ГЛАВА 24

Солнце клонилось к закату, разрисовывая удивительными цветами пушистые облака и вершины высоких крон. Тёплый летний вечер радовал свежим ветром, что приносил хвойные нотки, аромат грибов после вчерашнего дождя из леса и полевых цветов с ближайших лугов. Заливисто пели птицы, где-то чуть поодаль играл на своей скрипке кузнечик, и доносился смех моих домочадцев из кухни через открытое окно. В медитации всё ощущалось ярче, сильнее. Каждый звук громче и приятнее, запахи – глубже и более будоражаще. Это была моя пятая медитация вместе с Кирсоном, но именно сегодня мне она давалась намного легче, а мой осколочек проявлял себя намного активнее, радуясь приливу сил и расширению резерва. Первые разы мне было сложнее из-за моего учителя. За прошедший месяц мы с Кирсоном сблизились. Наши разговоры порой становились более откровенными, а взгляды жаркими. Если сперва я была не уверена, то со временем я поняла, что у лорда тоже есть ко мне симпатия. Не стал бы он даже по-дружески уделять мне столько времени и сил, возясь со мной и моей магией. Но Кирсон упорно приезжал три раза в неделю, и мы выделяли два часа на моё обучение, а после не меньше часа ужинали на террасе и разговаривали обо всём подряд. Начиная от банальностей и мелочей и заканчивая философскими размышлениями. Мне было неимоверно интересно с ним, хотелось знать его мнение по многим вопросам, понять его отношение к проблемам этого мира и заглянуть в его голову и даже саму душу. А лорд мне это милостиво позволял. Как, собственно, и я ему. Практически. Ведь я ни на минуту не забывала о том, что я попаданка, и следила за тем, что говорю. Порой некое напряжение и недосказанность чувствовалась между нами, но когда я замечала, что Кирсон хотел уделить этому внимание, то моментально отвлекала его, переводя разговор на другие темы, или начинала шутить. Пока всё получалось, но я всё чаще и чаще ловила на себе его задумчивые взгляды и чувствовала, что совсем скоро мне уже не удастся проворачивать мои фокусы. В такие моменты вставал вопрос: а не рассказать ли лорду о моей самой главной тайне? Признаюсь, хотелось очень, но я не могла. Боялась так рисковать, поэтому надеялась, что когда-нибудь мы дойдём с ним до такого доверия, когда я смогу ему настолько открыться, не боясь, что он меня выдаст, и мне ничего не будет угрожать. За этот месяц я хорошо продвинулась в магии. Мне было уже гораздо легче взаимодействовать со своим даром. Осколочек подрос и щедро делился магией. Я уже больше двух недель приезжала по несколько раз в свою деревню и замораживала рыбу – большие бочки, которые уезжали на продажу в поместье лорда Кирсона, в его несколько деревень и в город. А на прошлой неделе младший сын старосты Озёрного поехал покорять соседний город и наладил там продажу нашей замороженной и копчёной рыбки. Доходы значительно увеличились благодаря тому, что в замороженном виде рыба могла выдержать и долгую дорогу, и целый день на рынке в жаркий летний день. И всем нравилась копчёная, в связи с чем в деревне появились ещё две самодельные коптильни. Работы у людей было всё больше, и деревня расцветала на глазах. Добротнее становились дома, латались прохудившиеся крыши, перестеклялись потрескавшиеся окна, чинились поваленные заборы. Мы покупали прикорм для рыб и усиленно работали над её разводом в питомниках, которыми служили искусственные небольшие пруды. Докупили ещё лодок и сетей. Но вишенкой на торте стало то, что хватило денег для приобретения нескольких коров и дюжины овец. Они являлись моей собственностью, поэтому был нанят пастух, две доярки и крепкий мужчина, что занимался уборкой в сараях и запасом сена на зиму. Люди радовались новым рабочим местам и ждали ещё пополнения в коровниках и овчарнях. Теперь у нас было и молоко на продажу в город, а осенью появится шерсть. С пекарней всё наладилось, и я, советуясь с Кирсоном, уже присматривала себе новое место для второй лавки и самой настоящей пекарни. Точнее, это будет одно помещение, поделённое на две секции. В первой будут стоять печи и работать пекари, а во второй – продаваться наша выпечка. Пришлось обзавестись ещё дополнительной продавщицей на смену Висте в текущую лавку и двумя помощницами из деревни для Жедии с Фабией. Бедняжки так начали упахиваться, что работу по дому не успевали. Но теперь Фабию полностью освободили от кухни, и она занималась уборкой дома, стиркой и нашими цветами. А Жедия учила всему новых помощниц, ведь на саму повариху у меня были в скором времени иные планы. Я хотела поставить её управляющей в городской пекарне. Она уже всё знала и умела, а меня на всё не хватит. А ещё Эльза предложила дельную мысль – продавать в лавке тёрки. Колину прибавилось немного работы на постоянной основе, ведь эту кухонную утварь по достоинству оценили хозяюшки. Жаль, в этом мире не знали про патент, но я и такому исходу была рада. – Думаю, на сегодня достаточно, – вырвал меня из медитации тихий голос Кирсона, и я медленно открыла глаза, сразу встретившись с его потемневшим взглядом. Таких взглядов становилось всё больше и больше, отчего моё сердце каждый раз начинало учащённо биться в груди, желая вырваться и убежать в прекрасный закат. Кирсон поднялся первый и протянул мне руку, чтобы помочь. Я без стеснения приняла помощь, радуясь, что за это время успела значительно похудеть. Нет, я ещё не стала стройняшкой, которой была ранее в своём мире, но и толстой меня уже никто не мог назвать. Так, немного в теле. Эти изменения очень сильно отразились на моей внешности. Лицо похудело, и глаза стали казаться больше и выразительнее, шея длиннее и изящнее, появилась талия, красивые женственные изгибы тела, и даже ноги, казалось, удлинились. Да, я постоянно была в движении, за работой или куда-то бегала по делам, плюс нагрузки и старалась, когда не применяла магию, не есть всё то, что сильно влияло на прирост боков. Но ещё и магия помогала ускорить этот процесс. Не то чтобы прям сильно, но мне казалось, что в комплексе всё это и давало такой эффект. Я начала подниматься и едва не рухнула обратно. – Ноги затекли, – пожаловалась Кирсону, когда он успел перехватить меня за талию и удержать, чтобы я обратно не упала на покрывало, на котором мы сидели и медитировали. – Сейчас пройдёт. Сегодня мы немного подольше занимались, – улыбнулся лорд, продолжая меня поддерживать, хоть этого уже и не требовалось. А меня от его близости, от сильной руки на моей талии бросило в жар, сердце забилось где-то в ушах, и дыхание перехватило. – Наверное, будет лучше немного пройтись по саду, дать ногам разойтись, – предложил Кирсон, и я кивнула, соглашаясь. Мы прошли по узкой дорожке и меньше чем через минуту оказались в моём небольшом и не особо ухоженном садике. Руки до него толком ещё не дошли. Колин убрал бурьян, очистил дорожки, а Фабия поставила возле старой беседки несколько кадок с цветами. – Здесь очень много плодовых деревьев. Весной, когда они цветут, наверняка стоит удивительный аромат на всю территорию поместья, – предположил лорд, рассматривая зреющие яблочки на ближайшем дереве. – Полагаю, что да, и следующей весной мы в этом убедимся. А осенью будем собирать много урожая. Сколько же пирогов будет уже из своих фруктов, – улыбнулась я, тоже разглядывая невысокую, но богатую небольшими плодами яблоньку. – Я буду первым в очереди, чтобы попробовать, – усмехнулся лорд, переводя взгляд дальше в глубину сада. – У вас много талантов, леди Вивьен, и готовка пирогов – один из самых восхитительных. – Спаси… А-а-а-а! – вскрикнула я, когда ногой зацепилась за торчащий корень и полетела в сторону. Если бы не затёкшие мышцы, то успела бы среагировать и не дать себе позорно упасть в траву, но… Но лорд молниеносно оказался рядом и вновь спас меня. Его рука так же покоилась на моей талии, моё сердце лихорадочно колотилось в груди, а наши взгляды переплелись. Мы были так близко друг к другу, что соприкасались телами, и я чувствовала его жар и прерывистое дыхание на своей щеке. – Леди… Вивьен… Вы… – выдохнул самый восхитительный мужчина в этом мире, потемневшим взглядом прожигая меня насквозь. – Вы… Мне нравитесь, Вивьен. Признание слетело с его губ так легко, что я сначала не поняла суть слов, а когда до моего расплавленного чувствами сознания дошло, сердце замерло. Я судорожно сглотнула и облизнула пересохшие губы. Кирсон жадным взглядом проследил за этим действом, а после резко наклонился к моему лицу и замер, давая мне шанс отстраниться. Но я не отстранилась. Напротив. Я потянулась к нему, не в силах устоять, не в силах бороться с собой и соблюдать эти чёртовы правила этого мира. В его потемневших, наполнившихся страстью глазах мелькнуло предвкушение, и он меня поцеловал. Осторожно, нежно и едва касаясь моих губ. Но стоило мне всего один раз ответить на его ласку, как он резко притянул меня к себе ещё ближе, практически впечатывая в своё тело, и углубил поцелуй. Больше он не был лёгким. Нет, теперь в нём горела распалённая страсть и неутолимое желание. Во мне взорвались тысячи искр, молнией пронзило тело, по венам потекла лава. Боже, я начала сходить с ума от этого мужчины. Всё вокруг померкло, исчезло, стёрлось за своей незначительностью и неважностью. Остались только мы. Только мы вдвоём и наши чувства. В каждом его движении я ощущала отклик на свои чувства. Знала, что он сгорает точно так же, как и я, в этом безумии. И не было сил остановить это. Как и не было такого желания. Мы наслаждались друг другом, нашей близостью, нашим первым поцелуем и с каждым мгновением всё больше и больше теряли связь с реальностью. Не знаю, сколько прошло времени, но когда отстранился Кирсон и прижал меня к себе, я ещё долго не могла прийти в себя и осознать происходящее. Я прижималась к груди лорда и слушала, как громко, сильно и часто бьётся его сердце. Слушала и понимала, что моё теперь всегда так будет биться рядом с ним. В унисон. В едином темпе. Поскольку это сердце теперь принадлежит ему. Всё, без остатка. – Вивьен, это был не просто порыв. Ты стала дорога мне. Я не могу выкинуть тебя из своих мыслей. Я засыпаю и просыпаюсь с твоим именем на устах. И не хочу расставаться после наших встреч. И после того, что сейчас произошло, я теперь знаю, что мои чувства не безответны. – Его голос дрогнул, и он, чуть отстранив меня, посмотрел в мои глаза. – Дашь ли ты мне шанс, Ви? – Да, Кирсон, – выдохнула я и почувствовала правильность сказанного. Так и должно было быть. Всё именно так и должно было быть. Я и… он. Возликовав от этого осознания, я более уверенно повторила с улыбкой на губах. – Да! – Сегодня ты сделала меня намного счастливее, Ви, – признался лорд и вновь поцеловал. Этот поцелуй был другой. Не такой жаркий, дикий и сводящий с ума. Теперь он был тёплым, ласковым и нежным. А спустя минуту Кирсон взял меня за руку и повёл домой. Остановившись у ступенек террасы, он хотел вновь поцеловать меня, но бросил взгляд на окна дома, тяжело вздохнул, тоже явно вспомнив об этих проклятых правилах, и поцеловал тыльную сторону моей ладони. – Сегодня я не смогу поужинать с тобой. Мне лучше уехать, поскольку сейчас тяжело держать себя в руках. – Он усмехнулся и покачал головой. – Не знал, что ТАК может быть. Но завтра я приеду, если ты не против, Ви. Он не спрашивал, он утверждал. Но я всё же кивнула и улыбнулась ему, чувствуя, что сейчас не смогу вымолвить ни слова от переизбытка чувств. – Тогда прекрасных сновидений, моя леди, и до завтра. – Он вновь поцеловал мою руку, потемневшим взглядом посмотрел мне в глаза, а после резко развернулся и быстро направился к своей лошади, словно боясь, что если задержится, то сегодня уехать уже и не сможет. Я провожала растворяющийся в сумерках силуэт всадника, прижав пальцы к губам и чувствуя на них вкус нашего поцелуя. Самого восхитительного и незабываемого поцелуя. Я знала, что завтра он приедет и это повторится. Но как же мне пережить эту ночь? Боже… Я влюбилась. Влюбилась в достойного, удивительного и самого лучшего мужчину!