Глава 26

Сердце, чуть больше по размеру, чем человеческое, парит в капсуле. Оно пульсирует, словно качая кровь. И очень так ускоренно. Была бы я доктором – могла бы и тахикардию определить. Надеюсь, не инфаркт, конечно.

От этой пульсации свечение тоже по подземелью ходит волнами.

– Если этой таверной раньше не владел маньяк-расчленитель, то это очень и очень странная находка, – бормочу я, не в силах отвести взгляд от этого органа.

Таверна как будто бы даже вздыхает тяжело. Стены расширяются и сужаются всего один раз. И это очень походит на вдох.

Я даже почти не замечаю, что всё это время от стены доносятся то треск, то гул, то какие-то разряды, будто электрические. Кто-то долго и грубо ругается, слышны испуганные женские голоса. Но все это слышится фоном.

К месту или, наоборот, не к месту вспоминаются слова гигантской рептилии о сердце Аррея, которого у него нет.

Конечно, когда герцог говорил о своем "недуге", я и подумать не могла, что это буквально так и есть!

– Это сердце Аррея? – выдвигаю я самое нелепое предположение из всех возможных.

Стены содрогаются, как будто удовлетворённо отвечая.

– И что мне с ним делать? Взять в руки? А его можно трогать вообще? – Обхожу капсулу со всех сторон. – Хотя это негигиенично. И нестерильно точно, как Аррей потом будет его носить в себе? Вдруг уроню – запачкается. И не помыть же его наверняка, – рассуждаю вслух, очень стараясь не реагировать на происходящее истерично. Очень стараюсь убедить себя, что это, вероятно, в порядке вещей в этом мире.

– Это жутко выглядит, знаете ли, – комментирую снова, рассматривая любопытный орган в капсуле.

Интересно, а так только с сердцем можно? Хотя я бы сильно удивилась, если бы кто-то в подполе своего дома хранил свои почки или, скажем, селезёнку.

Оглядываю подземелье на момент ещё подобных странных находок. К счастью, больше ничего такого здесь нет.

– Не таверна, а хоррор какой-то, – вздыхаю я, пятясь к дверям, за которыми происходит нечто интригующее.

Вспоминаю, что там же герцог у меня бесхозный остался! Вернее, бессердечный...

– Ладно. Раз уж мы тут все собрались, – хлопаю в ладони и с энтузиазмом произношу, – тащи сюда и этого сухаря бессердечного. Будем ему сердце вживлять.

Таверна, будто бы выдохнув с облегчением, отворяет двери, являя моему взору всклокоченное и разъяренное, наполовину обращённое в дракона создание. Смутно напоминающее привычного красавца Аррея.

– Ты... – рычит он, сверкнув почему-то в меня недобрым взглядом. Затем его взгляд останавливается на том, что находится у меня за спиной.

– Как давно ты в курсе, Лив, что оно здесь? – цедит он, приняв вновь невозмутимый вид.

Аррей входит в подземелье, а за ним маячат Алурия и Дафна. Обе встревоженные и бледные.

– Да, собственно, вот только сейчас и узнала, – выдавливаю широкую улыбку. – Красивое. Почти как человеческое.

– Оно и есть человеческое.

– Да? – скептически оглядываю Аррея. – А так и не скажешь сразу. Думала, вдруг монстр какой оставил и расхаживает по Гиблым землям, пугая людей.

– Рад, что ты находишь это забавным, – напряжённо отзывается Аррей, подходя к капсуле.

– Ни капли, – чистосердечно признаюсь. – Может, обратно его в тебя впихнем, а? – с надеждой спрашиваю.

– Нужны инструменты соответствующие, – усмехается невесело герцог.

Инструменты...

– О, я сейчас быстро сбегаю за секатором! – воодушевляюсь тут же.