Глава 49
Горело здание постоялого двора красиво. Ало-золотистые языки пламени на чёрном бархате ночного неба. Видно пожар было издалека - всё же строение немаленькое, два этажа и множество мелких пристроек.
Вскоре к пожарищу на телегах стали прибывать жители из соседней деревни. Они сразу же начали выгонять скотину из чудом уцелевших сараюшек. Как ни странно, никто из постояльцев об этом не подумал.
Корову и несколько коз отогнали подальше от огня. Куры и кролики разбежались по округе. Руководил деревенскими мужиками худой высокий мужчина в годах. Он по деловому прикрикивал на них:
- Сено, сено подальше оттаскивайте. Сенька, лошадь держи, чтоб не убёгла. Да не спите вы, поспешайте, пока всё не выгорело!
Я даже не заметила, как Михайло оказался рядом с этим мужчиной, о чём-то с ним поговорил и привёл его к нам.
- Афанасий-староста соседней деревни. Как увидел зарево, так сразу сюда поспешил узнавать: - Что тут произошло?
- Королевский дознаватель, граф Светлов, - назвал себя Димитрий представителю местной власти. - Хозяин таверны хотел ограбить меня, а когда у него это не поучилось, попытался убить. Свечу на пол уронил, вот дом и загорелся.
- Хех, значит, он сам свою корчму спалил? Поделом! Он мне, зараза, полдеревни споил. Нам урожай собирать, а они в корчму за выпивкой бегут. Сколько раз говаривал: моим не наливать. Хотя бы в уборочную страду! Так, нет же! Жадный - страсть! За полушку удавится! Куда ж его теперь?
- В город отвезём. В городскую стражу уже поступали жалобы на кражи у постояльцев этого постоялого двора. Я ведь с проверкой прибыл по одной из последних жалоб. Его люди напали на обоз баронессы Снежной. Обоз отбили, но другим, думаю, повезло меньше.
- Слышали мы о таком. Он всё местных себе в подельники сманивал, только я своим наказал: коль узнаю, что с корчмарём связался, из деревни погоню.
В это время, рябая девка с постоялого двора немного очухалась и потащила свой сундук к одной из телег. Михайло подскочил, преграждая ей дорогу.
- А позвольте, барышня, в ваш сундук заглянуть, - вкрадчиво начал он свою речь, и чуть не получил прямо в нос огромным кулачищем.
Девица оказалась не из робких и кулак у неё, видать, тяжёлый - едва увернулся. Пришлось вмешаться Димитрию и тому самому старосте из соседней деревни.
- Что же вы такое ценное в этом сундуке прячете? - не отставал от девки Михайло.
- Приданое там моё. Негоже постороннему мужику на девичьи нижние юбки глаза лупать!
- А если я тебе за это монетку дам? - вмешался в их разговор Димитрий.
Увидев монету, блестевшую во всполохах пламени, девка подобрела и позволила покопаться в своём сундуке. Только ничего интересного мы там не увидели. Как она и говорила: нижние юбки, рубахи, стёганое одеяло и несколько отрезов ткани - всё её богатство.
- А чего ищите-то? - поинтересовалась она, запихивая назад своё добро.
- Бумаги. Видела ли ты, девица, как корчмарь разные бумаги пишет? - Светлов словно гипнотизировал её взглядом.
- Видела, как не видеть!
- А куда он их потом девал?
- Так в подпол, там винный погреб, а ключ от него только у хозяина имеется.
- Если покажешь нам, где вход в этот погреб, получишь ещё одну монету, - пообещал Светлов.
Глаза девицы радостно блеснули.
- Показать-то нетрудно, только там же в огне всё.
- Так ты нам примерное место покажи, а дальше мы уже сами.
Вход в винный погреб оказался в одном из чуланов, рядом с кухней, с обратной стороны дома. Светало, дом уже почти догорел, старое сухое дерево полыхало, как спичка. Огонь чудом не перекинулся на соседние постройки.
На груди корчмаря нашли большой ключ, висящий на толстой бечёвке. Снять его получилось не сразу, связанный по рукам и ногам мужчина вдруг начал извиваться, не давая добраться до ключа, буравя нас злобным взглядом.
Добыв ключ, обошли дом, оставив Гурия и Марусю сторожить связанного корчмаря. Светлов вытянул руки перед собой и пламя, повинуясь его движениям, отодвинулось в сторону, продолжая, словно живое, облизывать недогоревшие головешки.
Михайло сунулся, было, ближе, но сразу отпрянул.
- Охладить бы….
Да без проблем! Утренний воздух, пропитанный влагой, заклубился над пепелищем, оседая снегом и кусочками льда.
Горячий пепел зашипел рассерженной кошкой и затих. Мужчины, вооружившись валявшимися поблизости вилами и лопатой, разгребли тлеющие угли, прокладывая дорогу к лазу. Крышка подпола была обита металлом и совершенно не пострадала. Только сильно нагрелась от огня. Пришлось мне хорошенько её проморозить.
Мужчины забрались в лаз, оставив меня снаружи следить за тем, чтобы пламя не приближалось ближе. Вернулись они быстро и поставили у моих ног небольшой сундучок, судя по тому, что несли они его вдвоём, был он довольно увесистым.
Вскоре около меня стояли три сундучка и большая деревянная шкатулка. На всех на них висели замки.
- Сомневаюсь, что нам удастся получить от них ключи, - призадумался Михайло.
- Так сбейте замки, делов-то! - посоветовала я, благо, опыт в этих делах у меня уже был.
Михайло с уважением глянул на меня и, замахнувшись лопатой, ударил по первому, самому тяжёлому сундуку. Откинув крышку, мы все склонились, рассматривая его содержимое.
Сундук до краёв был набит монетами малого и среднего достоинства. Во втором сундуке были более крупные монеты, и он был наполнен едва ли до половины. А вот в самом лёгком сундуке обнаружили целый ворох бумаг.
- Потом посмотрю, - Светлов сгрёб все бумаги в свою сумку.
В шкатулке обнаружились украшения. Женские, мужские, дорогие перстни с камнями и обычные серебряные брошки - чего тут только ни было! Всё это загрузили в нашу карету.
Корчмаря взвалили поперёк седла коня Светлова, а сам он решил ехать с нами в карете, уж очень ему не терпелось рассмотреть бумаги из сундука.
Михайло вёл на поводу коня со связанным корчмарём, а мы ехали следом. Уже совсем рассвело, люди в обозе теперь волнуются, что нас так долго нет.
Светлов, отодвинув шторку, сел ближе к окну, перебирая изъятые бумаги. Прочитав первую, он намеревался убрать её назад в сумку, но я требовательно протянула руку. Димитрий глянул на меня, на документ, вздохнул и молча передал мне листок бумаги, исписанный мелким неровным почерком.
Чего тут только ни было! Должников у корчмаря набралось предостаточно. Среди бумаг попались документы на недвижимость в знакомом мне хуторе, и на домик в том самом городе, куда мы направляемся. Помимо расписок и купчих попадались среди бумаг скрупулёзно записанные чужие секреты. У пьяного человека язык развязывается и он может сболтнуть лишнего, вот корчмарь и записывал всё то, что «сболтнули» в стенах его корчмы. Похоже, он и шантажом не гнушался!
Среди бумаг я отыскала расписки бывших разбойников, ныне работающих на моём глиняном карьере. Под внимательным взглядом Димитрия я убрала их в свою сумку. Он прекрасно видел, какие документы я забрала и предпочёл промолчать. Всё честно: я тоже к задержанию корчмаря руку приложила!
Обоз мы нагнали у знакомой реки. Возницы решили заночевать в знакомом месте и гнали лошадей по темноте, опасаясь останавливаться где-либо ещё.
Степан смирно сидел в своей кибитке и, когда к нему закинули связанного и с кляпом во рту корчмаря, только испуганно отодвинулся в самый дальний угол, не спуская с него глаз.
Быстро, буквально на ходу, позавтракали и привели себя в порядок. Светлов перебрался на своего коня, и мы спешно выдвинулись в сторону города.
Димитрий очень спешил, поэтому, как только нам на глаза попалась первая приличная повозка, мы с ним вдвоём пересели в неё, а остальные отправились пока на подворье к батьке Микентию.
Подъехав к мэрии, Светлов, чуть ли ни бегом, поднялся по ступенькам, таща меня на буксире. Благодаря его титулу и званию Королевского дознавателя, нас везде пропускали без очереди. Уже через полчаса наш брачный договор был зарегистрирован, и я официально стала невестой графа Светлова.
После этого Димитрий немного успокоился и повёл меня в соседнее крыло на проверку уровня магии. Нам нужен был официальный документ, что я являюсь магом. Это давало кое-какие привилегии, но и накладывало некие обязательства. Вот только, какие - я узнаю только после того, как измерят этот самый уровень.
В этом крыле было несколько пустынно. Кроме нас здесь, похоже, никого и не было. Шаги гулко отдавались в пустом коридоре.
В конце коридора нас ждала одинокая дверь, судя по слою пыли на ней, посетителей здесь бывает немного. А есть ли там, вообще, кто-то?
К моему удивлению, дверь легко отворилась и мы попали в слегка захламлённую приёмную, где никого не было. Следующая дверь привела нас в кабинет, который, на первый взгляд, показался мне тоже пустым. Вокруг, где только можно, лежали книги, свитки, какие-то непонятные механизмы. Но тут ворох бумаг зашевелился и из-под него показалась седая голова с длинной, не менее седой, бородой. Судя по тому, что этот старичок был похож на ожившую мумию, ему давно перевалило за сотню. И только взгляд внимательных мудрых глаз указывал на то, что он ещё жив.
- Чем могу служить, молодые люди?
- Нам нужно выяснить уровень магии у этой девушки, - выступив вперёд Димитрий.
Старичок внимательно осмотрел сначала Светлова, затем меня.
- Вы оба маги и довольно сильные, это я и без магометра вижу. Ладно, детки, присаживайтесь. Я сейчас, - хозяин кабинета скрылся за неприметной дверкой, которую я сразу и не рассмотрела, настолько удачно она была замаскирована под обычную стену.
Вернулся он, держа в руках небольшую шкатулку. Аккуратно поставив её на стол, открыл крышку и достал оттуда небольшую чашу, по краю которой шла шкала, перемежаясь непонятными мне символами.
- Дайте мне вашу руку, милое дитя, - обратился ко мне старичок.
Не ожидая никакого подвоха, я спокойно протянула руку, а он поднёс её к чаше, слегка надавливая на мой указательный палец.
Ой! - отдёрнула руку, которую уже никто не удерживал. Посреди чаши торчал острый шип, по нему сейчас стекала капля моей крови.
Димитрий достал из кармана белоснежный платок. Взяв мою руку, легонько подул на ранку и обвернул палец своим платком.
В это время с чашей стало что-то происходить. Шкала по её краю засветилась голубым светом, а вместе с ней засветились ещё два символа. И старичок, и Светлов подались вперёд, вглядываясь в символы.
- Первый уровень магии, - бормотал хозяин магометра, - а это? Это, просто, невероятно! Магия льда - это понятно, я сразу признал в Вас, милая, одну из рода Снежных. Я ещё у Вашей маменьки уровень магии проверял, только он у неё едва до четвёртого дотягивал. А у вас - первый! А это- что?! Это ещё одна магия, очень древняя и редкая!
Оба мужчины отпрянули от чаши, глядя друг на друга.
- Непостижимо! - выдохнул Димитрий, оборачиваясь ко мне, а я сделала вид, что ничего такого не произошло.
- Ведовская магия, уровень - высший! - произнёс старичок, - Вы детки пока здесь посидите, а я подготовлю документы. Сразу предупреждаю, девушку нужно будет зарегистрировать в королевском магическом реестре магов с высшим уровнем. Думаю, Вы это и сами знаете, господин Королевский дознаватель!
И откуда ему всё о нас известно? А на вид - старый, только, что труха не сыплется!
Пока он заполнял нужный формуляр, при этом макнув перо всё в ту же чашу с каплей моей крови, Светлов опять внимательно рассматривал меня, словно увидел впервые.
Когда мне вручили документ, подтверждающий, что я маг высшего уровня, и мы, поблагодарив старичка, вышли из его кабинета, Светлов, резко повернувшись ко мне, спросил:
- И когда ты собиралась мне это рассказать?
- Что именно? - ушла я в несознанку.
- То, что ты ведунья?
Я небрежно пожала плечиком:
- В эту магию уже давно никто не верит, я подумала, что и ты не поверишь, как остальные.
- Так об этом кто-то ещё знает? - Светлов остановился, схватив меня за плечи.
- Только несколько человек из моего ближнего окружения, и я им полностью доверяю! - припечатала я, поводя плечиком и сбрасывая его руку.
- Никто, пока ты не станешь моей женой, не должен знать, что ты ведунья. Только так я смогу защитить тебя! Ты даже не представляешь, насколько это опасно.
- Да знаю я, мировое господство и всё такое, но это всё - сказки. Ведовская магия - это всего лишь немного удачи, а всё остальное нужно делать своими ручками! - я покрутила руками перед слегка ошарашенным Димитрием.
- Но другие-то об этом не знают! Будь осторожнее, когда меня нет рядом! - не успокаивался Светлов.
- Я - сама осторожность! - заверила его.
Он устало потёр пальцами переносицу:
- Тебе нужно вернуться к своим, а мы с Михайло отправимся в городскую стражу, нужно сдать Степана, корчмаря и наши находки. Боюсь, мы задержимся там до вечера.
- Хорошо, высади меня, пожалуйста, у чайной. И пусть Гурий привезёт туда мешки с чаем, - попросила я.