Глава 32. Долг

Айрис

Первые заморозки покрыли Торнтон тонким слоем инея и город засверкал в лучах восходящего солнца, будто посыпанный волшебной сахарной пудрой.

Карета герцога прибыла за нами ровно в девять, как и было условлено. Я снова надела своё платье медового цвета с кружевным воротником, иного пока не было, впрочем, я не сильно заморачивалась по этому поводу. Пополнение гардероба – это далеко не та проблема, которую нужно решить немедленно.

Его Светлость ждал нас у себя в кабинете. В кресле для посетителей сидел невысокий худощавый мужчина лет сорока пяти, с аккуратной седеющей бородкой и внимательными серыми глазами, при нашем появлении он поднялся и вежливо поклонился.

– Леди Айрис, – герцог встал, шагнул нам навстречу, я присела перед ним в книксене, Найджел склонил голову, – позвольте представить вам Луи Бернара, моего главного мастера. Именно с ним вы поделитесь секретами создания ваших красителей.

Бернар ещё раз поклонился:

– Миледи, для меня большая честь поработать с вами.

Я присмотрелась к нему внимательнее: движения выверенные, даже скупые, никакой суетливости, без тени подобострастия; в глазах живой интерес, но не алчность. Думаю, Его Светлость не ошибся в выборе.

– Взаимно, мастер Бернар, – ответила я. – Надеюсь, наше сотрудничество будет плодотворным.

– Луи работает на моих мануфактурах двадцать три года, – добавил герцог. – Начинал простым подмастерьем, дослужился до главного мастера. Он знает о красках всё, что можно знать. И умеет хранить секреты.

Мастер Бернар поклонился герцогу:

– Ваша Светлость, благодарю вас за столь высокую оценку. И за доверие.

Мы расселись напротив стола Торнтона и приступили к обсуждению деталей.

– Мастер Луи, буду ждать вас в Эшворт-холл в четверг утром, – первой начала я. – И сразу же начнём обучение.

– Буду в срок, миледи.

Я выдала ему список ингредиентов, которые он должен будет привезти с собой. Бернар задал парочку уточняющих вопросов, получил мои короткие пояснения, после чего, простившись, покинул нас. После его ухода герцог пододвинул к нам бумаги:

– А теперь перейдём к формальностям. Вот готовый договор, ознакомьтесь, не спешите.

Я внимательно прочитала каждый пункт: условия, суммы, сроки, проценты от продаж, обязательства сторон. Всё было именно так, как мы обсуждали.

– Всё верно, – кивнула я, взяла перо и расписалась, подпись Его Светлости уже стояла, как и его личная печать.

– Превосходно, – Торнтон удовлетворённо откинулся в кресле. – Дэнвер, принесите аванс.

– Да, Ваша Светлость.

Секретарь вышел и вернулся через минуту, держа в руках небольшой, но явно тяжёлый ларь. Поставил его на стол и открыли крышку.

Золотые монеты завораживающе сверкнули в лучах утреннего солнца, буквально гипнотизируя присутствующих.

– Можете пересчитать, – предложил герцог.

– В том нет необходимости, Ваша Светлость, – спокойно отказалась я, – уверена, тут всё точно.

Торнтон довольно сверкнул глазами и сделал знак своему секретарю, тот захлопнул крышку и закрыл ларь на замок, ключ с поклоном протянул мне.

– Ваша Светлость, – заговорил Найджел, когда формальности были улажены, – прежде чем мы уйдём, есть ещё одно дело. Крайне важное.

Герцог приподнял брови:

– Слушаю вас.

– Вчера я посетил рудознатца, мастера Грюнвальда. Показал ему образцы, которые нашёл на землях леди Айрис, у реки, на границе с вашими охотничьими угодьями.

– И? – в голосе Торнтона проступили нотки любопытства.

– Ваша Светлость, это оказались крошки валлийского янтаря высокого качества.

Герцог замер поражённый, несколько секунд он, не мигая, смотрел на Найджела:

– Янтарь? Вы уверены?

– Да.

Хозяин кабинета встал, прошёл к окну, заложил руки за спину:

– Янтарь на землях Эшвортов… – пробормотал он. – Это… неожиданно.

– Ваша Светлость, не только на землях миледи, есть все основания полагать, что и на ваших тоже, – добавил Найджел. – И, увы, кто-то узнал об этом раньше нас, доказательство тому – следы недавних раскопок. Кто-то уже начал разработку, воруя у нас, вероятно, у вас тоже. Проверить, так ли это на вашей земле у меня не было возможности.

Торнтон резко обернулся:

– Так-так-та-а-ак… Кто-то добывает янтарь у меня под носом, а я ни сном ни духом, – голос герцога стал жёстче, черты лица заострились.

– Мы пока не знаем, кто за этим стоит, – сказала я. – Но подозреваем, что именно из-за янтаря убили моего отца, и не так давно устроили пожар.

Герцог посмотрел на меня долгим, тяжёлым взглядом:

– Леди Айрис, вы понимаете, что это меняет… многое?

– Безусловно, Ваша Светлость.

– Янтарь – это не просто деньги. Это влияние. Власть. Если на ваших землях действительно богатое месторождение, вы станете мишенью всякого сброда.

– Именно поэтому мы и решили обо всём рассказать вам, Ваша Светлость. Мы уже партнёры, возможно, нам стоит стать компаньонами и в этом деле.

Герцог вдруг улыбнулся:

– Вы не перестаёте меня удивлять, леди Айрис. Хорошо. Я сам всё проверю, отправлю своих людей осмотреть берег с обеих сторон реки. Обсудим детали, когда будут результаты. Но пока держите это в тайне. Никому ни слова. Если слухи о янтаре расползутся, на ваши земли слетятся стервятники со всего королевства.

– Разумеется, Ваша Светлость, я всё понимаю.

Мы откланялись и вскоре покинули особняк, вежливо отказавшись от трапезы, сославшись на срочные дела. Устроившись в карете, я посмотрела на задумчивого опекуна:

– Милорд, прежде чем мы вернёмся домой, я хочу, наконец-то, закрыть одно важное дело.

– Какое именно?

– Навестить барона Колфилда и вернуть ему долг. Пока эти деньги у меня, я не смогу думать ни о чём другом. Я мечтаю вернуться в Эшворт-холл без этих невидимых оков.

– Хорошо. Я найму экипаж, и мы прокатимся в гости к вашему соседу.

***

Поместье барона Горация Колфилда называлось Рейвенхолл, в переводе «Воронье гнездо». Мрачноватое название, но, надо признать, не лишённое величия и некой загадочности. Мы подъехали к распахнутым кованым воротам после полудня. Привратник что-то меланхолично спросил у нашего возницы и махнул рукой, мол, проезжайте.

Подъездная аллея тянулась между рядами старых вязов, уже сбросивших листву. Голые ветви переплетались над головой, образуя подобие арки. Впереди на невысоком холме стоял сам особняк. Такой же большой, как мой, но в куда лучшем состоянии. Три этажа серого камня, увитого плющом, побуревшим от первых заморозков; башенки по углам, высокие стрельчатые окна. Не дом, маленький замок. На фасаде красовался тот же герб, что и на воротах, только выложенный из цветного камня.

– Впечатляет, – пробормотала миссис Грейвс, выглядывая из окна экипажа.

Да, однозначно.

Карета остановилась у парадного крыльца. Лакей в тёмно-синей ливрее с серебряным шитьём распахнул дверцу:

– Добро пожаловать в Рейвенхолл!

Мы поднялись по ступеням, где перед нами, как по волшебству, распахнулись тяжёлые двустворчатые двери, за которыми замер дворецкий.

– Добрый день, миледи, милорд, – учтиво поклонился он. – Как прикажете доложить? – и окинул нас быстрым оценивающим взглядом.

– Леди Айрис Эшворт и её опекун, лорд Найджел Льюис, – ответил Найджел. – Прибыли по срочному делу к барону.

– Прошу следовать за мной.

Нас провели через просторный холл: мрамор, тёмное дерево, портреты предков на стенах – суровые лица мужчин в доспехах и напудренных париках. Гигантская люстра свисала с потолка, её хрустальные подвески мягко переливались в солнечных лучах.

Богатство здесь было не показное, а, если так можно выразиться, привычное, как вторая кожа. Род Колфилдов явно процветал не одно поколение. Нас оставили в малой голубой гостиной, но не успели мы как следует осмотреться, дворецкий вернулся:

– Лорд Колфилд примет вас немедленно, пройдёмте…

Мы поднялись по широкой лестнице на второй этаж, вскоре слуга остановился у массивной двери и распахнул её:

– Леди Айрис Эшворт, лорд Найджел Льюис, господин!

Кабинет барона был под стать всему дому: с высокими потолками и внушительным камином, в котором можно было зажарить целого быка. Книжные шкафы, тяжёлые бархатные портьеры, письменный стол размером с мою кровать.

Гораций Колфилд поднялся нам навстречу. Его внимательные карие глаза смотрели с плохо скрываемым удивлением. Старик медленно подошёл ко мне, опираясь на свою резную трость с серебряным набалдашником, я присела в коротком книксене, после чего вложила свою ладонь в его сухую.

– Леди Эшворт, вот уж не ожидал. Что-то случилось?

– Милорд, благодарю, что приняли нас без предупреждения. Позвольте представить вам моего опекуна, лорда Найджела Льюиса.

Мужчины кивнули друг другу.

– Присаживайтесь, дорогие гости, – приглашающе повёл рукой старик.

Мы расположились в креслах напротив его рабочего стола, и я сразу же перешла к делу.

– Я прибыла, чтобы вернуть вам долг.

Колфилд замер, несколько секунд он просто смотрел на меня, словно не веря своим ушам.

– Вернуть долг? – переспросил он. – Пять тысяч золотых крон?

– Именно так.

– Полностью?

– До последней монеты.

Барон откинулся в кресле, не скрывая изумления:

– Леди Эшворт, простите мою прямоту, но… откуда? Насколько мне известно, ваше поместье едва сводит концы с концами.

– Я заключила выгодную сделку, – ответила я уклончиво. – Пока не могу раскрыть детали, но, думаю, пройдёт немного времени, и вы всё сами узнаете.

Гораций как-то по-доброму хмыкнул:

– Что же… Не буду скрывать, вы меня удивили и заинтриговали, чего уж.

Охранник, сопровождавший нас, поставил на стол ларь и, поклонившись, покинул кабинет.

– Пересчитайте, – кивнула я на сундучок, положила на стол ключ.

– Непременно, – старый барон позвонил в колокольчик, и к нам из боковой двери вышел средних лет мужчина. – Шон, пересчитай, – распорядился Колфилд.

Секретарь кивнул и принялся выполнять приказ прямо тут, под нашими пристальными взорами.

– Пять тысяч ровно, – нарушил тишину мужчина.

– Прекрасно-прекрасно, – потёр ладони друг о друга Гораций. – Принеси расписку лорда Эшворта и составь документ, подтверждающий, что долг барона Тобиаса перед родом Колфилдов погашен полностью.

Пока ждали, поговорили о погоде, о том, что в этом году крестьяне на земле Горация собрали приличный урожай, часть из них уже смололи зерно в муку именно на моей мельнице.

– Леди Айрис, я, когда узнал, что вы починили мост и запустили мельницу, был весьма удивлён, девушка вашего возраста и такие дела… Обратите внимание на моего второго сына, – многозначительно добавил старик, – уверен, из вас двоих получится замечательная пара…

– Лорд Гораций, срок траура леди Айрис ещё не истёк, к тому же она пока слишком юна, чтобы думать о замужестве, – опередил меня опекун, как-то чересчур напрягшись. Старый барон проницательно сверкнул глазами, но развивать тему не стал. Тут принесли готовый документ, Колфилд поставил свою размашистую подпись и печать. Я взяла бумагу, пробежала глазами текст.

– Благодарю вас, милорд. За помощь отцу в сложные времена, за то, что дали такую сумму без процентов, – и встала со своего места.

– Миледи, лорд Найджел, не спешите так, раз уж вы здесь, может, отобедаете с моей семьёй? Повар готовит сегодня своё коронное блюдо – фазана в сливочном соусе.

– Благодарю за приглашение, милорд, но мы вынуждены отказаться, – улыбнулся мой опекун. – Много дел, и мы хотим вернуться в Эшворт-холл до темноты.

– Понимаю, понимаю, – хозяин дома тоже поднялся. – Дела прежде всего. Что ж, леди Эшворт, рад был увидеться вновь. И, повторюсь, если когда-нибудь вам понадобится помощь или совет, мои двери для вас всегда открыты.

Тепло простившись, вышли из кабинета, спустились по лестнице, пересекли холл. Только когда карета тронулась и ворота Рейвенхолла остались позади, я позволила себе выдохнуть. Но чувство тихого счастья продлилось недолго, не успел наш нанятый на весь день экипаж остановиться у парадного входа Эшворт-холла, как нам навстречу вышла Дарена собственной персоной! С грустной улыбкой на тонких губах, полными печали и смирения красивыми глазами.

– Дорогая Айрис! – выдохнула она дрожащим голосом, по бледной щеке скатилась крупная слеза. – Прости меня, грешную, за всё. Я так много осознала, пока жила вдали от тебя и поместья! Пожалуйста, прости…