Глава 22. Дуэнья и пень
Найджел
Я с усилием потянул проклятый пень на себя, в который раз за последний час задаваясь вопросом: как, во имя всех святых, я докатился до жизни такой?!
Сцепив до боли зубы, увязнув по щиколотки в размокшей от вдруг пошедшего дождя земле, с занозами в ладонях, я отчаянно пытался выкорчевать этот чёртов пень, который, кажется, пустил корни до самого центра планеты и категорически отказывался покидать насиженное место.
Рядом со мной замерла хозяйка поместья, леди Айрис Эшворт, моя подопечная. А её служанка Энни, ловко орудуя лопатой, пыталась мне помочь, подкапывая торчащие корни.
Сегодняшнее утро началось вполне обыденно: я отправился в Торнтон, чтобы нанять экипаж для миссис Стоун, купить так нужные в хозяйстве лошадь и телегу, подать объявление о поиске дуэньи, наведаться на рынок, чтобы взять всё по списку, составленному леди Айрис.
Я как раз заканчивал закупки, когда случайно наткнулся на небольшую, но опрятную лавку, торговавшую кружевами и вышитыми изделиями. Поддавшись порыву, толкнул дверь с мыслью купить подарок подопечной, искренне желая хотя бы немного поднять ей настроение. Так хотелось порадовать человека, буквально утопающего в проблемах.
Именно там, рассматривая тонкие кружевные воротнички, разложенные на прилавке, я услышал знакомый голос, мягкий, но с нотками отчаяния, доносившийся из соседнего помещения за неплотно прикрытой дверью.
Вскоре оттуда вышли трое: тучный усатый мужчина с благодушным выражением лица и внимательными глазами опытного торговца, и две женщины, похожие друг на друга, как мать и дочь. Первой было около сорока пяти, второй чуть больше семнадцати, впрочем, я мог и ошибаться.
Голос старшей звучал устало, но сдержанно, с тем достоинством, которое выдавало в ней человека, привыкшего к лучшей жизни, но волей обстоятельств оказавшегося в нужде.
– Мастер Портсмут, спасибо вам за уделённое время, – говорила она идущему рядом с ней мужчине.
– Миссис Грейвс, я поспрашиваю знакомых, возможно, что-то и сыщется подходящее для вас.
Я же внимательнее всмотрелся в лица незнакомок и наконец-то узнал обеих! Это были те самые пассажирки с корабля, с которыми мы плыли в Шеймур, тогда же я спас молоденькую мисс от пьяных посягательств какого-то аристократа.
Сейчас она стояла рядом с матерью, глядя в пол, её щёки заливала краска стыда. Всё её существо выражало смущение человека, вынужденного просить милостыню, хотя просьба о работе милостыней, конечно же, не являлась.
Я смотрел на этих дам, и тут в моей голове что-то щёлкнуло.
Дуэнья. Мне нужна дуэнья для Айрис! И почему бы не предложить работу старшей из них? Выглядела она вполне благовоспитанно… Вообще, на роль компаньонки идеально подходили аристократки. Но, как в случае с миссис Стоун, на такую работу иногда брали простолюдинок, прошедших обучение в специальном монастыре. Вариант, что миссис Грейвс имела такую бумагу был мизерным, но не спросить я не мог.
Хозяин лавки, вежливо простившись с женщинами, подошёл ко мне, я протянул ему понравившийся кружевной воротничок, расплатился и быстро покинул лавку, спеша успеть перехватить миссис Грейвс с дочерью..
Они шли медленно, явно не зная, что делать дальше, их плечи были опущены, а в походке читалась усталость людей, обошедших уже десяток мест и везде получивших отказ.
Я догнал их на углу улицы, где они остановились, негромко переговариваясь.
Приблизившись, снял шляпу и, вежливо поклонившись, представился.
Обе женщины удивлённо на меня смотрели, и тут младшая тихо ахнула, явно признав во мне своего спасителя.
– Прошу простить мою бестактность, но я случайно услышал в лавке, что вы ищете работу. Я же как раз нахожусь в поисках компаньонки для одной юной леди. Скажите, миссис Грейвс, есть ли у вас соответствующий диплом, позволяющий вам обучать юных аристократок?
– К сожалению, лорд Льюис, – покачала головой женщина, я же почувствовал лёгкий укол досады, я бы мог её нанять, но без нужного документа это назначение могло быть оспорено, особенно если кто-то из недоброжелателей Айрис решит воспользоваться этим как поводом для скандала, а учитывая ситуацию с леди Дареной, такой сценарий был более чем вероятен.
Я уже собрался вежливо откланяться и пожелать им удачи, когда миссис Грейвс, расправив плечи ещё чуть-чуть, добавила:
– Милорд, видите ли, я вторая дочь виконта Эдварда Харгрейва из Нортшира. Вышла замуж за купца, вопреки воле семьи, что привело к разрыву связей со всеми родственниками, но образование я получила подобающее дочери аристократа. Меня обучали французскому и итальянскому языкам, музыке, танцам, рисованию, вышивке, правилам ведения светских бесед и управлению домом. По происхождению я вполне могу стать компаньонкой юной баронессы…
Её дочь удивлённо посмотрела на мать, вероятно, она не ожидала, что та столь откровенно заговорит о прошлом, которое, судя по всему, было для них обеих болезненной темой.
Я же почувствовал небывалое облегчение!
– Миссис Грейвс, тогда прошу вас, не откажите и примите моё приглашение на работу в качестве дуэньи леди Эшворт.
Дочь виконта, получившая классическое аристократическое образование, волей судьбы оказавшаяся в стеснённых обстоятельствах, но не утратившая ни манер, ни достоинства – идеальная кандидатура! Лучше и вообразить нельзя, особенно если учитывать некоторую эксцентричность моей подопечной.
Жалованье в двадцать серебряных крон в месяц, проживание в поместье с полным содержанием для них обеих, более чем устроило старшую Грейвс.
– Не подумайте, моя Джоанна не станет обузой и нахлебницей, – заверила миссис Маргарет, – моя дочь прекрасно готовит, умеет управляться с любым хозяйством.
– Уверен, мисс Джоанна и леди Айрис станут подругами. Моей подопечной нужен кто-то, с кем она сможет поделиться своими тревогами и печалями. Мне она, как вы сами понимаете, открыться не может.
В итоге мы договорились встретиться через час у главных ворот рынка. Я отправился на поиски Гарри, чтобы он загрузил все мои покупки в купленную телегу. Мебель купцы доставят сами завтра утром, как было условлено.
После полудня выдвинулись в Эшворт-холл.
Дорога заняла чуть больше времени, чем я рассчитывал, поскольку повозка была тяжело нагружена, и лошади приходилось часто останавливаться на отдых, но мы добрались до Эшворт-холла ещё засветло, на небе лениво плыли плотные серые облака, ветер стал прохладнее и порывистее.
Я помог женщинам спуститься на землю, представил их Полли, встретившей нас на пороге с горящими от любопытства глазами, и поручил старушке разместить новоприбывших в покоях почившего барона.
Гарри взялся разгружать телегу.
Я же, сняв дорожный плащ и оставив шляпу в прихожей, отправился на поиски леди Айрис. Она отыскалась всё на том же поле, которое практически полностью пересекали ровные борозды и натянутые верёвки.
Крестьянок и их детей видно не было, полагаю, работы по копанию дренажных канав подошли к концу, и Айрис их всех отпустила, но почему-то задержалась сама. Я нашёл девушку чуть поодаль, у края участка… Увиденное заставило меня остановиться и тихо выругаться сквозь зубы.
Айрис и Энни, с засученными по локоть рукавами и мокрыми от пота лицами, пытались выкорчевать массивный пень, непонятным образом оказавшийся под землёй прямо на пути последней канавы, которую почти закончили рыть девушки.
Я стоял и смотрел на эту сцену, чувствуя, как внутри меня борются два противоположных чувства: восхищение упорством Айрис, и возмущение от того, что она вообще занимается чем-то подобным лично. А где же её охранник? Куда он подевался?
Я мог бы развернуться и уйти, но вместо этого снял сюртук, повесил его на ближайший куст, закатал рукава рубашки, подошёл к ним и, не говоря ни слова, забрал топор из тонких рук подопечной:
– Отойдите, – приказал ей и нанёс первый выверенный удар по корню, который тут же с жутким треском обломился. Затем перешёл к следующему, потом к третьему, методично уничтожая всё, что держало этот проклятый пень в земле, а Энни тем временем продолжала копать, расширяя яму вокруг него.
Айрис стояла рядом, наблюдая за нашей работой с выражением изумления и благодарности на прелестном измождённом лице.
Я так увлёкся, что не сразу ощутил крупные капли дождя, стекающие по лицу и одежде. Дождь всё набирал обороты, но я хотел завершить начатую работу, потому с удвоенной силой замахал топором, вскоре последний корень был перерублен, и я, отбросив инструмент, схватился за край пня обеими руками. Упёршись ногами в землю, потянул его на себя изо всех сил. Он заскрипел, земля вокруг него затрещала, оставшиеся корни начали рваться с мокрым, чавкающим звуком, и, наконец, с громким хлопком, пень вылетел из вязкой почвы, едва не опрокинув меня на спину.
Я зло отбросил его в сторону и замер, стараясь выровнять дыхание.
– Поспешим домой! – громко окликнула меня Айрис. Платье облепило её со всех сторон, и при каждом движении обрисовывало изгибы её хрупкой, точёной фигуры. Я с трудом отвёл глаза и, резко кивнув, зашагал прочь.
Девушки догнали меня у куста, на который я кинул свой сюртук.
– Где Блэквуд? – не скрывая раздражения, спросил я, накидывая пиджак на хрупкие плечи наследницы Тобиаса, для Энни у меня, увы, ничего не было, а промокшая рубашка проблему не решит. – И почему вы не позвали крестьян помочь вам с этой чёртовой корягой?
– Сэр Маркус объезжает территории, проверяет, как продвигаются работы на мосту и мельнице, заодно осматривает границы владений, – быстро ответила девушка, убирая упавшую на лицо мокрую прядь волос.
Более не тратя время на разговоры, поспешили по тропе в сторону Эшворт-холла.
Мы почти добрались до особняка, когда ливень пошёл на спад.
Пока шли, я всё пытался отогнать навязчивую картину перед глазами – видение промокшей Айрис. С усилием переключился на её слова о том, что строящиеся объекты следует охранять.
Может ли мост и мельница подвергнуться нападению? Может ли кто-то попытаться саботировать работы? Да, вполне, например, леди Дарена или её пособники. Но, насколько я понял, вдове Тобиаса более выгодна смерть самой Айрис, нежели что-то иное. Вероятно, даже те пять тысяч крон никуда не делись и ждут своего часа, чтобы быть возвращёнными Колфилду. Но этот момент наступит лишь тогда, когда Дарена станет хозяйкой земель.
Нахмурившись, покосился на молчаливо шагавшую рядом девушку. Вот кого надо защищать, а не мост и мельницу.
Что же, выходит, нам срочно необходимы наёмники. Займусь этим вопросом завтра же. Отправлю Блэквуда в Торнтон, пусть подыщет достойных.
Я, уже не скрываясь, снова посмотрел на подопечную, на её испачканное платье, на растрепавшиеся волосы, на размазанную по щеке грязь, на то, как она куталась в мой сюртук. Она не заметила моего настойчивого внимания, её мысли явно были заняты чем-то другим, вероятно, очередными расчётами и планами, которыми, как я уже понял, была переполнена её голова.
Необыкновенная девушка, таких я никогда прежде не встречал. А ещё было немного обидно, что она ни разу не попыталась со мной флиртовать. Ладно, не немного, а весьма.