Глава 41 · По течению

По приказу Болеслава Артура переодели и накормили. Грубая шерстяная рубаха и штаны принесли тепло и уют, горячая похлебка вернула к жизни. Но Артур понимал — он снова попал в рабство. Только теперь он стал рабом хитрого и коварного преступника.

Финн был озадачен внезапной встречей с Артуром не меньше Болеслава. Но вместо досады его охватила эйфория.

— Прекрасно, — бормотал он под нос. — Создатель на моей стороне. Как удачно всё сложилось!

— Что ты бормочешь? — спросил его командир наёмников.

— Ты меня спас, Болеслав. Не знал, что мальчишка попал к вам. Думал, придётся искать.

— Его запах не спутаешь ни с кем. Но он оказался другим.

— Он особенный, да, — прошептал Финн. — И это очень кстати…

От задумчивого взгляда браконера юношу пробрал озноб. Так нежно кошка трогает своей мягкой лапкой мышь перед тем, как вонзить в неё иглы своих когтей.

— Сынок, — произнёс браконьер, гладя Артура по голове. — Скоро мы вернёмся домой, к твоей новой маме. Ты должен очень хорошо себя вести и не расстраивать её. Поел? Теперь пойдём со мной.

Артур облизал мгновенно пересохшие губы. Страх перерос в отчаяние, ледяной волной окатив всё тело.

— Подождите. Прошу вас, — мольба сорвалась с губ помимо воли. — Мои братья. Они рядом, в деревне. Я должен их спасти.

Финн непонимающе прищурился.

— Твои братья? Ты же говорил, все умерли.

— Это младшие. Другой помёт. Мама… мама доверила их мне.

В глазах Финна мелькнула искра. Вот в чём дело! Ещё один помёт. Маленькие Флинки. Маленькие демоны, из которых можно вырастить кого угодно…

— Сколько их?

— Пятеро. Пятеро волчат. Четыре мальчика и… и девочка, — прошептал Артур.

— Девочка? Интересно… — Финн вплотную приблизился к юноше, заглянул в блестящие от слёз глаза. — Не беспокойся, сынок. Конечно, мы спасём твоих братьев. Обязательно спасём. И все вместе вернёмся в Тинтагель.

Браконьер кивнул Болеславу.

— Идём в деревню. Поищем волчат. Для нас это прекрасная возможность держать мальчишку на поводке, — добавил он вполголоса. Командир наёмников понимающе кивнул.

Артура оставили в покоях командира. Понимая, что бежать ему не дадут, а в чулане прятаться бесполезно, юноша забился в угол, дожидаясь возвращения браконьера. Без защиты Финна он — лишь добыча для озлобленных зверей. Оборотни между тем затеяли игру в кости.

— Сидишь? — покосился на Артура один из воинов, рыжий верзила, тряся кости в кулаке. Юноша опустил голову, стараясь не встречаться с оборотнем глазами. — Ну сиди, сиди.

— Бросай давай, — подогнал его товарищ. — Змей с этим…

— Четыре.

— Эх!

— Восемь! Ага!

— Ставлю его палец.

И оборотни, хищно ухмыляясь, дружно посмотрели на юношу. Артур замер — неужели начнут резать? Всё-таки надо было попытаться сбежать…

— Не, — с сожалением сказал рыжий. — Командир сказал не трогать.

— Поставь тогда свой!

— Да ну…

Артур затаил дыхание. Одно неверное движение — и его разорвут на части.

С наступлением сумерек Финн вернулся в лагерь, заглянул в избу, поманил Артура. Юноша выскочил из своего угла, радуясь, что остался цел. Оборотни проводили пленника недовольным ворчанием.

— Ну вот…

— Надо было хотя бы ухо поставить…

Артур выглянул во двор и замер. Четверо крепких воинов несли окованную железом клетку, где испуганно бились молодые волки необычного тёмно-рыжего окраса. Клетку с глухим стуком опустили на заснеженную землю.

Моргана, братья! Их нашли. Они здесь. Но что-то с ними не так.

Артур, бросился к клетке, дрожащими руками поднял щеколду и ринулся внутрь, не думая, какому риску себя подвергает.

Оборотни стояли вокруг и молча наблюдали за ним.

Волчата были испуганы, но целы. Только Карий… едва Артур дотянулся до него, волчонок с рычанием вцепился ему в рубаху. Ещё немного — и плечо Артура оказалось бы порвано острыми клыками. Юноша схватил брата за шкирку и потащил из клетки. Карий царапался и вырывался, пронзительно вереща, пытаясь укусить своего старшего.

Когда Артур выволок его на снег, кое-как защищаясь от когтей и зубов рукавами рубахи, он понял, в чём было дело. Карий обезумел от боли. Кто-то из деревенских перебил ему арапником задние лапы.

— Люди. Вот так они воспитывают, — злобно бросил один из оборотней.

Артур осмотрел раны, сгорая от бессильной ярости. Он не мог вылечить брата, смог только, замотав переднюю часть тела волчонка в свою тужурку, наложить повязку.

Болеслав подошёл к нему, присел рядом.

— Оставь его, Зверик. Мы ничего не сможем сделать. Раны слишком серьёзные. Дай ему уйти с миром.

Артур промолчал, лишь крепче прижал к себе дрожащего Кария. Внутри него всё кричало: «Вы не можете, но она… Она сможет!»

— Избавься от него, — тихо посоветовал Финн. — Этот малыш не жилец.

Артур вскинул голову.

— Я обещал на могиле мамы, что больше никто не умрёт. Помогите мне попасть в Тинтагель. Леди Эдит вылечит Кария. Она владеет магией, она исцелит его в одну минуту. Мне нужно к ней!

Финн склонил голову, словно обдумывая слова Артура. Затем отозвал Болеслава.

— Этот мальчишка — наш ключ к Тинтагелю, — сказал он тихо. — Он ученик лорда и любимый воспитанник леди. Но мамаша-волчица сделала из него хорошую няньку для своих щенков. Он от них не откажется. И это нам на руку.

— Ты ему веришь? В эти сопливые клятвы? — скептически хмыкнул Болеслав.

Финн холодно улыбнулся.

— Я тоже когда-то был таким же глупым. Говорил красивые слова, верил в сказки. Используем его глупость и захватим замок. Вы вернётесь на родину, которой вас лишили. Более того, дар Эдит поможет и вам.

— Готов поделиться своей женщиной? — поинтересовался оборотень.

— Она добрая, даже овец готова лечить. И вам не откажет. Если хорошенько попросить…

Финн задумчиво усмехнулся, его пальцы непроизвольно сжались, как у коршуна, поймавшего птицу. Он подошёл к Артуру. Коварная усмешка тут же сменилась заботливой улыбкой.

— Прости, сынок, мы же не звери. Хотели как лучше. Душа болит от вида того, как малыш мучается. Не будем ждать до завтра. Садись в лодку, отвезём тебя с братиком сейчас.

— А остальные? А Моргана?

— Они пока побудут здесь, под присмотром.

Артур вопросительно взглянул в лицо Финна, но глаза браконьера были непроницаемо пусты. Юноша поднял Кария, перенёс в лодку. Уселся на носу, почёсывая брата за ушами. Волчонок в изнеможении закрыл глаза и тяжело дышал, высунув язык. В тишине был слышен слабый плеск волн, из избы доносились голоса оборотней. Воины Болеслава торопливо собирались в поход.

— Флинки! Значит, ты их и раньше встречал? — спросил командир Финна.

— Было дело, — ответил браконьер самодовольно. — Однажды в лесу под Берном охотился и поймал молодую сучку. Горячая оказалась штучка!

— Так ты что же, прямо волчицу завалил?

— Она обернулась девицей. Искала себе приключений. Сама под меня полезла.

Болеслав завистливо хохотнул. Артур сидел, скорчившись на носу лодки. Его затошнило от услышанного. Он вцепился в борт, затуманенным взглядом поймал шевеление Кария — волчонок слабо поскуливал в темноте. С этим подонком Финном он разберётся потом. Сначала — спасти брата.

— Похоже, мальчишка из её помёта, — продолжал Финн. Теперь Артур мог узнать этот голос из тысячи. — Жаль, что выжил только один. От сук пользы больше, может наплодить волчат. Но нам и кобель пригодится. Говорят, у одного из правителей Запада сейчас в оруженосцах Флинк. Настоящий берсерк.

— Вот я и вижу, у Зверика масть больно знакомая. Значит, ты…

— Эй, потише! Не болтай!

Раздался грубый смех. Артур сидел на носу лодки, задыхаясь от возмущения.

Финн сел рядом, обдав запахом браги и жаркого. Оборотни оттолкнули лодку от берега и, запрыгнув в неё, взялись за весла. Лодка заскользила по реке, в тумане, клубящемся над водой. Артур сидел на носу, прижимая к себе Кария, и смотрел на полыхающий кровью закат, на чёрные зубцы леса южного берега. Река сделала поворот, и перед Артуром предстал мрачный берег в ожерелье из белой пены. Послышался слабый, нарастающий гул прибоя. На краю скалы, окутанный лиловой дымкой, высился Тинтагель. Артур всё это время был так близко к Эдит. И вот он возвращается…

Сильная рука опустилась на колено мальчика и крепко сжала его. Финн тихо сказал Артуру:

— Скоро ты увидишь Эдит, сынок. Она вылечит твоего брата. Но за это тебе придётся сделать для меня кое-что.

— Почему вы нам помогаете? — спросил Артур. Вокруг шумела река, плескались весла, но Артур слышал лишь биение собственного сердца.

Браконьер улыбнулся. Он был красивым мужчиной, длинные серебристые волосы убраны в хвост, левую бровь пересекает шрам.

— Не только тебе, сынок. Для всех я просто Финн, — ответил блондин. — Но я также — твой отец.

Глаза Артура потрясённо расширились.

— Нет… — сорвалось с губ юноши. Но в глубине души он мгновенно понял — это правда. Поэтому запах браконьера всегда так волновал Артура.

— Увы, сынок, я не смог спасти Маргариту, — сокрушённо продолжал Финн. — Но я готов начать всё сначала. Создадим новую семью. Ты, я и Эдит. Ты поможешь нам сблизиться. Она родит тебе сестрёнку, а твои младшие… Мы привезём их в замок и будем жить все вместе. В нашем неприступном Тинтагеле, на краю земли.

Семья, любовь, безопасность. То, о чём он мечтал. Артур колебался, как мотылёк в сетях паука. Финн почувствовал его слабость, и глаза браконьера сузились в победном броске.

— В полночь откроешь нам ворота, сынок, — прошептал Финн, наклонившись к юноше. — Или все твои братья, о которых ты столько заботился, погибнут.

Артур вздрогнул, словно от удара. Беспомощно взглянул на своего отца, которого никогда не знал, и который с первой минуты их встречи принялся так жестоко использовать его. И в этот момент тень от скалы накрыла их с головой. Лодка причалила.