Глава 27

Вообще-то по дороге нам не мешало бы обсудить важные вопросы: какой все же магией обладает принц? где меня разместят? нужно ли мне проявлять дружелюбие к придворным? Но сначала я слишком отвлеклась на город, а потом, когда впечатляющие дворцовые ворота оказались совсем рядом, Вардин открыл сундучок с драгоценностями и достал из него колье.

– Повернись, – попросил тихо, и я подставила шею, как под гипнозом.

Дыхание почему-то сбилось, когда пальцы принца коснулись, чтобы отодвинуть мои пряди, а прохладная тяжесть камней запустила толпу мурашек.

«Спроси его про магию, спроси, как он тебя защитит! А то, может, стоит нацепить под пиджак поясную нить прямо сейчас, пока не поздно?!» – завопил внутренний голос, но вместо этого я сказала другое.

– Я никогда не видела таких красивых украшений, – созналась. – Испытываю синдром самозванца и не уверена, что смогу сыграть роль твоей невесты достойно.

– Ника, ничего не бойся и забудь о роли. Не играй её, а будь невестой, – сказал Дин и надел мне на палец кольцо.

Это было так реалистично, что я стушевалась. Что он имел в виду? Можно подумать, он мне сейчас предложение сделал. От растерянности я схватила длинные серьги и принялась вставлять в уши взамен своих гвоздиков, ворча, что без зеркала делать это неудобно. Дин тут же пришёл на помощь, а потом надел на моё запястье браслет – последнюю деталь гарнитура. Я только раскрыла рот, чтобы его поблагодарить, как наша повозка, не сбавляя скорости, врезалась в кованые ворота. Я зажмурилась, но ничего не почувствовала – удара не произошло. Распахнула глаза и поняла, что хрустальный замок с его красивым забором – всего лишь иллюзия. В действительности обитель Владыки имела совсем иной вид.

– Это что за хрень тут творится? – выдохнула я, с упреком глядя на Дина.

– Добро пожаловать во дворец, Ника. Не бойся, бездушные не причинят тебе вреда.

– Бездушные? Да это же трупы! Зомби! – закричала я шёпотом, сделав большие глаза.

– Ну да. А чему ты так удивляешься? – беззаботно пожал плечами принц. – Владыка – сильнейший некромант, поэтому армия бездушных – его оплот. Ты что, боишься трупов?

Да что за вопрос?! Конечно я, как все нормальные люди, боюсь зомби! Они тут вообще повсюду! На тёмных каменных стенах, на квадратных башнях, внизу на площади, вдоль ступеней и у дверей серой глыбы сурового дворца! Это же ужасно! Все, что противоестественно, – ужасно!

Но повозка опустилась на каменную площадь, и я вдруг поняла, что не так уж сильно я и боюсь ужасных слуг Владыки. Куда больше я страшусь его самого.

– А где их души? – спросила тихонько, когда Дин открыл дверь повозки, спустился и подал мне руку.

– Мечутся в Тонком мире, наверное. Тут везде стоит защита от их проникновения, так что с уверенностью сказать не могу.

А моя вторая врождённая способность – интуиция – вдруг напряглась, как будто нащупала что-то важное, но никак не могла ухватить суть и сообщить мне. Чувство это было неприятным: раздражающим и выматывающим. Я поморщилась и тяжело оперлась на подставленную ладонь. Мне в этом месте стало трудно дышать. Я сомневалась в том, что выдержу пять дней в подобной обстановке, и отчаянно трусила.

– Так, не отпускай мою руку, – скомандовал тихо Вардин и весь будто подобрался, – отец наблюдает. Я чувствую его взгляд. Он пытается тебя прощупать.

Лично я никого, кроме бездушных, поблизости не видела, но Дину верила и вцепилась в него мёртвой – не при зомби будет сказано – хваткой. Рука об руку мы шагнули к лестнице и чинно направились к дверям. С каждой ступенькой мне становилось легче – видимо, мы уходили из зоны видимости Владыки, – а внутри дворца чувство смутной тревоги вообще пропало. Зато пришло другое – стеснение и неловкость. Как будто я оказалась на сцене перед полным залом зрителей, которые ждут от меня пламенную речь или музыкальный хит, а я забыла слова. Чувство это возникло не на пустом месте – все огромное фойе дворца было забито живыми придворными, которые застыли, как только мы вошли. Множество разнообразных эмоций – любопытство, удивление, ревность, ненависть, зависть – было во взглядах, направленных на нашу пару, но Дин словно никого не видел. Мы медленно, будто прогуливаясь, пошли вперёд, и принц принялся рассказывать мне историю дворца, как будто мы тут одни.

– Это, драгоценная моя невеста, у нас зал ожидания, так сказать, – обведя рукой пространство, сообщил Дин. – Придворные каждое утро набиваются сюда в надежде получить милость Владыки и пройти в следующий зал. Там стоят диваны и кресла. Счастливчикам, перешедшим на более высокий уровень, разрешено присесть, чтобы не утомлять ноги в ожидании.

– А чего они все ждут? – спросила одними губами, прижавшись к принцу ближе. Всё же я не Дин и говорить о людях, будто их тут нет, не имела привычки, поэтому не хотела, чтобы меня услышали. – И те, кто прошёл, и те, которых не пригласили.

– Ну, милая, как что? Все всегда ждут новых благ. Кто-то от Владыки, а кто-то от общения друг с другом. В этом зале ожидания заключили множество важных сделок, не нужно его недооценивать.

– А-а-а, – протянула я, принимая объяснение.

Мы как раз дошли до следующих высоких дверей, которые распахнулись перед нами сами. За ними действительно обнаружился другой зал, выдержанный в пастельных тонах. На диванах и креслах сидели нарядные придворные – признаться, все они сливались перед глазами в пеструю дымку, и я не особо различала лиц. Больше внимания уделяла убранству: искусным гобеленам на стенах, массивным люстрам, мебели причудливой формы и диковинным цветам в напольных вазах.

– А вот из этого зала, дорогая, – обратил моё внимание на планировку Дин, – двери ведут в тронный зал, там проходят аудиенции, – указывал на центральную, самую большую, дверь, а золотые руны, украшавшие лицо и руку Вардина, на миг сверкнули. Я посмотрела на него вопросительно. – Слева дверь в гостевое крыло. Там большая столовая, бальный зал, комнаты для гостей и прочие помещения общественного пользования. Но нам с тобой направо – в семейную часть дворца. Мы же скоро пройдём обряд единения.

На этих словах придворные, не смевшие подать голос, дружно выдохнули. По залу пронёсся гул и лёгкий ветерок, но Дин и на этот раз никак не отреагировал на немой вопрос собравшихся, а быстренько свернул к нужной двери.

Оказавшись за ней, мы пошли по длинной галерее с живыми портретами предков правящей династии, и принц рассказывал мне, кто есть кто. Я молча слушала и кивала – дар говорил, что болтать тут опасно. В общем, узнавала я про бабушек, дедушек, дядь и теть Вардина – кстати, ни у кого из них не было такого цвета волос, как у него – и копила вопросы.

Покинув галерею, мы вышли в пустой гулкий холл, из которого вели опять три двери, но на этот раз мы свернули к левой. Я приготовилась опять куда-то шагать, но за ней оказалась пылающая лестница!

Я уперлась пятками в пол, потому что принц даже не думал останавливаться и пер прямехонько в огонь! Но когда он махнул рукой – пламя потухло, не оставив и следа.

– Что за… – вырвалось у меня.

Дин подхватил меня на руки и буквально взлетел по ступеням на первый пролёт. Опустил на пол, снова махнул рукой – и лестница опять заполыхала.

– Вот теперь можешь говорить все, что хочешь, тут никто не подслушает, – облегчённо улыбнувшись, сказал Вардин. – Добро пожаловать в мой дом.

– Ты управляешь огнём? Значит, стихийник-бытовик? – тут же накинулась я на него с вопросами.

– Стихийник, но не бытовик. Мне подвластен только огонь, а вообще я зерорезонатор.

– Зеро… что? – у меня брови полезли на лоб. – Это ещё кто такие и с чем их едят? В книге ничего о подобных магах написано не было.

Вардин взял меня за руку и повёл наверх, по дороге объясняя:

– Правильно, в обычных книгах о таких, как я, и не может быть никакой информации, потому что мы уникальны, опасны и рождаемся крайне редко. Зерорезонатор не только невосприимчив к магии, но и способен заблокировать практически любое колдовство.

Я покосилась на принца недоверчиво. Это ведь невероятное могущество! Зачем он заговоры плетёт?

– Дин, я тогда не понимаю… Почему ты не пользуешься своей силой?

– Всё просто, Ника. Отец давным-давно, ещё когда я был неопытен и мало знал, наложил на неё ограничение. – Принц провел вдоль своего рисунка от виска до шеи. – Сюда механически вплетены нити мертвокамня, которые не позволяют мне развернуться во всю мощь. С самого детства я не могу стряхнуть эти блоки, потому что мертвокамень заговорен сильнейшим некромантом. Отец сказал, что силу я обрету, только когда он умрёт, и ни днем раньше. Иначе я буду мешать ему править так, как он хочет.

Вардин говорил тихо и, если честно, я не очень поняла, как Владыка смог ограничить силу сына, если тот способен обнулять любую магию и вообще к ней не восприимчив. Возможно, дело в этих мертвокамнях. Но мне в данный момент это было совсем не важно. Я поняла, за что Дин ненавидит отца, и представила, как маленькому мальчику вшивают в тело какие-то жуткие нити. Я остановилась и заставила остановиться Вардина, а потом шагнула к нему и обняла.

Я-то думала по-сестрински принца поддержать, поделиться теплом, похлопать по спине ладошкой… Но у Вардина мой порыв вызвал вообще не братский ответ. Он мгновенно прижал меня к себе очень жарко, нашёл мои губы и поцеловал!

От неожиданности я вскрикнула, но прозвучало это провокационно. Как будто стон долгожданного облегчения! И Вардин вообще окрылился, сделав наш поцелуй прям взрослым-взрослым.

Конечно же, я уже целовалась с парнями и прекрасно почувствовала момент, когда поцелуй-знакомство, который ни к чему не обязывает и не ведёт, перешёл в поцелуй-прелюдию. После таких приходится уносить ноги, если не готова к большему. К большему вот прямо тут, на лестнице, да ещё и с кузеном, я точно готова не была, поэтому от дурманившего мозг наваждения очнулась.

– Дин, ты что делаешь?! – завопила я, отталкивая принца от себя подальше, едва удалось освободить губы из его плена.

– Целую невесту, – довольно сообщил Вардин и с удовольствием облизнулся.

– С ума сошёл? Я твоя сестра! А наша помолвка – блеф!

– Ника, прекрати это повторять. Ты мне настолько дальняя родственница, что это не имеет значения.

– Двоюродные – это не такие уж и дальние родственники, – возразила я, как будто наше родство – единственная причина, удерживающая от безудержной страсти на ступеньках, хотя причин и без того достаточно!

– Моя мать и твой отец были единокровными братом и сестрой только по одному родителю. Мать родилась во втором браке деда, а Колдан дас Максай в первом. Так что мы даже не очень двоюродные, хотя и кузены прекрасно составляют пары.

– У вас тут прям какой-то бардак с деторождением… – пробурчала я, прикидывая, изменила что-то для меня новая информация или нет.

Без долгих раздумий пришла к выводу, что да, изменила. Вардин стал мне нравиться ещё чуточку больше.

Ну или это не информация изменила, а поцелуй.

– Есть такое, – согласился принц и, взяв меня за руку, повёл дальше, – именно поэтому перед обрядом соединения в пару у нас проводят особенный ритуал. Называется он «Благословение Старцев», но на самом деле это тест на совместимость. Если кровь у будущих супругов слишком близкая, то «Старцы» в свадьбе откажут.

– Мудро, – кивнула я, – но ведь это ничего особенно между нами не меняет. Мы ведь только для дела прикидываемся парой.

Дин покосился на меня изучающе, но промолчал. Неужели он всерьёз имеет на меня виды? А с чего? Из-за моей силы? Или есть другая причина? Вот хоть убей не поверю, что он увидел меня и полюбил всей душой. В симпатию верю – мне и самой он нравится. Но чтобы прям хотеть связать с ним судьбу… даже не знаю. Мы слишком мало знакомы.

За размышлениями и разговорами мы поднялись на третий этаж, и принц толкнул очередные двери. А за ними меня ждал новый сюрприз: целых два ряда склонившей головы в почтительном приветствии прислуги. Мужчины в зелёных с золотом ливреях, женщины в платьях таких же расцветок.

– Это мои личные покои и мои личные слуги, – пояснил мне Вардин то, что я и так поняла, – на всех лежит магическая клятва, так что здесь можно расслабиться и говорить свободно. Со временем ты всех запомнишь в лицо и по именам, но пока ориентируйся на цвета формы. Никому, кроме них, во дворце не доверяй. – Я кивнула, и Вардин повёл меня вдоль рядов, обращаясь к своим слугам: – Подданные мои, это моя невеста, будущая Владычица Арника дас Летто. Приказываю относиться к ней как ко мне: служить честно и выполнять все распоряжения беспрекословно.

Слуги молча склонились ещё ниже, тем самым выражая готовность следовать распоряжениям хозяина.

Признаться, я чувствовала себя не в своей тарелке. Думала ли я, что мне когда-нибудь доведётся жить во дворце и иметь слуг? Да даже снов таких не видела! Спасибо, бабушка с мамой, что научили столовому этикету, а то бы вообще не знаю, как тут себя ощущала. Порадовалась, потому что из холла со слугами Дин повёл меня в столовую, где длинный стол был сервирован по полной программе: у каждого стула набор тарелок, бокалов и приборов. Без нужных знаний тут можно было бы помереть либо от голода, либо от стыда.

– Есть будем только у себя, – продолжил инструкцию Дин, – на общих обедах или прогулках не вздумай ничего тянуть в рот – могут что-то неприятное подмешать.

Я только и успевала офигевать и кивать.

Потом мы прошли в гостиную, куда будут приходить гости к нам на аудиенцию, потом Дин показал наши апартаменты – они просто умереть не встать! Одни мои покои как три земные квартиры.

Я устала удивляться и хотела уже куда-нибудь сесть, чтобы переварить впечатления, но когда мы дошли до домашней библиотеки, нас нагнал слуга – сухой высокий старик при погонах на зелёной ливрее.

– Ваше высочество, Владыка приглашает вас с невестой присоединиться к нему в ложе на сегодняшнем представлении.

Вардин выразительно поморщился и посмотрел на меня как-то виновато. Интуиция подсказала, что все пошло не по плану, и это представление мне совсем не понравится.