Глава 5

Или что-то похожее на него.

Я вздрогнула. Маруйка прикрыла лицо руками и пискнула:

— Ах, не стоит говорить так о таких могущественных созданиях! Мы ведь даже не знаем, кто он!

Я хотела добавить, что мне плевать, никто не должен играть судьбами людей, но осеклась. Потому что раскат повторился.

Багуар гавкнул и побежал к двери. Мы с Маруйкой — за ним.

Опасливо вышли (ну кто-то и вылетел) на террасу, опасаясь, что опять началось недавнее светопреставление.

Но небо было чистым. Высыпали крупные звезды. Светило две луны — одна серебристая, как у нас на Земле, другая — красноватая. В саду еще стояла вода, но теперь ее было где-то по щиколотку.

— Наверное, где-то что-то упало… — неуверенно сказала я. — В любом случае, это не про нашу честь и нас не касается. Гремело далеко.

— Или господин Дар нас предупреждает! — пискнула Маруйка. — Попроси у него прощения!

— Не буду! С чего это вдруг!

— Ах, умоляю тебя, попроси! Не хватало еще поссориться с ним! У нас и так одни опасности!

«Ладно, — подумала я. — В конечном счете Дар все же помог мне».

Спас от хищного дракона.

Дал жилье и работу.

Даже денег дал.

Если он и в этот мир меня отправил — то ведь не куда-то, а прямо домой! Не прямо, конечно. А кружочком через поле боя, но все же…

Буду надеяться, что и подругам моим он помог не меньше.

— Слушайте, Дар, извините, я погорячилась. Если все затеяли вы — значит, у вас есть для этого причины, — немножечко чувствуя себя дурой, произнесла я в воздух.

Багуар одобрительно гавкнул.

Маруйка облегченно вздохнула.

Мы постояли на террасе еще минут десять, дыша свежим ночным воздухом. Кстати, он был ароматный. Пахло цветами. А если присмотреть — то можно было заметить, что недалеко от террасы расцветает несколько прежде облезлых кустов.

— Ах, хозяйка вернулась — магия вернулась. Вернулась магия — и все возвращается на круги своя. Вот и сад начал приходить в себя, — сказала Ма, подлетела и на лету погладила меня по плечу.

Я взяла ее на ручки и занесла в дом. Больше не гремело. То ли дядюшка принял извинения. То ли не он и был.

И я, наконец, отправилась спать.

В уютной спальне была большая кровать, застеленная буквально скрипящим от свежести бельем. Не знаю, какой уж магией Ма все это делала, но комфорт она обеспечивала просто упоительный.

Я сняла матушкино синее платье. Погладила его. Подумала, что надо бы поискать портреты своей семьи… Ну должны же они где-то висеть в доме! И легла, потому что сил больше не было.

Укрылась пушистым одеялом и заснула, как только коснулась головой подушки.

И провалилась прямо в огонь.

Огонь я не очень-то люблю. Не то чтобы боюсь, ведь вода с успехом огонь гасит. Но просто не мое!

Что-то полыхало, кажется… это была новогодняя елка! И в этом пламени неслась — не стояла, а именно неслась куда-то наша Элина! Моя Элечка! Любимая разгильдяйка, которую мне хотелось то прибить за опоздания, то наставить на путь истинный, то защитить от всех тревог.

— Элечка, милая, я сейчас тебя спасу! — крикнула я, выставила руки и попробовала сотворить огромную каплю воды, чтоб погасить костер.

Но, во-первых, ничего не вышло. Магия меня не слушалась. Да и какой я маг? Это только во сне можно подумать, что я уже вся такая крутая. Если у меня что и получается — то только чисто инстинктивно.

А во-вторых, Элечка даже не думала гореть. Внезапно она оказалась в какой-то черной трубе. И я вместе с ней, превратившись в крошечный перламутровый шарик.

Эля рухнула вниз по трубе и приземлилась в потухшем камине, полном золы.

— Апчхи! — сказала Элечка и принялась возмущаться, что в новый год ей приходится являться через камин подобно Санта-Клаусу.

— Полностью с тобой согласна, дорогая моя! — сказала я. — Вообще непорядок! А меня в ванну смыло! Прикинь!

Но Элечка почему-то меня не слышала.

Из каминной трубы на нее упала новая порция пепла, сухих листьев и еще всякого. Эля снова чихнула, а сидевшая за камином булочка вежливо желала ей:

— Будьте здоровы!

— Ой, Элька, смотри, у тебя тут говорящие булки! — рассмеялась я. — Это похлеще моей феи, похожей на куколку!

Но Элька меня не слышала и принялась беседовать с колобками, что в итоге выкатились из-за камина. У них, кстати, были натуральные ручки и ножки, а также глаза-изюминки. Правда выглядела выпечка неважно — подгоревшая с одного бока и какая-то неухоженная, что ли.

— Эй, а меня кто-нибудь послушает!? — крикнула я. — Я, между прочим, тоже тут тусуюсь… И никогда еще не разговаривала с колобками! Слышишь, кругленький, а ты от бабушки ушел? А от дедушки? А от волка и лисы?

Но в следующий момент меня потянуло наверх, и я вылетела в трубу…

Открыла глаза я на рассвете, пытаясь понять, где нахожусь.

В окно выглядывало солнышко. У меня в ногах лежал маленький болон, который, оказывается, решил ночевать со мной — просто с вечера я не заметила.

Куколка-фея, бодро взмахивая крылышками, висела перед нами и каким-то чудом удерживала в ручках поднос с дымящимся кофе… или что тут у них подают на завтра?

— Эээ… Спасибо! — сказала я. — Знаете, кажется, я видела свою подругу… Одну из. И она точно жива. С колобками треплется.

— Как замечательно! — сказала фея. — В старые времена все хранители были как-то связаны… Вот и ты видела во сне, как твоя подруга-хранительница поживает!

— Ну или просто сон, я ведь думаю о них, — заметила я и забрала у феечки поднос с ароматным горячим напитком и булочками, похожими на круассаны.

Вообще, считаю, что есть в постели крайне неудобно. И вообще — даже при наличии подноса — легко можно засыпать крошками все вокруг.

Но не пропадать же труду моей заботливой сестрички!

Не понимаю, как бы я тут справлялась без нее. Представила себе, как таскаюсь с ведром и шваброй (а также тряпкой) и вручную драю полы во всем особняке. Как вытираю везде пыль и пытаюсь навести какой-то порядок. Как стираю старые вещи… Это был бы кошмар. Когда я осваивалась бы в этом мире и заботилась бы об Источнике? У меня просто не было бы на это времени.

Так что моей сестренке просто цены нет!

Я искреннее поблагодарила ее и обещала себе, что буду прислушиваться ко всем ее капризам.

Вот из-за капризов Маруйки в тот день все и пошло не так…

Фея принялась щебетать, как она хочет быстрее отправиться в городок. Как давно там не была. И как она скучает по временам, когда моя матушка сажала ее в корзину, а меня брала за руку — и мы все шли в лавки, которые любили посещать…

Я тоже хотела бы это помнить — но образ, как мама ведет меня за руку, видела лишь со стороны. Без ощущений и прочего, что бывает в полноценных воспоминаниях. Да и лица матери опять же не помнила.

Ну, и я решила пойти на встречу Маруйке. Не откладывать поход в город. Хотя вообще-то хотела потратить утро на то, чтоб немного узнать об этом мире. Например, посидеть в библиотеке.

Но фея, конечно, заявила:

— Ах, поспешим! А то может закрыться лавка молочника — у него все раскупят! А что может быть лучше свежего молочка? Я сотворю из него творог и сметану…

— И йогурт? — улыбнулась я.

Дальше пришлось объяснять, что это такое. Ма заинтересованно выслушала и обещала попробовать.

— А как себя вести и как все устроено, я тебе по дороге расскажу! — пообещала фея.

Я махнула рукой и ответила:

— Ладно, давай так. Только прежде я сделаю обязательное — схожу к Источнику. Я должна заботиться о нем каждый день.

Тут Маруйке крыть было нечем. Ибо обязанности Хранителей она уважала.

— Но не задерживайся, пожалуйста, — слегка погрустнев, попросила она.

В общем, я оделась и отправилась искать, где начинается тропинка. Багуар пошел со мной. Собственно говоря, он и напомнил мне, где нужно нырнуть между кустами, чтоб оказаться на тропе.

Со вчерашнего дня тут все изменилось. Заросли не стали реже, но теперь повсюду проклевывались свежие зеленые листики. А некоторые деревья и кустарники зацвели большими ароматными цветами.

— Вот что магия животворящая делает! — сообщила я Багуару и рассмеялась, нюхая прекрасную розовую розу.

Проникнутая важностью своей миссии, подошла к Источнику.

Фонтан был такой же, как вчера. Сильнее не вырос. Но журчал как-то веселее.

— …Иди ко мне… — расслышала я в журчании воды.

Мотнула головой — этак я скоро начну слышать голоса повсюду.

— …Прошу… — раздалось из струй.

Багуар одобрительно гавкнул и кивнул мне на Источник.

— А, дорогой, тебе вчера понравилось! Собственно, да, я пришла повторить процедуру… — сказала я и шагнула к нему.

Внутренне хихикала. Всю жизнь разговаривала с водой.

И вот, наконец, она мне ответила!

По крайней мере, надеюсь, что это так, а не первый эпизод шизофрении.

— Так, только сегодня без сюрпризов, — сказала я фонтанчику. — Каждый день усмирять бурю я не нанималась. Да и поля зальет — у людей урожай испортится. Не надо. Давай все красиво и гармонично…

В общем я погладила водичку, поворковала с ней. На этот раз она откровенно ходила за мой рукой. И радуга радостно плясала, заполняя заросли вокруг. В итоге без всяких сюрпризов струя еще немного поднялась. После чего я поняла, что больше сегодня ничего не достигну — дальше расти она отказывалась.

— Хва-а-ти-т… — сказал мне Источник.

— И тем не менее у нас еще двадцать сантиметров или даже больше! — радостно заявила я ему и Багуару.

Пес же радостно запрыгал, а потом удивил меня — бухнулся прямо в бассейн при фонтане.

Поплескался там и вылез весь радужный.

— Ну и какие сверхспособности ты приобрел благодаря этому? — поинтересовалась я.

В отличие от Источника, Багуара я так и не слышала. Зато он слышал меня.

Пес лукаво поглядел на меня и принялся отряхиваться. При этом рос, рос… и стал вовсе не сенбернаром, а буквально теленком! Заполнив собой практически всю поляну.

— Потрясающе! — сказала я. — С таким охранником мне ничего не страшно.

— Рррр! — громогласно ответил гигант и сдулся обратно.

Видимо, это была особая ипостась для исключительных случаев. На выход. Например, если в гости пожалуют монстры.

И вдруг Багуар принюхался и позвал меня на тропинку. Побежал очень быстро — так, что и мне пришлось бежать за ним. Сердце тревожно застучало.

Когда мы выбрались из зарослей, то Багуар рванул на другую дорожку и вдруг грозно зарычал, обратившись сенбернаром.

Подоспев, я увидела, что пес стоит и рычит на вжавшегося в ближайшее дерево парнишку. Русоволосого, с простым лицом, но в красивом аккуратном камзоле (или кафтане, кто их разберет).

— Песик, миленький, не ешь меня… — причитал парень. — Я пришел с миром…

— Кто ты и что здесь делаешь? — величественно спросила я. — Отвечай правду, иначе этот милый песик наделает в тебе дырок по размеру своих зубов.

— А-а-а! Госпожа! Да я ничего… я просто это… Я посыльный от герцога. Он прислал меня узнать, как вы пережили вчерашнюю бурю. Не нужна ли вам помощь. А еще передать, что через… час, — парень глянул на часы, видимо, чтоб определить, сколько времени осталось, — он сам прибудет с экипажем, чтобы отвезти вас в город и купить вам достойные наряды.

Я так и зависла.

Он, простите, что, собирается мне наряды за свой счет покупать? Как какой-нибудь своей… жене. Или, скорее, любовнице! Содержанке.

Пытается меня ею сделать?

При том, что мы знакомы без года неделю!

Я выдохнула, потому что с удивлением заметила, как на моих ладонях формируется этакий водный вихрь. Видимо, общение с Источником и на меня повлияло, и сущность властелинши воды проявлялась все сильнее.

Парень заметил это и испуганно сглотнул. Принялся причитать:

— Госпожа, ну госпожа, простите, я не виноват… Это все его светлость! Я всего лишь посыльный! Простите, я не виноват…

— Не виноват — так чего извиняешься? — усмехнулась я и снова выдохнула.

Водные вихри впитались в меня. Или растворились — не знаю, что они сделали. — Может, за то, что перелез через забор и решил тут все разнюхивать, пока хозяева не видят?

— Мм… Эээ… Кгм… Мне герцог сказал! Это все его светлость!

— Его светлость сказал тебе разнюхивать?

— Да, — парень сильнее побледнел, потому что Багуар решил порычать на него. Это у пса такой пыточный прием — ведь его рык впечатляет до глубины души и, уверена, вызывает желание проявить максимальную откровенность. — Он сказал, если будет закрыто — лезть через забор. А потом не стучаться сразу в дверь особняка. А походить, посмотреть… Вдруг забреду на какую тропинку интересную… Вот тропинки его особенно интересуют. Госпожа, ну я же исполнял приказание! Я же подневольный человек!

— Будешь работать на «его светлость» — точно останешься подневольным, — заметила я строго. — Ладно, Багги, отпусти его. Он не виноват. Это все Огурец! — сказала я псу.

— Какой Огурец? — с интересом переспросил парень, когда Багуар лениво, в вразвалочку, отошел от него и на всякий случай еще раз угрожающе рыкнул с расстояния.

— Такой огурчик — подтянутый, жилистый и очень навязчивый. А еще, похоже, знающий слишком много… — пробормотала я, внутреннее выискивая правильное решение.

Можно сказаться больной. Но, во-первых, парень видел меня полной сил и наверняка скажет герцогу правду. Его он скорее всего боится не меньше, чем нас с Багуаром. А во-вторых, с герцога станется сделать вид, что поверил, и навестить меня лично прямо в доме. Прийти с врачом, например…

Это не пройдет.

Можно велеть посыльному передать, что я оскорбилась подобным предложением и не желаю герцога видеть. Я себя не под забором нашла, чтоб принимать дорогие подарки от первого встречного! Это, между прочим, правда.

Но тогда герцог может приехать извиняться.

Да что там! Он уже сюда едет! Наверняка!

Ладно… Третий вариант.

— Как тебя зовут? — спросила я у парня.

— Каргар, госпожа, — поклонился он. — И я на хорошем счету у его светлости.

«Только вот его светлость на плохом счету у меня!»

— Так вот, Каргар, отправляйся к герцогу и передай, что я признательна за заботу. Но не стала откладывать свой визит в город, ибо тороплюсь в лавку молочника. Ты видел, как я уходила из дома. Давай, быстренько! И не лезь через забор, я тебе сейчас открою. Можешь постоять, посмотреть, как я буду уходить, чтобы не врать своему господину. Только в провожатые не набивайся.

— Я и не мог бы, — понуро сообщил он. — Я ведь должен принести герцогу ответ.

Как только я закрыла за ним, уставилась на Багуара.

— Миленький мой, — сказала я ему. — Сейчас действуем быстро. Я пойду…хм… побегу в город с Маруйкой в корзине. Она не даст мне уйти одной. Может, успеем до того, как герцог подъедет — и затеряемся в городе. А ты остаешься тут. Не исключено, что герцог все это задумал, чтобы убрать меня из усадьбы и прислать людей поискать… тропинку. К Источнику. Мы не можем этого допустить. Ты меня понял?

И вот тогда я впервые услышала Багуара…

Ну как услышала. Скорее увидела.

Это не были мысли. Скорее образы — картинки и чувства. Он показывал мне, как какие-то люди шарят по саду и пытаются найти путь к Источнику. Но не могут найти… Потом — показал, как я иду с корзинкой по дороге, ко мне приближаются хулиганского вида молодцы и начинают меня хватать за руки. А дальше умный пес показал два варианта — первый был, где они затаскивали меня в канаву. На этом месте он жалобно завыл. Во втором — я заваливала парней водной волной, и ко мне бежали полицейские разбираться, что это за особо опасный маг тут объявился.

— Хочешь сказать, что найти проход они все равно не смогут?

Багуар… кивнул.

— А ты должен быть со мной в качестве защиты?

Опять кивок. И картинка, как он угрожал герцогу вчера.

— И герцог тебя побаивается — еще и поэтому ты должен быть рядом?

Кивок…

— Ты ж моя радость, — я потрепала пса по холке. — Ну тогда оставим Маруйку, чтоб хоть дом был под присмотром.

Багуар хитро посмотрел на меня и показал, как герцог подходит к двери особняка, силится открыть дверь, но у него ничего не выходит. Потом подхожу я — и дверь раскрывается сама. Собственно говоря, она обычно так и делала при моем приближении…

— Герцог или кто-то не сможет открыть дверь? Ее могу открыть только я или кто-то свой?

Багги усиленно закивал мохнатой головой.

— Ладно! — рассмеялась я. — Ну тогда побежали! Все вместе!

Часы в холле показали, что у нас есть фора относительно герцога (обещавшего быть через час от появления посыльного) еще сорок пять минут…

Правда, беда в том, что этот навязчивый Огурец, не найдя меня дома или в городе, может приехать в имение во второй раз и ждать у ворот. Но так я смогу хотя бы избежать покупки платьев за его счет.

Куда легче так, чем спорить с ним на эту тему и открыто отказывать высокопоставленной особе.

***

Городок действительно располагался недалеко. А моя свита вела себя прилежно. Багуар в образе болона бежал у моей правой ноги. Маруйка сидела под салфеточкой в корзинке и периодически говорила мне, где и куда сворачивать.

Время от времени нам навстречу попадались люди и экипажи. Экипажи проезжали мимо по своим делам. Люди же, кстати, приветливо кивали — видимо тут так принято. Среди них были и женщины. И да, одеты они были совершенно не как я. Правильно я решила, что матушкины наряды слишком старомодны.

Теперь в этом мире носили платья до щиколоток, а не до земли. Более пышные. Более веселых расцветок. И более открытые — не видела ни одной женщины без декольте или выреза на груди.

Несмотря на общую общительность и доброжелательность, никто из встречных со мной не заговорил. Видимо, потому что я выглядела спешащей — буквально бежала в городок.

И что интересно, добежала. Начались небольшие одноэтажные домики, потом двух- и трехэтажные. Красивые, прилизанные, с черепичными крышами.

— Лавка молочника! Закроется! — жалобно пискнула Маруйка, высунувшись из-под салфетки.

— Цыц! Тут народа сколько угодно! И что-то я не вижу других фей! — заметила я. — Может, ты нынче диво дивное — не нужно тебя просто так показывать! И сначала я должна купить себе что-то современное и сразу переодеться. Чтоб не выделяться одеждой. А про твою лавку, между прочим, герцог знает, лучше туда вообще не ходить…

Публика в городке оказалась более взыскательная, чем на дороге. И на меня в старинном «костюме монашки» поглядывали насмешливо.

Пусть смеются. Но плохо, что я слишком заметна на случай появления «его светлости» Огурца.

А вот Багуар особого впечатления не производил. Он каким-то образом сгладил свои розовые и голубые пятна и выглядел теперь почти нормальной собакой непонятной расцветки. И тут парочку таких еще видела — бежали за хозяевами.

— Молочко! Ну пожалуйста! — запричитала Маруйка. — Мы быстренько! И молочник меня знает, я могу показаться и выбрать молочко и что-нибудь еще хорошее!

В общем, как я уже говорила, из-за ее капризов в тот день все и шло как-то странно…

Я направилась, куда она сказала — вернее, повел Багуар, лучше знакомый с местностью. Но оказалось, что нет не только лавки, но и… улицы, на которой она должна была находиться.

— Интересно, чего это они за семнадцать лет так сильно город перестроили… — пробормотала я.

Пришлось обратиться к ближайшей даме, спросить, где лавка молочника. Она указала в трех направлениях — мол, везде там есть молочные лавки.

Я выбрала то, что вело в самый узкий проулок — наверно, там лавка попроще, и вряд ли герцог будет искать меня там.

В итоге мы дошли до надписи: «Золотая ферма. Молоко и лучшие молочные продукты». Я вошла, поздоровалась с мужчиной в белом колпаке и фартуке. Он с интересом осмотрел меня. И тут я увидела, что рядом с прилавком, на котором стояли баночки с молочными продуктами, прохаживается дама, одетая богаче других. А рядом с ней… летает фея, похожая на Маруйку.

— Гастелла! — закричала Ма и, не спрашивая разрешения, выпорхнула из корзины.

— Маруйка! — закричала вторая феечка — шатенка с кукольными кудряшками. — А я думала, ты погибла! Думала, в округе вообще наших не осталось!

Две «стрекозы» обнялись в воздухе, а я глядела на это и не знала, плакать или смеяться.

Хорошо, что Ма встретила подружку. К тому же, теперь ясно — в округе есть хотя бы еще одна фея. И значит, они бывают, и не обязательно так уж сильно прятать мелкую.

Но, с другой стороны, теперь я привлекла внимание.

Ладно, я собиралась завезти знакомства. Улыбнулась респектабельного вида даме, которая как раз поглядела на меня с интересом.

— Добрый день, — доброжелательно сказала она. — Признаюсь, я тоже удивлена. Гастелла была единственной домашней феей в округе последние сто лет!

— Сколько лет?! — ошарашенно переспросила я, забыв про вежливость. — Вы, должно быть, преувеличиваете…

— Нет, ну почему же, — не стала оскорбляться на мою невежливость дама. — Как раз после катастрофы они и перестали появляться в городе… Матушка говорила, что Гастелла одна осталась…

«Меня не было в этом мире сто лет, — растерянно подумала я. — Но как же так получилось?!»