Глава 11

Лилиана постояла несколько мгновений, глядя на запертую дверь. Хотела уже было постучать, но передумала. Если сестра желает остаться наедине с собой, своими мыслями и воспоминаниями о несбывшейся любви, пусть остаётся. Она не будет ей мешать.

Шаги приглушал ковёр, но Ина всё равно слышала, как уходит Лили. Навалившееся на неё одиночество было таким тяжёлым и холодным, словно ледяная глыба. Оно давило на плечи, обжигало ознобом.

Поддавшись этой тяжести, Инара сползла спиной по двери и осела на пол.

Встреча с Девином будто выпила из неё все силы. Зачем он приехал? После стольких лет отсутствия мог бы и не возвращаться вовсе. Но главный вопрос – зачем подошёл к ней? Зачем заговорил? Ещё и сделал вид, что всё нормально. Что ничего этого не было!

Слёзы всё-таки покатились из глаз. Как она ни крепилась, но этот удар попал точно в цель. Девин снова сделал ей больно. Всего лишь тем, что подошёл и сказал несколько слов.

Инара не знала, сколько просидела так на полу, оплакивая своё прошлое и будущее, безнадёжную любовь, причинившую ей столько боли.

А потом вдруг разозлилась на себя за эти нюни. Развесила тут сопли как кисейная барышня.

«Хватит рыдать!» – прозвучало в голове, словно выстрел.

Инара вскочила на ноги, испуганно озираясь. Она даже не сразу поняла, что это её мысли. Настолько злыми и равнодушными они были.

– Что это со мной? – произнесла она вслух. Голос слегка подрагивал. Инара прислушивалась к себе. Больше никаких громких мыслей в голове не было. Но на всякий случай она добавила: – Померещится же такое…

Ей нужно было услышать свой голос, чтобы убедиться в реальности происходящего. За последние дни с ней случалось всякое. Ина изо всех сил старалась сохранить разум, но уже начинала сомневаться, что ей это удастся…

В дверь постучали.

– Госпожа, вы спуститесь к ужину? – спросила Катарина, даже не пытаясь войти внутрь.

– Да, сейчас приду! – отозвалась Ина и взглянула в окно.

На улице царили густые сумерки. Похоже, она проплакала несколько часов. И только этот резкий скрипучий голос в голове заставил её очнуться.

Инара подошла к зеркалу, чтобы оценить свой вид после слёз. Да уж, выглядела она не очень. И это мягко говоря. Придётся очень постараться, чтобы мама ничего не заподозрила.

Ина открыла окно, зачерпнула пригоршню снега и, разделив в две ладони, быстро, пока не передумала, приложила к глазам.

Ох, как же холодно!

Но она упрямо держала, пока снег не растаял и не стёк прохладными ручейками сквозь пальцы. После этого осторожно промокнула лицо мягким полотенцем и снова взглянула в зеркало.

– Мамочка! – взвизгнула она и резко отпрянула.

Померещится же такое! Несколько минут Инара пыталась совладать с дыханием и унять разошедшееся в груди сердце. Неужели она всё-таки сходит с ума? Сначала голос, теперь это видение.

Разумом Ина понимала, что этот ужас в зеркале ей всего лишь привиделся. Но всё равно понадобилось время, чтобы решиться снова туда заглянуть.

Лицо было её – покрасневшее от слёз, чуть припухшее. Но вот глаза…

Абсолютно чёрные, словно залитые тьмой, без единого проблеска белка.

Инара снова отпрянула назад. На всякий случай зажмурилась посильнее, а потом вновь открыла глаза. Они были всё теми же, чужими, наполненными мраком.

Ина смотрела, не отрываясь. Она ещё не верила, что это происходит в реальности. Что это происходит с ней.

«Что, нравится?» – раздался у неё в голове скрипучий голос.

Инара дёрнулась назад, наткнулась на стул, который с грохотом полетел на пол.

Ей опять мерещатся голоса…

«Да не мерещусь я тебе», – проскрипел голос. – «Не собирался с тобой разговоры разговаривать, но раз уж заметила, давай знакомиться».

– К-кто вы? – а вот голос Инары был больше похож на полузадушенный всхлип. Да и говорить громко она не решалась, мало ли что подумают родные, если услышат, как она беседует сама с собой.

«Меня зовут Валентин де Селер», – представился голос.

– Де Селер?! – вскричала Инара, забыв о необходимости соблюдать молчание.

И тут же пожалела об этом, потому что спустя несколько секунд в дверь постучали.

– Ина, – спросила Лилиана, – у тебя там всё в порядке?

– Да, – только и сумела выдавить из себя Инара.

– Можно войти? Я слышала шум.

– Всё хорошо. Просто… – Ина оглядывалась вокруг, чтобы что-то придумать. Но, как назло, ни одной дельной мысли не появлялось. Уж слишком она была потрясена.

«Скажи, что стул упал тебе на ногу», – подсказал Валентин.

Инара всё ещё сомневалась в собственном душевном здоровье, но послушно повторила.

– Просто стул на ногу упал. Но ты не переживай, мне не больно. Иди в столовую, я сейчас тоже спущусь.

Ина затихла, прислушиваясь. Некоторое время было тихо, а потом раздались приглушённые шаги, разбавляемые редким поскрипыванием половиц.

– Так вы тот самый граф де Селер, который жил в руинах проклятого замка? – прошептала Инара.

«Я жил не в руинах, – возмущённо заскрипел голос. – Я жил в прекрасном замке. И скоро снова в него вернусь».

– И как вы собираетесь это сделать?

«Можешь не шептать, девочка. Я слышу твои мысли, тебе достаточно подумать о чём-либо».

«Я хочу, чтобы вы убрались из моей головы», – подумала Инара.

«А вот это вряд ли, – смех де Селера оказался таким же скрипучим, – у меня на тебя большие планы».

Ина ещё некоторое время пыталась добиться от графа, чего он от неё хочет. Но тот отвечал невпопад, разражался саркастическими замечаниями, давал непрошеные советы.

В конце концов, Инара оставила попытки что-то у него узнать. Всё равно бесполезно. Привела себя в порядок, убедилась, что глаза вернули нормальный цвет, и отправилась ужинать.

Аппетита не было, но Ина решила, что не позволит приезду Девина вывести себя из колеи. Она будет жить, словно ничего не случилось. Хватит ей и своих забот.

Этот подселенец, например.

Сначала напугал, потом начал ехидничать. А главное, непонятно, как от него избавиться.

Присутствия графа у себя в голове Инара никак не ощущала, ровно до тех пор, пока он не выдавал какое-нибудь едкое замечание. По поводу её внешнего вида, причёски или платья. Тогда Ина сердилась и грубо отвечала де Селеру. А он в ответ начинал рассуждать о невоспитанности современной молодёжи.

И за несколько минут граф сумел так вывести Инару из себя, что в столовую она вошла раскрасневшаяся, с блестевшими от гнева глазами.

Лили подняла на неё испуганный взгляд, явно ожидая вспышки. Но Ина вполне держала себя в руках и не собиралась разражаться руганью на семейном ужине.

Хотя, если признаться честно, этот взгляд Лилианы очень обидел её. Сестра будто отдалялась всё дальше, становясь чужой и холодной. Выходя из комнаты, Инара думала о том, чтобы поделиться с Лили своими переживаниями, рассказать о графе, сидящем в её голове.

Но этот взгляд…

Этот взгляд показал, что они не настолько близки, как хотелось бы Ине. Возможно, она ошиблась, считая сестру самым близким человеком, ради которого была готова пожертвовать всем. Даже самой жизнью.

Теперь же всё так запуталось. Инара осталась наедине со своей бедой. Но ничего! Она сама придумает, как с этим справиться. От подселенца надо избавляться. В этом у неё не было никаких сомнений.

«Ну-ну…» – раздался скрипучий голос. Но девушка не позволила ему продолжать. Она сконцентрировалась, стараясь создать пустоту в голове. Никаких мыслей и голосов! Использовала всю свою волю, казалось, виски сейчас лопнут от напряжения. Но это сработало. Граф исчез.

Инара опустила ресницы, испугавшись, что у неё сейчас чёрные глаза. Она села на стул, взяла в руки приборы и словно ненароком глянула на своё отражение в столовом ноже.

Её глаза были обычного голубого цвета, который сейчас показался ей совершенно чудесным. Ина улыбнулась, радуясь тому, что ей так легко удалось победить подселенца.

Быть может, она сумела прогнать его навсегда? Как было бы замечательно!

– Дорогая, рада, что ты сегодня в хорошем настроении, – мама заметила её улыбку.

Инара улыбнулась снова, закатывая на вилку несколько горошин. Она вдруг почувствовала себя превосходно. Все тяжёлые мысли были отринуты. Победа над графом наполнила её энергией, словно бы выпила чудодейственный эликсир. Хотелось вскочить со стула и танцевать, кружиться по комнате, хохоча от ощущения всесилия.

– Это замечательно, – продолжила госпожа Бреннар, – тем более что причина для радости есть у всех нас.

Инара подняла на неё взгляд, заметив, что сестра, сидящая напротив, подаёт знаки, пытаясь привлечь внимание.

– Что же это за причина? – поинтересовалась Ина, делая вид, что не замечает кривляний Лили. Она всё ещё была обижена на неё за тот испуганный взгляд.

– Ты не поверишь, дорогая! Наше приглашение наконец-то пришло! – радостно вскричала мама.

– Какое приглашение? – рассеянно спросила Инара, прислушиваясь к себе. Ей показалось, что она слышит скрипучий голос, но очень тихий и нечёткий. Может, и показалось.

– Ты меня совсем не слушаешь? – обиделась госпожа Бреннар. И Инара тут же переключила всё внимание на неё.

– Слушаю, мама, – мягко улыбнулась она, – слушаю очень внимательно.

– Так вот, сегодня в нашу дверь постучали. Катарина отправилась открывать. А на пороге стоял… – Августа, увлёкшись рассказом, взяла театральную паузу, как заправская артистка. Потом лукаво улыбнулась и продолжила: – Там стоял мальчишка. Посыльный из дома градоначальника, представляешь? Он принёс конверт.

Госпожа Бреннар требовательно взмахнула рукой, и Катарина, не уходившая далеко во время ужина, тут же послушно подала небольшой конверт нежно-голубого цвета. Августа подняла его вверх, как трофей, и продемонстрировала всем. Папа резко поскучнел и тут же поспешил увлечься отрезанием стейка, поскольку спасительная газета придёт только утром. Судя по его лицу, содержимое господину Бреннару показывали уже неоднократно.

Мама же жестом заправского фокусника достала из конверта картонный прямоугольник чуть меньшего размера. Он был глянцевый и переливался в свете свечей. По периметру шли осыпанные серебристыми блёстками снежинки, а в центре большими буквами, разборчивым почерком было написано:

«Господину и госпоже Бреннар с дочерьми».

– Господину и госпоже Бреннар с дочерьми, – с придыханием прочла мама вслух.

– А что внутри? – Лилиана смотрела на это представление распахнутыми глазами, в которых читалось нетерпение. Она даже забыла о том, что старшая сестра так и не ответила на её знаки.

Мама раскрыла приглашение и, чётко проговаривая каждое слово, прочитала:

– Дорогие господин и госпожа Бреннар, а также Инара и Лилиана, приглашаем вас принять участие в ежегодном костюмированном бале, который состоится в канун нового года в городской ратуше. Тема праздника – зима. Замечательная тема, вы не находите? Правда ведь, Карл?

– Да, дорогая, – послушно отозвался господин Бреннар с несчастным видом.

– Да, мама, это просто замечательно! – с воодушевлением воскликнула Лилиана.

Инара же подумала о том, почему им вдруг принесли приглашение? И даже упомянули в нём её имя. Что помешало госпоже и господину Пэджет и дальше её игнорировать?

– Инара? – а вот маму игнорировать было просто невозможно. Поэтому девушка кивнула и тут же добавила, поняв, что этого совершенно недостаточно:

– Тема отличная, даёт простор для фантазии и определяет цветовую гамму праздника.

Мама довольно закивала. Её старшая дочь иногда умела обрисовать самую суть в нескольких словах. Жаль, что с замужеством у неё так и не сложилось. Но ничего, они используют этот праздник по полной. Августа расстарается, и у её дочерей на балу будут самые красивые наряды.