Глава 28

Едва Инара проснулась, её закружил хоровод свадебных приготовлений.

Сначала было составление букета из бумажных и тряпичных цветов. К сожалению, зимой в Синичьих горах живые цветы можно было найти только в оранжерее градоначальника. И что-то подсказывало Ине, что вряд ли господин Пэджет согласился сорвать ей хотя бы одну розу.

Затем прибыл курьер с недостающими деталями одежды, и началась примерка. Лилиана оказалась неутомимой выдумщицей. Она умудрилась за несколько часов подготовить свадебный наряд для сестры.

Он был не слишком традиционный, но, учитывая время, выделенное на подготовку, и саму ситуацию, Лили превзошла саму себя. Белоснежная шубка из мутона, в цвет – шапочка и муфта. Платье тёмно-синее, с белым кружевом по подолу. И красные сапожки на небольшом каблуке – единственная дань традиции.

Девин тоже не был одет в вышитую невестой рубаху, но его это совсем не волновало. Смутило другое.

На выходе из дома остановил отец.

– Сынок… – господин Гирш неловко мялся на пороге.

И Девин сразу понял, что сейчас услышит нечто не слишком приятное. Он не ошибся.

– Сынок, я знаю, что мы с матерью не сможем остановить тебя. Если ты задумал жениться на этой девушке, ты это сделаешь. Но прошу… не приводи её в наш дом.

На собравшегося возмутиться Девина он только глянул и тут же отвёл взгляд в сторону.

– Прости. Знаю всё, что ты скажешь, но я боюсь за твою мать. У неё и так сердце не на месте. Доктор Брамс едва сумел её успокоить своими каплями…

Отец умолк. И Девин, подумав несколько мгновений, кивнул. Ещё одно нарушение традиции – он не приведёт молодую жену в дом родителей. Ну что ж, у них всё не по канону. Он грустно усмехнулся. А потом посмотрел в упор на отца.

– Если ты думаешь, что это остановит меня, ты ошибаешься.

– Девин, – голос господина Гирша дрогнул, – но она же ведьма…

– Я с этим справлюсь, отец. Прощай.

Девин вышел из родного дома с тяжёлым сердцем. Но тут же встряхнулся. Они одумаются и примут Инару. Пусть не сразу, но он докажет родителям, что её не нужно опасаться. Других мыслей ищейка себе не позволял. Он поклялся, что сделает всё возможное, чтобы вытянуть Ину из беды. И собирался сдержать слово. Во что бы то ни стало.

К храму молодые прибыли одновременно. Девин пешком. А Инара в закрытых санях, которые нанял господин Бреннар, стремясь защитить дочь от чужих взглядов.

Из саней вышла сама невеста, её сестра и отец. Мать Инары, как и родители Девина, сослалась на плохое самочувствие и осталась дома.

Что ж, пусть это будет последнее нарушение традиций на их свадьбе.

Священник тоже боялся Ину. Но не посмел отказать в таинстве брака королевскому ищейке. А может, думал, что, чем быстрее ведьма выйдет замуж, тем быстрее уберётся из Синичьих гор. Голос у него дрожал и сбивался, то становясь слишком громким и уходя под самые своды, то затихая, делаясь почти неслышным.

Девин крепче сжал холодную ладонь Инары. Понимал, то, что для него имеет весьма условное значение, для девушки является важным. Всё же замуж выходят один раз в жизни.

Служба получилась скомканной. Священник, стараясь поскорее отделаться от опасной новобрачной, пропускал целые куски текста. Но Девин был не в обиде, он и без того много раз слышал историю божественной любви. Главное, что они с Инарой получили благословение и стали мужем и женой.

Девин заглянул в бледное лицо своей супруги, подбодрил улыбкой и поцеловал её в губы.

Инара безумно нервничала, до последнего уверенная, что им обязательно что-то помешает. Ошиблась она самую малость. Брачный обряд свершился, но на выходе из храма их с Девином ожидала толпа людей.

Нет, не их.

Толпа ждала её, ведьму.

Господин Бреннар думал, что, если устроить свадьбу поздно вечером, о ней мало кто узнает. Лилиана, покупая одежду, была очень осторожна, выбирала якобы для себя и не придерживалась традиционно свадебного красного цвета.

Но слух всё равно пошёл.

Ведьма выходит замуж за ищейку. Ведьма хочет избежать правосудия. Ведьму надо остановить…

В руках у собравшихся были факелы. Кое у кого вилы, ещё топоры.

Их пришло не так и много. В основном мужчины. Десятка два. Может, чуть больше. Но… против четверых. Нет, против одного. Господин Бреннар должен увести отсюда дочерей. О чём Девин ему и сообщил вполголоса, быстро обернувшись. Инару необходимо увезти как можно дальше, спрятать. Эти люди пришли не разговаривать. Они хотят уничтожить то, чего боятся. Они хотятубить Инару…

Гирш привычно оценил уровень силы. Могло быть и побольше. Конечно, всех их он не одолеет. Но на то, чтобы задержать, хватит. Главное, чтобы Ина успела исчезнуть.

Присутствие за спиной он скорее ощутил, чем заметил. Оглянулся, думая, что его окружили, подобрались со спины. И опешил – рядом стояла Инара. Её отец и сестра исчезли за углом храма, растворяясь в темноте.

– Ты что делаешь? – сердито зашипел Девин. – Я же сказал – уходить!

– Я не брошу тебя на растерзание толпе, – спокойно и твёрдо ответила она. – Я твоя жена и всегда буду рядом. Что бы ни случилось.

Мозг работал быстро и чётко, как и всегда в сложной ситуации. Если бы он позвал с собой Торпа и Бойла, втроём они точно справились. Но Гирш велел им закончить сбор доказательств виновности Агаты и Властилины. Этой ночью ищейки будут заняты, чтобы на рассвете отправиться в путь.

Для одного Девина опасность была серьёзной. Жену он задвинул себе за спину, собираясь защищать её даже ценой собственной жизни.

И пусть пока люди просто стояли и молча смотрели на них с Иной. Гирш понимал – это продлится недолго. Они просто ждут, чтобы кто-то решился первым.

И это произошло.

– Эй, ведьма! – крикнул кто-то пока невидимый из толпы. – Иди сюда, мы тебя убивать будем.

Инара послушно сделала шаг вперёд, собираясь спуститься к ним. Но Девин перехватил её за руку.

– Ты что делаешь? – испуганно зашипел. В этот момент он боялся как никогда раньше. Не за себя. За неё. За свою Инару, которую только что назвал женой. И теперь может потерять навсегда.

Пальцы ощутили слегка тёплую полоску браслета на её запястье. Конечно. Как он мог забыть?

Если бы у Девина было время на рассуждения, он бы ответил, что никогда не воспринимал всерьёз исходящую от Ины опасность. Для него она всегда оставалась той девчонкой, которую он полюбил давным-давно. Поэтому и о сдерживающем силу браслете позабыл. Ведь для него самого ничего не изменилось.

– Что ты делаешь? – повторила его же вопрос Инара, почувствовав, как вслед за словами заклинания слетела с запястья серебряная пластина, сдерживающая её силу.

Мощь наполнила её мгновенно, захлестнув от кончиков пальцев до макушки. Это было потрясающе. Словно Инара только что была слепой и вдруг прозрела. Или лишилась ног, а теперь пошла.

Но, несмотря на переполняющее девушку ощущение собственной мощи, она не обрадовалась. Напротив, испугалась.

– Девин, зачем? Верни обратно! Я могу кому-нибудь навредить.

– Ина, просто покажи, что ты сильнее, – спокойно возразил он. – Если ты не явишь им свою силу, они нас не пощадят. Я не смогу противостоять всем сразу.

– Нет, Девин. Я не хочу, – девушка испуганно вцепилась ему в предплечье, повторяя: – Нет.

– Всё хорошо, любимая, – он обнял её и на мгновение прижал к себе.

Хотел сказать что-то ещё, но ему не позволили.

– Отойди от неё ищейка, – посоветовал всё тот же голос из толпы, – тогда мы не тронем тебя. Убьём только ведьму.

Ина испуганно вздрогнула. Неужели эти люди и вправду пришли, чтобы убить её? Девин сжал тонкие пальцы жены, подбадривая, показывая, что он рядом, что бы ни случилось. И будет с ней до конца.

– А чего это его не тронем? – произнёс другой голос. Ине он показался смутно знакомым. – Ищейка с ней заодно. На костёр обоих – и вся недолга!

Толпа зашумела, обсуждая, надо ли жечь ищейку или его лучше отпустить на все четыре стороны. Мнения разделились. Голоса гудели.

Инара почувствовала, как тонкой струйкой её заполняет страх. Не за себя. За Девина. Её мужа, которого бессмысленно уговаривать уйти и бросить её на растерзание безумцам. Сильные пальцы, сжимающие её ладонь, только подтверждали это.

– Хватит болтать! Пора дело делать! Вязать их и на костёр! – предложил кто-то. И толпа двинулась к замершим на крыльце храма супругам.

– Ина… – хотел сказать что-то Девин, но она не слушала.

Сама не заметила, как выскользнула ладонь из руки любимого. Как налились тьмой глаза. Как окутал сердце стылый холод.

Взмахнула Инара руками… нет, не Инара, ведьма, самая сильная из всех, кого он когда-либо встречал.

Мощный порыв ветра обрушился на толпу. Затушил факелы. Вырвал из рук вилы и топоры. Люди попадали на снег. А те, кто сумел устоять, пытались увернуться, закрывали руками головы.

Девину в лицо бросило пригоршню колючих ледяных крошек. Оцарапало щёки. Он прищурился, защищая глаза. Но не сдвинулся с места. Стоял рядом с женой, готовый помочь, подхватить, если ей понадобится его помощь.

Но Инара, казалось, и вовсе не замечала, сколько силы вилось вокруг неё. Ветер крепчал. Буря набирала обороты. Вот уже вся толпа стояла на коленях перед ведьмой. Да и сам Девин позади неё с трудом удерживался на ногах.

Возможно, люди уже просили ведьму о пощаде. Да только кто слышал их мольбы сквозь заглушающий все звуки вой метели?

Снег кружился, засыпал всё вокруг, превращая коленопреклонённых людей в белые кочки.

Видел Девин, что уже достаточно. Эта демонстрация силы сломала гнев толпы, оставив лишь жалкую горстку перепуганных до смерти людей. Вот только Инара и не думала останавливаться. Тьма не собиралась уходить из её глаз. Она желала забрать жизни у жалких червей, что посмели бросить ей вызов. Выпить тепло из их тел. Бросить ледышками на дороге, чтобы хрустели осколки под её сапогами.

Инара теряла себя. Растворялась в собственной мощи, с которой не могла справиться.

И это он виноват. Идиот. Переложил ответственность на ту, которую поклялся защищать. Это он должен был выйти против озверевшей толпы. Отдать собственную жизнь, но не позволить Инаре лишиться светлой части души.

– Ина! – позвал он, стараясь перекричать ветер. – Ина, остановись! Пожалуйста, остановись, они уже не опасны…

Но она не слышала его.

Мороз крепчал, сковывая тело. Двигаться становилось всё труднее. Девин ничего не видел из-за метели. И больше не чувствовал Инару. Как будто её сковал лёд, и она стала частью призванной ею снежной бури.

Гирш вскинул руку, прикрывая глаза, пытаясь разглядеть жену среди бушующей стихии. Пришлось пожертвовать частью силы, чтобы различить её силуэт всего лишь в нескольких шагах от него. На то, чтобы преодолеть эти шаги, растянувшиеся на многие версты, он отдал оставшееся. Слишком мощной преградой окружила себя проснувшаяся ведьмовская суть.

Достиг Инары абсолютно пустым. В нём не было ни капли магии. Ищейке было совершенно нечего противопоставить разгулявшейся ведьмовской силе.

Только свою жизнь и свою любовь.

Девин обхватил жену руками, изо всех сил прижимая к себе ледяное тело. Пытаясь согреть её своим теплом, которого оставалось всё меньше.

– Я люблю тебя, Ина, – прошептал он. Но слова растворились в вое ветра. Рассыпались снежинками по белым кочкам.

– Я люблю тебя, – повторил Девин и прильнул поцелуем к ледяным губам Инары.