Глава 14 · Первая тыква — всмятку!

Наёмников, которые пришли с Ллейвином из Берна, в замке сразу невзлюбили. Вполне возможно, что кто-то из них участвовал в казни Изольды и поджоге Тинтагеля. Только гостеприимство или точнее, скрывающийся за этим холодный расчёт Тристана, останавливало обе стороны от открытой вражды.

Наёмники встали у стены замка лагерем. Никого не трогали, но держались настороже. Обитатели замка тоже держались настороже — наблюдая за лагерем со стен.

Первая линия боевого соприкосновения пролегала, как водится, по кухне. Наёмников надо было кормить. Эдит сказала со вздохом, что какими бы эти люди ни были, Тинтагель должен проявить гостеприимство. Изабель и Фанни промолчали и пошли варить похлёбку.

— Ещё и готовить им! — пробурчала Изабель, кидая в котёл нечищенную рыбу.

— Уже стоят, ждут, — Фанни кивнула на окно, за которым виднелись головы в подшлемниках и слышались грубые шутки. — Нахлебники…

Изабель свернула калачи таким узлом, что они еле пропеклись. Фанни кинула в похлёбку здоровенный корень хрена.

— Дамочки, принимайте товар! — Это был старый конюх, который привёз в замок продукты из деревни. — Свезло вам, — сказал он торчащим у забора наёмникам. — У нас как раз время оброка.

— Да вот ещё! — Изабель выскочила из кухни с недовольным видом. — Господин Тристан в этом году оброк не собирает. Госпожа Эдит утром сказала. Так что обойдётесь. Давай, что у тебя?

— Тыквы, — старик махнул кнутом за спину, где громоздились круглые блестящие бока овощей. — Привозные!

— Чего стоим, кого ждём? — Изабель взглянула на наёмников. — Давайте, помогайте! Бездельников не кормим!

Мужчины, недовольно кряхтя, перетащили тыквы из телеги и свалили в кучу посреди кухни.

— Всё, дальше мы сами, — отрезала Изабель. — И так попортили что могли. Идите, ждите. Фанни, разбирай!

Настроение у Фанни с утра было паршивое. Пасмурная сырая погода, дел погорло. Девушка устала после занятий по боевой подготовке. Да ещё допоздна с девчонками у колодца болтали. Фанни пришла в замок не выспавшись. А там новая напасть — Финн прислал партию тыкв. Тыквы были просто огромными, не чета местным, но их надо было быстро разобрать — что в пирог, что в подвал. Они с Изабель стали вместе ворочать эту красоту, и самая большая тыква оказалась испорченной. В самом низу, где тыква лежала на земле, обнаружился ход в мышиную нору. Изабель рассказала грызунам всё, что о них думает. Досадно — такая большая тыква и вся пойдёт в помойку. Хорошо, что не успели разрезать! Расстроенная Фанни потащила тыкву на конюшню. Может, лошади съедят.

Хоть и поеденная, тыква была достаточно тяжёлой, и девушка решила её покатить. Едва она вышла из кухни, как увидела наёмника. Парень стоял, облокотившись о забор, и нагло лузгал семечки, сплёвывая шелуху на чистую мостовую. Фанни решила разобраться с ним потом и покатила тыкву. Тыква была неровная, норовила укатиться под стену, пришлось помогать руками. Фанни наклонилась, но услышала за спиной присвист и остановилась. Этот гад пялился на её спину и противно ухмылялся.

— Какая спелая тыковка, — присвистнул он. И, облизнув губы, сплюнул шелуху от семечек.

Фанни вспыхнула, схватила тыкву за хвостик и взгромоздила её себе на плечо. Наёмник за её спиной снова присвистнул ещё более замысловато и снова сплюнул. Фанни не выдержала. Она повернулась, увидела ухмылку наглеца, и схватив тыкву, с размаху насадила её парню на голову.

Наёмнику повезло. Тыква только с виду была жёсткой и тяжёлой. Мягкое основание с мышиными ходами легко рассыпалось от удара, и голова парня оказалась внутри тыквы. Перед Фанни очутилось шатающееся чудовище с растопыренными руками, тыквенной головой и глазами, ошалело сверкавшими сквозь трещины в тыкве. Раздалась мычание и приглушённая ругань. Фанни упёрла руки в бока и закричала:

— Ишь какой нашёлся! Ходят тут всякие работать мешают! Всю мостовую уже загадили!

— Что? Где? — на шум высунулась Изабель с половником наперевес. — К нашей Фанни пристают? Ах ты негодяй!

И кухарка выдала такое, что покраснела даже тыква. В воротах показались дружки парня.

— Что, обед готов?

— Вам ещё и обед подавай? Весь замок изгадили, не пройдёшь не проедешь! Свиньи бернские!

— Дура! Курица мокрая!

— Что сказал? — Фанни схватилась за ограду и отработанным движением вырвала из неё палку. Схватила как учили, двумя руками, один конец вперёд, приняла боевую стойку и приготовилась к атаке.

— Наших бьют!

— К оружию!

Стражники забегали по стенам, стрелки схватились за арбалеты. В лагере наёмников поднялся переполох. Раздался тревожный удар сигнального колокола…

Стоящий в деннике любимый жеребец лорда Тристана поднял голову от сена и недоумённо фыркнул — где же тыква?