Глава 17

На насекомых «пук» явно не действовал, и в террариуме летали всякие стрекозы да бабочки — достаточно крупные, такие, что не могли вылезти через дырочки в крышке.

И вот, одна такая стрекоза пролетала мимо карантира… Неожиданно он, как лягушка, выбросил язык и схватил насекомое острыми зубами. Стрекоза затрепыхалась, но вскоре затихла.

Жалко ее было — не то слово!

— Смотрите, сейчас он ее засосет, — с энтузиазмом истинного зоолога сообщил Огурец.

Но! Карантир не стал есть стрекозу.

Создание пристально глядело своими круглыми крошечными глазками — бусинками прямо на меня. И вдруг ловко слезло с листа и крупными скачками (чем отталкивалось — непонятно) направилось к прозрачной стенке террариума.

Остановилось и… с натуральным поклоном положило прямо перед стеной несъеденную стрекозу.

Выглядело это так, словно котик поймал мышь, но не съел, а принес хозяйке.

Нет, если б, допустим, он притащил добычу герцогу, это еще как-то можно было б понять. Огурец явно проводил немало времени в зоопарке, животные (даже такие!) могли к нему привыкнуть.

Но карантир-то смотрел на меня! И добычу расположил прямо напротив меня, как бы в сторонке от Огурца.

— Ммм…. — высоко интеллектуально произнесла я.

Правила хорошего тона требовали принять подарок.

К тому же хищная гусеница продолжала глядеть на меня — как-то даже умоляюще. И пару раз снова как будто бы поклонилась…

Но не совать же руку в террариум, чтоб забрать стрекозу, которая нужна мне, как рыбе зонтик!

— Хотите достану для вас? — расхохотался герцог. — Ох, Дина! И после этого вы будете говорить, что вы не Хозяйка Стихии!

Между прочим, я такого не говорила. Я не говорила ни «да», ни «нет», подумала я. Но тем не менее!

— Не понимаю, причем тут это! — огрызнулась я.

— Ну как причем, — усмехнулся Огурец. — Карантир половину жизни проводит в воде — когда не охотится. А водные твари чувствуют и почитают Хозяйку своей стихии. Многие из них готовы служить ей. Мне-то он стрекозу не принес, хоть мы с ним старинные друзья. Кстати, Дина, если вы не будете есть стрекозу, то обратитесь к нему, что вы очень благодарны, но достаточно сыты и в стрекозе не нуждаетесь. А то мучается зверушка, думает, наверное, что нужно поймать для вас что-то другое.

Ох…. Я не знала, смеяться или плакать.

Наклонилась, расположила лицо напротив крошечной мордочки карантира. Поглядела в его глаза-бусинки. Сейчас он, кстати, не смотрелся таким уж противным. Пухленькая такая гусеничка, ну шипастая, да — но у всех свои недостатки…

— Дружок, мне очень приятно. Спасибо. Скушай ее сам, я сыта, — сказала я.

Карантир еще раз «поклонился». После чего бодро засосал гусеницу.

— Пойди искупайся, тебе охладиться нужно, маленький, — сказала я ему, потому что после обеда тварь преданно-вопросительно продолжила смотреть на меня.

Тварюшка подпрыгнула на месте и поскакала к ручейку. Вскоре он плескался в ручье, выпрыгивая из него, как заправский дельфин или летучая рыба.

— Уфф! Неожиданно! — рассмеялась я. — Так, Анатар, признавайтесь, вы привели меня сюда, чтобы карантир признал во мне Хозяйку Стихии? Да? Это такой тест? Кстати, я считаю, просто я ему понравилась. Должно быть, тварь не видит женщин — только вас и Гаранда. Так что, полагаю, я просто его обаяла.

— Несомненно, Дина, обаяли. Вы всем нравитесь, — галантно улыбнулся Огурец. — Но это не было тестом. Мне не нужно их проводить — я и так уверен в своей версии. Пойдем дальше? Или Пуффи — так мы называем нашего карантира — расхолодил вас? Дальше можно будет снять респиратор.

— Пойдемте, — ответила я.

В сущности, конечно, ситуация с карантиром была неожиданной и странной. Но очень интересной.

А еще я узнала, что при желании могу призывать себе на помощь водных созданий. Надо бы потренироваться на рыбках, что живут у нас в пруду. Пусть поплавают по кругу по моей просьбе…

Дальше мы прошли в незаметную дверь, и герцог стянул с себя респиратор. Я последовала его примеру. Разоблачила также и Багуара.

Здесь горел яркий свет, всюду стояли небольшие клеточки и террариумы.

— А здесь как раз живут малыши, — умильным голосом сообщил герцог. — В основном их свойства сводятся к тому, что каждый из них с легкостью может откусить палец, но все равно достаточно интересные.

В общем, я ходила по комнате, с интересом рассматривая тварюшек. Были тут особо хищные белки с третьим глазом — по словам герцога при желании они могли гипнотизировать других мелких зверьков, хотя предпочитали есть орехи, а не мясо. Были всякие гигантские, размеров с ладонь, насекомые и крабы.

— Даварский краб любит откусывать клешней пальцы. Классический случай, — сообщил Анатар. — Вам не откусит. Он ведь тоже много времени проводит в воде.

В общем, забавно, интересно, ничего особенно страшного.

— Дальше будут крупные монстры, — обрадовал герцог, и мы пошли дальше.

К тому моменту я уже ничего не боялась. После карантира с его пуком все казалось ерундой!

— Ну, пойдемте, посмотрим, — согласилась я, и мы прошли в следующую дверь.

Меня оглушили звуки доисторического леса.

Здесь было огромное помещение, где в просторных клетках сидели… Ох, вот это было да!

Первое, кого я увидела, было очень страшное создание.

Жаба.

Темно-коричневая огромная жаба, явно способная съесть человека одним махом.

Вся в бородавках. И крылатая. Пасть ее была усыпана острыми зубами, внушавшими трепет.

Клетка была высокая, и монстр явно мог при желании полетать. Но сейчас он лежал и, не мигая, глядел на нас желтыми зловещими глазами.

Я поежилась.

— Жабокрыл, — продолжил экскурсию Анатар. — Чрезвычайно известный монстр с Хамарана. На нашем континенте, к счастью, не водится. Это весьма древний экземпляр, привезенный еще до катастрофы моим отцом. На Хамаране жабокрылы — одна из главных проблем в глуши. Изловить его стоило больших трудов. Но наш старичок, видите, даже почти не летает. И слюна у него, подозреваю, утратила ядовитые свойства. Нужно бы взять очередной анализ…

— Н-да… — протянула я. — Вы точно здорово умеете развлекать девушек. Хорошо, что я не склонна падать в обморок!

А в следующий момент на меня вдруг обрушилось нечто.

Темнота. И шкаф.

В смысле, на меня словно бы упал тяжеленный шкаф, а в глазах помутилось.

Последним, что я услышала был невнятный испуганный крик герцога.

***

Очнулась я с раскалывающейся головой.

В полной темноте и… холоде.

Неподалеку кто-то увлеченно чавкал. Не как человек. А как мог, должно быть, чавкать тираннозавр, поедающий падаль (говорят, они были не такие уж хищники, честной охоте предпочитали мясо павших животных).

Мурашки холодного ужаса пробежали по спине.

— Багги! — хотела крикнуть, но вместо крика из моего рта раздался жалобный стон.

Вместо лая Багуара послышалось досадливое:

— Рррррррррр-ра-ррррр!

И я инстинктивно отползла подальше от источника звука.

После чего чавканье возобновилось.

«Ааа!» — подумала я. Вот так сходила в зоопарк! Так, что дай Бог выбраться живой и не пойти на корм тому, кто там увлеченно чавкает. Судя по всему, если ничего не делать, то скоро сама буду тем, чем он будет чавкать».

Интересно, герцог специально заманил меня, чтобы сдать на корм неведомым монстрам? Или это несчастный случай?!

И где Багуар?

Верный фамильяр не мог бросить меня, а значит…

Нет, если какая-то тварина пожрала моего Багги, я ее голыми руками…

Хозяйка Стихии я или нет?! Только вот сражаться водой в полной темноте — занятие еще то. При том, что чавкающий монстр, наверняка, в отличие от меня, прекрасно в темноте видит.

Как бы мне осветить помещение, пока меня не сожрали?!

И тут я услышала волшебный звук. Где-то поблизости капала водичка…

Кап-кап. Тишина. Кап-кап. Тишина. Кап-кап-кап.

Не важно, что это! В любом случае, это по моей части! Уровень влажности явно позволяет мне немного улучшить свое положение.

Я отползла подальше от неведомого источника чавканья и прошептала: «Водичка, милая, помоги!».

Повела рукой…

В следующий момент передо мной начал формироваться летающий водный шар, светящийся изнутри. Водичка в точности поняла, что нужно сделать. Все новые капельки и невидимые частички влаги из воздуха устремлялись в него, он рос. А я продолжала водить ладонью, как бы формируя этот «светильник».

И постепенно я начала видеть…

Ох! Лучше бы уж не видела!

Может, удалось бы отсидеться в темноте?!

Я находилась в достаточно просторной комнате, из тех, что называют «каменным мешком». Вдоль стен стояли какие-то ящики. Один из них вроде бы был прозрачный, и в нем что-то копошилось. Что-то похожее на червяков, противно… Фууу!

А еще тут и там были развешаны туши. Должно быть, так они висят на мясо заводе.

Понятно. Холодильная комната для хранения корма для монстров. И я тут, похоже, теперь тоже корм…

Потому что в дальнем конце пожирал одну из туш монстр из страшной сказки. Это вам не пукающий карантир и не чем-то неуловимо милый старенький жабокрыл.

Тварь была похоже на ящерицу. Размером с небольшую корову.

Когда свет стал ярче, она подняла морду, и я увидела, что у нее круглая голова, украшенная рогами, глаза-блюдца, зловеще светящиеся желтым и огромные уродливые зубы в форме рыбьих чешуй.

Вот этими зубами она и перемалывала тушу, что стащила вниз…

Ох, если это все работа герцога, то он, конечно, знатно придумал. Запереть в холодильнике, где меня сожрет выпущенный на свободу монстр. А если не сожрет — то постепенно я замерзну насмерть.

— Рррррр-ра-ррррр! — заявила мне тварь и сделала пару угрожающих шагов в мою сторону.

— Я тебе такое «ра-ррр» устрою! — рявкнула я, бравируя ужасом. Ведь по-хорошему договориться с этим сухопутным мерзким созданием явно не удастся.

В отличие от карантира, в этом создании не ощущалось никакой симпатии ко мне.

Скорее наоборот!

Злоба, даже ненависть. Брр!

— Рррр?! — насмешливо осведомилась тварь и продолжила наступление.

— Хозяйка Стихии так просто не сдается! — крикнула я и сотворила на руках водные молнии. Вложила в них как можно больше сил, поэтому было видно, что они кипящие — от них шел пар. Любой, получивший такой молнией по морде (или иной части тела) должен конкретно обвариться.

Все случилось одновременно…

Тварь прыгнула на меня, а я атаковала молниями.

— Ры-а-ар! — жалобно крикнула она, и рухнула на пол.

Я хотела рвануть к неприметному проходу, что бросился мне в глаза.

Но создание — теперь с чешуей, слезающей с обваренной морды и бока — вскочило на лапы и снова кинулось на меня…

«Успею ли я?! — пронеслось у меня в голове, как молния. —  Господи, если что, прости меня за все!»

Летящая сверху туша закрыла свет от водного шара, и в этот момент…

Раздался до боли знакомый ряв. Вернее рык — Багги явно был не в настроении.

Вслед за ним — вспышка света.

Огромный розово-голубой (в магическом призрачном освещении это смотрелось просто фантастично) пес прыгнул на монстра и сшиб его прямо в полете.

Меня (предварительно упавшую на попу) вздернули крепкие руки. Заключили в крепкие объятия.

Не герцог.

Я ощутила знакомый мужественный и ни с чем не сравнимый запах.

«Дракоша! Прилетел!» — пронеслось у меня в голове. Ты же мой зайчик хвостатый!

И я ненадолго прижалась к его груди, а он шептал:

— Все хорошо, девочка моя водная, все хорошо, моя милая… Сейчас Багги его погрызет, мы с ним закончим, и больше большая чешуйчатая бяка тебя не тронет, милая…

Ах милая, одернула я себя! Милая, значит!

Намиловался со своей графиней и ко мне прилетел.

Вовремя, конечно! Но все же!

И я рванула из его рук. Впрочем, дракон уже и сам меня отпустил — так что, возможно, не ощутил, что я собираюсь всячески отстраняться и высказывать ему свое «фи». И расставлять между нами границы.

И вообще уволить его из Хранителей собираюсь… Хм. А вот это, может, и преждевременно. Прилетел же.

Багги вцепился в шею монстру, но тот вырывался и пытался дотянуться до шеи пса.

— Ай! — пискнула я. — Нужно ему помочь!

— Надеюсь, ты про Багуара, — в своем духе усмехнулся дракон. — Багги, отойди. Давай закончим с этой тварью побыстрее.

Багги отпустил тварь и отскочил в сторону. Но с явной неохотой. Видимо, ему очень уж хотелось закончить дело самому. Однако на шее монстра даже следов не осталось. Крепкая тварюга, однако! Еще не факт, что Багги смог бы его загрызть, не пострадав сам.

— Будешь еще кусаться? — строго осведомился Вареан у монстра.

— Ррр-ра-ры-рррр! — ответил тот и пошел на дракона.

— Так не надо! — поднял палец вверх и строго погрозил ему дракон. Тварь остановилась и с сомнением уставилась на него.

— Что ты делаешь! Он совершено неконтактный! — воскликнула я. — А ну как укусит сейчас тебя за задницу! Или за что-нибудь спереди!

— Не укусит, — сообщил Вареан. — Знаешь, в человеческой ипостаси мы, конечно, не можем читать мысли людей и гипнотизировать их. Но с животным я точно справлюсь… Если оно, конечно, еще подает надежды.

Несколько мгновений монстр смотрел на Вара. Потом перевернулся на спину и подставил живот, как пес, который призывает хозяина его почесать. А заодно признает его верховенство.

— Мр-ры-рр?! — произнес монстр.

То есть надежды он явно подавал. Иными словами — не был в конец испорченной тварью (как я поняла), а лишь следовал своей хищной природе.

— Я это гладить не буду! — заявила я.

Чтобы мне точно не пришло в голову потрогать ставшего смирным монстра, Багги, виляя хвостом, подошел ко мне, и я (не садясь на корточки, он ведь был размером с корову) зарылась руками и лицом в густую шерсть.

— Ну как хочешь, — улыбнулся Вареан. — Мало кому в жизни выпадет шанс почесать пузо чешуезубу. Лично я воспользуюсь случаем и буду потом рассказывать об этом своим внукам.

Название, кстати, было говорящее — ведь зубы монстра и верно выглядели, как рыбья чешуя.

Дракон подошел и слегка потрепал монстра по пузу.

— Еще ошейник ему купи и поводок. И мисочку для дичи, — ехидно порекомендовала я.

— Я подумаю об этом. Но вообще… если мы не собираемся его убивать… А убивать мы его теперь не будем — каждый в ответственности за того кого, он загипнотизировал. Так вот, Пупсик…

— Какой пупсик?! — простонала я.

Не знала, смеяться или плакать.

— Ну нужно же его как-то назвать, — пожал плечами дракон. — А в твоем присутствии мне в голову приходят мысли только про милые вещи. Пупсик, переворачивайся. Пойдем, где твоя клеточка? Ай-я-яй, как нехорошо, напугал девочку…

— Мрр-ррррр-ры! — виновато ответил Пупсик и с сожалением поглядел на меня.

Я не поняла, о чем сожалеет — о том, что плохо себя со мной вел или что ему так и не удалось мною полакомиться.

— Слушай, а ты вообще что тут делаешь? И где герцог? — осведомилась я у приручателя чешуезубых монстров.

— Я — прилетел на крыльях своей лю… своей ответственности и симпатии к тебе! — ответил дракон с довольной улыбкой. — Я ведь Хранитель. И появился очень вовремя! Скажи «спасибо»!

— Эээ… Ну за «вовремя» — спасибо. А где герцог?

Тут вмешался Багги и показал мне картинку, что герцог… лежит без чувств посреди зала с монстрами. А рядом валяется мертвая туша другого точно такого же чешуезуба.

Жив ли герцог, совершенно непонятно!

— Герцог! Ему нужно помочь! — вырвалось у меня.

— Ммм… Ты так о нем беспокоишься?! — зло переспросил дракон. — Он жив. Я не чую трупов, кроме одного животного, поблизости.

— Беспокоюсь, да! Он же там без чувств! Багуар показывает! И — обрати внимание — я, в отличие от тебя — молчу, что ты сразу после боя рванул к своей графине!

— Какой графине? — удивленно поднял брови Вареан, оглянувшись на меня. — Терпеть не могу большинство графинь.

Нет, погодите, он, что — будет строить из себя оскорбленную невинность?!

А кто летал к «невесте»? Не Багуар же!

Правда, немного смущало то, что удивление на лице Вареана выглядело очень уж ненаигранным. Совершенно натуральное такое удивление…

— Ну одна-то, очевидно, тебе вполне нравится. Так что даже жениться на ней собрался! — не сдалась я.

Хотя внутри затикала интуиция, мол, не руби с плеча. Может, все не так, как ты думаешь.

А что я, простите, должна думать после той заметки в газете?

Теперь лицо дракона вытянулось от изумления. Вот никогда не понимала этого выражения, а тут вдруг увидела воочию. Изумился до глубины души, словно увидел, как Пупсик из монстра превращается в бабочку.

— Ммм… Ты графиня? — слегка придя в себя, спросил дракон.

— Я — нет. Я Хозяйка! — ответила я, уже совершенно ничего не понимая.

Ну не может его удивление быть актерской игрой! Он реально в шоке. В таком же, как была я, когда увидела пресловутую статейку.

И причем тут я? Он сейчас на что намекает?

— Вот и я тоже так думал. А это, кстати, «титул» куда выше графского, если по сути… — задумчиво сказал Вареан. — Милая, с чего ты взяла, что я собираюсь жениться на какой-то графине?

— Об этом даже в газетах пишут! — ответила я. — Хочешь, сказать, это неправда?

Несколько мгновений он со странным умилением глядел на меня. Подозреваю, ему понравилась моя ревность, которую я… так неосторожно высказала.

А потом расхохотался.

— Граму уши нужно оторвать за такие идеи! — непонятно сказал дракон. — Все это время я проводил очень важную разведку и разрабатывал важный план, о котором расскажу тебе, когда будем наедине — подальше от твоего паршивого герцога. А адъютанту Граму велел придумать для прессы что-нибудь о том, куда я мог деться. Но, знаешь, — драконище, игнорируя призывные взрыкивания Пупсика и нетерпеливые подпрыгивания Багги, шагнул ко мне и обнял. Я была насколько ошарашена, что даже не сопротивлялась. — Я рад, что так вышло! Теперь я точно вижу, что ты ревнуешь, и я тебе небезразличен!

В голосе дракона звучала такая радость и гордость, такое самодовольство, что я, разумеется, тут же высвободилась из его надежных рук.

Хоть не очень-то и хотелось…

И все же было очень радостно. Мне самой захотелось смеяться.

Ааа! Класс! Мой дракон — не бабник!

Это была просто газетная утка, основанная на дурацкой версии адьютанта.

— Ничего я не ревновала! — ответила я. — Просто ты назвался Хранителем и обещал сразу вернуться! Вот меня и удивило, что ты полетел к невесте!

— Ну конечно! Только это! — продолжил веселиться дракон. — Ты бесподобна, моя милая!

Но тут же стал серьезным.

— Пойдемте. Действительно неизвестно, как себя чувствует этот любитель монстров. И вообще нужно разобраться, что именно произошло.

— Что произошло я, пожалуй, могу узнать у Багуара, — сообщила я. — Он тут самый осведомленный.

И пока мы вслед за Пупсиком шли по темным коридорам, Багги действительно показывал мне картинки.

Весьма жуткие!

Чешуезубов в монстрятнике было два. Каким-то образом один из них, сидевший в клетке поближе ко входу в зал, вырывался на волю. И сразу в прыжке оглушил меня ударом… бронированной челюсти по голове. Видимо, счел, что Багги — добыча слишком мелкая, ведь он тогда выглядел маленьким болоном. А герцог — слишком крупная и потенциально опасная.

В общем, я рухнула, как подкошенная.

— Багуар, ясное дело, обратился, — пересказывала я Вареану то, что видела, — и бросился на чешуезуба. Герцог же кинулся посмотреть, жива ли я. Оказалась жива, и он вступил в схватку. Дело в том — это Багуар говорит — что у этих монстров очень крепкая броня. Багуару никак не удавалось ее прокусить — поэтому потом он «на слабо» и пытался самостоятельно справиться с Пупсиком. А у герцога по понятному стечению обстоятельств был разряжен его «жезл», в смысле, трость. И ему пришлось сражаться голыми руками. В смысле, своей собственной магией, без оружия. Пока они дрались с этим чешуезубом, почему-то вырвался второй. Багуар не видел, как это произошло, ведь был занят тем, что грыз первого. Второй чешуезуб — то есть будущий Пупсик, — Пупсик, уже привыкший к своему имени, обернулся и что-то прорычал. Вполне доброжелательное. — В общем, он решил не размениваться на помощь товарищу. Просто аккуратненько схватил меня и потащил куда-нибудь, чтоб под шумок скушать. Это версия Багуара, потому что он этого — опять же — не видел. Он всего лишь ощутил, что меня тут больше нет, срочно бросил первого чешуезуба и побежал искать меня. Герцог одобрил его план и остался сражаться с чешуезубом в одиночку. Ну и, видимо, убил, но и сам пострадал. Брр… Ну и история получилась!

— Вот и вопрос, кто их выпустил… Уверен, что кто-то выпустил. И вряд ли все же это твой разлюбезный герцог. Вон сам там валяется, придурок… Это еще слава Богу, что Пупсик, притащив тебя в холодильник, решил сперва полакомиться какой-то тушей.

— Вообще, знаешь, я думаю, может, он и не собирался меня есть? — когда монстр стал таким няшкой, мне уже не хотелось думать о нем, как о настоящем чудовище.

— Нет, полагаю, просто говядину он любит больше человечины. Человечину, может, и не пробовал, поэтому сперва решил покушать проверенную еду, — невесело усмехнулся дракон.

И прямо на ходу притянул меня к себе, прижав к своему боку:

— Все висело на волоске. Полагаю, если б Багуар уже не нащупал твой след, я бы дольше искал тебя… А там была важна каждая секунда.

Между тем, мы вышли в тот самый зал, где приключилась битва.

— Стой, где стоишь! — рявкнул Вареан, создавая на ладони молнию.

Над телом Анатара стоял незнакомый человек с ножом и явно прицеливался, как бы его поудобнее зарезать.