Глава 10

Я старалась не думать о Франческе де Монфор.

О том, зачем она приехала. О том, что теперь она здесь, в аванпосте, и неизвестно, когда уедет. О том, что Валтар теперь с ней, а я убеждаю себя, что мне все равно.

Весь день я делала вид, что ничего не изменилось. Ходила в лазарет, работала, проверяла огненные цветы в саду. Но себя обмануть не могла. Каждый раз, выходя из башни, я оглядывалась по сторонам, боясь столкнуться с ней.

Я даже уговорила Тэю не выходить из башни хотя бы сегодня. Боялась: если Франческа столкнется с моей дочерью, то все поймет. Поймет, кто ее отец. Дэррик пока не видел Тэю так близко, чтобы догадаться, но я не беспокоилась, что это случится. Женщины в таких вещах куда внимательнее мужчин.

И совсем забыла, что невеста генерала Скара — не единственная, кого мне хотелось бы избегать.

Я вышла на крыльцо лазарета и тут же наткнулась на Коста.

За его спиной стояли трое меченых из поселения. Он привел их на обычный плановый осмотр. Я отошла в сторону, пропуская людей внутрь. Хотела вернуться в лазарет следом за ними, но лейтенант Кост остановил меня, преградив рукой проход.

— Леди Селин, — он смотрел на меня сверху вниз и выглядел злым. — Видел я вас вчера верхом на драконе. С самим генералом Скаром.

Я смотрела на него, стараясь не выдать раздражения. Сердце уже забилось чаще, но я заставила себя дышать ровно.

— Лейтенант, вы привели пациентов, и мне нужно идти к ним. Или у вас ко мне личное дело?

Он усмехнулся, шагнул еще ближе. От него пахло потом и дешевым табаком.

— Знаете, леди, я могу сделать так, что вашу излишнюю возню с мечеными сочтут подозрительной. Стоит мне намекнуть…

— Вы мне угрожаете? — перебила я. Раздражение мгновенно переросло в злость и… страх. Холодный, липкий, который скрутил внутренности.

— Предупреждаю, — бросил Кост почти равнодушно, но смотрел при этом тяжело, не отрываясь. — Будьте осторожнее и подумайте, с кем водитесь. Ваш генерал улетит, снова, а вы останетесь здесь.

Он развернулся и ушел к воротам, уже перекатываясь приветственными фразами с солдатами на посту.

Я осталась стоять на крыльце. Ладони сжались в кулаки,  ногти впились в кожу.

Внимание этого лейтенанта начинало злить все сильнее.

Я глубоко выдохнула, заставила себя разжать пальцы. Потом вошла в лазарет, стараясь не думать о том, что теперь у меня и так проблемы со всех сторон, и к ним еще добавился лейтенант Кост, который отчего-то решил, что может указывать мне с кем водиться.

Меченые сидели на скамье у стены и ждали.

Лекс бросил на меня быстрый взгляд, но ничего не спросил. Только кивнул на первого пациента.

Я взяла себя в руки и принялась за работу.

Дальше день шел почти нормально, отчасти потому что я избегала встречи с Франческой де Монфор.

Наверное, это глупо, можно подумать, я боялась ее или мне стыдно смотреть ей в глаза после того… после того как Валтар целовал меня. Отчасти так и было. Но по большому счету нам незачем было видеться с ней, не о чем говорить. У меня своя жизнь в аванпосте и дела Валтара с его невестой меня не касались. Встреча с Франческой не принесет ничего хорошего, только болезненную неловкость.

Но мельком я все же видела ее. Они с Валтаром стояли на стене и любовались видом.

Я вышла из башни и свернула к лазарету, как вдруг услышала голоса.

Остановилась за углом, боясь, что меня заметят.

Буквально надо мной на стене стояли Валтар и Франческа. Она держала его под руку, прижималась плечом и заглядывала в лицо. Говорила что-то оживленно и широко улыбалась. Я не разбирала слов, только интонации.

Валтар слушал. Не отстранялся, но и не смотрел на нее. Взгляд был направлен куда-то мимо, казалось он просто любуется видом на горы.

Франческа потянулась, поправила ему воротник. Со стороны жест казался очень интимным, собственническим. Но Валтар не шелохнулся.

Мне стало противно. Не от того, что она его касалась. От того, как легко она это делала. Будто имела на это полное право.

Я отвернулась и торопливо направилась в лазарет, пообещав себе не покидать его до самой ночи.

Из лазарета я вышла, когда уже начало темнеть. Время было позднее и Лекс поспешил на ужин, пока столовая не закрылась.

Я не пошла вместе с ним, потому что все еще избегала встречи с Франческой де Монфор. Но, видимо, Франческа де Монфор не считала это хорошей идеей, и сама нашла меня.

Я хотела только подняться в башню, побыть немного с Тэей и лечь спать. День выдался длинным и напряженным.

Но не успела я сделать и нескольких шагов, как заметила фигуру в тени рядом с входом в северную башню. Лишь золотая и жемчужная вышивка на одежде поблескивала в свете луны.

Франческа де Монфор стояла одна. Без сопровождения Валтара или Дэррика, она смотрела в мою сторону и не оставалось никаких сомнений, что она ждала меня.

Я внутренне напряглась, но виду не подала. Пришлось подойти ближе, пройти в башню незаметно не вышло бы при всем желании.

Вблизи она оказалась не такой, как на портрете в газете. Она шагнула навстречу и свет фонаря осветил ее фигуру и лицо. Выше меня, стройная, с идеальной осанкой. Светлые как у Дэррика волосы уложены в сложную прическу, платье дорогое, но не кричащее. С глубоким вырезом на груди. В рамках приличий. Я себе не могла такой позволить носить из-за метки. Красивое лицо. Но глаза смотрели холодно, слишком цепко и изучающе.

— Леди Селин, — она улыбнулась. Вежливо, но с легким холодком. — Я рада наконец познакомиться с вами лично.

— Леди де Монфор, — ответила я сухо, но тоже старалась сохранить вежливый тон. Пока что. — Я слышала о вашем приезде.

Она кивнула, не сводя с меня глаз.

— Знаете, мы ведь уже встречались. На балу в столице. Года три назад.

Я замерла, почувствовав, как меня накрыло обрывками воспоминаний.

Три года назад… Мы столкнулись на балу в столице. Но нас не успели представить друг другу. Я ожидала, что память Селин подкинет какие-то детали с того приема, но вместо этого, перед глазами встало другое — тот самый особняк, зимний парк рядом...

Я моргнула, прогоняя видение.

— Возможно, — ответила я. — Я помню смутно.

Франческа наклонила голову, разглядывая меня.

— Вы тогда неожиданно стали невестой Валтара, к вам было приковано много внимания. А потом, я слышала, вы редко появлялись в свете. Мы так и не познакомились как следует.

Она сделала паузу, будто ждала, что я скажу в ответ. Но я молчала не желая поддерживать этот странный разговор.

— Мы с Валтаром дружим с детства, — продолжила она и ее губы растянулись в мечтательной улыбке. — Наши семьи всегда планировали этот союз. Тесты на совместимость мы прошли еще в подростковом возрасте. Но потом он почему-то выбрал вас. Полагалось, что совместимость с вами значительно выше.

Она не скрывала горечи в голосе.

— Но, видимо, в тестах закралась ошибка. Теперь все встало на свои места.

— Что вы имеете в виду? — спросила я.

— Мы с Валтаром помолвлены, — Франческа улыбнулась, но в глазах не было тепла. — Наша свадьба — не случайность. Это судьба. Мы всегда должны были быть вместе.

Она говорила так спокойно и размеренно, будто излагала неоспоримые факты. Но в ее голосе я чувствовала что-то еще. Слишком ровный тон и спокойный взгляд. Будто она не просто рассказывала о помолвке — она утверждала свои права на Валтара Скара. На его имя, его время и его будущее.

Она смотрела на меня, и в этом взгляде не было ни капли сомнения. Все уже решено. Но не судьбой, как она утверждала, — ею.

Я вспомнила, как она поправляла ему воротник и прижималась, как заглядывала в лицо. А Валтар стоял не отстраняясь, но и не отвечая. 

Она не просто хотела замуж. Она хотела обладать им.

Я почувствовала, как по спине пробежал холодок.

— Что ж, — произнесла я как можно спокойнее, равнодушнее. — Желаю вам счастья.

— Спасибо, — ответила она. — Я уверена, мы будем счастливы.

Она посмотрела на меня долгим, изучающим взглядом.

— Вы не думали возвращаться в столицу, леди Селин? Здесь так… неуютно.

— Я привыкла. Вы должно быть слышали, семья отказалась от меня. Теперь здесь мой дом, и я не собираюсь никуда уезжать.

Франческа кивнула, будто ожидала этого ответа.

— Что ж, тогда желаю вам удачи.

Она развернулась и ушла, оставив меня стоять у дверей в башню.

Я смотрела ей вслед, чувствуя, как холодный пот выступил на спине.

Все существо, все инстинкты кричали — эта женщина опасна. Потому что не отступится.

Я не пошла сразу в башню.

Слишком тяжело было на душе после разговора с Франческой.

Слова Валтара, его поцелуи, и холодный взгляд его невесты — все смешалось в один вязкий, липкий комок.

Я не могла идти в таком состоянии к Тэе и поднялась на стену.

Здесь было тихо. Внизу мерцали редкие огни поселения меченых, а над головой развернулось темное небо, усыпанное звездами. Луна висела низко, подсвечивая черные силуэты гор на фоне глубокой синевы.

Ветер трепал волосы и холодил щеки. Я оперлась руками о каменный парапет и смотрела вдаль, пытаясь успокоиться.

— Тяжелый выдался день, — раздалось за спиной.

Я обернулась. Дэррик поднялся на стену и теперь стоял в нескольких шагах от меня.

— Ты за мной следишь? — спросила я.

— Нет, — он подошел ближе и встал рядом, тоже глядя на горы. — Просто не спалось. Увидел тебя, решил составить компанию.

Мы молчали какое-то время. Ветер доносил запах хвои и сырой земли.

— Я не ожидал, что она приедет, — сказал наконец Дэррик.

— Франческа?

— Да, — он вздохнул. — Она ничего не знает. Я тебе уже говорил.

— Я помню.

— Но теперь она здесь, и я не знаю, что будет дальше.

— Она приехала к жениху, — сказала я. — Вот и все.

Дэррик горько усмехнулся.

— Если бы только. Моя сестра мечтала об этой помолвке еще до того, как начала носить корсет. И сейчас она сходит с ума от нетерпения. Не может расстаться с женихом надолго. Я должен был догадаться, что она притащится за нами…

Дэррик замолчал, потом добавил уже серьезнее:

— Франческа упрямая, если она что-то задумала, остановить ее сложно.

— Это предупреждение?

— Да, — он повернулся ко мне. — Лучше не давать ей повода считать тебя угрозой. Если она что-то заподозрит… неважно, про метку или про что-то еще, то не станет молчать.

Я внимательно смотрела на Дэррика, пытаясь понять его. В темноте его лицо казалось жестче, чем обычно.

— Ты на ее стороне или на моей? — не удержалась я от вопроса.

Дэррик покачал головой, и его губы снова дрогнули в подобие улыбки.

— Я на стороне Валтара. И хочу, чтобы все обошлось без скандалов.

Он снова посмотрел на горы.

— Спасибо за честность, — тихо произнесла я.

Он ничего не ответил. Мы постояли еще немного, молча глядя вдаль.

Потом Дэррик ушел, я осталась на стене одна.

“Не давай повода считать тебя угрозой.”

Пожалуй, слишком поздно. Я уже угроза для ее планов, пусть и не желала этого.

На следующий день с самого утра зарядил дождь.

Серое небо низко нависало над аванпостом, тучи закрыли горы. Вода стекала по каменным стенам, собиралась в лужи во дворе. Я стояла у окна в башне и смотрела, как капли разбиваются о стекло.

Сегодня меня даже радовала непогода. Тэя не будет проситься на улицу. Ирма присмотрит за ней, а Франческа де Монфор вряд ли станет бродить под дождем. А значит шанс, что они как-то пересекутся, стремится к нулю.

— Доброе утро, —  бросил Лекс, когда я пришла в лазарет. Он собирал сумку с лекарствами и бинтами. — Хотя так и не скажешь, да? Пойдешь сегодня со мной в поселение?

Я любила ходить с Лексом вниз к меченым. Вести наблюдения лучше всего, когда сам можешь посмотреть и пообщаться с теми кто заражен.  Но из-за Тэи я не всегда могла составить ему компанию. Однако сегодня, я была рада оказаться подальше от драконов. Особенно от их невест.

Повязав на предплечье повязку целителя, я накинула на голову капюшон, и мы с Лексом вышли за ворота. Дождь немного стих. Но дорога вниз оставалась скользкой, приходилось смотреть под ноги. Мы шли молча, но в голову лезли всякие мысли.

Перед глазами стоял холодный образ Франчески. Ее взгляд и слова...

— Ты чего? — спросил Лекс, заметив, что я не в себе.

— Думаю… — призналась я. — Может, нам с Тэей стоит уехать?

Лекс даже остановился.

— Уехать? Куда?

— Не знаю. Подальше отсюда.

Империя драконов занимала весь континент, самый большой в этом мире. Остальные земли были либо непригодны для жизни, либо королевства там располагались не такие цивилизованные. Но лучше жить на острове с дикими племенами аборигенов, чем подвергнуться казни за сокрытие скверны.

Лекс смотрел на меня несколько секунд, потом спросил:

— Ты хочешь сбежать?

Я фыркнула на такую формулировку.

— Мы не пленники. Я здесь по своей воле, как и ты... В отличие от меченых в поселении.

Конечно, я немного лукавила. Это Валтар решил оставить меня здесь, не придумав ничего лучше в возникшей ситуации. А я согласилась. Но все же, пока о моей метке мало кому известно, я могу рискнуть уехать и скрывать ее. Как и Лекс.

Лекс кивнул и ничего не сказал, отчего у меня сложилось впечатление, что он тоже об этом думал. Просто не решался говорить об этом. Мы пошли дальше.

— Если что, я помогу, — сказал он вдруг через несколько шагов. — Если потребуется уехать для вашей с Тэей безопасности Тэи, я поеду с вами.

Я посмотрела на Лекса по-новому.

Он шел рядом, ссутулившись под дождем, капли стекали с капюшона на лицо. Под пасмурным небом, его теплые зеленые глаза казались сероватыми. Я вдруг заметила, что он изменился. Три года назад он был мальчишкой. Колючим, даже немного высокомерным, но мальчишкой. А я слишком хорошо помнила себя Евой, которая была значительно старше. Теперь… теперь он был мужчиной. Спокойным и надежным.

Я взяла его за руку, сжала пальцы.

— Спасибо, — произнесла я тихо.

Лекс не отдернул руку. Посмотрел на меня, и в его глазах появилась нежность, которой я раньше не замечала. Или не хотела замечать.

— Я серьезно, — добавил он.

Мы дошли до ворот поселения. Стражники пропустили нас без вопросов. Только как всегда проводили пристальными, недобрыми взглядами.

В поселении мы провели несколько часов.

Осмотрели меченых, кому-то поменяли повязки, кому-то оставили настойки, чтобы завтра они сделали это уже самостоятельно. У одного мужчины, который жил в поселении не больше месяца, скверна прогрессировала, выглядел он плохо. Лекс сказал, что мы пока ничем не сможем помочь. Но теперь у нас есть Огненные цветы. Может, они помогут.

Уже смеркалось, когда мы собрались обратно. Но уйти спокойно у нас не вышло.

На выходе нас перехватил Кост.

— Леди Селин, господин целитель, — он улыбнулся, но глаза остались холодными. — Вы не могли бы зайти на минуту? Новый журнал учета посещений. Надо расписаться.

Лекс нахмурился.

— Раньше нам не нужно было нигде расписываться.

— Новые правила, — Кост пожал плечами. — Не ко мне вопросы.

Мы с Лексом переглянулись. Отказаться — значит открыто конфликтовать с Карательным орденом и привлечь внимание. Никому из нас это не было нужно. Пришлось идти.

Сторожевая башня ордена стояла у самых ворот. Внутри пахло свежим деревом и сырым от дождя камнем. Но стоило пройти глубже, в нос ударил металлический запах. Возможно, так пахло оружие стражников.

Кост провел нас в узкий коридор, остановился у открытой двери в одну из комнат. Внутри царил полумрак, тусклый свет из коридора почти не проникал туда. Кост махнул рукой на проем:

— Журнал в моей каморке. Пройдемте.

10.7

Лекс посмотрел на меня, в его глазах читались сомнения. Мне тоже все это не нравилось. Мы не сдвинулись с места. Заходить не хотелось.

— Это формальность, — Кост не скрывал раздражения из-за нашего промедления. — Не усложняйте.

Я предупреждающе кивнула Лексу, идти все равно придется. И прошла за Костом в его каморку.

Лекс собирался войти следом, но не успел он сделать и нескольких шагов, как в коридоре появился другой стражник.

— Господин целитель, — окликнул он Лекса. — Вы не могли бы взглянуть? У меня тут… — он замялся, покосился на Коста, потом на меня. — Фурункул на заднице. Никак не пройдет, сил нет.

Лекс глянул на меня, хмурясь. Он явно не хотел оставлять меня одну с Костом. Но отказать стражнику Карательного ордена он тоже не мог.

— Иди, я пока распишусь.

— Я быстро, — пообещал Лекс и нехотя пошел за стражником.

Я осталась одна с Костом.

Он привел меня в небольшую комнату с низким потолком. В углу стояла клетка, наполовину накрытая холщовым сукном. За решеткой копошилось что-то маленькое, темное. Существо дернулось, клетка зашаталась, и я невольно отступила.

— Что это? — спросила я, настороженно.

— Поймали в лесу, — Кост закрыл дверь.

Я подошла ближе. Тварь выглянула из-за ткани. Она напоминала лысую кошку с большими ушами. Кожа с фиолетовым отливом и серыми пятнами, глаза темно-лиловые. Она металась по клетке, скалила мелкие, но острые зубы и шипела.

— Зачем вам это? — спросила я.

— Приказ. Отправим в столицу на изучение.

Кост подошел ко мне сзади, я услышала шаги и обернулась.

Он стоял слишком близко. Это меня даже не удивило, он всегда стремился нарушить мои личные границы.

— Знаете, леди Селин, — тихо произнес он, — вы очень красивая, когда злитесь.

— Лейтенант, — я отступила на шаг. — Где журнал?

Он недобро усмехнулся.

— Журнал подождет.

Лейтенант Кост шагнул ко мне. Я сделала шаг назад и уперлась спиной в стену. Комната была слишком маленькой.

— Не надо подходить ко мне так близко, — предупредила я.

— А что вы сделаете? — он навис надо мной. — Пожалуетесь генералу? Вашему любовничку целителю?

— Отойдите.

Он не слушал. Потянулся рукой к моему лицу.

Я ударила его. Со всей силы зарядила ладонью по щеке.

Кост замер. Потом его лицо перекосилось от злости.

— Зря, — процедил он. — Очень зря.

Лейтенант отошел к клетке с темной тварью, надел перчатки из грубой черной кожи с поблескивабщими металлическими вставками, острыми как шипы заклепками, защищающие руки до локтей, и открыл засов. Тварь зашипела, заметалась. Но выбегать из клетки не спешила, Кост поймал ее за ошейник, к которому прицепил короткий поводок.

— Я ее спущу на тебя, — сказал он. — Или на кого-то, кто тебе дорог. На твоего приемыша. Или на целителя Хольта. Вы ведь с ним так близки.

Он усмехнулся, глядя на меня.

— Ты уже раздвигала перед ним ноги? А станешь это делать, если он станет меченым?

Я смотрела на лейтенанта не отводя взгляда.

— Ты так жалок, Кост, — произнесла я спокойно. — Готов спуститься до угроз и шантажа, лишь бы потрахаться. Это даже смешно. Как тебя только в орден такого взяли?

Кост замер.

— Смейся, — бросил он зло. — Сейчас посмотрим, как ты будешь смеяться.

Тварь зашипела громче и выбралась из клетки. Кост держал руку на ее ошейнике и поводок, чтобы контролировать ее.

Я смотрела на эту странную зверушку, по сравнению теми тварями, что напали на нас в горах, она казалась даже безобидной, что-то вроде дикой кошки или обезьяны, я не чувствовала страха. Того дикого ужаса, который должен быть у нормального человека… не перед животным, а скверной, которую оно распространяет.

Кост заметил это. Я поняла это слишком поздно, чтобы изобразить ужас на лице или хотя бы истошно завопить.

— Что с тобой не так? — он нахмурился, чуть склонив голову набок. — Ты не боишься?

Я промолчала. Что тут скажешь?

Внутри меня все скрутило от страха. Но не перед мелкой темной тварью и скверной. Я боялась, что Кост догадается. Он уже начал подозревать, я видела это.

Он не стал продолжать. Схватил тварь за ошейник, за шиворот и засунул обратно в клетку. Захлопнул дверцу и задвинул засов.

— Сейчас мы поговорим по-другому, — произнес он, поворачиваясь ко мне.

Я попыталась оттолкнуть его, но мои руки были слишком слабыми по сравнению с его массивной фигурой стражника из Карательного ордена.

Кост только разозлился еще больше, перехватил мои руки, сжал их так, что хрустнули кости.

— Ах ты, сука… — прошипел он.

Злость в его глазах сменилась чем-то холодным и опасным. Кост размашисто замахнулся…

— Стой, — попыталась я остановить его, но он не послушал.

Он ударил меня по лицу ладонью.

Острая боль пронзила щеку. Шипы на перчатке порезали кожу. Я отшатнулась и прижала ладонь к лицу. Пальцы быстро намокли. Кровь текла по шее, стекала за воротник.

— В следующий раз подумай, прежде, чем сопротивляться, — бросил он.

Я не успела ответить. Кост шагнул назад, бросил короткий взгляд на дверь, потом на меня. Ухмыльнулся и ушел.

Ублюдок.

В дверях показался Лекс.

— Селин? Ты чего…

Он увидел кровь и его лицо побелело.

— Что он сделал?

— Поцарапал, шипы на перчатке… — пробормотала я. — Не страшно.

Лекс шагнул ко мне, убрал мою руку, осмотрел рану. Лицо у него было злое.

— Не страшно. Серьезно? У тебя кровь по всему лицу...

— Заживет, — сказала я.

Лекс промолчал, достал из сумки чистую тряпицу и прижал к щеке. Я поморщилась. Рана, или их было несколько, засаднила.

— Больно?

— Терпимо. Идем отсюда скорее, в лазарете обработаем.

Лекс больше ничего не сказал, как дрожат его руки, ладонь с окровавленной тряпицей сжалась в кулак.

Я посмотрела в сторону, куда ушел Кост. Внутри поднималась холодная, тягучая ярость.

Он еще пожалеет.