Глава 16

Девин смотрел ей вслед и пытался уложить в голове всё произошедшее.

Бедро нещадно жгло, и он наконец был вынужден обратить на это внимание. Гирш вытащил сигналку из кармана, но не смог удержать, выронил в снег. Артефакт раскалился и за пару мгновений вытопил в сугробе маленькую прогалину, сквозь которую проглянула бурая прошлогодняя трава.

Девин таращился на это, всё ещё не в силах поверить.

Инара – ведьма? Та весёлая, милая, добрая девчонка, которую он помнил и за которую так переживал, она всё-таки обрела свою тёмную силу? Стала злом, которое он приехал уничтожить?

Эта проклятая жизнь слишком жестока! И к нему, и к ней.

Что теперь делать? У Девина не было ответа на этот вопрос. Отдать Инару ищейкам он просто не мог. Не после того, как она самозабвенно отвечала на его поцелуи. Он тоже забылся и пошёл дальше. Если бы Ина его не оттолкнула, кто бы знал, как далеко он мог зайти.

И тут одна мысль обожгла его почище сигналки. Инара прошла ведьмовскую инициацию. И она слишком смело целовала его, заставляя думать о большем.

Неужели у неё кто-то был? Тот, кто сделал её женщиной. И ведьмой.

Эта мысль оказалась неожиданно болезненной. Да, конечно, они расстались много лет назад. Девин сам оставил её. Но ведь она не замужем. А он почему-то не мог представить, что Ина могла полюбить кого-то настолько, чтобы отдаться ему без храмового обряда.

Девин и не желал подобного представлять. А потому решил поговорить с ней начистоту и наконец всё выяснить. Главное – держаться на расстоянии, чтобы снова не броситься её целовать, позабыв обо всём на свете. А ещё нужно выждать немного. Дать Инаре успокоиться, чтобы она захотела с ним разговаривать и не наделала глупостей. Ей необходимо быть очень осторожной.

И ему тоже.

Девин поднялся на ноги, чувствуя себя совершенно выжатым. Словно он пробежал с десяток раз вокруг территории Ордена.

Поездка в Синичьи горы оказалась совсем не такой, как он представлял. Но он должен находиться здесь, в этом старая ведьма была права. Впрочем, как и всегда.

* * *

Злость прошла так же быстро, как и вспыхнула. Когда Ина подошла к дому, она уже совсем не сердилась. И даже самую малость сожалела, что вышла из себя.

Прикосновения Девина вовсе не были ей неприятны. Напротив. Просто всё происходило слишком быстро. И она испугалась. Да и Гирш сам виноват. Прежде стоило поговорить, всё выяснить, прийти к какой-то определённости, а уж потом набрасываться с поцелуями.

Тем более сейчас между ними не было препятствий. Проклятый граф убрал разделявшую их с Девином препону. И теперь они могут любить друг друга. Разумеется, если её не сожгут как ведьму. Ведь Девин приехал в Синичьи горы, чтобы поймать её. Но почему-то Инаре не верилось, что он так поступит.

Произошедшее в домике подсказало, что их любовь не исчезла. Она тлела угольками в сердце, только и ждала, чтобы вспыхнуть при их встрече.

Ина улыбнулась. В груди было тепло. Девушка вдруг обнаружила, что напевает что-то себе под нос.

Она толкнула калитку и прошла во двор. Дом чернел на фоне белого снега. У служанок сегодня выходной. Но почему Лили не зажгла огня?

И тут Инара вспомнила: она разозлилась на сестру и вырубила её магией.

Что же она натворила?

– С ней всё в порядке, – бормотала Ина, отметая недобрые предчувствия и быстро преодолевая тропинку к дому. – Не могла же я убить собственную сестру.

Или могла? Она ведь не ведала, что творила. Эта ведьмовская сила делала Инару вспыльчивой. В такие моменты она теряла контроль над собой. Могла ли она причинить вред близкому человеку?

– Пожалуйста. Пусть это будет не так, – просила, сама не зная кого.

Ина преодолела крыльцо, открыла дверь, напряжённо вслушиваясь в темноту. В доме не ощущалось ни малейшего движения. Запрещая себе думать о самом плохом, девушка прошла в гостиную. В абсолютной тишине каблучки её сапожек выбивали настоящую барабанную дробь по доскам пола. Только слишком медленную, потому что Инаре приходилось заставлять себя делать каждый шаг.

От постоянно звучащего в голове «что если» она была напряжена, как струна на скрипке. Казалось, надави чуть сильнее, и она лопнет, надорвавшись.

Лилиана по-прежнему сидела на диване в гостиной. От дверей Ина видела лишь её силуэт, нечто, похожее на тёмную кучу.

Руки дрожали, когда Инара зажигала лампу. Она так боялась увидеть то, что сотворила с сестрой. Пробившие девять часы заставили её вздрогнуть. Хорошо, лампу держала над столом. Та упала не слишком высоко, не перевернулась, не пролила масло.

Вся дрожа, Ина обернулась к Лилиане. В неровном свете лицо той казалось желтоватым, словно восковым.

Девушка медленно подошла к сестре, накренившейся на подушках, опустилась перед ней на колени. Осторожно взяла за руку и сжала пальцы. Ладонь была тёплой. Это заставило Инару вскрикнуть от радости.

– Лили, – позвала она негромко, поглаживая её запястье. – Лили, проснись.

Но сестра оставалась недвижимой.

Ина звала её долго, потом попробовала трясти, даже ударила по щеке. Голова Лилианы безвольно дёрнулась и снова поникла.

– Нет, – Инара замотала головой. – Ты должна проснуться, Лили. Пожалуйста, проснись. Прости меня. Лили…

Она продолжала тормошить сестру, но из этого ничего не выходило. Из глаз текли слёзы. И Ина уже перестала их вытирать.

– Как же так? – произнесла она растерянно. А потом набрала воздуха и закричала что есть силы: – Помогите, кто-нибудь!

Словно в ответ на её зов в дверь поскреблись. Дойдя до той степени отчаяния, когда уже ничего не боишься, потому что хуже просто не может быть, Инара отправилась открывать.

На первый взгляд казалось, что посреди крыльца насыпало сугроб. Ина сморгнула, и сугроб пошевелился, разделившись на два. А затем к ней шагнули снежные псы. Инара замерла от ужаса и только потому не завизжала. Собаки уверенно приближались к ней.

Один из зверей и вовсе припал на передние лапы, усиленно виляя хвостом, словно приглашая её поиграть. Второй рыкнул на него, и это вывело Ину из оцепенения. Девушка вспомнила слова Девина о том, что молодые ведьмы призывают духов на помощь.

А ведь она действительно звала.

– Заходите, – Инара посторонилась, давая псам дорогу.

Они повели себя достаточно бесцеремонно. Один из них, тот, что хотел поиграть, ощутимо наступил ей на ногу. А второй толкнул боком её бедро, отчего Ину вжало в стену.

Но подобное расхлябанное поведение собак не рассердило Инару. Напротив, она почувствовала себя увереннее. Если бы эти огромные зверюги хотели причинить ей вред, давно бы причинили. Они могли броситься на неё ещё на крыльце и перегрызть горло. Вместо этого псы пытались подружиться. Правда, слегка неуклюже. Но, видимо, иначе они не умели.

Девушка закрыла дверь и пошла вслед за духами, которые уверенно двинулись в гостиную, словно знали, что помощь, для которой их позвали, понадобится именно там.

Лилиана сидела в прежней скособоченной позе. И только чуть приподнимающаяся грудь и лёгкие подрагивания крыльев носа говорили о том, что сестра ещё жива. Острая игла кольнула в сердце Инары при виде Лили, такой недвижимой, безжизненной. И всё по её вине.

– Вы сможете помочь? – голос предательски дрогнул.

– Гав, – басовито ответил один из псов.

Инара вздрогнула от неожиданности, но всё же двинулась к ним. Собаки вспрыгнули на диван, и девушка непроизвольно поморщилась. Всё-таки они пришли с улицы и не вытирали лапы. Но обивка под ними была абсолютно сухой, а Ина подумала, что у неё в голове сейчас совсем не то, что нужно.

Псы закивали головами, подзывая её. И девушка вдруг очень ярко поняла, чего они от неё ждут. Она опустилась на колени перед сестрой и взяла её за руки. Собаки вытянули морды к Лилиане, из их пастей вырывались тонкие снежные струйки. Инара тоже подула в лицо сестре. И вместе с этим дуновением к Лили полетело что-то, чему Ина даже не могла подобрать названия.

Наверное, это и была живущая в ней магия.

Прошло несколько мгновений. Сердце Инары отчаянно билось, надеясь на чудо.

Сначала у сестры порозовели щёки. Ина заметила это даже в неверном свете единственной лампы. Затем её грудь начала вздыматься активнее. И наконец Лилиана открыла глаза.

«Ой, она же сейчас увидит снежных духов, и как я ей объясню их присутствие в нашем доме?» – успела подумать Инара. Но никакого сигнала псам подать она не смогла. А те, словно так и должно быть, с наглым видом разлеглись на диване, подпирая упитанными задами Лили.

– Ина? Что случилось? Я уснула? – сестра смотрела на неё, растерянно моргая. Она потёрла глаза кулачками и вдруг зевнула. – Прости. Я долго проспала?

– Не очень, – покачала головой Инара, наблюдая за вольготно устроившимися собаками.

Лили поднялась, опираясь ладонями прямо в пушистые бока снежных духов, но совершенно этого не замечая. Похоже, Лилиана их просто не видела и не ощущала. Кажется, Девин что-то говорил о том, что люди без магического дара не могут их увидеть, если те сами не захотят.

Сестра покачнулась. И Инара бросилась к ней, тут же забыв о псах.

– Не надо было мне засыпать на закате, теперь голова разболелась, и слабость в ногах, – пожаловалась Лили.

Ина почувствовала угрызения совести. Ведь это она виновата в том, что сестра себя плохо чувствует.

– Прости, – вздохнула она. – Давай я помогу тебе добраться до спальни, и ты ещё поспишь.

А Лили вдруг остановилась, обозревая полутёмную гостиную. Затем посмотрела на сестру. «Неужели вспомнила, что произошло?» – испугалась та.

Но Лилиана спросила о другом:

– Ты что, ходила на встречу без меня?

Она не помнит! Облегчение было столь явственным, что Ина с трудом сдержалась от улыбки и придала лицу виноватое выражение.

– Прости, ты уснула, и я не стала тебя будить, – ложь сошла с губ очень легко.

– Ладно, позже расскажешь, как всё прошло, – Лили снова зевнула. Повезло, что она была такой сонной.

Инара проводила сестру в её комнату, помогла раздеться и лечь в постель. Лилиана уснула сразу же, как опустилась на подушку.

А Ина тихонько выскользнула из комнаты и прикрыла за собой дверь. Надо бы забрать из лесной избушки золотые монеты. Лили наверняка о них вспомнит, когда проснётся.

Инара спустилась в гостиную. Снежные духи, заслышав её шаги, дружно приподняли головы, а затем снова легли. Они вели себя как самые настоящие собаки.

Ина сильно волновалась, когда шла к ним. Ей пришлось собрать волю в кулак, прежде чем решиться и сесть между ними. Псы оказались тёплыми и приятно грели с двух сторон. Задержав дыхание, девушка опустила на них ладони, которые тут же утонули в мягкой пушистой шерсти. Собаки с довольным видом перевернулись на спины, подставляя животы её рукам.

– Я смотрю, вы очень быстро освоились в моём доме, – усмехнулась девушка.

Сначала неуверенно, затем всё смелее Инара начала почёсывать им животы. «И почему я раньше боялась собак?» – удивилась она. – «Они ведь такие милые. И вовсе не страшные».

И тут в голову Инаре пришла невероятная идея. Духи ведь должны служить ей? А значит, исполнять её поручения.

– Принесите мне золотые монеты, которые я оставила в лесной избушке, – велела она.

Псы тут же сорвались с дивана, закружились, превращаясь в снежные вихри. А затем нырнули в камин и исчезли в печной трубе.

Вернулись они спустя несколько минут. И по растерянным мордам Инара поняла, что духи не нашли золота.

* * *

Испуганные синичьегорцы мчались прочь от лесной избушки. Агата тоже кричала и делала вид, что убегает вместе со всеми. Но спустя пару десятков шагов начала приотставать. А затем и вовсе спряталась за деревом, наблюдя, как собранные ею с определённой целью простачки стремятся скорее оказаться дома – в тепле и безопасности.

Вот только скоро в Синичьих горах не будет безопасного места.

Агата усмехнулась. Отчего выражение её лица стало хищным и очень взрослым, прибавив ей с десяток лет.

Пока всё идёт по плану. Эта глупая курица Инара сделала всё, что от неё требовалось. И даже больше – она раскрылась перед уймой народа. Теперь по Синичьим горам пойдут разговоры о ведьме Бреннар. Все несчастья припишут её злому колдовству. К тому же ищейка Гирш видел всё своими глазами. А значит, теперь начнётся потеха. Охота на ту, что постоянно переходила ей дорогу.

Да уж, месть вышла славной. А уж как хороша задумка – продать главную соперницу голодному духу, желающему обрести тело, и под одним колдовством скрыть другое.

Агата весело рассмеялась.

Только действовать надо с осторожностью, как ей и советовали. Чтобы не наделать ошибок.

Кто знает, вправду ли Девин приехал в отпуск с друзьями? Или эти двое тоже ищейки, и здесь они на охоте?

Агата осторожно двинулась обратно к домику, стараясь сливаться с тёмными стволами деревьев. Ни к чему, чтобы кто-то заметил, как она вернулась.

У избушки её поджидал сюрприз – Девин и Инара страстно целовались. Причём ладони Гирша находились в таких местах, куда приличные девушки до свадьбы не должны их допускать.

Лицо Агаты омрачилось. Пусть Гирш и перестал её интересовать, когда стал ищейкой, но видеть, как самозабвенно он целуется с соперницей, было неприятно. Кулаки сжались сами собой. За это выскочка Бреннар тоже поплатится. И очень скоро.

Девин начал задирать подол платья. И тут Инара толкнула его, приложив сверху магией. То есть, разумеется, не Инара, а де Селер, который наконец проявился, не в силах терпеть, чтобы его лапал мужик.

Тут Агата снова развеселилась. Хотелось бы взглянуть на лицо Гирша, когда он узнает, что целовался вовсе не со своей разлюбезной Инарой.

Вот будет потеха!

Инара наконец убежала, натягивая на ходу шубу. Агата напряжённо наблюдала за её движениями. Что-то было не так. Не похоже, чтобы проклятый дух завладел этим телом. Не было всех тех примет, о которых Она говорила. Ни дерганых движений, ни нарушений координации. Бежала Инара весьма себе резво.

И чего этот граф так долго с ней возится? Давно уже должен был подчинить эту курицу и осваиваться в новом теле.

Конечно, тому, кто большую часть жизни был мужчиной, нелегко придётся. Но у де Селера нет выбора. Никто из парней Синичьих гор так ему и не подошёл. Больше всего надежд возлагалось на Тронара, но и тот не выдержал. Дух мог взять под контроль только полноценного человека, находящегося в здравом уме. И затем постепенно его замещать. Разум безумца был надёжно защищён от внешнего воздействия, не проберёшься.

Впрочем, это всё неважно. Сколько бы ни возился граф с Инарой, соперницы уже можно не опасаться. А де Селер будет обязан исполнить своё обещание, иначе Она его уничтожит – убьёт тело и развеет дух.

Агата иногда и сама боялась Её. Особенно когда Она говорила, что не прощает предательства, и кара за него может быть лишь одна – смерть. А потом смотрела пристально своим ледяным взглядом, от которого мурашки бежали по коже, и хотелось спрятаться в какую-нибудь глубокую нору. Но было поздно. Агата уже поступила к Ней в услужение, теперь было некуда бежать.

Да и не за чем.

С Её помощью Агата сможет отомстить, разбогатеть и получить любого мужчину в мужья. Что ей теперь Гирш? Или глупый Патрин, сын мясника Гилвара, с которым она была помолвлена вот уже полгода. Теперь Агата метила куда выше. Впрочем, пока не выбирала никого определённого. Сначала переедет в столицу, осмотрится и найдёт себе подходящего графа. Или даже герцога.

Эти мечты приятно грели душу. Но вот тело начало подмерзать, заставляя Агату нетерпеливо притопывать на месте.

Она смотрела, как Девин поднимается, отряхивает снег с одежды и медленно идёт по тропинке, сгорбившись как старик. Что ж, принять, что твоя первая любовь оказалась ведьмой, которую тебе же и придётся казнить, бывает нелегко.

Когда ищейка ушёл, Агата зашла в дом. На поиски монет понадобилось несколько минут. Одна закатилась в щель и никак не хотела отзываться на простенькое заклинание.

Может ли золото противиться магии ведьмы? А если оно проклято?

Пожалуй, Агата расспросит Её при следующей встрече. Вопросов накопилось немало. Да и нужно узнать, что делать дальше.

Агата старалась не обижаться на недоверие наставницы, которая отказывалась посвящать её во все детали плана. Понимала, что Она ведёт свою игру, но всё равно это было досадно. И если бы не клятва верности и страх перед Нею, задумалась бы о том, чтобы договориться с де Селером напрямую и забрать себе всю плату, а не обещанные ей жалкие крохи.