Глава 8

Столица встретила Полину и сопровождавшего её эльфа навязчивым вниманием. Не успела баронесса перевести дух по прибытии, как ей начали наносить визиты, подкарауливая в обеденной зале постоялого двора. Внимания Полины искали какие-то родительницы, ищущие выгодного места для своих чад; мужчины, просящие протекции перед герцогом и королём; придворные дамы… впрочем, стайки юных дам просто любопытствовали, но времени умудрялись занять больше всех.

Каким образом они все были в курсе происходящих событий на Скальной гряде, она не понимала.

Полина насилу вырвалась от всех этих людей, чтобы передать новые украшения Бишопу и отчитаться перед герцогом. Его светлость выслушал доклад со вниманием и, ни слова не говоря о порте, завёл разговор об эльфийских делах.

— К сожалению, ничем не могу вас порадовать. Обстановка в их кланах напряженная, и поначалу я думал, что это связано с подписанными договорами, но… — герцог потеребил какой-то кристалл в руках, помолчал и продолжил: — …что-то у них там происходит, а у нас — ни одного шпиона! Вы бы отпустили своего высокородного телохранителя домой. Может, он разведает и разъяснит нам… это важно. Новая война ни им, ни нам ни к чему.

— Я не держу Лилианэ. Признаться, устала от него, — некрасиво наябедничала баронесса.

— Я надеялся, что вы подружитесь, — укорил девушку его светлость. — Молодым всегда легче находить общий язык друг с другом.

— Он стал моей тенью и боюсь, что теперь эльфы знают о нас больше, чем мы о них, — с неохотой призналась она и сожалея, что это положение только что дошло до неё.

— М-да, — разочарованно поджал тонкие губы герцог. — Ну что ж, вы остаётесь в столице до дня рождения его высочества?

— Нет. Я планирую проехаться по ближайшим городам. Хочу посетить как можно больше ярмарок.

— Похвально, похвально. Сундуков очень высокого мнения о вас, как и градоначальник соседнего с вами города. Он пишет, что вы приняли участие в создании проекта нового рынка.

— Э-э, я всего лишь кое-что посоветовала…

— Ваше милостивое разрешение присвоить этому человеку часть ваших заслуг по экспериментальному строительству дороги по новым стандартам спасло от виселицы, но не зарывайтесь. Помните, что король всегда всё знает и ничего не забывает. Сейчас его величество к вам благосклонен и ставит вас примером, но что скажут на Большой земле? Что у нас нет мужчин, способных поднимать королевство?

— Насколько я поняла, то на Большой земле всегда найдут, что сказать о нас, — возмутилась Поля.

Внутри всколыхнулась обида и раздражение на заморских купцов и капитанов. Сколько в них было снобизма, хоть лопатой черпай! На людей смотрели как на грязь, на её потуги устроить порт снисходительно улыбались, о местных купцах говорили с пренебрежением и всё время пытались сделать вид, что им гадко находиться в стороне от цивилизации.

А подносимый к носу край замызганного кафтана, якобы спасающий их от вони, когда мимо проходили рабочие!

Да, от каменщиков пахло потом, но от этих морских волков несло так, как будто они ходили под себя, и стоять рядом с ними было противно. Но она стояла, терпеливо слушала всякую ерунду, озвучивала подготовленные рекламные фразочки и говорила, что будет ждать дорогих гостей в следующем году.

А что она могла им ещё сказать? Хотелось верить, что вскоре положение изменится, а пока… получала новый опыт и знакомилась с положением дел. Но излишняя осмотрительность герцога по поводу Большой земли рассердила!

— Нельзя же жить с оглядкой на их мнение!

— Вы говорите точно те же слова, что я говорил в вашем возрасте, и как видите, моя жизнь уже подходит к концу, а ничего не изменилось. Наши вельможи смотрят в рот заморским королевствам, а они всё так же задирают носы и относятся к нам с предубеждением.

Увидев досаду герцога, Полина теперь молча внимала.

Она подумает позже об искусственно создаваемом неуважение по отношению к жителям королевства Георга, о предупреждении, что все её махинации известны королю. В принципе, хитрить и изворачиваться уже нет надобности. Признаться, она этому даже рада.

Она чувствовала ответственность за то, что город остался без нормальных дорог, без уличного света, без почтовых камней, с не прочищенными водостоками… Да и у генерала туго с деньгами не без её участия. Но не будь её, для города и Томаша ничего бы не изменилось, а вот развития Скальной гряды не было бы, но… всегда это «но»!..

В политику, которую затронул герцог, она не хотела лезть. Там вообще всё сложно и совсем уж непонятно, что хорошо, а что плохо. Вот и молчала, да благодарно кивала за наставления и дружеский разговор, надеясь, что и в этот раз ей помогут с деньгами.

Людям надо ежемесячно платить жалование, да привечать новых работников, а на что?

Строительство постоянно тянет деньги на разный расходный материал, а тут незаметно образовался маленький табун лошадей, о которых надо заботиться. Перед самым отъездом пришлось купить животинок. А как иначе?

Своих кляч Полина забрала, а Виляеву без приличного коня — нельзя, он сила и власть! Баронету тоже часто приходится ездить в город по поручениям, а ещё пришлось разориться на лошадей, которых можно запрягать. Не всё же хитрить и выезжать за чужой счёт!

Но если бы только покупкой гужевого транспорта обошлось! Так нет! Пришлось ещё потратиться на бочки, чтобы в них заквасили небывалый урожай капусты, посолили огурцы, замочили ягоды, яблоки, поставили бродить уксус. Поля помнила, как весной ей говорили, что надо выделить под капусту много места, потому что кочаны маленькие и словно бы пустые. Поверила на свою голову! Ей-то было просто интересно посмотреть, как растёт капуста, а жена Сида вскопала за садом пару соток и высадила каждое семечко, что дала ей хозяйка, а потом свои добавила. Всё взошло и как не подкормить? У Полины в книжках всё расписано, сколько, чего и когда требуется капусте, как получить требуемое в экологически чистом хозяйстве… У самой Поли не хватило бы терпения возиться с разными настоями, измельчением скорлупы, добычей перегноя, водорослей… но женщины с интересом слушали указания и делали всё, что нужно.

В общем, подкормили, а потом эльф поколдовал и капусты этой у всех видано-невиданно! Впрочем, как и всего остального. И в результате, все на нервах! Как сохранить урожай до следующего лета? Хорошо, что за новые бочки часть оплаты взяли овощами. А деньги… что-то селяне сразу отдали, а что-то Сундуков в долг записал, а заодно обязал женщин обработать урожай баронессы.

Полина с удовольствием переложила заготовки на плечи селянок. Самой ей некогда было этим заниматься, а подкармливать своих служивых всё-таки требовалось, а в будущем стражей придётся брать на полное довольствие. Вроде бы так правильно? Но это лучше с отцом посоветоваться, а то непонятно её ли это стражники или короля?

Вот так деньги утекали сквозь пальцы!

Похоже, вновь всё, что она получит за украшения и заработает на праздничных иллюзиях, придётся пустить в дело.

— Ну что ж, я вижу, вы заскучали со стариком, — неожиданно прервал свою речь герцог.

— Напротив, вы говорите о важном, и есть, над чем подумать, — забеспокоилась Полина. Его светлость оскорблять невниманием никак нельзя было!

— В прошлый раз вы были более воодушевлены, спорили со мной, многое предлагали.

Она неловко улыбнулась. Да, спорила, фонтанировала идеями, а сейчас жалко тратить силы на слова. Вот такая она стала скупердяйка. Теперь у Полины слово непосредственно связано с делом, а посему при разговоре с его светлостью лучше молчать, да слушать, так меньше новых обязанностей будет.

Герцог подождал, не скажет ли что баронесса, а потом поднялся, показал девушке, чтобы она не вставала, обошёл стол и положил ей руки на плечи и, поглаживая, вкрадчиво произнёс:

— Вы взвалили на себя непосильную ношу, давайте-ка я вам подыщу хорошего мужа?

— Что? Нет! Нет-нет-нет!!! Я бодра и полна сил! — она попыталась вскочить, но старик удержал её. — Да, тяжело, — нехотя согласилась Полина, — но захребетника мне не надо!

— Эк вы своего будущего муженька обласкали! Не ожидал…

— Простите, но…

— Да понял я, понял, но не все такие, как господин Огневой. Службиста я бы вам и не предложил. Они не годятся в землевладельцы. Но не хотите — неволить не буду, — покладисто согласился старик.

— Благодарю, — выдохнула напуганная баронесса.

Полина неслась из дворца со всех ног. Герцог неволить не будет, но есть другие. Как пристанут, так не отлепишь! Раскрасневшаяся, ввалилась на постоялый двор — и увидела Огневого…

«Вспомни — и появится!» — недовольно подумала она.

— Вот, — протянул он корзинку с туесками, — Нинэт передала. У неё есть свои секреты по заготовке ягод, и получается очень вкусно. Поставляем в лавку сладостей… далековато сюда везти, сами знаете, но…

Полина приняла подарок и хотела было, поблагодарив, скрыться в доме, но тут хозяйка сего заведения пригласила её и гостя пить чай.

— Я с удовольствием, — тут же ответил Огневой.

Пока им подавали чайничек и расставляли чашки с угощением, мужчина молчал, но как только прислуживающие девушки отошли, произнёс:

— О вас много говорят.

— Да? И что же? — вышло кокетливо, хотя больше всего Полине хотелось закрыться в комнате и отдохнуть.

— Разное, — замялся Огневой.

— Ясно.

Разговор не клеился, провисая неловким молчанием и неуместностью встречи.

— А как Нинэт? Как проходит беременность? — из вежливости спросила Полина.

— О, Нинэт уже родила! — Огневой обрисовал руками свёрток, как бы покачал его и смутившись, продолжил: — Она удивительная женщина и прекрасная хозяйка… она умница… Нинэт великолепна… она всё знает… все её уважают… Нинэт… Нинэт…

— Вы нарушаете правила моего заведения! — строго сказала матушка Бон-бон. — Громкие разговоры запрещены в час дрёмы.

— Ох, уже час дрёмы? — вскочила Полина, обрадовавшаяся вмешательству хозяйки. — Простите, мой гость уже уходит!

Она выпроводила Огневого и поплелась к себе под фырканье матушки Бон-бон:

— Такой приятный и обходительный… Я думала, жених… и вам будет в радость общение с ним, а он женат… и так сильно расхваливал свою жену, что у меня зубы заболели. Зачем приходил? Кого он пытался убедить, что у него лучшая жена?

Полина пожала плечами. Визит мага был неуместен. Хотел найти новую точку сбыта ягодных консерваций, так говорил бы прямо. Сама она не связывалась с продуктами, но замолвить словечко могла. Вот только было бы лучше, чтобы эта пара обошлась без неё.

— А ваш эльф глаз с вас не сводил, пока вы тут… — тихо шепнула хозяйка, на что Полина ответила возмущённым взглядом.

— Ухожу, ухожу. Это не моё дело, но вы почти такая же светленькая, как они, и…

Полина нахмурилась и женщина, напевая что-то фривольное, поспешила к другим постоялицам.

Баронесса поискала глазами Лиличку. Он всё слышал и теперь смотрел на неё, ухмыляясь. Для него она чернавка, а голубые глаза — всего лишь недоразумение.

Ожидая колкого замечания от эльфа, она подошла к нему, намереваясь одним своим деловым видом дать отпор, но он довольно миролюбиво и даже с сожалением огорошил, что едет к своим.

— Берегите мой артефакт, — велел он.

— Вы же знаете, я его никогда не снимаю, — чуть более раздражённо, чем стоило бы, ответила Поля. Вообще-то, она голову ломала, как отвязаться от него, а тут всё само разрешилось!

Эльф кивнул и уже развернулся уходить, но остановился, на мгновение замер, а потом встал напротив Полины.

— Я был рад познакомиться с вами, и я вернусь сюда ко дню рождения вашего принца.

Полина не ожидала таких слов и растерялась. Хотела сказать в ответ что-то вроде «взаимно приятно», но решила быть честной, раз он в таком благодушном настроении:

— Я была открыта перед вами, а вы скрытничали, — укорила или выразила сожаление, но слова были произнесены мягко, не с целью ссоры, а наоборот, с попыткой улучшить отношения. — Мне кажется, что это было ошибкой. Я ничего не узнала о вас, об эльфах. Хорошо ли это, когда живущие рядом народы питаются слухами от третьих лиц?

Высказалась, и полегчало.

Пусть теперь думает, что хочет!

Ну нельзя же так, жить под одной крышей и не общаться! Общие фразы, вежливые слова… и всё это в ответ на её полное расположение. Впервые увидевшись, они бойчее общались, чем когда жили бок о бок.

Она показывала ему, как работать с горелкой и создавать украшения, так как он выразил интерес, а ей не скрыть было чем она занимается. Правда, в ответ Лилианэ рассказал, что на Ведьминых пустошах чуял похожий запах и это могло помочь Поле в будущем оправдываться за «нескончаемый» газ в баллонах. Конечно, кроме эльфа никто не видел и не спрашивал, каким образом она создаёт дивные украшения, так как тайну своих умений тут блюли все, да и никто из мужчин не заходил в дом, потому что это неприлично, но мало ли селяне что взболтнут, а тут уже есть хотя бы один ответ.

Полина показывала эльфу свои сокровища для рукоделия, чтобы он не задирал нос перед ней, а там было чему удивиться даже мужчине: разнообразный рабочий инструмент, качество нитей, бисер, блёстки, проволоки, иголки… Многое можно было бы повторить в этом мире при помощи артефакторов, но вряд ли кто-то догадается, как использовать половину из продемонстрированных предметов.

Поначалу, (пока не надоело) Поля много времени уделяла готовке, надеясь удивить эльфа разнообразной едой и красивой подачей. Ей хотелось, чтобы он понял, что люди развиваются и умеют ценить красоту… по-своему, но умеют. И что люди учатся, постоянно, повсеместно и передают знания детям. В общем, Полина старалась.

Ай, да что говорить, когда обида терзает сердце!

Наверное, это карма, когда красивые мужчины в упор не замечают её! Она может быть для них кем угодно: поварёшка на ножках, вещающая субстанция, рука с деньгами… впрочем, для генерала она стала тренировочным предметом для отработки его кривого остроумия! Прогресс?

И ведь она не лезет к таким типам, но раз уж судьба столкнула, то не рычать же на них, гоня прочь! И тут Полина улыбнулась.

На генерала она рычала и ничего, проглотил. А вдруг она могла бы стать укротительницей Аполлонов? Эти мысли развеселили её, и в снятом номере стало тесно. Душа запросила свободы, телу требовалось движение… отвыкла Полина ничего не делать!

Еле дождалась Бишопа с деньгами и, как только он пришёл, принеся мешочек с монетками, помчалась к целителю за артефактом для мамы. Там она отдала почти весь свой заработок за бесценную вещицу, дарующую здоровье и восполняющую жизненную энергию. Сам же Бишоп ожидал, что баронесса привезёт больше товара, но посмотрев на её платье, на котором не было ни одной вышивки, промолчал.

Не тратя времени, Полина выехала из города, добралась до ближайшей к порталу деревни и оставила там лошадей с повозкой, вытащив из неё на всякий случай кристаллы, создающие воздушную подушку. Лошадкам придётся поработать на крестьян, а повозкой наверняка воспользуются для поездок на ярмарку, но зато денег с Полины не взяли, а договор по сохранности имущества, включая здоровье животного, заключили магический.

Позвали старосту, и он в момент рукопожатия, обвязал руки бусами из разных полудрагоценных камешков. Камешки чуть засветились, и хозяин крестьянской семьи тут же отпустил руку Полины, смущаясь и прося прощения за дерзость. Она не воспользовалась иллюзией и с ней общались напряженно, и похоже именно боясь неприятностей, хозяин дома, решил заключить магический договор, а Поля только обрадовалась этому. Она тоже беспокоилась за сохранность имущества и поэтому вела беседу от своего лица, думая, что в случае обмана ей так легче будет отстаивать свои права.

Оставалось только жалеть, что она не догадалась раньше оставлять лошадь и повозку по близости от портала и выкладывала крупную сумму за постой на городской конюшне.

На Земле мама жарко расцеловала Полину и долго крутила-вертела её, повторяя, как доченька похорошела, посвежела, загорела. Потом долго и с жаром влюблённого в свою работу человека она рассказывала, куда ездила, что видела, чему научилась сама и чему учила других.

Едва улучив момент, Полина вручила маме артефакт общего оздоровления, настаивая носить не снимая и надеясь, что он сработает хотя бы вполсилы.

Как-то так получилось, что больше с мамой встретиться не удалось. У неё работа, новые проекты, поездки… Отец тоже утопал в делах, но он просил приезжать к нему на работу и там они подолгу разговаривали. Ему был интересен другой мир и жизнь дочери там.

— Пап, я до сих пор мало что знаю про тот мир. Доступных библиотек там нет, а просто так не спросишь, как называется ваш мир, сколько континентов, климат… Знаю только, что мир очень похож на Землю, даже звезды там те же, но это ты и сам уже понял, а вот пригодных для жизни земель там меньше, чем у нас из-за большего количества морей и океанов. Корабли ходят далеко, но другие континенты не обнаружили, хотя уверены, что они есть, но про это я тебе говорила. А моя жизнь… сложная, но интересная.

Полина рассказывала — и неожиданно сама себе позавидовала. Как она, оказывается, много делает и как всё здорово! И надо было раньше подвести итоги, тогда избежала бы чувства неудовлетворения, которое одолевало в последнее время.

Конечно, город-порт — это пока ещё в её воображении, но дело двигается, и в любом случае к прошлому у Скальной гряды возврата нет.

— Полюшка, ты всё делаешь правильно, а не ошибается только тот, кто ничего не делает. Не хватайся за всё сразу, учи работать других! Ты же сама говорила, что с любой сделки в порту тебе положен процент?

— Да, вроде бы… герцог говорил о полдесятине…

— Ну так не забывай о ней. Твои крестьяне потихоньку приторговывают, благодаря тебе.

— Пап, там доход-то грошовый, — отмахнулась Полина.

— Э, нет, девочка моя, тут дело принципа и порядка. Ты же юрист и должна уважать правила, как никто другой, и приучить к ним своих людей. Милая, им самим так будет спокойней. Ничего хорошего нет в том, что сегодня у тебя хорошее настроение и ты отмахиваешься от арендной платы, от процента за торговые сделки, которые появились только благодаря твоим усилиям. Люди будут беспокоиться и ждать, как ты поведёшь себя, когда будешь зла. Они, конечно, привыкнут ориентироваться на твоё настроение, но поверь моему опыту, что лучше, когда все придерживаются правил. Это делает жизнь стабильной, а стабильность очень важна для людей.

— Но как мне всё учитывать? Не буду же я бегать за каждой хозяйкой и следить, сколько она продала рыбы, сколько выстирала белья.

— Солнышко, у тебя есть свой мытник — используй его. Пусть он тебе посоветует с каких сделок брать процент, а какие считать пустяшными и не учитывать. А потом обо всём объяви людям.

Поля надула щеки и задержала дыхание, а потом шумно выдохнула, а отец продолжал поучать:

— Любая сделка на твоей территории должна принести тебе доход. И ты забываешь, что король тоже рассчитывает на доход со сделок.

— Ох, пап, я как-то обо всём этом ещё не думала. Плохая примета забегать вперёд и считать барыши, да и некогда. Всё время всплывает что-то упущенное и я тороплюсь наверстать, а потом оказывается, что надо было ещё то и то сделать… Все считают, что на Скальной гряде жизнь кипит, а я же вижу, что надо больше народу и средств, что многое надо делать одновременно, а не по очереди и я совсем забыла об этих процентах.

— Ничего, дочка, развернёшься. А Сундуковым всё-таки проконсультируйся, с каких сделок тебе положено брать процент и как.

Неделя пролетела в беготне за покупками. Теперь Полине приходилось выбирать инструмент с осторожностью. Ей требовался старый, понятный плотницкий набор, вроде того, что был у её деда. Она на него наложит иллюзию, подержит и снимет, чтобы остался магический флёр, как от пропиток артефакторов. Дознавателей это не обманет, но откуда бы им взяться? Ну, а то, что спустя десять или двадцать лет железным частям не потребуется обновления пропитки, то об этом уже никто не узнает кроме хозяина инструмента, а он будет помалкивать, чтобы не отняли.

Поэтому Поля бегала по барахолкам, заглядывала к мужчинам в гаражи, просматривала интернет и покупала нужное. Кто-то отдавал даром, кто-то требовал денег, как за раритет. Одна женщина, услышав во дворе, что спрашивает Поля, вынесла ей ящик со здоровенными гвоздями, прося забрать. Выкинуть жалко, но и хранить более не было сил. А когда Полина дала пятьсот рублей, то она принесла ещё рулоны наждачной бумаги.

— Отец с работы носил, пока завод не закрыли. Столько лет стоит, глаза мозолит!

Полина забрала, но решила сохранить это добро в пещере до поры до времени. Вот будет у неё кузнец, тогда можно что-то придумать и явить миру гвозди, а по поводу наждачки придётся присмотреться к подходящим артефактам. Как-то же шлифуют тут дерево?

Отец помогал с деньгами, а Поля пообещала принести ему в следующий раз целительский артефакт. Это был честный обмен. Полина всё же взрослая девица, и брать у отца немаленькие суммы, да ещё вешать на него оплату коммунальных услуг своей квартиры было стыдно.

А спустя неделю она начала ощущать вялость. Когда Поля шагнула через портал на Землю, то пригнулась от тяжести, и ей долго не хватало воздуха, но потом вроде привыкла. Соскучившаяся по родным и городской современной жизни она бегала, не замечая усталости, но как только ажиотаж схлынул, то появилась бессонница, вялость и раздражительность. Развившаяся магия в теле, не чувствуя подпитки, забирала всю энергию. Наверное, со временем всё вошло бы в привычное русло, но ради чего так себя насиловать?

Полина лежала всю ночь в кровати и думала о своём будущем, а потом посоветовалась с отцом, и они решили, что бабушкину квартиру, в которой она жила, можно продать, а на вырученные деньги купить небольшой дом, а лучше участок поблизости от портала и самим поставить дом.

— У тебя от меня одни проблемы, папа, — расстроилась девушка, понимая, что все хлопоты вновь берет на себя отец. В былое время она бы с удовольствием занялась новым жильём, но сейчас хватило сил только на то, чтобы выбрать себе на картинке одноэтажный дом и ткнуть в него пальчиком.

— Я молод и здоров благодаря тебе, — хмыкнул отец, глядя на понравившийся дочери небольшой домик. Основное пространство в нём занимала объединённая с кухней гостиная, к которой примыкали две спаленки и хозяйственные помещения. — Хороший выбор.

Вот на этом и закончились каникулы баронессы на Земле. Ей было не по себе из-за того, что жизнь на родной планете постепенно закрывается для неё.

Похоже, надо было решаться на выбор.

У Полины ещё есть возможность переболеть и, дав сгореть магии в теле, остаться на Земле, но Поля не идёт в ногу со временем, не поспевает за прогрессом и её тревожит то, что она с каждым годом всё меньше понимает, как и за счёт чего работает всё вокруг.

Все превращаются в пользователей, а окружающий мир — в реальность, где многое работает по щелчку пальцев. И вроде бы надо радоваться, но у неё цифровой прогресс вызывает больший страх, чем магия, и рано или поздно реальность сожрёт её, превратив в неврастеника или просто несчастного человека.

В другом мире тоже не всё гладко и до сих пор ещё висит угроза жизни из-за эльфийского артефакта, но там она почувствовала себя важной и нужной. Там она не невзрачная серая мышь, а даже наоборот! И всё же, сделать выбор было сложно.

Поняв, что визиты дочери на Землю с каждым разом будут даваться ей всё тяжелее, Аркадий взял небольшой отпуск и стал помогать создавать Полине склад в пещере. Проходя через портал, он чувствовал бодрящую свежесть и лёгкость, но на Земле никакая тяжесть на него пока не давила. В прошлый раз, когда он подзадержался в иномирье, ему показалось, что при возвращении было немного трудновато дышать, но он подумал, что парит перед грозой.

— Поля, ты в следующий раз купи для себя целительский артефакт, чтобы он лечил тебя или приобрети кристалл-пустышку и сделай для себя накопитель из собственной энергии. Я это вычитал в фэнтези, и думаю, что такие штуки должны быть в твоём мире. На Земле тебе нужна подпитка магией, и я думаю, что этот вопрос можно решить.

Девушка кивала и надеялась, что это сработает, но пока всё упиралось в деньги. Отец напоследок передал ей шкатулку с простенькими золотыми украшениями, которые он закупил для Полины во время праздничных скидок.

— Держи, доча, это тебе на целительские артефакты.

— Пап, ты и так потратился…

— Мне будет спокойнее. Мало ли, ты заболеешь… ты ведь там одна и никаких аптек, докторов рядом. А я сейчас зарабатываю хорошо, ты же знаешь.

Аркадий помог загрузить повозку Полины, которую она забрала раньше срока из деревни и проводил её до столицы. Шли дожди, дорога была размыта, и он не отпустил дочь одну. У Поли не хватило бы сил и умения вывести гружёную повозку из размякшей колеи. Раз уж так получилось, то они вместе посетили целителя и купили у него нужные артефакты.

Потом посоветовались и решили, что Полине имеет смысл купить ещё одну повозку и нанять кучера для неё, чтобы не перегружать свою и спокойно делать закупки по дороге. Вместе прошлись по рынку, и Аркадий помог выбрать дочери фургончик, к сожалению, без магических усовершенствований и повторно съездили в пещеру, чтобы кое-что ещё забрать оттуда. Умаялись оба, но оно того стоило!

Полина в этот раз везла много красиво иллюстрированных книг по истории разных ремёсел, которые начала собирать ещё в детстве, и все родственники знали, что на день рождения лучший подарок для неё — это книга. В приличных размеров коробке были уложены сотни тоненьких брошюр, которые девушка сделала на работе отца при помощи специального брошюровщика из распечатанных с нужной информацией листов.

В общем и целом, в коробке лежало тысячи советов по ведению автономного домашнего хозяйства. Возможно, Полине никогда не пригодится знание, как сварить скипидар или как утеплить деревянный дом ульями, но пусть будет. Она любила понимать, как и из чего что-то изготавливается, и её успокаивало даже ощущение того, что можно о чём-то интересном прочитать в книге и всё понять.

А вообще, по её мнению, в этом мире артефакторы и зельевары слишком полагаются на магию, не давая шанса самостоятельному развитию многим ремёслам. Маги-бытовики молодцы, но в результате их вездесущего влияния идёт однобокое развитие общества. Мастерам нет смысла совершенствоваться, если достаточно создавать нечто простое и обрабатывать магическими зельями, чтобы в итоге получать изделие с повышенной износостойкостью, крепостью, гибкостью и прочим.

Но Полина найдёт мастеров, которым захочется самим сделать вещь от начала и до конца. Понять силу своего таланта, терпения и умений. Вот таким мастерам она и передаст нужные знания, а они пусть изучают, пробуют, решают, каким путём дальше работать, зависеть от бытовиков или нет.

Но запас книг и брошюр — это удовольствие и фундамент для будущих перспектив, а настоящее требовало новый инструмент для будущих мастеров, заполненных газовых баллонов, чугунных решёток, дверок и прочего для печей, запасов любимых продуктов, семян на будущий год, новых сортовых саженцев.

И в этот раз Поля приобрела себе ортопедические матрасы для дома и для путешествий, парочку маленьких мягких диванов, которые на месте предстояло собрать. Отец шутил, что это её приданое, но волновался, сумеет ли дочка легализовать свои покупки. Матрасы он свернул в рулон и обернул тканью. Их никто не увидит в доме Полины. Семена переложил в кулёчки из дешёвой коричневой бумаги. Саженцы они вместе обернули в мох, убрав всю современную упаковку. А из чехлов на диван Аркадий безжалостно вырезал молнию, сказав, чтобы Поля пришила пуговицы. Наполнителем подушек для сидения там была шерсть и перья, остов деревянный, а обивка — плотный хлопок. Так что изделие можно было выдать за спецзаказ и не говорить в какой мастерской сделано, а вот большую часть книг пришлось оставить вместе с гвоздями и некоторыми сладостями.

— Поля, сгущёнку и нугу ты сама сделаешь, как и конфеты. Не рискуй из-за ерунды! А вот за чугунные решётки и прочее, не волнуйся. Я видел в таверне огромнейшую чугунную сковородку. Говори, что заказывала у заморского купца ещё прошлым летом, а сейчас тебе привезли.

Расставаться было сложно. Оба понимали, что теперь увидятся нескоро.

— Доча, как только зима пройдёт, я поставлю тебе дом, а ты возвращайся, не пропадай.

Расстались. Проводив отца, Полина возвращалась в столицу и никак не могла решить, что делать дальше. Надо бы нанять возницу для второй повозки и отвезти вещи к Скальной гряде, но ехать по плохой дороге не хотелось, а выбора, похоже, не было. Слишком дорого сидеть в столице, дожидаясь подходящей погоды.

Неделю! Целую неделю они тащилась с возницей по раскисшим дорогам, не зная отдыха. Дома её встретили с настороженной радостью, хотя она воспользовалась почтовыми камнями и предупредила, что возвращается и всё хорошо.

— Ничего не случилось! Я привезла продукты и пережду тут дожди, а потом уеду вновь, — сообщила она Мишеньке с Сундуковым.

Поля закупила мёда, крупы, муки уже поблизости от гряды.

Дела у баронета со счетоводом шли хорошо. На Скальной гряде царила тишина. Работали только селяне и строители внутри возведённых коробок.

— Стекольная мастерская начнёт работу зимой. Я договорился, — бросился отчитываться парень.

— Приезжали от градоначальника, просили заехать…

— Хорошо, хорошо…

Полина провела месяц, почти полностью закрывшись ото всех, оставив все дела на Мишеньке. У Сундукова она расспросила про налоги, и он её успокоил. Именно осенью подводят итоги всей работы, и он уже провёл разъяснительную работу среди людей.

— Мелкие сделки или услуги стоимостью меньше серебряной монетки налогом не облагаются, но если вы хотите…

— Нет, пусть будет как положено.

— А положено брать с иноземных купцов двадцать процентов…

— Ого!

— С наших торговых людей на их стороне берут тридцать и не по одному разу, — тут же заметил Сундуков.

— Ясно.

— С этих двадцати процентов будет выделена ваша часть. А что касается внутренней торговли, то все ваши будущие мастера должны будут зарегистрироваться в вашей ратуше, заплатить взнос и получить регистратор сделок. Вот по этому регистратору вы и будете знать, какое должны получить отчисление от каждой мастерской.

— Хм, регистратор — это такая фигурка, по голове которой торговцы просят погладить?

— Да.

— Не поверите, но я думала, что это делается из суеверия, — призналась Полина. — Но крупу и муку я покупала без регистратора.

— На ярмарках крестьяне платят налог при въезде в город, но в этом случае, если они вам продали некачественный товар, то вы не сможете подать жалобу. Так что лучше делайте покупки у тех, у кого можно подтвердить сделку магически.

Полина ещё долго думала над тем, как отличить фальшивый регистратор от настоящего, ведь бусы у старосты светились, а фигурки… впрочем, она не видела, накрывая их ладонью. А ещё вставал вопрос, где брать эти фигурки и обязательно ли они должны быть в виде статуэток. Боже, чего ещё она не знает?

И вот, после этого разговора, Поля занялась своими делами. В первой половине дня сама доводила до ума пристройку, а вечерами изготавливала украшения. Про недовольство Бишопа она не забыла и понимала, что если не оправдает его надежд на плодотворное сотрудничество, то этот вид заработка для неё чрезвычайно усложнится.

Как только дороги по ночам стали подмерзать, Поля отправилась в столицу. Ехала она кружным путём, заезжая в близлежащие города, присматриваясь к мастерам и условиям их работы, разговаривая с их учениками. С первым снегом баронесса Скальная въехала на постоялый двор матушки Бон-бон, чтобы порадовать принца праздничной иллюзией в честь дня его рождения.