Глава 34. Предатели

Интерлюдия

Ночь выдалась безлунной, небо затянуло плотными облаками, и лишь редкие звёзды пробивались сквозь разрывы в тёмном покрывале. Эшворт-холл, как и всё вокруг, погрузился в тишину, только изредка где-то вдалеке ухала сова да ветер шумел в кронах деревьев.

Двое воинов Рэда, Том и Уилбур замерли с северной стороны ограды. Капитан распределил людей по всему периметру, приказав следить за любым подозрительным движением.

Том первый заметил, как из чёрного провала кухонной двери выскользнула сгорбленная фигура. Старик Джон, садовник и муж Полли, крался вдоль стены дома, прижимаясь к камням, буквально пытаясь слиться с тенями особняка. Двигался он неуклюже, но старательно.

Воины переглянулись и бесшумно двинулись следом, держась на расстоянии. Джон пересёк двор, обогнул конюшню, пересёк пустынный огород и направился к калитке, остановился, огляделся. Преследователи тоже замерли. Удостоверившись, что всё тихо, Джон вышел за пределы поместья и засеменил дальше по тропинке в лес.

В лесу старик подошёл к поваленному дереву у края оврага. Из густой тени переплетённых ветвей к нему шагнул невысокий мужчина в тёмном плаще, с глубоким капюшоном, надвинутым на лицо.

– Принёс? – требовательно спросил незнакомец.

– Вот, – садовник протянул ему что-то

– Хорошо, – человек в плаще ловко спрятал за пазуху предмет. – И следите за девчонкой. Госпоже нужно знать каждый её шаг. Иначе, сам понимаешь, чем это для вас обоих кончится.

– Да-да, – забормотал Джон, попятившись. – Только не трогайте мою Полли…

– Проваливай, старикан. Трудитесь как следует.

Но разойтись они не успели: Том и Уилбур соткались из тьмы за спинами беседующих и скрутили их так быстро, что те и понять толком ничего не успели. Незнакомец, как подкошенный, рухнул без чувств под ноги Уилу. Том чуть придушил Джона и хрипло шепнул ему в ухо, чтобы не шумел. Старик судорожно кивнул и сник, сдаваясь.

Связанных пленников поволокли обратно в поместье. Там их бросили в старый давно пустующий винный погреб. Каменные стены, низкий сводчатый потолок, единственная дверь, обитая железом, просто идеальная темница.

– Я доложу капитану, ты иди, разбуди хозяев, – приказал Том напарнику. – Тут дело серьёзное.

Найджел и Айрис спустились в погреб и в неровном свете факелов увидели две связанные фигуры. Джон с мольбой глядел на юную хозяйку. Незнакомец, который уже очнулся, зло зыркал на пришедших из-под густых бровей.

Льюис окинул их задумчивым взглядом:

– Как интересно… Значит, вот кто у нас в доме шпионил. А теперь скажи-ка мне, Джон, давно ли ты сливаешь информацию на сторону?

Старик мелко отрицательно затряс головой:

– Н-нет, г-господин, вовсе нет!

Найджел присел на корточки, требовательно заглянул ему в лицо:

– Ты ведь понимаешь, что тебя ждёт? За воровство, за помощь бандитам… – он выдержал паузу. – И за меньшее вешают.

– Пощадите, милорд! – взвыл Джон. – Нас, то есть Полли заставили, а я… я не мог бросить жену в беде!

Айрис всё это время молча хмурилась, кутаясь в тёплый платок.

– Полли? – переспросил Найджел, опасно сверкнув глазами. – Конечно же, если муж при деле, то и жена не могла остаться в стороне. Или, наоборот, но это уже неважно, – мужчина резко встал и обернулся к капитану: – Приведите старуху.

***

Айрис

Я смотрела, как Полли, трясущуюся и рыдающую, волокут по ступеням погреба. Старушка, кормившая меня овсяной кашей по утрам, заботившаяся о нас всех, которая причитала надо мной, когда я возвращалась с поля грязная и уставшая… Эта самая Полли была предательницей?

Моя душа покрылась инеем. Мне отчаянно не хотелось верить во всё это, но факты – вещь упрямая…

Её усадили на перевёрнутый бочонок напротив нас. Джон поднял на жену затравленный взгляд, она так же посмотрела на него. Что-то промелькнуло между ними, какое-то немое отчаяние, и оба разом опустили головы.

– Итак, – Найджел скрестил руки на груди, – давайте начистоту. Леди Айрис имеет полное право знать, что именно произошло. От вашей честности зависит, проведёте ли вы остаток дней на свободе или… – и многозначительно смолк.

Полли затряслась ещё сильнее:

– Госпожа, простите, ради всего святого, простите! Нас принудили, клянусь вам!

– Кто? – мой голос прозвучал хрипло, пришлось прочистить горло, чтобы договорить. – Кто вас заставил?

Старуха смотрела на меня и тихо плакала.

– Мадам Жюли сегодня, когда я отказалась пустить их в дом, припугнула меня… Это ведь я готовила отвары для барона Тобиаса. Мне давали мешочки с травами, я их заваривала и относила сиделке господина…

Она смолкла, сжала руки перед собой в замок, собираясь с силами, чтобы продолжить.

– Сегодня же, когда я преградила им путь, мадам отвела меня в сторону и прошипела: «Помнишь, Полли, как ты готовила барону Эшворту лекарственные отвары? Следствие думает, он умер от яда. Если это так, то яд добавляла именно ты. А свидетелей я найду, Гарета и Крейн подтвердят. Как думаешь, что делают с крепостными-отравителями? Четвертуют на площади. Тебя и твоего мужа растерзают на потехе толпе!».

Тишина в погребе стала осязаемой, густой, давящей.

– И я испугалась. Не за себя, чего уж… За Джона. Он ни в чём не виноват…, засим я оставила их обеих одних в гостиной. После мадам Жюли передала мне какие-то бумаги, которые я должна была припрятать и затем отнести их в лес к оврагу.

Джон, всё это время молчавший, заговорил:

– Я сплю чутко, почувствовал, что Полли встала, и спросил её, в чём дело. А она плачет, слов связать не может. В опщем, выведал я у неё всё, испугался за жену свою глупую, да и сам отправился в лес… Больше мы ничего не делали, госпожа. Клянусь!

Найджел подошёл к молчавшему до сих пор пленнику и сдёрнул с него капюшон. Обычное лицо, неприметное, из тех, что забываешь сразу, как отвернёшься. Мужчина лет тридцати, с бегающими глазками-бусинками.

– А ты кто такой? Имя, чьи приказы выполняешь?

Незнакомец упрямо молчал.

– Можем и по-другому, – спокойно заметил Найджел. – Капитан Рэд умеет развязывать языки.

И снова молчание.

Мой опекун пожал плечами и кивнул Рэду, тот шагнул вперёд, на ходу вытаскивая из-за пояса кинжал. Пленник даже бровью не повёл. Капитан сел на корточки и… Резко вогнал лезвие в бедро незнакомцу. Тот так взвыл, что уши заболели. Но Рэд на этом не остановился, провернул лезвие, пленник глухо застонал.

– Это не так больно, как… – едва слышно прошелестел герцогский гвардеец и резко выдернул нож. Я не выдержала и отвернулась. Помещение буквально сотряслось от вополей пытаемого.

– Леди Айрис, я предупреждал вас, что вам лучше подождать в доме, – шепнул мне Найджел. Я упрямо мотнула головой.

– Ты ведь хочешь остаться мужчиной, – тем временем продолжал капитан и направил острие ножа…

– Стойте! – пленник дёрнулся. – Я скажу, всё скажу! Меня зовут Нэйт. Служу Великанше, она никогда не называла своего имени, мы дали ей кличку. Она платила за сведения об Айрис Эшворт. Я следил за домом на расстоянии.

– Опиши её, подробно!

С каждым словом я всё больше уверялась, что речь идёт о Лафорт, преданной служанке Дарены. Умно. Мачеха использовала Жюли, как посредника, чтобы самой остаться в тени.

– И поджёг мост, – это был не вопрос, Найджел утверждал.

– Да, – скрипнув зубами, бросил тот.

– Где твой напарник?

– Я один…

– Да неужели? – фыркнул Льюис. Пленник поджал губы, но всё же ответил:

– В Торнтоне…

Рэд резко качнулся вперёд, кинжал почти коснулся гульфика штанов и Нэйт, взвизгнув, проорал:

– У дамбы ждёт меня. Сегодня мы должны были устроить там пожар.

Я стиснула зубы, чувствуя, что уже не испытываю отвращения к действиям капитана, что уже сама готова врезать по этой морде. Он убил моего человека, и ни словом не обмолвился, как сожалеет, напротив, готовился напасть на крестьян, живущих на мельнице, и убить их всех. Взяв себя в руки, спросила другое:

– Мои бумаги. Где они?

Капитан без лишних слов обыскал Нэйта и вынул из внутреннего кармана его плаща тугой свиток. Передал его мне, я развязала верёвку и пробежалась глазами по тексту. Да, это были мои записи.

– Капитан, отправьте людей к мельнице, – приказал Льюис. – Взять его напарника живым.

Рэд коротко кивнул и вышел отдавать распоряжения.

Я посмотрела на Полли и Джона, сжавшихся на своих местах. Два старых, испуганных человека. Жертвы шантажа, а не злодеи. Но оставить их здесь я не могла.

– Я приняла решение, – сказала негромко, старики вскинули головы, с надеждой и страхом на меня уставившись.

– Лорд Найджел, выпишите им, пожалуйста, вольные грамоты, дайте деньги на первое время и отправьте в Торнтон. Думаю, дальше они сами разберутся со своими жизнями, – печально добавила я…

– Госпожа… – Полли всхлипнула. – М-мы не хотим вольной, мы хотим остаться, прошу вас!

– Нет, – отрезала я. – Я понимаю, что вас вынудили, но служить мне вы больше не будете. Это моё последнее слово. Некоторое время посидите здесь, после я вас отпущу.

Стараясь не слушать их причитаний, я резко отвернулась и пошла на выход из погреба.

Оказавшись на улице, почувствовала, как предрассветный холод обжёг мокрые от слёз щёки.

Опекун замер рядом со мной.

– Они могли служить ей давно, – тихо заговорил он. – Пытать стариков, чтобы они сказали правду, я не смог. Не думаю, что вы поступили верно, дав им свободу. Но оспаривать ваше решение не стану.

– Если бы Полли служила Дарене верой и правдой, она давно могла меня отравить, – я посмотрела в глаза мужчине. – Поэтому я склонна им верить. И да, не поскупитесь на деньги, пусть они не голодают и смогут снять себе жильё.

***

Когда небо окрасилось первыми лучами солнца, вернулись люди Рэда. И вернулись они с добычей. Подельник Нэйта оказался угрюмым детиной с перебитым носом. Под нажимом капитана он подтвердил показания напарника: они служили Великанше, которая платила исправно и щедро. Встречались в таверне на окраине Торнтона, она всегда приходила одна.

Пленников загрузила в телегу и под конвоем повезли в Торнтон.

– Посоветуйте констеблю Варну устроить ловушку для этой Великанши, – дал указания Найджел, – пусть Нэйт свяжется с нанимательницей и встретится с ней в той таверне. Дальше уже дело за малым. Полли и Джона мы придержим в подвале пару дней, чтобы не сболтнули лишнего, кому не следует.

Сегодня за завтрак взялась Джоанна. Дочь миссис Грейвс оказалась умелой кухаркой, её каша получилась ничуть не хуже, чем у Полли. Впрочем, я почти не чувствовала вкуса, механически работая ложкой. За столом царила гнетущая тишина, всем было не по себе от последних событий, обсуждать что-либо я пока не была готова.

– Спасибо, Джоанна, всё было вкусно, – поблагодарила я девушку и отодвинула тарелку, собираясь встать. Тут дверь в столовую открылась, и внутрь шагнул сэр Маркус.

– Миледи, милорд, – поклонился Блэквуд. Выглядел он уставшим, но вот глаза его азартно поблёскивали. – У меня есть для вас интересные новости.