Глава 30

Лютень сдерживал трансформацию из последних сил: кровь кипела в жилах оборотня. Яр понял это по глазам – они вспыхнули красным, как зарево пожара. Куртку свою волколак скинул, демонстрируя блестящие от пота твердокаменные мускулы и длинный шрам на груди.

Новая атака полуволка вышла невероятно яростной, но на стороне Яромира была скорость. Он ловко ушёл от удара, развернулся и накинулся со спины, сдавливая глотку предплечьем, но оборотень, присев, ухватил его и перебросил через себя. В последний момент Ледорез успел вцепиться в соперника мёртвой хваткой, и они повалились в траву вдвоём, с рычанием ломая друг друга и впечатывая пудовые кулаки в бока.

Ясное дело, приближения Хозяйки ни один из них не заметил.

– Кхм… – громко кашлянул Бахамут. Он высоко держал руку, на которую опиралась колдунья. Снеженика до сих пор ходила с большим трудом. – Кхм-кхм.

Лютень и Яромир разжали объятия и поднялись. Грязные, потные, лохматые, в синяках, ссадинах и кровоподтёках…

Господарка глянула на них и, сморщив лоб, обратилась к карлику.

– Что, говоришь, я должна им сказать?

Она чуть наклонилась, а трепясток, привстав на цыпочки и приложив ладонь ко рту, прошептал ей на ухо что-то невероятно таинственное.

– Ах, да! – просияла Снеженика и, грозно нахмурив брови, с максимально серьёзным выражением изрекла: – Охальники окаянные!

Расположившийся в тени под липами Марий громко расхохотался. Лютень сокрушенно вздохнул.

– Мы тренировались, – сказал, подхватывая куртку.

– Главное, что не покалечились, – проворчал карлик и кивнул на Яромира. – Ещё немного, и ты бы нашему невеже глотку перегрыз.

– Ничего подобного, – возразил оборотень. – Я прекрасно себя контролирую. Человек не в претензии. Ты ведь не в претензии?

Ледорез мотнул головой, утёрся тыльной стороной ладони и смачно харкнул кровью на разлапистый лопух.

– Очаровательно! – Бахамут закатил глаза. – Обязательно быть таким мерзким? Здесь же дама!

Яромир одёрнул изгвазданную тунику и неуклюже отвесил короткий поклон.

– Ну, уже что-то… – буркнул трепясток, а Хозяйка улыбнулась. Как всегда, вассалы поняли её без слов.

– Пошли, Бах. – Лютень шагнул к трепястоку и хлопнул по плечу оволосевшей пятернёй. – Поможешь проверить порталы. Люсинка наверняка слоняется из деревни в деревню, и чем скорее мы её прищучим, тем лучше. Бывай, человече.

Он отсалютовал и повернул к замку. Карлик засеменил следом. Даже Марий тактично растворился в воздухе. Вот же…

Хозяйка уселась на густой ковёр травы и принялась ласково перебирать пальцами тонкие зелёные стебли. Её волосы быстро отрастали – наверное, благодаря магии, – и, чтобы удерживать непослушные пряди, она носила тонкое, расшитое бирюзой очелье с голубыми бисерными подвесками. За плетёным ободом Яр заметил синий цветок.

Неужели тот самый? Вряд ли: третьего дня луна минула, как он его сорвал – за такой срок что угодно увянет. Хотя… Может, опять волшебство? Не исключено. Магия способна сохранять материю удивительно долго. Порой столетиями…

Ледорез скользнул взглядом по кукольному личику с острым подбородком. Задержался на губах. Не слишком полных, чуть бледноватых, но вполне себе милых.

– Сколько тебе зим? – спросил, устраиваясь рядом.

Господарка задумалась.

– По человечьим меркам, наверное, довольно много, – сказала после паузы. – Но среди соплеменников я считаюсь совсем юной. Для них я – вчерашний ребёнок. Отроковица. Так что… всё относительно.

Губы тронула невесёлая улыбка. Видимо, девчонка и вправду тоскует по этим своим соплеменникам. Может, где-то далеко-далеко, в другом мире, у неё имеются любящие родители. Мать и отец, которые продолжают надеяться и верить, что их дочь когда-нибудь вернётся домой…

– Кто ты? – спросил Яромир, внимательно вглядываясь в тонкие черты. Вдруг получится разглядеть за мороком истинный облик?

– Не могу сказать, – вздохнула Хозяйка. – Заклятье не даёт: проболтаюсь, и колдовство разорвёт меня на части. Но если сам догадаешься – это не в счёт.

Воцарилось молчание.

– Я помогу тебе, – тихо, но твёрдо заявил Ледорез после паузы. – Помогу выбраться из ловушки.

Она вскинула голову и поймала его взгляд.

– Так ты… согласен? – серые глаза подозрительно заблестели.

В них читалась радость, надежда, а ещё… затаённая тревога и какой-то малообъяснимый страх. Чего она, интересно, боится? Что он передумает и откажется? Даже если так, можно запросто найти другого исполнителя. Разве нет?

– Сперва объясни, почему именно я.

– Ну… это же ясно! – она пожала плечами. – Ты – первый воин Гильдии.

– Второй.

– Хорошо, – мягко согласилась она. – Второй. И тебе многое по плечу: о наймитах первой пятёрки ходят легенды.

Яромир скривил губы в неком подобии ухмылки. Да уж, легенды. С горсткой вилланов справиться не смог. Герой…

Она заглянула ему в лицо. Нахмурилась.

– Ты… вспомнил тот случай на кладбище, да?

Ледорез уставился на кулаки со сбитыми в кровь костяшками.

– Не тревожься. – Хозяйка положила ладонь ему на локоть. – Их было слишком много, а ты едва на ногах держался. К тому же, подозреваю, тебе не хотелось никого убивать. Угадала?

Яромир не ответил. Посмотрел серьёзно, хмуро.

– Дело сложное, и тебе нужен опытный воин, – сказал без малейшего намёка на вопрос.

– Да, – она кивнула.

– Но ведь были и другие… опытные… Так?

– Так. – Взгляд колдуньи потемнел. – Были. Много. Их глаза ты видел в престольной зале.

Глаза…

Ледорез сглотнул, вспоминая пугающее зрелище: живые вежды на огромном полотнище гобелена. Теперь понятно…

Отчаянные рубаки, рыцари без страха и упрёка, охотники за головами, борцы с нечистью или просто искатели приключений… все они…

– Они пытались тебя убить, – догадался он. – Нарушили клятву.

– Так и есть, – вздохнула она. – Сначала дали, а потом нарушили. Стало быть, их слово – пустой звук.

– А моё – не пустой?

– Для этого ты слишком скуп на разговоры, – она заразительно улыбнулась.

Пришлось приложить усилия, чтобы не улыбнуться в ответ. Хотя хотелось. И это было странно…

Яромир поднял голову и сощурился: солнце стояло в зените, осыпая золотыми поцелуями сочную летнюю зелень.

– Если мой разум опять помутится – я стану опасен.

– Знаю. – Она нашла его ладонь. Чуть сжала. Отдёргивать руку Яр не стал. – Никогда не встречала пагубу такой силы. Уму непостижимо, как ты держался всё это время…

Вот теперь Ледорез усмехнулся.

– Это вторая причина, верно?

Снеженика посмотрела на него. Выдержала долгий взгляд и без обиняков ответила:

– Верно. Твоя сопротивляемость магии – редкий дар. А в сочетании с боевыми навыками – бесценный.

Он отнял длань. Сцепил пальцы в замок и угрюмо зыркнул исподлобья.

– Что нужно делать?

Требовалось отправиться в мир и найти четыре ключа – по одному на каждую сторону света. На первый взгляд – ничего сложного. Только вот, как именно выглядят ключи, и где их искать – Снеженика не имела ни малейшего представления.

– Да, уж, непростая задачка… – Полумесяц сидел у окна и рассматривал звёзды. Серебряная лунница слабо поблёскивала на груди. – Хотя, нам с тобой не привыкать, братишка. Помнишь, боярыня из Раздолья повелела раздобыть драконий зуб? Тебе тогда только-только восемнадцать стукнуло.

– Шестнадцать, – поправил Яр и, черканув кресалом о кремень, запалил лучину. – Восемнадцать было тебе.

– Пусть так, – Марий отлип от созерцания летней ночи. Улыбнулся. – Но ты ведь помнишь, верно?

Конечно, Яр помнил. Такую вздорную бабу разве забудешь? Мастер не хотел направлять людей на бредовое задание, но пара увесистых кошельков решила дело. Боярыню ту, вроде, Ладой звали, и мнила она себя первой красавицей Дольных земель. Вот и надумала красоту и молодость навечно сохранить – у какой-то ведьмы вызнала, мол, надо драконий зуб в порошок истереть, в девственной крови растворить и выпить. Не учла, правда, что драконы, кроме как в сказках, больше нигде не водятся. Верить здравым доводам ветрогонка наотрез отказалась: топала ногами, голосила, требовала заветный зуб…

Переубедить её не получилось. Пришлось изготавливать клык кустарным способом при помощи смекалки и напильника.

– Ты потом с ней две ночи любился. – Яр подбросил в топку полено. Пошерудил кочергой.

– И то верно! – Полумесяц потянулся. – Ах, до чего горячая она была, эта Ладушка! Молодухи порой не такие охочие.

Яромир улыбнулся краешком губ и покачал головой. Говорят, горбатого могила исправит. А такого ходока, как Марий, не исправит, похоже, даже она. Вот же…

– Ну, чего надумал? – Полумесяц соскочил с подоконника и упёр руки в бока. – Поможем сероглазой?

– Поможем.

– Одобряю, – улыбнулся покойник. – С чего начнём?

Яр плюхнулся на кровать. Заложил руки за голову и уставился на потолочные балки.

– С библиотеки.

– С библиотеки?

– Да. С неё.

Товарищ явно озадачился, и Ледорез решил не дожидаться лишних вопросов.

– Когда я пропадал в гильдейском книгохранилище, ты хвастал, что видывал библиотеку получше. Такую, в которой можно любые книги сыскать. Даже самые редкие и древние.

– Было дело, – кивнул Марий. – Только туда так просто не попасть: это закрытая библиотека. Исключительно для магиков. Ты магик?

– Нет.

– Значит, тебе путь закрыт.

– Придётся открыть, – философски заметил Яр. Если где и есть сведения о том, как всю нечисть согнали в холмовые земли, то только там. Поэтому…

– Ты… уверен?

– Нет. Но попробовать стоит. – Яромир зевнул. Время перевалило за полночь. Он дико устал и ужасно объелся: Лютень приволок на ужин кабана.

– Допустим. – Полумесяц сел на край постели. – А что насчёт пагубы? Когда твоя подруга освободит тебя от проклятья?

– Она мне не подруга, – огрызнулся Яр.

– Это детали, – махнул рукой призрак. – Когда она снимет пагубу, чтобы ты смог нормально жить?

Ледорез смежил веки и шумно выдохнул.

– Не может она её полностью снять. Только сдержать. И то на время.

– То есть как, "не может"? – в голосе Полумесяца послышались опасные нотки. – Она же великая чародейка. Колдунья, которой во всём Хладоземье нет равных. Неужели она…

– Она тут ни при чём, понятно? – перебил Яромир. Перевернулся на бок, сунул кулак под голову и хмуро уставился в стену. – Чтобы вытравить чёртову гниль, надо отыскать того, кто её наслал. А я… Я даже не помню, кто это со мной сделал.