Глава 21. Проект «Мельница»

Айрис

Рассвет только начинал окрашивать небо в бледно-розовые тона, когда я проснулась. Тело ныло почти привычно, всё же, какая Айрис слабенькая физически: спина, плечи, ноги – всё требовало отдыха. Но, увы, отдых мне даже не снится, даже во сне я куда-то бегу и что-то делаю. А сегодня так и вовсе добавилась Дарена, злобно хохочущая над моими потугами.

Плеснула в лицо холодной водой из таза, прогоняя остатки сонной хмари. В дверь осторожно поскреблись, и в комнату юркнула уже одетая Энни, она помогла мне натянуть рабочее платье и собрала волосы в тугую косу. Пока помощница крутилась вокруг меня, я думала о… Найджеле Льюисе. Он стал новой переменной в моём уравнении выживания.

Вчера опекун выслушал меня, не перебивая. Изучил все бумаги. И в итоге согласился на необходимость всех моих затей и даже пообещал не чинить препятствий. При этом непрозрачно намекнул, что если ему вдруг что-то не понравится, он воспользуется данной ему властью… В общем, пока всё равно не до конца понятна его позиция, кто он: помощник или помеха?

Вчерашняя его фраза: «У вас тут есть шпион леди Дарены» обрадовала, значит, он не дурак и быстро схватывает суть. В этом вопросе наши с ним мысли удивительным образом сошлись.

Я покосилась на Энни, может ли эта замечательная девчонка быть предательницей? А Полли или Джон?

Я всей душой хотела думать, что это не они, а кто-то со стороны, вероятно, живёт в ближайшей деревне.

В сопровождении служанки спустилась на кухню. Старушка Полли уже вовсю хлопотала у очага, помешивая что-то в большом чугунном котле. Запах овсяной каши наполнял тёмное помещение характерным ароматом.

– Доброе утро, миледи, – поздоровалась, заметив нас, повариха, и, подхватив глубокие тарелки, наполнила их дымящимся варевом. – Садитесь и поешьте как следует. Молочка козьего добавила, и мёдом подсластила.

Я устроилась за грубым столом. Энни поставила передо мной миску и корзинку с нарезанным свежим хлебом. Каша была густой и сытной, я, задумчиво глядя в окно, не торопясь, завтракала. Во дворе показался Гарри, слуга лорда Льюиса. Он вывел лошадей и принялся их седлать. Ясно, собираются в Торнтон. Ну и отлично! Противную бабку-дуэнью надо поскорее вернуть туда, откуда они её взяли.

Я проглотила последнюю ложку и поднялась.

– Полли, спасибо, было очень вкусно.

Старушка просияла:

– На здоровьице, госпожа, в обед наварю грибного супа и оставшихся кроликов потушу с овощами.

Во дворе дома меня ждал сэр Маркус, уже поевший и готовый отправиться с нами в поле. О том, что рядом со мной находится телохранитель, и это может навредить моей репутации, я всё время с момента его найма старалась не думать. Гости к нам не приезжали, да и в качестве компаньонки я могла пусть и с натяжкой использовать Энни.

– Миледи, доброе утро, – поклонился охранник и вдруг посмотрел куда-то мне за плечо, я обернулась и наткнулась на внимательные серо-голубые глаза Льюиса. Опекун замер на верхней ступеньке небольшого крылечка.

– Доброе утро, – вежливо поприветствовала его я, сделала быстрый книксен и добавила: – Пройдите в столовую, Полли принесёт вам завтрак…

– Доброе, нет, благодарю, перекушу в Торнтоне, – покачал головой мужчина, быстро сбежал по скрипучей лесенке, остановившись аккурат в полуметре от меня. Статный, широкоплечий, в дорожном плаще. Сапоги начищены до зеркального блеска, шляпа надвинута на лоб. Выглядел он так, будто собирался не в провинциальный Торнтон, а на приём к герцогу.

– Лорд Найджел, – я с трудом удержала себя на месте и подняла голову, чтобы видеть лицо собеседника. Надо же, какой он высокий, моя макушка едва доходила ему до середины груди, – у меня к вам просьба…

– Какая же, леди Айрис? – чуть склонившись ко мне, уточнил он.

– Простая, вот, – и, быстро вынув из кармана платья сложённый вчетверо лист бумаги, протянула опекуну. – Раз уж вы едете в город, не могли бы вы кое-что для меня приобрести?

Найджел, явно заинтригованный, взял бумагу, развернул и начал читать. С каждой строчкой его брови медленно, но неуклонно ползли вверх.

Я стояла, скрестив руки перед собой, и наблюдала за сменой эмоций на его благородном гладковыбритом лице: лёгкое недоумение быстро переросло в глубочайшее удивление, а затем трансформировалось в нечто среднее между шоком и возмущением.

– Леди Айрис, это… – он снова посмотрел на список и замолчал, подбирая слова.

Список продуктов действительно получился весьма внушительным. Впечатляющим. Я, когда его составляла, по завершении ещё полчаса думала – а не перегнула ли я палку, но по здравому размышлению пришла к выводу, что нет, и оставила всё без изменений. Я не собиралась стесняться, с чего вдруг?

– Да, – спокойно ответила я. – У вас на всё уйдёт плюс-минус двадцать семь серебряных крон. Поймите, лорд Льюис, я не в состоянии кормить ещё три лишних рта. Раз уж мне нужна дуэнья, извольте сами её содержать. То же касается вас и вашего слуги.

Найджел помолчал немного, в глубине его глаз я заметила что-то похожее на восхищение вперемешку с уважением.

Мужчина молча кивнул и, свернув лист, сунул его себе в карман.

– Когда планируете вернуться? – довольно улыбаясь, уточнила я.

– К вечеру, полагаю. Где-то часа через три сюда прибудет наёмный экипаж, который и увезёт миссис Стоун. Я же пройдусь по рынку, куплю всё по вашему списку и мебель… – он на секунду замялся, – «жить» на лавке не самое приятное занятие, – и едва заметно поморщился. О, нежному лорду не понравилось спать на досках, хе-хе, я с трудом удержала смех при себе.

– Покои моего отца вскоре снова будут свободны, вы можете вернуться в них, – вместо этого заметила я. – Зачем такие траты, мебель стоит недёшево.

– Да, я вернусь в ту комнату, но кровать всё равно нужна, поскольку отказаться от дуэньи я не в праве. Ей быть.

– Да кто же спорит? – пожала плечами я. – Тогда до вечера, – и, развернувшись, направилась в сторону огорода.

За спиной донёсся тихий смешок Гарри:

– По всей видимости, милорд…

Опекун выразил своё возмущение слуге? Я широко усмехнулась, пусть привыкает, я не собиралась выпрашивать, унижаться или церемониться, либо Найджел участвует в жизни поместья, либо… уезжает. Я никого не держу.

– Идём к мельнице, – кивнула своим сопровождающим.

Утро выдалось ясным, но прохладным – в воздухе ещё чувствовалось дыхание ночи. Роса лежала на траве нетронутой, превращая луга в мерцающее полотно. Солнечные лучи, скользя по влажной зелени, высекали из каждой капли крошечную искру света. Где-то в вышине, теряясь в молочной дымке рассвета, перекликались птицы, их голоса звучали чисто и звонко, как хрустальные колокольчики в тишине ещё спящего мира. Через полчаса мы вышли к Миллбруку. Река здесь была своенравной, несла свои воды вразнобой, то убыстряясь на перекатах, где выступающие из дна замшелые валуны дробили поток на пенные всплески, то замедляясь в глубоких чернильного цвета заводях.

Итак, мельница и её восстановление – ключ ко всему.

Старое колесо имело нижнебойную конструкцию, то есть вода била по лопастям снизу. Коэффициент полезного действия около тридцати процентов, получается, что треть энергии потока превращается в работу, остальное уходит впустую.

Я уже дала кузнецу и его сыновьям указание починить старое колесо, а именно: загнуть лопасти под углом, заменить сгнившие части. Это временная мера, чтобы мельница хоть как-то работала ближайшие два месяца, пока мы будем строить плотину и новое колесо, о чём я и собиралась рассказать сегодня Уиллу.

Верхнебойное колесо точно куда лучше нынешнего. Вода на него будет падать сверху, под собственным весом. КПД вырастет до шестидесяти пяти, может, до семидесяти процентов. Станет больше мощности и, соответственно, возможностей. Но для этого нужна плотина, которую я планировала устроить выше по течению. Поднять уровень воды на два-три метра, создать перепад высоты, направить поток по желобу прямо на верхние лопасти.

Сложно? Да. Очень.

Реально? Абсолютно.

Важно верно рассчитать высоту падения и прочность конструкции.

А дальше… дальше самое интересное.

Многофункциональная мельница. Один источник энергии и несколько применений. Основной вал крутит жернова, мелет муку, дополнительный привод через ременную передачу будет вращать циркулярную пилу. И получится лесопилка, которая даст нам доски для ремонта моего особняка и для продажи.

И третье…

При мысли об этом я невольно покрылась гусиной кожей восторга…

Динамо-машина.

Генератор электричества.

Реально ли это? Технически да. В моём родном мире динамо изобрели в 1832 году. К 1870-му она уже использовалась в промышленности.

Насколько я могла судить, этот мир технологически был близок к земному девятнадцатому веку. Электричество уже открыли, сэр Блэквуд как-то обмолвился, что в столице есть несколько зданий с электрическим освещением. Рыцарь при этом добавил, что подобное доступно лишь королевскому дворцу и богатейшим аристократам. Здесь же, в провинции, электричество будет чем-то из разряда чудес…

Я могу построить собственную маленькую гидроэлектростанцию и произвести фурор! Лампы накаливания придётся заказать из столицы, но ради того, чтобы впечатлить соседей, придётся раскошелиться.

Итак, конструкция не такая уж сложная: вращающаяся катушка медной проволоки в магнитном поле. Магниты тут уже производят, купить, как и медную проволоку, не составит проблемы. Далее от водяного колеса через ременную передачу я подключу динамо. Мощность будет небольшая, всего один-два киловатта, но этого хватит на десять-пятнадцать лампочек накаливания.

Но… Пока мы не завершим ремонт всего запланированного, я могу лишь мечтать об электричестве.

– Миледи, – голос Энни вывел меня из раздумий. – Пришли.

Я подняла голову.

Перед нами возвышалось старое каменное здание в три этажа. Каждый раз это массивное, приземистое, с узкими окнами-бойницами строение навевало на меня грусть-тоску: штукатурка обвалилась во многих местах, обнажая серый камень; крыша провалилась с одной стороны… Но стоило оторвать взор от этого печального зрелища и перевести глаза правее, как душа наполнялась надеждой: там кипела работа!

Уилл и его сыновья возились с колесом. Стучали молотками, что-то пилили, смазывали шестерни густой чёрной субстанцией. Сейчас Томас, старший из сыновей кузнеца, здоровенный детина лет двадцати, легко тащил на плече новую дубовую балку.

Уилл заметил меня первым. Выпрямился, вытер пот со лба тыльной стороной ладони и низко поклонился.

– Доброе утро, миледи, – прогудел он.

– Доброе, как дела? – улыбнулась я.

– Неплохо. Лопасти уже загнули, сгнившие части заменили. Ещё пару дней, и колесо снова будет вращаться. Правда, толку от него чуть, – он покачал головой. – Как вы и говорили, вода снизу бьёт слабо. Муки много не намелешь, но это хоть что-то. Всяко лучше, чем ничего.

– Именно, – кивнула я. – Уилл, спускайся, пойдём кое-что обсудим. Проект нового колеса и плотины.

Староста насторожился.

– Новое колесо?

– Да. Пойдём, покажу.

Мы обошли мельницу, я остановилась у края здания, там, где Миллбрук делала небольшой поворот.

– Смотри, вот река. Вот мельница. Вода течёт мимо, почти не задевая колесо. Мощности не хватает. Даже с улучшенными лопастями старое колесо даст нам не так уж и много. Правильно?

– Верно говорите, госпожа.

– Чтобы это исправить, нужно поднять уровень воды. Создать перепад высоты, то есть направить поток сверху.

Уилл нахмурился, обдумывая услышанное.

– И поэтому вы хотите построить плотину?

– Да, выше по течению, метров на двести отсюда. Поднять воду на два-три метра, сделать шлюз для регулировки потока и провести водоотводный канал прямо к новому верхнебойному колесу. Смастерим его из дуба, диаметром метров пять с двадцатью четырьмя лопастями. Представь, как оно будет выглядеть и работать.

Уилл медленно кивал, прикрыв веки и осматриваясь.

– Госпожа, это будет очень большая работа, – в итоге выдал он, но я видела, как загорелись его глаза. – И наших рук на это не хватит, – кузнец задумчиво почесал бороду.

– Знаю. Людей нужно человек пятнадцать. Как только Арчи закончит мост, переключу его бригаду сюда. Плюс наймём в Торнтоне ещё несколько работников. У нас всё получится, Уилл. Было бы желание.

– Я вас понял, миледи. Постараемся не оплошать.

– Уилл, скажу тебе так: новое колесо даст нам больше возможностей, каких именно ты увидишь, когда придёт время. А теперь идём, покажу тебе, где будет плотина.

Я, Маркус, Уилл и Энни пошли вверх по течению. Тропа была узкой, заросшей кустарником. Ветки цеплялись за платье, но я не обращала на это никакого внимания.

Метров через двести остановились.

– Тут будет идеально, – кивнула я на Миллбрук. Здесь русло реки сужалось, берега были высокими и каменистыми, дно тоже каменистым, а это хорошая основа для плотины. Течение достаточно быстрое.

Кузнец присел на корточки, осматриваясь, что-то прикидывая в уме.

–Хорошее место, – наконец признал он. – Узкое и каменистое.

Я подхватила ветку, лежавшую в стороне, и начала рисовать на пыльной земле.

– Смотри. Вот русло. Вот берега. Здесь ставим основание из камней, чтобы вода не размыла. На камни поперёк течения кладём дубовые брёвна и скрепляем их железными скобами. Ещё один ряд брёвен. И ещё один. Высота не больше двух с половиной метров, иначе давление воды снесёт всю конструкцию.

Уилл кивал, внимательно глядя на рисунок.

– Тут, – я ткнула в левый край схемы, – сделаем шлюз из деревянной заслонки, чтобы регулировать поток. Открываем – вода идёт. Закрываем – перекрываем.

– Понятно.

– А отсюда, – провела линию от плотины к мельнице, – роем водоотводный канал глубиной в локоть шириной в две ладони. Он приведёт воду прямо к мельничному желобу, который поднимет её на новое колесо.

– Это месяц на плотину и канал, при условии хорошей погоды. На новое колесо потребуется пять-шесть недель, – пробормотал кузнец, оглаживая и слегка подёргивая свою пышную бороду.

– Пусть так, – кивнула я. – Пусть так…

Откинув ветку, отряхнула руки и добавила:

– Всё, что нужно я, закуплю: брёвна, скобы, инструменты. Составь список.

– Да, госпожа, – не скрывая искреннего уважения, низко поклонился Уилл.

– Отлично, тогда я вас оставлю, мне пора выдвигаться дальше.

Попрощавшись с кузнецом, поспешила в поле. Канавы сами себя не выкопают.

Солнце поднялось уже достаточно высоко. День обещал быть не по-осеннему жарким.

Впереди меня ждала монотонная, изнуряющая работа. Копать землю. Снова и снова. Вместе с крестьянками и детьми, но я и не думала жаловаться. Каждая пролитая капля пота – это инвестиция в будущее.

Моё будущее.