Глава 5

Прошло три года и четыре месяца с момента, как генерал Скар оставил аванпост

Я проснулась от того, что за окном уже вовсю светило солнце. Весна в этом году выдалась ранняя. Все цвело, пахло зеленью и сырой землей. Даже старый аванпост выглядел почти уютно.

Рядом, в своей кроватке, тихо посапывала Тэя. Темные волнистые волосы с золотистыми кончиками разметались по подушке, во сне она улыбалась. Наверное, снилось что-то хорошее. Я смотрела на нее пару минут, как всегда в первые мгновения после пробуждения, отмечая про себя, как она выросла, как изменилась. Два года и восемь месяцев. И с каждым днем все больше похожа на отца.

Я села на кровати, потянулась. Наше обычное утро. Метка под ключицей слабо пульсировала. За три года я привыкла к этим ощущениям. Скверна словно замерла, перестала беспокоить. То ли организм приспособился, то ли помогли те жалкие три огненных цветка, что я нашла в горах. Я не знала точно, но была благодарна такому исходу.

Тихо, чтобы не разбудить дочь, я оделась. Платье с высоким воротником, как всегда. Волосы собрала в косу. Подошла к зеркалу ближе: те же фиалковые глаза, те же светлые волосы. Только взгляд стал жестче, спокойнее. Три года я в этом теле, на краю империи в старом аванпосте. От прежней Селин осталось мало.

В гостиной на втором ярусе уже хлопотала тетя Ирма. Увидев меня, она улыбнулась:

— Доброе утро, леди Селин. Завтрак на столе. Тэя еще спит?

— Спит. Пусть поспит еще.

Ирма согласно кивнула.

Я наняла ее вскоре после рождения Тэи. Старая работница столовой впечатлилась историей появления Тэи в крепости и сама вызвалась помогать.  Ирма была надежной, не болтливой и детей любила. И я ей приплачивала из содержания, которое назначил мне генерал Скар, чтобы она продолжала нянчиться и распространялась о том, о чем не стоило никому знать.

Быстро перекусив, я спустилась в лазарет.

Лекс уже был там и возился у стеллажей, перебирая склянки.

— Выспалась? — заметил он меня.

— Более-менее. Тэя ночью просыпалась, сказала, что ей приснился большой дракон.

— Дети, они такие. Приснится всякое, — усмехнулся Лекс.

Если честно, мне и самой иногда снился один большой дракон. Но не рассказывать же Лексу о этом. И о том, что я иногда чувствую эту связь с бывшим мужем. Глухую, тянущую, будто кто-то далекий зовет. С годами это притупилось, но не исчезло...

В лазарет заглянул Тим. Он уже привык к жизни без кисти, ловко управлялся одной рукой, даже помогал по хозяйству в аванпосте.

— Леди Селин, — улыбнулся он. — У меня к вам вопрос. Можно?

— Заходи, — кивнула я.

Тим прошел и сел на скамью.

— Леди Селин, я тут в мастерской помогаю, все хорошо. Справляюсь и с одной рукой, спасибо вам.

— Рада за тебя, — улыбнулась я.

Он помялся не спеша уходить.

— А правда, что вы в горах какой-то цветок ищете? Говорят, от скверны помогает?

Мы с Лексом переглянулась.

— Пока только слухи, — ответила осторожно. — Но работаем.

Рассказав еще немного местных сплетен Тим ушел. И вскоре в лазарет ввалился комендант Горн. Кряхтя, он опустился на ту же скамью, где мы всегда принимали пациентов.

— Леди Селин, опять поясница замучила. Дайте той мази, что в прошлый раз давали.

— Давала уже, — я полезла в шкаф. — Вы пользовались каждый день?

— Ну... — Горн отвел глаза. — Пару раз забывал.

— Надо каждый день, — строго напомнила я.

— Так некогда, — проворчал он. — Дел куча.

Я протянула ему новую баночку.

— Это последняя. Если не поможет, придется компрессы делать.

Горн забрал мазь, буркнул спасибо и ушел. Два года назад я вылечила ему язву. С тех пор он проникся ко мне особым уважением и слушался беспрекословно. Ну почти.

Перед обедом я поднялась в башню проведать Тэю.

Дочка сидела на ковре в гостиной, возилась с куклой. Рядом в кресле дремала Ирма.

— Мама! — Тэя бросила куклу и побежала обниматься.

Я присела на корточки, обняла дочь. Два года и восемь месяцев. Темные волосы с золотистыми, шоколадно-зеленые глаза — отцовские, с этим я ничего не могла поделать. И странный, недетский ум, который проявлялся во всем.

— Мама, а почему у меня на животике цветочек? — Тэя оттянула подол платья, показывая фиолетовый узор.

Я замерла. Потом погладила дочь по голове:

— Это чтобы ты была особенной, — ответила я тихо. — Не у всех есть такой.

— А у тебя есть?

— Есть. Только в другом месте. Но об этом никто не должен знать, ты ведь помнишь?

— Помню, это наша тайная особенность.

К счастью, пока для нее этого было достаточно. Но уверена, скоро начнутся расспросы. А почему никто не должен знать? И что будет, если узнают?

Я посидела с Тэей еще немного, потом оставила с няней и вернулась в лазарет.

Мысли об огненном цветке не отпускали с тех пор как я впервые услышала о нем.

За три года я изучила о нем все, что смогла. Лекс заказал книги из столицы, я перерыла их вдоль и поперек. Огненный цветок существовал, но рос высоко в горах, цвел раз в несколько лет, найти его было трудно. Я ходила в горы раз десять, нашла всего три цветка.

Первая попытка сделать стабилизирующее лекарство провалилась. Слишком слабая концентрация отвара. Вторая вышла лучше. Несколько меченых в поселении, у которых скверна вела себя более агрессивно, отметили, что она будто замедлилась. Но цветов больше не было. В округе они закончились. Вырастут ли еще, и когда, я не знала.

— Надо искать дальше, — сказала я Лексу. — Где-то ведь они еще растут.

— Высоко в горах, — напомнил он. — Там, куда без подготовки не сунешься. Слишком крутые склоны, тяжелый воздух.

— Значит, будем готовиться.

Лекс вздохнул, но спорить не стал. Знал, что бесполезно.

Я как раз раскладывала свежие бинты и травяные настойки, когда дверь лазарета открылась и вошли трое. Двое знакомых, меченые из поселения, которых я наблюдала последние полгода. А третий, в форме Карательного ордена, лейтенант Кост.

— Леди Селин, — расплылся он в улыбке, облокачиваясь на дверной косяк. — Опять вы тут в травах возитесь. Красивой женщине не место в такой грязи.

Звучало обидно. Во-первых, у нас тут не грязно, вот до моего появления было так себе. А теперь почти стерильная чистота. Во-вторых, я сама знаю, где мне место.

Я даже не повернулась, продолжая раскладывать баночки по полочкам в шкафу.

— Лейтенант, у вас что-то болит?

— Только сердце, когда вы на меня не смотрите.

Лекс за моей спиной демонстративно громыхнул склянками. Я мысленно поблагодарила его за поддержку.

— Лейтенант, — я все-таки повернулась и посмотрела на него холодно. — Я неоднократно вам говорила: я не ищу ухажера. Неужели в империи закончились свободные женщины?

— А мне нужна только вы, — не унимался он, сверкая нагловатой улыбкой. — И ваша девочка... приемыш этот. Я же не против, возьму с собой. Я смогу о вас позаботиться.

У меня внутри все похолодело. Он еще смеет упоминать Тэю?

— Лейтенант Кост, — мой голос стал стальным. — Еще одно слово про мою дочь, и я пожалуюсь коменданту, что вы мешаете работе лазарета. А комендант Горн, думаю, напишет рапорт вашему начальству.

Он криво усмехнулся, но отступил:

— Ну-ну. Пожалеете еще.

Лейтенант развернулся и вышел на улицу, оставив приведенных меченых на наше с Лексом попечение.

Питер и Эрл переглянулись. Питер — мужчина лет сорока, с меткой на шее, которая после курса огненного цветка почти перестала пульсировать. Эрл — молодой парень, совсем недавно укушенный, у которого, кажется, начало проявляться что-то странное. Он служил боевым магом в другом аванпосте, но после столкновения с темными тварями, его распределили в поселение возле нашего аванпоста. Его магия никуда не делась, но кажется, трансформировалась, или скорее обрела дополнительные способности, которые мы с Лексом изучали.

— Проходите, — кивнула я им. — Лекс, посмотри Питера. А ты, Эрл, садись сюда, я тебя посмотрю.

Питер устроился на скамье у стены, Лекс подошел к нему с расспросами. А Эрл сел напротив меня и зябко поежился, хотя в лазарете было тепло.

— Ну, — я взяла его за руку, всматриваясь. — Рассказывай. Что нового?

Эрл понизил голос:

— Леди Селин, я... кажется, чувствую людей. Не мысли, а... настроение. Когда кто-то злится или боится — я прямо кожей чувствую. Вот Питер сейчас спокоен, а стражник у входа — тот злой, думает о чем-то нехорошем.

Я замерла. Это был третий случай за последние год. Оказывается, у некоторых меченых начинали проявляться странные способности — как у меня, например, зрение, позволяющее видеть сосуды и скверну. Кто-то мог предсказывать погоду. А один парень из поселения, говорят, начал понимать язык зверей.

— Давно это?

— С месяц. После того как вы отвар дали, вроде все нормально было, а потом... потихоньку начало проявляться.

— Кому-нибудь еще говорил?

— Нет, что вы! — замахал он руками. — Только вам и Лексу. Я ж понимаю, ордену это не понравится.

— Молодец, — я вздохнула с облегчением. — И дальше молчи. Понял? Сами они не спросят, но лучше не привлекать к этому внимания.

— Понял, — кивнул Эрл.

Я осмотрела его метку — свежую, но уже не такую агрессивную, как в первый месяц. Он был последним, кому я давала отвар из огненного цветка. Может, он помогал, хоть и медленно.

— Придешь через неделю, — сказала я. — И следи за собой. Если что-то новое появится, сразу ко мне.

Он кивнул и пошел к выходу, дожидаться Питера.

Когда наши пациенты из поселения ушли Лекс подошел ко мне:

— Еще один?

— Да, — подтвердила я, задумчиво. — А ты раньше замечал такое?

Лекс замялся прежде чем ответить.

— Была пара случаев. Селин… — Лекс устало выдохнул. — Нельзя чтобы карательный орден узнал о том, что у меченных развиваются особые способности после укуса. Нас и так боятся, и гонят отовсюду.

— Я знаю. Просто… мне обидно, что к ним… — я остановилась поняв, что неправильно подобрала слова. Иногда я забываю, что такая же как те люди из поселения. — Что к таким как мы, относятся как к чему-то мерзкому и опасному.

Лекс ободряюще сжал мое плечо, и я улыбнулась.

— Все могло быть хуже, Селин — пожал плечами Лекс. — Всех меченных без разбора могли просто уничтожать.

Внутри все похолодело от такой перспективы. Лекс был прав. Изоляция в поселениях еще не худший из возможных вариантов.

На душе было неспокойно. Кост мог стать проблемой. То, что он положил на меня глаз, уже плохо. А если он начнет приглядываться к моим пациентам? Если заметит что-то необычное?  Узнает про мою метку? Метку Тэи?

— Надо быть осторожнее, — пробормотала я вслух.

После ухода Коста и пациентов мы с Лексом продолжили заниматься обычными бытовыми делами лазарета, перемывали пол, прибирались в подсобке. Других плановых пациентов сегодня мы не ждали. Но это не значило, что нам предстоит скучать.

Вскоре в лазарет ввалился запыхавшийся Горн. В руках у него была помятая столичная газета, такие изредка доходили до аванпоста, но всегда с большим опозданием.

— Леди Селин! Новости из столицы! — глаза коменданта горели любопытством, как у мальчишки, нашедшего что-то очень интересное. — Ваш бывший... генерал Скар-то... Наконец остепенился! Помолвка! С самой леди Франческой де Монфор! Глядите!

Он протянул газету, ткнув пальцем в первую полосу.

На первой странице был портрет. Валтар Скар, красивый, холодный, в парадном мундире. Таким я помнила его, в брачную ночь, в день развода. Рядом портрет молодой женщины со светлыми волосами. Красивая, улыбающаяся, такая идеальная. Леди Франческа де Монфор. Аристократка с безупречной родословной. Чистая кровь. Достойная партия для генерала-дракона.

В ушах зашумело. Но руки не дрогнули.

— Поздравьте его от моего имени, если будете писать поздравления, — сказала я невозмутимо и вернула газету.

Горн разочарованно моргнул. Видимо, ждал от меня истерики. Он потоптался еще немного, понял, что зрелища не дождется, и ушел.

Я стояла неподвижно, глядя в стену. Потом медленно выдохнула.

Почему болит? Это же просто новости. Он мне никто. Был, да сплыл.

— Феромоны и остатки магической связи, — шепнула я себе, чтобы хоть как-то объяснить это дурацкое ощущение в груди. — Просто биология и магия. Он дракон, он привлекает. А связь все это усиливает. Вот и все.

Лекс подошел, встал рядом. Молчал, но я чувствовала его взгляд.

— Все нормально, — заверила я.

Он кивнул и вернулся к настойкам из трав.

А я смотрела в окно на серое небо и думала о том, что связь за эти годы никуда не делась. Я чувствовала ее все три с лишним года. То сильнее, то слабее, но она никогда не исчезала. И сейчас, после этой новости, она пульсировала где-то глубоко внутри, напоминая о себе.

— Просто связь, — повторила я. — Ничего больше.

Но внутри было слишком холодно.

День тянулся медленно. Я работала, перебирала склянки с настойками перекладывая с места на место, но мысли то и дело возвращались к газете. К лицу генерала Скара. К идеальной улыбке его невесты.

А потом снаружи вдруг послышался шум. Сначала я не придала значения — мало ли что во дворе происходит. Но звук усиливался. Комендант громко покрикивал на солдат, заставляя их строиться по струнке. И поверх всего этого знакомый гул мощных крыльев.

Лекс выглянул в окно.

— Селин... — голос у него странный. — Там... драконы. Несколько драконов. Садятся во дворе.

Я подошла к окну. Сердце пропустило удар.

Во дворе, на площади перед казармами, несколько огромных драконов складывали крылья. Чешуя переливалась в скупом весеннем свете. Темная, синеватая, изумрудная, с золотым отливом. Они опускались на землю тяжело, будто нехотя, и через мгновение на их месте уже стояли мужчины в военной форме.

И среди них Валтар.

Я узнала его сразу. По осанке, по развороту плеч, по темным немного волнистым волосам, по тому, как он держал голову. Даже на расстоянии в сотню шагов. Стоя к маленькому окошку лазарета спиной.

Лекс тронул меня за плечо.

— Выйдем на улицу?

Я кивнула. Мы вышли на крыльцо лазарета.

Валтар напротив коменданта. Горстка солдат, служивших в аванпосте, выстроилась стройным рядком позади коменданта Горна. Они старались, это было заметно… Но не будет стройной шеренги, если все солдаты разной комплекции. Слишком худые, слишком крепкие и упитанные, маленькие ростом или высокие. Казалось, в старом аванпосте оставили всех, кто не вписывался. Или ребята просто сильно проигрывали на фоне драконьей стати?

Драконы тоже построились, но сделали это уж слишком как-то непринужденно. Только двое офицеров остались стоять рядом с Валтаром в расслабленных позах. Темноволосый, с суровым видом, смотревший исподлобья. А второй светловолосый, с нагловатой улыбкой. По нему сразу понятно, он из тех, кто привык получать то, что хочет.

Будто почувствовав мой взгляд, Валтар обернулся. Окинул меня долгим, тяжелым взглядом, прервав разговор с комендантом. Он так пялился, что захотелось провалиться сквозь землю или, наоборот, шагнуть навстречу.

Наконец, он махнул рукой и все солдаты, и драконьи офицеры расслабились. А сам Валтар направился в мою сторону.

— Леди Селин, — кивнул он официально, остановившись в паре метров. Низкий голос, лишенный интонаций, цепкий, внимательный взгляд. — Я... приехал с инспекцией. Слухи об активизации тварей. Но я хотел…

Он не договорил, светловолосый офицер с нагловатой улыбкой тоже подошел.

Но я готова поклясться, что он хотел сказать…

“Хотел убедиться, что ты в порядке”.

Валтар смотрел на меня, и я чувствовала. То самое знакомое тепло в груди, которое не могла объяснить. Связь никуда не делась, а сейчас просто напомнила о себе.

Светловолосый подошел ближе, с интересом разглядывая меня. Улыбка стала шире.

— Так вот она, та самая бывшая жена? — усмехнулся он. — Валтар, ты умеешь выбирать. Я понимаю, почему ты столько времени...

Валтар дернулся, но сдержался, лишь сухо бросил:

— Лорд де Монфор, ведите себя прилично.

— А что я, — пожал тот плечами. — Просто смотрю.

Я перевела взгляд на светловолосого. Лорд де Монфор… Да это же, должно быть, брат невесты Валтара.

Я взглянула на него холодно, спокойно, как смотрела на Коста, когда хотела, чтобы он убрался подальше от меня.

— Лорд де Монфор, я помощница целителя. Если у вас есть вопросы по лазарету, задавайте.

— У меня нет вопросов, леди Селин, только просьба, — он снова растянул губы в какой-то похабной улыбочке, — можете звать меня просто Дэррик.

— Если нет вопросов, прошу не отвлекать от работы, — резковато ответила я игнорируя предложение отбросить формальности.

Не знаю, что меня больше злило. То, что этот дракон брат невесты Валтара, или его излишне откровенный взгляд, изучивший меня с головы до пят?

Лорд де Монфор удивленно поднял брови. Кажется, не привык, чтобы ему так отвечали. Но спорить не стал, только хмыкнул и отошел.

— Мы остановимся на пару дней, — вновь заговорил Валтар. — Нам… нужно будет поговорить... О формальностях.

Я поняла, о чем он сразу. О разрыве магической связи. Это единственное, что осталось между нами.

— Хорошо, — кивнула я.

Валтар развернулся и ушел, уводя офицеров за собой. Дэррик на прощание еще раз оглянулся, но я уже смотрела в сторону.

Лекс тронул меня за локоть:

— Пойдем в лазарет. На тебе лица нет.

Внутри все дрожало, но я старалась не подавать виду.

Лекс взял меня под локоть и завел обратно в лазарет.

— Что он сказал? — спросил он, прикрывая дверь.

— Что нам нужно поговорить… о формальностях, — ответила я. — Он хочет разорвать магическую связь. Может, это и к лучшему.

— К лучшему? — Лекс покачал головой. — Ты три года без него прекрасно жила. А сейчас, когда увидела, вся дрожишь.

— Не дрожу.

— Дрожишь. Я целитель, я вижу.

Я промолчала. Потому что он был прав, меня трясло изнутри. И скрыть такое было трудно. Эмоции, страхи и разочарования, скопившиеся за три с лишним года, были потревожены прилетом генерала Скара, и унять колотящееся как сумасшедшее сердце, было не просто.

— Ты хоть понимаешь, как это может быть опасно? — продолжил Лекс. — Разрывать брачный магический ритуал — это не бумажки подписать. Это не только для дракона риск, но и для тебя.

Я посмотрела на него внимательнее. Обычно Лекс не лез с такими разговорами. Но сейчас, он похоже, действительно волновался.

— Откуда ты знаешь про эти ритуалы? — спросила я.

Он помялся прежде чем ответить:

— В академии рассказывали. Не в деталях, но общую суть. Это старая магия, сильная. Если ее разорвать неправильно, может ударить по обоим. Вплоть до потери магии. Или хуже.

— Насколько хуже? — я сглотнула. — Я могу умереть?

— Нет, — сказал он быстро. — Но...

— Тогда и думать не о чем, — перебила я. — Я должна это сделать.

Лекс смотрел на меня долго, изучающе, потом вздохнул:

— Ты уверена?

— У меня нет выбора, Лекс. Он помолвлен, у него невеста. Чистая, идеальная, без меток. А я... я меченая. И у меня есть дочь, которую я должна защитить. Если связь останется, он будет чувствовать меня, я — его. Это не закончится никогда.

— А если он не захочет ее разрывать? — тихо спросил Лекс.

Я замерла.

— Что ты имеешь в виду?

— Ты видела, как он на тебя смотрел? Я видел. Это не взгляд человека, который хочет избавиться от связи.

— Он просто удивился, что я не умерла в этой дыре, — отрезала я, хотя сама не была до конца уверена. — И все.

Лекс покачал головой, но спорить не стал.

— Что будешь делать с Тэей? — спросил он. — Если генерал Скар увидит...

— Не увидит, — перебила я. — Я спрячу ее в башне. Ирма присмотрит.

— А если он захочет подняться? Поговорить с тобой наедине?

— Не захочет. Ему нужно разорвать связь и уехать к своей идеальной невесте, уверена, остальное лишь предлог.

Я говорила уверенно, но внутри все сжималось.

Лекс смотрел на меня с сомнением, но спорить не стал.

— Тогда делай, что считаешь нужным, — произнес он сдаваясь. — Если что, я всегда рядом.

Я кивнула.

Мы вернулись к работе, но мысли были далеки от лазарета.

Валтар Скар в крепости, и скоро мне придется вновь с ним встретиться.  И, возможно, в последний раз.

Я только успела прийти в себя от встречи с генералом Скаром, взять в руки очередную склянку с настойкой, когда дверь лазарета с грохотом распахнулась.

Влетел Малкей Горн. Весь красный, потный, глаза бегают. Я устало вздохнула. Не лазарет, а проходной двор. Ну сколько можно?

— Леди Селин! Лекс! Вы слышали? — он заметался по лазарету как загнанный зверь, чуть не сбив столик с бинтами. — Генерал приехал! С инспекцией!

— Мы заметили, — сухо сказала я.

— Говорят, аванпост могут расформировать окончательно! — Горн схватился за голову. — А крепость превратить в базу Карательного ордена! Нас всех отсюда поганой метлой попрут!

— Горн, успокойтесь, — я подошла к нему, положила руку на плечо. — Никто никого не выгонит.

Он посмотрел на меня с надеждой утопающего, готового схватиться за любую соломинку.

— Откуда вы знаете?

— Знаю, — твердо сказала я. — Если что, я поговорю с генералом.

Он с сомнением оглядел меня.

— А он вас послушает? Вы ж теперь... ну...

— Разведены, — закончила я за него. — Это не отменяет того, что я сделала для аванпоста. И для людей внизу. Если он захочет превратить это место в казарму для ордена, ему придется сначала хорошо подумать.

Я не лукавила. Если все зайдет так далеко, я не стану молча ждать, когда нас с Тэей вышвырнут на улицу. Аванпост стал нашим домом. Так просто я от него не откажусь.

— Но вы же понимаете, генерал Скар не из тех, кто слушает баб, — бросил Горн, почесав затылок.

— Послушает, — сказала я твердо. — Если я скажу то, что ему нужно услышать.

Он посмотрел на меня с новым, особым уважением. Может, впервые увидел во мне не просто «бывшую жену генерала», а человека, который может что-то решить.

— Ну, дай боги, — выдохнул он. — А то я уж думал, все... закончится моя славная служба… Отправят в отставку раньше срока…

Он развернулся и вышел, немного успокоившись.

Лекс подошел ко мне, с сомнением покачав головой.

— Ты правда думаешь, что он тебя послушает? Он же...

— Не знаю, — перебила я. — Возможно, если я докажу, что мое присутствие здесь выгоднее, чем мое отсутствие, он согласится не трогать этот старый аванпост. В конце концов, еще одна база Карательного ордена может расположиться где угодно.

— А если не послушает?

Я помолчала, глядя в окно. Во дворе драконы уже разошлись по казармам, остались только несколько местных солдат, недоуменно переглядывающихся и шепчущихся.

— Тогда будем думать дальше, — сказала я.

Лекс вздохнул, но спорить не стал.

После разговора с Лексом я поднялась в башню. Ненадолго, только проведать Тэю. Сердце колотилось где-то в горле, я сама не могла объяснить почему. Просто глупая, иррациональная тревога.

В гостиной было тихо. Тэя спала в комнате этажом выше. Я поднялась, дверь была приоткрыта, слышно ровное дыхание. Прикрыв дверь в спальню, я вернулась в гостиную. Тетя Ирма сидела в кресле у окна, вязала.

— Все хорошо, — шепнула она, заметив меня. — Тэя спит. Я скоро пойду на кухню, принесу ей поесть к пробуждению.

Я кивнула, опустилась в соседнее кресло. Ирма еще некоторое время сидела, потом собрала вязание и засобиралась к выходу.

— Я пойду, пока столовая не закрылась. Вернусь через полчаса.

— Хорошо.

Ирма ушла. Я осталась одна. Сидела, смотрела на лестницу, ведущую наверх, и думала о Валтаре и его глазах. О том, как он смотрел на меня во дворе.

И о связи. И о словах Лекса. Насколько это все-таки опасно?

В дверь вдруг постучали.

Я вздрогнула. Стук настойчивый, но негромкий. Не Лекс, тот всегда стучит иначе.

Я торопливо открыла, чтобы стук не повторился и не разбудил Тэю.

На пороге стоял Валтар.

— Ты? — выдохнула я, невольно делая шаг назад. — Зачем ты... здесь?

— Думала, я забыл, где находится Северная башня? — тихо сказал он. — Я искал тебя. Нам нужно поговорить.

— Сейчас? — я оглянулась на лестницу. Тэя наверху. Если проснется...

— Сейчас, — он шагнул внутрь, закрыл за собой дверь. — О моей помолвке. О нас...

— О нас? — усмехнулась я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно и равнодушно. — Генерал Скар, между нами ничего нет. Ты сам так решил три года назад.

Валтар подошел ближе. Смотрел жадно, будто пил меня взглядом.

— Кое-что осталось, — процедил он,  голос его сорвался. — Или ты забыла? Магическая связь никуда не делась. Я чувствовал тебя все это время. Чаще, чем хотелось бы... — он помолчал. — Ты хоть раз думала обо мне?

Я молчала. Потому что думала каждый день. Каждый раз, когда смотрела на дочь.

Он устало прикрыл глаза и с силой втянул воздух.

— Здесь пахнет... не только тобой, — сказал он тихо. — Еще кто-то есть.

5.11

— Здесь много кто бывает, — резко ответила я. — Лекс, няня, иногда пациенты.

— Няня? — он вскинул брови.

Я поняла, что он не знает. Или забыл. Горн должен был доложить о подкидыше три года назад, но генерал, наверное, счел это мелочью.

— Я не обязана тебе отчитываться, — бросила я резче, чем собиралась и попыталась сменить тему. — Зачем пришел? Переходи к сути.

Он смотрел на меня мучительно долго, потом выдохнул и продолжил:

— Я женюсь. Долг перед родом, мне нужны наследники. Но ритуал... наша связь... ее надо разорвать. Это опасно, но я попробую. Встретимся на западной стене сегодня, на закате.

Я смотрела на него. Внутри все холодело.

— Хорошо, — ответила я ровно. — Я приду.

Он смотрел еще мгновение, потом резко развернулся и ушел.

Я закрыла дверь, прижалась к ней спиной. Кровь шумела в ушах, сердце стучало слишком быстро.

Сверху послышался шорох.

— Мама? — Тэя стояла на лестнице, сонная, терла глаза. — Кто приходил?

— Никто, — быстро сказала я. — Тебе показалось.

— Не показалось, — Тэя спустилась, подошла, прижалась к моей ноге. — Голос знакомый. Я его знаю.

Я присела на корточки, обняла дочь. Сквозь тонкую ткань домашнего платьица я чувствовала как фиолетовый узор на ее груди слабо пульсировал в такт дыханию.

— Мама, — Тэя посмотрела на меня серьезно. — Это тот большой дракон. Я его видела во сне.

Я замерла. Тэя была еще совсем крошкой, но насколько я знаю драконья кровь, их магия, пробуждалась в довольно раннем возрасте. Но она еще и меченая. Возможно, она действительно видела Валтара во сне, если ее магия связана со снами и предвидением.

— Почему ты так думаешь? — спросила я тихо. — Ты ведь не видела…

— Он пахнет так же, как ты, — просто ответила Тэя и на ее личике появилась загадочная улыбка, почти мечтательная.

Я закрыла глаза, не зная, что ответить. Поцеловала ее в макушку и еще крепче обняла. От дальнейшего странного и непростого разговора спасло возвращение Ирмы.

Моя малышка переключилась на еду, особенно заинтересовавшись булочкой со сладким вишневым вареньем.

Я вышла из башни, оставив дочь с Ирмой.

Скоро мне снова придется встретиться с Валтаром, смотреть ему в глаза. И делать вид, что ничего не случилось. Что между нами никогда не было ничего, кроме формальностей.

Закатное солнце окрасило старые серые камни аванпоста в красноватый цвет, когда я собиралась подняться на западную стену. Ветер трепал волосы, бросая в лицо пряди.

Валтар стоял на смотровой площадке, опираясь ладонями в покрытый мхом камень. Смотрел куда-то вдаль, на темнеющий лес. Высокий, темный силуэт на фоне багрового неба.

Сделав несколько шагов к стене, я остановилась. Мне требовался еще один глубокий вдох, чтобы наполнить легкие воздухом, немного сил и решимости.

Я уже хотела сделать еще один шаг, ведущий к неизбежной встрече с генералом, как вдруг увидела Тэю.

Она стояла внизу на лестнице, ведущей на стену. Такая маленькая, в синем бархатном платье. Смотрела на Валтара широко открытыми глазами.

Сердце ухнуло вниз.

Я рванула к лестнице, не думая ни о чем. Схватила дочь на руки, прижала к себе, закрывая от всего мира. Тэя обхватила меня за шею, не говоря ни слова.

— Как ты здесь оказалась? — прошептала я, отворачиваясь от западной стены, и рванула к северной башне. — Где Ирма?

— Я убежала, — тихо ответила Тэя. — Тот дядя... он звал меня. Я слышала.

За спиной не раздалось ни единого звука. Но я почувствовала тяжелый, прожигающий взгляд. Уверена, это Валтар обернулся и смотрел на меня… на нас.

— Кто звал? — спросила я, хотя уже знала ответ.

— Тот, большой дракон, — Тэя подняла глаза на меня, слишком внимательные и требовательные. — Он мой папа, да?

Я прижала ее крепче.

— Пойдем скорее в башню, — сказала я вместо ответа.

Я бежала через двор, прижимая дочь к груди. Сердце колотилось, грозя пробить грудную клетку.

У самых дверей башни я все-таки не выдержала и обернулась.

Валтар стоял на смотровой площадке. Все так же один. Но теперь смотрел прямо на нас.

Расстояние было слишком большим, чтобы разглядеть выражение его лица, но я чувствовала, он смотрит не на меня. На Тэю.

Успел ли он разглядеть ее? Понял ли?

Я влетела в башню и захлопнула дверь. Прижалась к ней, все еще держа Тэю на руках.

— Мама, — прошептала Тэя. — Он знает.

Я смотрела в темноту и не знала, что теперь будет.

Но знала одно — Валтар видел Тэю.