Глава 18

После завтрака родители Девина отправились в гости. А ищейки собрались в гостиной, чтобы подвести итоги вчерашних поисков.

Девин расстелил на столе карту, Ульрих карандашами отметил границы исследованной местности.

– Раз в этих районах ведьму не нашли, значит, она где-то здесь или вот здесь, – сделал вывод Рори и указал последним свободным карандашом на оставшиеся неохваченными участки.

– Необязательно, – произнёс Девин, который вчера вернулся молчаливым и задумчивым. Он ничего не рассказал о своих поисках. Вечером, отмахнувшись от расспросов, отправился в свою комнату. Но сегодня Торп намеревался получить от него ответы. Любой ценой.

Бойл смотрел непонимающе, поэтому Ульриху, не дождавшемуся объяснений командира, пришлось объяснять самому.

– Она может передвигаться по городу. Решила пройтись по магазинам в тот момент, когда ты проходил мимо её дома.

– А почему сразу я? – обиделся Рори.

– Да я не про тебя, – отмахнулся, раздражаясь, Ульрих, – а про то, что сигналки у нас слабые. Ты же не подойдёшь к каждой женщине на улице вплотную.

– Почему? – Бойл сегодня был просто невыносим.

– Потому что в лучшем случае схлопочешь пощёчину, а в худшем – она может пожаловаться в Орден.

– Но мы же ищем ведьму, неужели дамы в этом городке не могут потерпеть наше присутствие ради такой важной цели? – Рори по-прежнему непонимающе смотрел на товарищей.

– Гирш, я больше не могу, – пожаловался Торп.

Девин, услышав своё имя, повернулся к напарнику. До этого он задумчиво смотрел в окно.

– Ладно, Гирш, хватит, выкладывай, что у тебя произошло? – не сдержался Ульрих.

У Девина на мгновение помрачнело лицо, и друг понял, что произошло нечто действительно серьёзное. Вот только откровенничать командир не собирался. По крайней мере, не при Бойле. Надо куда-нибудь его услать.

Чутьё ищейки подсказывало Торпу, что то, о чём молчит Девин, связано с их расследованием. Его необходимо разговорить. И лучше с этим не тянуть.

– Рори, – позвал он Бойла. Дождался, пока тот отвлечётся от рассматривания карты, и продолжил: – Помнишь, ту модную дамскую лавку недалеко от фонтана, где толпились девицы?

На лице ищейки отразилась работа мысли. Некоторое время он усердно думал, а потом кивнул, просияв.

– Кто-то из тех девиц может оказаться ведьмой, просекаешь?

Бойл снова кивнул, но уже не так уверенно.

– Я предлагаю дежурить там по очереди. Скоро в ратуше бал, ведьма не сможет его пропустить. Придёт покупать себе платье, а мы её – цап – и схватим.

– Здорово, – улыбнулся Рори, но потом взглянул на отсутствующее лицо командира и снова посмурнел.

– А почему Гирш молчит?

– Девин! – Ульриху пришлось позвать дважды, а потом повысить голос.

– Что? – встрепенулся командир, вот только друг видел – он всё ещё пребывает в своих мыслях.

– Как считаешь, может, устроить засаду в модной лавке? Ведьмы любят наряды, как и все женщины.

– Да, пожалуй, – согласился Гирш. И по его лицу Ульрих так и не определил, понял командир, о чём идёт речь, или только сделал вид.

Но и сам Торп не подал виду, что ситуация тревожит его всё сильнее.

– Вот видишь, Бойл, надо идти на дежурство, – ухмыльнувшись, он хлопнул товарища по плечу, так, что Рори слегка согнулся под его широкой ладонью. Но тут же выпрямился и оттолкнул руку.

– А чего сразу я? – такие моменты Рори угадывал безошибочно.

– Потому что Гирш – командир и пойдёт последним. Я недоспал и сейчас завалюсь на пару часов, а потом тебя сменю.

– Я, может, тоже недоспал, – буркнул Бойл, понимая, что отвертеться не удастся.

– Вот и доспишь после дежурства, – Ульрих снова хлопнул его по плечу и успел отскочить, когда рассердившийся Рори замахнулся в ответ. – Видишь, какой ты бодрый!

Торп засмеялся. А Бойл наконец понял, что это была провокация, и понуро двинул в выделенную им комнату, чтобы собраться.

Через четверть часа в доме остались только Ульрих и Девин. Теперь Торпу ничто не мешало приступить к допросу с пристрастием.

– Ну давай, рассказывай, что у тебя стряслось, – голос звучал напряжённо. Ульрих вовсе не был уверен, что друг захочет раскрыть свою тайну. Но Устав Ордена требовал добиться ответа. Ведь на задании любая случайность может оказаться важной и иметь катастрофические последствия.

Девин поднял голову. В его взгляде царила такая тоска, что Ульрих очень захотел оказаться неправым, но был готов поставить свою голову – дело как раз касалось синичьегорской ведьмы.

– Ты должен мне всё рассказать, – Торп просил, но они оба понимали – выхода у Гирша нет. Поэтому ищейка добавил: – Немедленно.

Девин опустился на стул, обхватил голову руками и простонал:

– Я не могу.

– Девин, сколько лет мы напарники?

Гирш поднял голову, глядя на товарища. А потом усмехнулся.

– Много, Ульрих, но некоторые вещи невозможно рассказать даже напарнику, которого знаешь много лет.

Выражение лица Торпа изменилось. Оно стало жёстким. Он должен поступить по Уставу и был готов это сделать.

– Девин, ты мой друг, – медленно и внятно произнёс он, – но сейчас ты не оставляешь мне выбора.

– Делай, что должен, – устало выдохнул Гирш. Казалось, из него разом убрали все краски, таким бледным он стал.

Они оба понимали, что у Торпа нет выбора. Он должен лишить Девина статуса командира отряда, а затем заблокировать его магию. Дальше расследование они продолжат вдвоём с Бойлом. А по возращении в Орден будет разбирательство. И у Девина очень мало шансов снова вернуться в ищейки – причина для утаивания информации должна иметь ключевую важность. И никак иначе.

– Гирш, не заставляй меня это делать, – голос дрогнул.

Но в ответ Девин только опустил голову.

Ульрих встал над ним. Простёр руки, которые слегка подрагивали. Часы отсчитывали мгновения, в которые Торп не решался заблокировать магию друга. Но это был его долг. Гирш не оставил ему выбора. Он должен это сделать.

Ульрих развёл ладони и произнёс первое слово. Девин вздрогнул, будто его ударили. И Торп замолчал.

Что он делает? Это же Девин – его напарник и друг. Неужели всё это происходит в действительности?

– Девин… – хрипло произнёс он.

В этот момент стукнула входная дверь. Вместе с ней в гостиную ворвалось облачко морозного воздуха. Ищейки одновременно повернули головы к выходу.

В проёме показался румяный и запыхавшийся Бойл.

– Парни, – выдохнул он, – я её нашёл.

– Где? – Ульрих вскочил первым.

Он был готов гнаться за синичьегорской ведьмой хоть до самой столицы. Ведь находка Рори означала, что молчание Девина больше не имело значения. Теперь ему не придётся пытать друга и блокировать магию.

– Там, – Рори почему-то махнул на окно и сам подскочил к нему первым.

Ульрих бросился за ним. Девин тоже не отставал, хотя ещё с минуту назад демонстрировал полное равнодушие к своей судьбе. И всё же что-то здесь не так. Надо разобраться с этой его странностью – сделал себе мысленную зарубку Торп.

Стекло по краям было покрыто морозным узором. Но в центре оставалось достаточно места, чтобы разглядеть двух девушек, идущих в конце улицы. С каждым мгновением, что ищейки смотрели им вслед, они удалялись всё дальше.

– Я только вышел, – торопливо рассказывал Бойл, – как, чую, сигналка нагрелась. А тут они – мимо меня идут. Я прошёл за ними, а потом думаю – а как отличить-то, кто из них ведьма? Ну и бегом обратно. За вами.

– Идём! – Девин словно очнулся от долгого сна. Теперь он снова выглядел собранным и решительным командиром группы.

Гирш вновь стал тем, кого знал и уважал Ульрих. Но прежние сомнения отнюдь не отпустили ищейку. С Девином что-то было не так. И Торп намеревался выяснить, что именно. Вот поймают ведьму, и он вернётся к разговору с другом.

Им, привычным к внезапности, понадобилось лишь несколько минут, чтобы собраться и броситься в погоню. Но девушки уже успели дойти до перекрёстка и куда-то свернуть.

День был в разгаре. Улицы заполнились синичьегорцами. Да и дом Гиршей стоял почти в центре города, так что сходу угадать замеченных Бойлом девиц не получилось.

– Идём туда, – решил Девин, махнув рукой вправо.

– А почему именно туда? – теперь Торп начал сомневаться в словах командира. И это было плохим знаком.

– Потому что я узнал этих девиц. Обе живут в другой стороне, а значит, по моей улице они могли идти только в центр. Логика, – добавил он, повернувшись к Ульриху и со значением посмотрев ему в лицо.

Торп опустил взгляд, но тут же снова уставился в глаза Девину. Виноватым себя считать он отказывался. Нечего было с ним в молчанку играть, тогда и не ставил бы слова Гирша под сомнение.

– Идёмте уже, холодно стоять, – вмешался Бойл в поединок взглядов.

Ищейки отступили друг от друга, замотали головами, словно очнулись от наведённого сна. Рори осенил себя знаком, отвращающим злое ведьмовство. Все женщины – ведьмы в той или иной степени. Даже те, в ком нет ни капли магии. Ведь из-за них мужчины теряют разум. Чуть подумав, Бойл осенил и товарищей тоже.

Те синхронно сморщились, но промолчали. Двинулись вправо, как и говорил Девин. Вскоре действительно среди людей Рори, ближе всех видевший девушек, заметил их платки.

– Вон они, – толкнул Торпа плечом. Тот от неожиданности не успел сгруппироваться и просеменил несколько шагов, врезавшись в старичка с корзиной. Он выронил ношу в снег и обложил ищейку площадной бранью.

Бойл захохотал – месть вышла что надо.

– Прекратить идиотские шутки! – рявкнул Девин. – Вы королевские ищейки на службе, или детишки вышли поиграть?

Оба смутились и тут же приняли сосредоточенный вид. Командир прав – охота на ведьму вовсе не весёлая прогулка. Ладно, Бойл, который ни разу ещё не участвовал в серьёзной охоте, но он-то, Ульрих, должен осознавать все риски такого вот расслабленного веселья.

Девицы меж тем всё ближе подходили к центральной площади и раскинувшейся неподалёку новогодней ярмарке. Народу в это время здесь было полно. Теперь можно не беспокоиться, что ведьма заметит в толпе слежку. Вот только и следить за ними стало сложнее. Казалось, люди, разомлевшие от горячего питья с пряностями, и вовсе перестали смотреть перед собой. Каждый второй, если не первый, так и норовил толкнуть, зацепить массивным свёртком или проехаться по ногам полозьями санок.

Ищейки чертыхались, отскакивали в стороны от чересчур ретивых горожан, а особо горожанок, но всё же продолжали выслеживать свою добычу.

– Тут брать будем? – спросил Рори, когда девицы нырнули в модную лавку. Ищейки остановились поодаль, делая вид, что увлечены выбором кинжалов с плохой оковкой.

– А если она разнесёт там всё? Мозги включи! – вспылил Торп.

– Сам включи! – огрызнулся Бойл. – Там сейчас всего три бабы вместе с ней.

– Мы подождём, пока они выйдут, – с нажимом произнёс Девин. – Бабы – тоже люди и жить хотят.

– Я не то имел в виду, – поняв, что ляпнул, Рори смутился.

В этот момент дверь лавки открылась, и девушки вышли наружу. В руках обе держали свёртки, упакованные в плотную бумагу и обвязанные яркой лентой. Они улыбались, видимо, довольные покупками. И выглядели как самые обычные девицы.

Поди отличи ведьму.

– Ну и какая из них наша? – Ульрих озвучил мысли остальных.

Девин смотрел на девушек и задумчиво водил острием тупого ножа по подушечке пальца. Продавец понуро смотрел на троих колдунов и молчал. Купят – хорошо, не купят – пусть идут. В их разговор встревать он не собирался, как и слушать, что они там бормочут. Лезть в тайны колдунов – себе дороже.

В этот момент одна из девиц взяла другую под руку, и, продолжая радостно щебетать, они двинулись прямо к ищейкам. Сигналки у всех троих едва ощутимо нагрелись.

– А вот сейчас и узнаем, – пробормотал Девин и встал на пути у девушек.

– Агата, Вейла! Какая встреча, – он радостно улыбался, словно видеть девиц, которых на самом деле едва помнил, было наисчастливейшим событием этого дня.

Опешившие девушки остановились, разглядывая ищеек. И особо вглядываясь в Гирша. Обе были нескладными девочками-подростками, когда он уехал. Могли и вовсе не помнить его.

Девин воспользовался этим, чтобы слегка приобнять сразу обеих.

– Вы, верно, меня не помните. Я когда-то жил в Синичьих горах, а потом уехал в столицу и вот вернулся, чтобы… – из-за близости к девушкам получалось почти шёпотом. Это создало обманчивую атмосферу интимности. Девин отметил, что Агата покраснела, а Вейла – глупо заулыбалась.

Он говорил и одновременно прислушивался к сигналке, с удивлением отмечая – артефакт оставался абсолютно холодным.

Девин отстранился от девушек, отметив мелькнувшее на лице Агаты разочарование. И продолжил говорить:

– Чтобы показать родной город моим друзьям. Знакомьтесь, это Ульрих Торп и Рори Бойл.

– Очень приятно познакомиться, – Вейла присела в лёгком книксене, продолжая по очереди разглядывать ищеек, словно выбирая между Торпом и Бойлом.

Агата же смотрела только на Девина. Когда молчание затянулось до неприличия, она негромко произнесла:

– Я тебя помню, Девин, – и снова покраснела.

Девин испытал лёгкую досаду. Похоже, эта девица была влюблена в него когда-то.

Впрочем, особого значения это не имело. Важнее было другое – почему молчит его сигналка? И как разделить девиц, чтобы наверняка выяснить, кто из них ведьма? При этом нужно отвести её подальше от людей, чтобы никто не пострадал. В их с Ульрихом практике бывали такие случаи.

Торп, словно ощутив растерянность командира, нашёлся первым. Он поцеловал обеим руки, сказал пару затейливых комплиментов, а потом предложил:

– Девушки, позвольте угостить вас отличным глинтвейном? Я видел таверну за ярмаркой, – не зря считался в Ордене одним из первых знатоков женского пола.

– Мы с удовольствием, – ответила за двоих Вейла и взяла неподвижную подругу под руку, потянув за собой.

Девин успел обменяться с товарищами парой жестов и выяснить, что у обоих сигналки сработали как надо. Значит, Бойлу не померещилось. Что же тогда случилось с его артефактом?

Гирш вспомнил, как обожгла его сигналка при последней встрече с Инарой. Даже сугроб растаял до самой земли. На учёбе в Ордене им как-то рассказывали, что артефакт может одномоментно выработать весь свой ресурс. Но эта возможность почти невероятна. Ведь для такого исхода необходима встреча с ведьмой необычайной силы. А их не появлялось уже целое столетие.

Могла ли Инара быть настолько сильна? Этого Девин не знал. Он вообще знал о своей бывшей невесте слишком мало. И надеялся, что у него всё ещё есть хотя бы крохотный шанс это исправить.

Пока они шли к таверне, и Ульрих развлекал девушек светской беседой, Гирш разработал план. Язык жестов в такой ситуации был просто незаменим. И Девин смог отдать приказы напарникам.

Разумеется, девиц необходимо разделить. Для этого ищейкам тоже придётся разделиться. И, например, вызваться проводить девушек домой. Поскольку его сигналка больше не работает, Девину придётся остаться в стороне и ждать. Тот, чей артефакт укажет на ведьму, подаст сигнал. Гирш примчится на подмогу. Вместе они её обезвредят и отправят в городскую тюрьму на пару дней, а потом – в Орден для допроса и казни.

То, что Инара выйдет из-под удара, неимоверно радовало Девина. Он знал, нет, был уверен, что, несмотря на раскрывшийся дар, она не станет той злобной тварью, которые уничтожают целые города.

Он будет приглядывать за ней. Чуть позже заберёт с собой в столицу. Женится на ней. Так Инара всегда будет под его присмотром. Совесть ищейки останется чиста. А любимая женщина будет всегда рядом с ним.

Разве это не отличное разрешение проблемы?

Как хорошо, что в Синичьих горах обнаружилась ещё одна ведьма.

Занятый своими мыслями Гирш почти не принимал участия в беседе. Как и не замечал, что Агата и Ульрих по отдельности наблюдают за ним, делая каждый свои выводы.

Девушка злилась оттого, что Девин не замечает ни её мелодичный смех, ни остроумные ответы. А Ульрих видел, что друг вновь погрузился в свою задумчивость, кажется, и вовсе позабыв о том, что они вообще-то ловят синичьегорскую ведьму.

Причём прямо сейчас.

Глинтвейн пришёлся как нельзя кстати. Девушки грели о кружки озябшие руки. А ищейки делали комплименты их розовым щёчкам и сияющим глазкам.

Почти час провели они за вынесенным из таверны столом. Девин наконец сумел отбросить раздумья и вместе с Агатой вспоминал минувшие деньки.

– А помнишь, когда вы с Алисией забрались в сад госпожи Жеру? – после выпитой кружки глинтвейна глаза девушки и вправду сияли, особенно, когда она поднимала взгляд на Гирша. Вот только сам Девин этого не замечал, зато отлично подмечал Ульрих.

– Алисия стояла на стрёме, – усмехнулся Гирш. – Но мне тогда знатно попало от госпожи Жеру и её слуги.

Время пролетело незаметно. Девушки прониклись достаточным доверием к молодым людям и позволили проводить их до дома. Они прошли несколько улиц вместе, смеясь отточенным шуткам Торпа и незатейливой простоте Бойла.

Когда пришла пора разделиться, Девин извинился, сожалея, что вынужден покинуть столь приятное общество.

– Был безумно рад повидаться, – почти искренне произнёс он и, следуя примеру Ульриха, поцеловал обеим руки. Затем сделал вид, что уходит.

Он уже присмотрел невдалеке лавку с украшениями. Собирался переждать там пару минут, а потом стоять на том месте, где они расстались, и ждать сигнала.

Девин уже повернулся спиной и не видел, каким разочарованным и гневным взглядом проводила его Агата. Зато Ульрих это отлично разглядел, поэтому и вызвался провожать именно её.