрута, но между нами словно стоял гранитный блок. Всё было тщетно.

– Что вам надо?

– Вы прекрасно об этом осведомлены, Мирабелла. Не валяйте дурака. Пусть ваши одарённые едут с нами, если им дорога жизнь. Или я не оставлю камня на камне от Лорэя.

Я не прекращала попыток, в мозг словно вонзилась тысяча игл. От дикой боли из горла вырвался крик.

– Полно, Белла. Вам не тягаться со мной. Кем вы себя вообразили, выскочка? Великой Слышащей? Пара волков и старый кракен – ваш предел.

Решившись, вышла навстречу Марселону, сейчас он меня не убьёт. Подошла почти вплотную и как призываю животных, потянулась к нему. В голове замельтешили образы. Лицо баннерета вытянулось:

– Вы решили, что со мной можно обойтись как со зверем? – Голос его дрожал от ярости.

– А вы и есть зверь.

В следующую минуту меня накрыло страшным откатом, в глазах потемнело, от слабости подкосились ноги, с трудом удалось устоять.

По траве скользнула смазанная маленькая тень, по одежде Марселона молниеносно вскарабкался Тибо, вцепившись мужчине в ухо.

Баннерет взревел и потерял контроль над спрутом. Бросилась к обрыву, призывая кракена, тот откликнулся, и я прыгнула вниз. Так, наша связь будет сильней. Меня подхватили щупальца, ещё недавно угрожавшие расправой. В голове прозвучало виновато:

– Прости, Белла.

– Не надо. Он сильней, чем мы думали. Поспешим, там Ахсана и Тибо.

Кракен всплыл на поверхность всей своей массивной тушей, щупальца вздымались над берегом. Я разглядела баннерета, он стоял спокойно, ожидая нас.

– Глупо, – прошипел мужчина сквозь зубы.

В голове разлилась мутная пелена. Неужели даже наш контакт не поможет, пронеслось у меня в мыслях. Щупальце задрожало и начало сжиматься вокруг меня. Я чувствовала сопротивление кракена чужому разуму и его страх.

Он сумел совладать с собой и опустил меня на землю. Я подбежала к Марселону.

– Баронесса, оставьте свои жалкие потуги, – он хищно улыбнулся.

Собрав все силы, старалась не отпустить контроль над разумом кракена. Щупальца взметнулись ввысь, в следующий момент со всей силой обрушившись на берег, в нас полетели обломки камней вперемешку с землёй. Мы тянули на себя разум животного, как одеяло. Но если мне для этого требовались неимоверные усилия, то баннерет справлялся, казалось, легко. Усмешка не сходила с его губ. В следующий момент кракен всей своей тушей ударился о скалы, берег содрогнулся, чудом удалось сохранить равновесие.

– Белла, не будьте упрямы, – тон Марселона сменился, он оскалился, – я израню его, но потом всё равно заставлю напасть на Лорэй. Одумайтесь. Это последний шанс.

В душе поднялась жалость к беспомощному гиганту, но я понимала, что отступив, только ускорю его конец. Баннерет не оставит кракена в живых. Щупальца снова и снова молотили по берегу, вокруг нас, словно шрапнель, летала галька и обломки скал. Один из них впился в щёку, порезав до крови. От боли вскрикнула и на мгновенье потеряла контроль. Марселон расхохотался.

– Я предлагал вам решить всё миром. Теперь же…

Щупальце схватило меня, сжав до хруста в костях, из лёгких вышибло весь воздух, в глазах начало темнеть. Сквозь меркнущее сознание заметила, как за Марселоном поднялась массивная фигура Ахсаны и темнота окутала меня плотным коконом.

Очнулась оттого, что меня кто-то хлопает по щекам. Открыла глаза, надо мной склонилась встревоженная подруга:

– Белла, наконец-то! Как ты?

Я попыталась встать. Голова кружилась, из носа пошла кровь. Вытерла лицо рукавом:

– Где Марселон?

– Да вон он, – усмехнулась Ахсана, кивнув в сторону.

Обернувшись, увидела, что баннерет лежит без сознания, спелёнатый плащом подруги, точно младенец. На его затылке вздулась заметная даже отсюда шишка. Рядом прыгал взъерошенный Тибо.

– Чем ты его так?

– Камнем, – подруга продемонстрировала мне булыжник, размеров с голову мужчины.

– Вот тебе и вся магия, – я нервно рассмеялась.

– Вы так увлечённо боролись друг с другом, что он даже не заметил меня.

– Ох, а как же кракен?

Я встала на ещё трясущиеся ноги, подошла к обрыву, окликнула друга. Через пару минут он отозвался:

– Ну и утомили вы старика, Белла.

– Ты жив, – от радости на глаза навернулись слёзы.

– Всё хорошо. Я видел и не такое. А сейчас хочу отдохнуть, – с этими словами он разорвал связь и уплыл в море, под водой скользнула гигантская тень.

– Вторая партия разыграна, – подмигнула я Ахсане, – победа за нами.