Глава 9

Сад у лазарета был небольшим. Я посадила здесь шиповник три года назад, потом добавила цветы, взяв рассаду у женщин в поселении. Хотелось, чтобы аванпост стал чуть уютнее. Лекс сначала посмеивался, потом оценил мои старания, когда аромат шиповника наполнял лазарет через открытое окно каждую весну.

Сегодня мы копали землю под огненные цветы вместе.

Работали мы молча и слаженно, все-таки три года бок о бок сказывались.

— Рассказывай, — бросил он, когда мы закончили с третьей лункой.

Я выпрямилась ненадолго, разминая спину, и вернулась к нашему делу, капнув очередную ямку.

— Как и в прошлый раз на старых местах было совершенно пусто. Но в этот раз на одном из них… — я замялась на мгновение подбирая слова. Ведь мы не знали точно, что там было вырыто, это могло быть что угодно. — В том месте, где я надеялась найти цветы, земля была разрыта… Будто их выкопали. А еще мы нашли рядом следы от костра и обрывок ткани. Там явно кто-то был до нас.

— Ткань?

— Серая, плотная и дорогая.

Я подняла сумку с земли и достала тот кусочек, протянула Лексу.

Он нахмурился, повертел ткань в руках, но тоже не смог по ней ничего определить.

— Потом мы нашли третье место. Высоко, на самой вершине. Там мы нашли четыре цветка, и я решила не оставлять их.

— Правильное решение.

— Но забрала только три. Четвертый пострадал в битве.

— В битве? — уточнил он с ужасом в глазах.

Я кивнула. Выкопав лунки, мы перешли к посадке. Лекс держал кустик, я подсыпала землю.

— Ночью на нас напали несколько тварей. Знаешь, я ведь никогда раньше не видела их… в таком количестве. Они умнее, чем я думала.

Лекс слушал, не перебивая.

Я присела на корточки, принялась за следующий цветок.

— Дэррик сказал, что в карательном ордене есть слухи. Будто кто-то из меченых управляет тварями.

Лекс замер и поднял на меня взгляд.

— И ты в это веришь?

— Не знаю. А ты?

Он не ответил сразу. Задумался, хмурясь. На мгновение мне показалось, что он что-то скрывает или не решается сказать.

— Слишком удобное объяснение для ордена, — наконец сказал он. — Свалить все на меченых. Скверна она… Это стихия. Она не требует управления. А если кто-то действительно управляет тварями... это про другое. Не думаю, что среди нас есть кто-то, кто способен на это.

— Что значит «способен на это»? — зацепилась я. — Ты про силу и магию или моральные качества?

Лекс посмотрел на меня тяжело.

— Не знаю. И не хочу знать.

Я замолчала, понимая нежелание Лекса.

С посадкой было закончено, оставалось только полить. И я перешла к тому, что боялась говорить вслух.

— Дэррик теперь знает про меня.

Лекс выпрямился, его брови поползли вверх и он тут же нахмурил их, скрывая страх.

— Как это произошло?

— Он не говорил прямо. Но я видела его лицо,  он понял. Думаю, он и раньше подозревал это. А когда он заговорил о слухах про меченных, Валтар напрягся и запретил говорить при мне, тогда Дэррик и понял…

Лекс напрягся. Я видела, как сжались его челюсти.

— Если он донесет в орден… — продолжила я еще тише, но внутри все дрожало от сдерживаемого страха. Я запретила себе бояться и паниковать. Но где-то в глубине эти чувства разрывали меня на части.

— Он не донесет, — решительно произнес Лекс после недолгой паузы. — Дэррик де Монфор не дурак. Если правда о тебе всплывет, это бросит тень на всю его семью. Ведь генерал Скар скоро женится на его сестре. Если узнают, что его бывшая жена отравлена скверной — это пятно на репутации. Де Монфорам это ни к чему.

Я поморщилась при упоминании предстоящей свадьбы Валтара. Не смогла сдержаться. Можно сколько угодно убеждать себя, что мне все равно. Да, было все равно. Но после того как я увидела, как Тэя тянется к отцу… Я не могла сохранять равнодушие, зная, что он уедет, женится, у него появятся другие дети, а про Тэю он забудет. Забудет про нас.

— Я боюсь другого, — призналась я. — Если из-за меня и Тэи свадьба расстроится... Дэррика уже ничто не будет останавливать. Он сдаст меня ордену.

Лекс хмуро помолчал, обдумывая мои слова. Потом уверенно произнес:

— Пока ничего не случилось. Не накручивай себя.

Едва мы договорили, как Лекса окликнул Малкей Горн.

Комендант раскраснелся, тяжело дышал. Он суетился с приездом драконов, и давление у него явно снова подскочило. 

Лекс поднялся и отряхнул колени.

— Мне бы отвару какого-нибудь… — попросил комендант.

— Иди, — обратилась я к Лексу. — Дай Горну отвар пустырника или валерьяны. И пусть сядет, не мечется.

Лекс кинул быстрый взгляд на коменданта и увел его в лазарет.

А я осталась одна.

Огненные цветы осталось только полить. Так что я быстро переключилась на другие растения в моем саду. Поправила землю вокруг стеблей, убрала сорняки и полила.

— Как цветы? — раздалось за спиной. — Не пострадали в полете?

Я обернулась. Дэррик стоял в нескольких шагах, смотрел на огненные цветы. Его руки спрятаны в карманы брюк. Он не улыбался и шутить явно был не настроен.

— В порядке, — ответила я. — Главное, чтобы теперь прижились.

Он кивнул, подошел ближе. Остановился у самого крайнего куста, посмотрел на цветы вблизи — огненно-рыжие шапки на тонких стеблях.

— Красивые, — произнес он задумчиво.

Я не ответила. Ждала, когда он перейдет к тому, зачем на самом деле пришел.

— Как это случилось? Когда? — наконец спросил он.

Я не сразу поняла, о чем он. Через несколько долгих секунд до меня дошло.

Он о метке. Когда меня укусили.

Я смотрела на него, пытаясь понять, что делать. Стоит ли говорить правду? Не станет ли от этого хуже?

Его привычная легкость пропала. Красивое лицо застыло, будто высеченное из камня — совсем как у Валтара. Но Дэррику такое было не свойственно. Или я просто плохо его знала.

Если бы Дэррик собирался сдать меня в карательный орден, он бы уже пошел туда. Не стал бы расспрашивать.  

Но он не пошел и, возможно, именно моя честность поспособствует тому, чтобы он не изменил своего решения.

— За несколько месяцев до свадьбы, — тихо призналась я.

— Ты была в лесу? В горах?

— В каком-то парке в столице. Рядом был большой красивый дом… — я замялась, это был не дом Олдредов, я не помнила, где именно находился тот парк. Я решила сказать как есть. — Была зима, и уже стемнело. Не помню почему я решила прогуляться…

— И тварь напала прямо там? — Дэррик сильно удивился.

Это воспоминание открылось мне совсем недавно, только после нападения тварей и обсудить это с кем-либо я еще не успела, с Лексом мы говорили о другом, что казалось более важным. Валтар… С ним говорить было сложно.

И сейчас, когда я поделилась тем что открылось мне в воспоминаниях прежней Селин, понимала, что случившееся с ней выглядело весьма странно. Насколько мне известно, твари так далеко от границ империи не водились. Как одна из них оказалась в столице?

— Да, было уже темно, и я даже не поняла сначала что произошло, тварь была мелкой, и я ее не успела разглядеть.

Дэррик слушал, не перебивая.

— Родня заставила молчать, — продолжила я. — Сказали, что если узнают — свадьба расстроится, а отец очень не хотел этого.

Дэррик поморщился.

— И Валтар узнал только в брачную ночь?

— Да.

— Поэтому развод?

— Поэтому.

Дэррик кивнул, принимая информацию к сведению.

Меня тронуло это. Он не кричал, не угрожал. Просто пытался понять.

— Я подозревал что-то подобное, — сказал Дэррик. — Слишком много странного было в этой истории. Женитьба и поспешный развод... Валтар тогда вернулся в столицу сам не свой. Я думал, дело в несовместимости, что результаты проверки подтасовали.

Я горько усмехнулась.

— Только это тебя смутило? А то, что меня оставили в старом аванпосте?

Дэррик тоже усмехнулся.

— Это как раз не удивило. Я знаком с твоим отцом. Лорд Олдред тот еще… — он не договорил, но я поняла.

— Мудак, — вырвалось у меня.

— Я хотел сказать «человек со странными принципами», но да, мудак тоже подходит.

Девица после развода — неликвид. Дэррик не удивился, что меня сослали в глушь. Сложно было с этим поспорить.

Он вздохнул, задумчиво посмотрел на цветы.

— Я ничего не скажу, — сказал он наконец. — Пока. Но ты должна понимать, если это выплывет наружу не от меня — я не смогу тебя защитить.

— Я и не жду защиты.

— Зря, — он внимательно посмотрел на меня. — Ты не заслужила того, что с тобой случилось.

Я не знала, что ответить. Такая неожиданная эмпатия от военного дракона меня растрогала. Никто мне этого не говорил. Даже Лекс. Он, конечно, считал так же, но никогда не произносил этого вслух.

— Спасибо, — искренне произнесла я.

Дэррик сухо кивнул, развернулся и ушел.

Я осталась в саду, занялась другими растениями. Пыталась отвлечься от беспокойных мыслей. Так и просидела, пока не начало смеркаться.

Прошло не больше часа, день еще не кончился, но я чувствовала себя так, будто прошла вечность.

Я поднялась в башню. Ноги гудели, после полета на драконе. Руки испачканы землей, под ногтями осталась грязь. Я заглянула в уборную, чтобы помыть руки. По-хорошему надо принять ванну прямо сейчас, может вода поможет навести порядок в мыслях? В термы сейчас точно не стоит соваться... Не после того, что случилось там в прошлый раз.

Из гостиной послышались приглушенные голоса и детский смех.

Я заглянула и остановилась в дверях.

Валтар сидел на корточках посреди комнаты. Рядом с ним, присев точно так же, моя дочь. Волосы у нее растрепались, щеки горели.

Тэя показывала ему свои игрушки. Сначала самую любимую тряпичную куклу. Безносая, с выцветшим платьем и волосами из ниток. Потом деревянную лошадку, которую вырезал для нее один из мастеровых, служивших в аванпосте.

Она что-то увлеченно рассказывала, размахивая руками. Валтар слушал, не перебивая. Кивал в нужных местах. Смотрел на дочь так, будто она была самым важным человеком в мире.

— А это лошадка, она умеет скакать, — Тэя водила игрушкой по полу, цокала языком, изображая копыта. — Но она не настоящая. Настоящие большие и живут в конюшне.

— Знаю, — серьезно ответил Валтар. — У нас в столице есть много лошадей. Большие, рыжие. Одна даже с белым пятном на лбу.

— Здесь тоже есть в конюшне! — вспомнила Тэя.

— Хочешь покататься?

Тэя замерла, глаза у нее стали круглыми.

— Правда? Можно?

— Можно. Завтра же.

— Да! Очень хочу!

Тэя звонко, заразительно засмеялась. Валтар улыбнулся в ответ. Улыбка оказывается очень шла ему, но полностью лишала его прежнего сурового вида. Только напряженные плечи и руки, которые он не знал куда деть, выдавали волнение. Но Тэя этого не замечала. Для нее он просто был — большой, красивый дядя, который слушает и обещает покатать на лошади. И которого, в чем я уже не сомневалась, она считала своим папой.

Я стояла в дверях, прислонившись к косяку, и смотрела на них не в силах оторвать взгляд.

Он мог бы быть хорошим отцом. Если бы…

Мысль оборвалась сама собой. Слишком больно было додумывать ее до конца.

Я сжала пальцы, чувствуя, как ногти впиваются в ладони.

К счастью, в гостиную заглянула Ирма.

— Леди Селин, вы уже вернулись. А я в столовую схожу, время ужина уже, Тэю с собой возьму.

Я кивнула, заставив себя улыбнуться.

— Да, идите. Я потом… потом поем.

Тэя услышала мой голос и обернулась. Она одарила меня лучезарной улыбкой, но побежала не ко мне, а к Валтару. Обхватила его за ногу, прижалась щекой к колену.

— Ты еще придешь? — спросила она, подняв голову.

— Приду, — ответил он, глядя на нее сверху вниз и его большая ладонь зарылась в темных волнистых волосах Тэи на макушке. Она поморщилась от удовольствия.

— Обещаешь?

Он помедлил. Мельком посмотрел на меня через плечо. Потом снова на Тэю.

— Обещаю.

Тэя улыбнулась и убежала к Ирме.

Дверь закрылась за ними, и мы остались вдвоем с Валтаром.

В гостиной повисла тяжелая тишина. И я вдруг остро почувствовала, что мы с Валтаром остались одни.

Валтар повернулся и смотрел на меня.

Я, казалось, не могла двинуться с места. Но стоять столбом было слишком глупо. Я двинулась вперед и прошла мимо Валатара.Остановилась у письменного стола.  Бросила взгляд в окно, будто присутствие генерала Скара и то, что мы в комнате одни, меня мало волновало.

Он стоял посреди гостиной и смотрел на меня. А я, как бы ни пыталась храбриться, чувствовала, как колотится сердце.

— Я пересадила цветы, — бросила я, чтобы сказать хоть что-то и разрушить эту давящую тишину.

— Как они? — спросил он следя за мной взглядом.

— Пока неясно. Надеюсь, приживутся. Постараюсь поддерживать их магией

Он небрежно кивнул.

Пауза затянулась. Я слышала, как тикают часы на стене, как ветер гудит за окном.

Валтар сделал шаг ко мне. Потом еще один.

Я не отступила. Некуда было отходить. Я стояла у стола, опираясь на него бедрами.

А Валтар подошел слишком близко. Я чувствовала тепло его тела, видела, как поднимается и опускается его грудь. Меня окутало его запахом, от которого кружилась голова.

— Ты хотел что-то спросить? — произнесла я и голос не дрожал. Ну почти.

Валтар вздохнул и сухо произнес:

— Прости.

Я не сразу поняла, о чем он. Поводов для извинений было слишком много.

— За что именно? — уточнила я.

— Вчера на вершине… Я не должен был смотреть на тебя, не должен был привлекать к тебе внимание Дэррика. Теперь он, скорее всего, понял, почему мы развелись.

Я горько усмехнулась.

— Он и так догадывался. Это могло случиться в любой момент.

— Этого вообще могло не случиться, если бы не я…

Валтар стоял слишком близко. Я чувствовала тепло его тела, видела, как поднимается и опускается его грудь от частого, тяжёлого дыхания. Магическая связь гудела где-то глубоко внутри, напоминая о себе.

Он вдруг наклонился, коснулся пальцами моей щеки и убрал выбившуюся прядь волос. Его дыхание коснулось щеки.

— Прости, Селин, — повторил он жарким шепотом, и его губы оказались на моей щеке.

Я готова была поклясться, что сейчас он попросил прощения уже за все. И за то, что оставил меня здесь, и за то, что не узнал о дочери раньше.

Не поцелуй, а неловкая, странная попытка извиниться. И одновременно — острое желание, которое он не мог контролировать. Я чувствовала, как дрожат его пальцы на моей талии, как сбивается дыхание. Валтар сдерживал себя, но выходило у него плохо.

Я дернулась, отвернула лицо, но только подставила шею. Тепло его губ скользнуло по щеке, задержалось на скуле, потом опустилось ниже.

Валтар не упустил момент и жадно, торопливо поцеловал мою шею, будто не мог остановиться. Губы скользили по коже, оставляя влажные следы. Он шептал что-то неразборчивое, и я чувствовала его горячее, прерывистое дыхание.

Я не разбирала его слов, и сама не могла найти сил что-то сказать. Меня поглотили собственные ощущения. Руки вцепились в его плечи, тело плавилось от жара, который пробуждали его прикосновения. Где-то в груди гудела связь — или это было мое бешено стучащее сердце?

Пальцы Валтара скользнули в мои волосы, зарылись в них, притягивая ближе. Я выдохнула, и этот выдох вдруг превратился в стон.

Валтар замер на мгновение, отрывая губы от моей шеи, посмотрел мне в глаза затуманенным от страсти взором. И снова поцеловал. На этот раз в губы. Уже не небрежно, а остервенело впился в них.

Он действовал напористо, прижимал меня к себе все теснее.

Я чувствовала его твердое, горячее возбуждение, прижатое к моему бедру. Рука Валтара скользнула с моей талии выше, накрыла грудь поверх платья и требовательно сжала. У меня перехватило дыхание, и с губ сорвался еще один жалкий стон.

Пальцы Валтара вцепились в ткань ворота моего платья и потянули вниз, оголяя плечо. Я не могла сопротивляться. Он задрал юбку, и холодный воздух коснулся оголенных бедер. А следом его горячая, шершавая ладонь скользнула по бедру вверх, проникая под белье.

Я всхлипнула от неожиданности и впилась ногтями ему в спину, чтобы удержать равновесие.

Валтар замер на мгновение, глядя на меня тяжелым взглядом. В его глазах желание смешалось с болью.

— Ты хочешь этого? — спросил хрипло. — Или это все она?

Магическая связь. Он о ней.

Я не знала ответа. Только то, что тело горело, плавилось, тянулось к нему.

Но внутри сидел холодный страх: а вдруг это не я? Вдруг это всё магия?

— Я не знаю, — выдохнула я.

Валтар закрыл глаза. Напряжение в его плечах спало, но руки не отпускали.

Нужно было оттолкнуть его, воспользовавшись заминкой, но собственные руки не слушались. Валтар потянулся к моим губам, накрыл их своими в медленном, тягучем поцелуе, который мог лишить меня остатков разума.

Но тут мы оба услышали шум.

Стук колес кареты и топот лошадей.

Мы стояли у стола, который примыкал к окну. Оба повернули головы.

Внизу, во дворе, мелькнула темная карета с гербом на дверце. Я не успела разглядеть. Но Валтар успел.

— Проклятье, — тихо выругался он и отстранился.

Ещё несколько секунд он с сожалением и злостью смотрел на меня. А потом развернулся и ушел.

Дверь за ним закрылась с глухим стуком.

Я осталась одна. Оперлась ладонями на стол, пытаясь отдышаться. Руки дрожали.

Безвольная тряпка в его руках. Что со мной не так?

Я злилась на себя. Потому что не могла понять, где мое собственное желание, а где магическая связь и инстинкты.

Я выпрямилась, одернула юбку, провела рукой по волосам, стараясь прийти в себя.

В дверь постучали, и я невольно вздрогнула.

Вошла Ирма с подносом. Тэя шла следом, держась за ее юбку.

— Леди Селин, вы, должно быть, устали с дороги. Я принесла ужин пораньше.

Ирма поставила поднос на стол.

— Представляете, я только что слышала, как карета приехала. Говорят, сама Франческа де Монфор пожаловала. Невеста генерала Скара.

Ирма говорила что-то еще, но я не слушала.

Франческа де Монфор здесь?

Я снова посмотрела в окно, на двор. Но отсюда не было видно ту часть, где остановилась карета.

— Спасибо, Ирма, — торопливо поблагодарила я. — Я поем, обязательно.

Ирма кивнула. Посмотрела на меня с беспокойством, я часто забывала вовремя поесть.

— Пойдем, Тэя, наверх, — мягко сказала она. — Пусть мама отдохнет.

Тэя подбежала ко мне, обняла за ногу.

— Ты потом почитаешь мне сказку?

— Обязательно, — ответила я и губы сами собой растянулись в улыбке. Когда Тэя была рядом все проблемы казались не такими значительными.

Она убежала с Ирмой наверх.

А я осталась одна с остывшим ужином, за окном уже темнело. Аппетита так и не было.

Я не могла перестать думать о том, что Франческа де Монфор здесь.

Позже, когда Тэя уже крепко спала, уснув со мной на кровати, в обнимку с книжкой, я лежала рядом, глядя на темный потолок.

Я не могла заснуть.

Перед глазами стоял Валтар. Как он смотрел на Тэю и улыбался, как его рука зарылась в ее волосы.

А потом… как он стоял рядом со мной. Так близко, что я чувствовала его дыхание.

Я хотела, чтобы он остался.

Мысль пришла сама собой, и сколько бы я ни пыталась ее прогнать, она возвращалась.  Я злилась на себя за слабость и за то, что не оттолкнула. За то, что внутри все переворачивалось при одной мысли о нем.

Что со мной не так?

Я повернула голову, посмотрела на Тэю. Она улыбалась во сне.

Ради нее нужно быть сильной.

Но сил не было. Только усталость и пустота.

Дэррик теперь знал мою тайну. И не известно как долго он будет молчать.

Валтар ушел, не объяснившись. Сказал только «прости», поцеловал как будто это первый и последний поцелуй в его жизни, и исчез.

Думать об этом всем не хотелось. Но и уснуть я не могла.  Оставалось только лежать в темноте, слушать дыхание дочери и ждать утра.

Рано или поздно оно наступит.

Вот только вряд ли за это время я пойму, чего хочу на самом деле.