Глава 21

Для поездки в деревню я решила взять карету, в которой обычно каталась на плантации. Пусть из поместья до них насчитывалось всего три-четыре часа, экипаж хорошо экономил время – валяться столько времени в паланкине, как некоторые другие лорды, было просто-напросто скучно. К тому же мне не очень хотелось открыто демонстрировать всему Тайезу, что леди Мелевин уехала куда-то лишь с единственным охранником – генералом темных эльфов. Слухи о том, какое положение он занимает в моем доме, – это одно. Если сплетники увидят такое воочию и получат подтверждение чужим домыслам – это уже совсем другое. Дома я всем сказала, что собираюсь на плантацию – опять же чтобы не поддерживать ненужную молву. Чем меньше людей знают, что на самом деле карета поедет в прибрежную деревушку, тем меньше будет лишних вопросов. Хотя я, кажется, предусмотрела все ситуации, в которых что-то могло пойти не так, нервозность меня не отпускала. Готовясь к поездке, я не могла усидеть на месте, брала вещи и тут же их клала обратно, донимала своих бедных слуг новыми и новыми приказаниями. Успокоилась я, только когда солнце начало клониться к морю. Скоро закат – пора ехать. Даже если я не подумала о какой-то предосторожности, все равно уже поздно, иначе опоздаю на встречу. Кидат, как обычно, вышел к карете. Он считал своей обязанностью всегда лично встречать и провожать хозяев. К его большому удивлению, я порывисто обняла немолодого полноватого управляющего. – Все хорошо, госпожа? – уточнил он, с тревогой глядя на меня. – Вы же постоянно туда ездите. – Да-да, конечно, – поспешила заверить я. – Не обращай внимания, это женские телячьи нежности во мне вдруг проснулись. Просто пришло в голову, что каждый раз я вижу одно и то же лицо, и оно твое. Ты для меня уже стал символом родного дома. Управляющий польщенно улыбнулся. Однако похоже, что мое беспокойство из-за этого жеста передалось и ему. – Спасибо, но вы уверены, что вам необходимо ехать на ночь глядя? Там, конечно, есть где переночевать, только дома-то гораздо приятнее! В этот момент мимо нас прошел Аштар, собирающийся сесть в карету, и Кидат вздрогнул. – Как обугленный, молотом Громовержца клянусь… Госпожа, вам точно надо его с собой брать? – Ты же знаешь, если бы он хотел причинить зло мне или девочкам, давно бы уже причинил, – мягко укорила я. – А лучшей защиты мне не найти. – Ну так-то отряд воинов в сопровождении все равно не помешал бы, – продолжал ворчать управляющий, неодобрительно поглядывая на дроу. – Но вам виднее, госпожа. – Да, – согласилась я. – Завтра мы уже будем дома. В мое отсутствие убедись, что портниха поспешила с платьем для Нисы. И прошу, последи за моей племянницей с особой внимательностью. Возраст у нее бунтарский, боюсь, как бы не выкинула чего-нибудь, пока меня нет. Например, не сбежала ночью к какому-нибудь ухажеру, бойко заливающему о своих неподражаемых боевых навыках, которых почему-то никто никогда не видел. Я уже начинала опасаться, что у Нисы и на такое может ума хватить, тем более что она не обрадовалась настолько скорому официальному знакомству с Гаэлем. Кидат кивнул. Он воспитал двух дочек и прекрасно понимал мои страхи. – Не волнуйтесь, сделаю внушение охране и сам постараюсь ночью не ложиться. Долго мы не прощались – в конце концов, я действительно исправно посещала плантации каждую неделю и вдобавок собиралась вернуться не позже обеда, чтобы успеть подготовиться к визиту в поместье Мирале. Я часто покидала дом и на более длительный срок, особенно если на плантациях наступал срок сбора урожая. Однако в этот раз все как будто было совсем иначе. Меня снедало нехорошее предчувствие, и в карету я садилась с тяжелым сердцем, до последнего провожая взглядом управляющего, пока он не скрылся за воротами поместья. Я и сама не могла бы сказать, отчего у меня настолько дурное настроение. Казалось бы, наоборот, радоваться должна – через пару часов у меня появится настоящий шанс выяснить имена убийц. Два года бесконечной гонки за местью грозили завершиться уже сегодня, или, вернее, в ближайшие дни, потому что надо было еще найти этих людей. И тогда что – свобода? А как это – быть свободной, без цели, которая заставляет тебя вставать каждое утро и двигаться вперед, к ее осуществлению? Я не имела ни малейшего представления. И еще придется расстаться с Аштаром… Хотя он оказался у меня только из-за магов и сразу было очевидно, что наши пути сошлись ненадолго, я начала к нему привыкать. Не только к жарким поцелуям и удовольствию, которое он дарил. Просыпаться в постели с мужчиной, который тебе нравится, оказалось демонически приятно. А эта его непоколебимая уверенность во всем, поразительные спокойствие и сила… Рядом с этим мужчиной можно было позволить себе расслабиться. Я уже и забыла, каково это. Слабости – не для главы рода. И вот теперь, едва я начала осознавать, насколько мне без этого было тяжело, Аштар уплывал из моих рук. Причем не существовало никаких гарантий, что вместе с ним исчезнут и новообретенные проблемы. Судя по напору Хведера, Хелсаррет, похоже, не планирует от меня отстать. Да и Мирале уже начал под меня копать, что тоже не могло не тревожить. Я позаботилась о том, чтобы моя история о пребывании у родственников с севера выглядела правдоподобно, но вдруг два года назад в спешке все-таки что-то упустила? Я беспрестанно напоминала себе слова Аштара – рано загадывать. Человек Мирале мог солгать, не явиться на встречу, да вообще могло произойти что угодно. Только как же перестать себя накручивать? В салоне кареты стояла тишина, пока мы не выехали из Тайеза. Я мучилась тяжелыми мыслями, Аштар лишь поглядывал на меня. За городом я остановила экипаж и приказала кучеру ехать в противоположную от плантации сторону – к деревне Касалес. Он удивился, но одного взгляда на стоявшего рядом со мной дроу хватило, чтобы кучер побледнел и поклялся никому об истинной цели поездки не сообщать. Мы опять сели в салон. В окошке медленно удалялись горы, у подножия которых находилась плантация. По-прежнему стояла тишина, если так можно было назвать цокот копыт, редкое ржание лошадей, скрип салона и стук колес по мощеной дороге. Аштар нарушил молчание первым. – Знаешь, я уже начинаю ревновать. Ты весь день думаешь только об этом гашишшине, забывая обо мне. Я в этот момент задумчиво смотрела на облака, цепляющие вершины гор, и вскинула изумленный взгляд на спутника, сидящего напротив меня. Неужели правда ревнует к незнакомцу, которого я вдобавок в глаза не видела? Но нет. Аштар улыбался. Значит, шутит. – Ты вообще способен ревновать? – поинтересовалась я. – Нет, – ответил он, продолжая улыбаться. – Я же знаю, что неотразим. Раз побыв со мной, ты уже не сможешь представлять себя с кем-то другим. Я хмыкнула. Опять шутит. Впрочем, в каждой шутке… – Тебе, наверное, скучно так ехать? – предположила я. Он пожал плечами. Взгляд скользнул по зеленым горным склонам. – Виды красивые, поэтому не так уж чтобы скучно. Но я бы предпочел не трястись в этой клетушке, а ехать верхом на лошади. И привычнее, и опасность можно заметить издалека, – эльф задумался и добавил: – Вообще не помню, когда последний раз ездил в экипажах вроде этого. Кажется, последние лет пятьдесят из седла не вылезал. – Пятьдесят? – ахнула я. Аштар выглядел не больше чем на тридцать. Ну, может, с хвостиком. По эльфам, правда, только демон разберет, как определять их возраст. Они же не стареют – так и умирают к тремстам годам с молодыми красивыми лицами снаружи и седой древностью внутри. Я хорошо помнила мастера Элорэля из Хелсаррета. Двести с лишним лет – а как мальчишка, даром что один из сильнейших магов обители. Хотя в глаза этому «мальчишке» заглядывать мало кто осмеливался – от них веяло бесконечностью и безжалостностью пустыни. Как и многие волшебники, Элорэль так много отдал в отплату за возможность творить мощные чары, что потерял часть себя. По-моему, за все время моего обучения он не сотворил ни одного заклинания – слишком хорошо знал, как коварна их цена. Другие наставники часто ставили его в пример и говорили, что он мудрейший из магов, живущих ныне в обители. – А сколько мне, по-твоему? – засмеялся дроу. – Ну не двадцать же? – Нет, ну… – я даже растерялась. Истории об удачливом полководце родом из Берзана ходили давно, но убивать драконов Аштар стал далеко не сразу. Может, лет пять-семь назад. Вот тогда он и стал по-настоящему известен в Сенавии. Следовало учесть еще и то, что молодого эльфа не допустили бы сразу к командирской должности, ведь у дроу хватает тех, кто гораздо старше и опытнее. – Шестьдесят? – Еще попытка? – Ну не сто же, – осторожно выдала я. В салоне уже начали скапливаться сумерки, и темное лицо эльфа становилось все сложнее рассмотреть. Зато глаза и сверкающие в широкой улыбке зубы не давали ошибиться – я опять попала в молоко. – Что, неужели двести? – совсем обреченно произнесла я. Иллех Громовержец, это же в какие прапрадеды он мне годится… – Нет, не двести, – не переставал веселиться Аштар. – Ладно, не буду мучить. Твоя предыдущая попытка была близка. Мне около девяноста. – Около? То есть ты сам не уверен? – Мои первые годы жизни были… смутными. Родителей убили драконы во время очередного нападения на Берзан. Мы жили на границе, – пояснил он. – Вырезали всю деревню, спасся только я. Никого не осталось, кто мог бы напомнить мне, в какой год я родился. Какое-то время я скитался по лесам, потом, чтобы выжить, примкнул к таким же беженцам. Откровенно говоря, я не люблю рассказывать о тех годах, потому что подростком не представлял собой достойный пример для подражания. Я и воровал, и дрался. Собственно, на драке в таверне меня и поймали. Оказалось, я вмазал в нос ка-зарвану – это вроде десятника по-вашему. Причем в том заведении он отдыхал не один, а с сослуживцами. Весь его отряд мне долго и подробно объяснял, как я ошибался, – Аштар засмеялся, но зла в его глазах в этот момент не было – только тепло от воспоминаний о добрых временах. – Мы так впечатлили друг друга, что после потасовки они позвали меня с собой. С этого и началось мое восхождение в берзанской армии. – Вот как, – я все еще пыталась осознать новость, что мужчина, который несколько ночей подряд не давал мне продыху, заставляя стонать и изгибаться под ним, еще старше, чем Мирале. – А ведь ты впервые что-то рассказываешь мне о своем прошлом. – Ну, раньше как-то не до болтовни было, – он так сверкнул глазами, что мне стало жарко. Я немного отдернула полупрозрачную занавеску на окне, надеясь, что ветер задует в салон немного прохлады. Правда, пока дневной зной не спешил отступать с тракта – все деревья рядом с ним вырубили, чтобы те во время штормов не падали на дорогу и не мешали повозкам, поэтому тенька здесь было не найти. – Спасибо, что поделился историей о молодости, – искренне поблагодарила я. – Рад, что тебя это развеяло ненадолго, но вижу, что сумрак уже опять находит на твое лицо. Что тебя так тревожит? Я угадал – это гашишшин? – Да, – я виновато вздохнула. – Не столько он сам, сколько последствия этой встречи и вообще все, что может случиться. Мирале оговорился, что гашишшин может применить магию, и теперь не могу отделаться от мысли, а что если он в самом деле маг. – Ну и что? Аштар так легко пожал плечами, что я едва не фыркнула. Конечно, простачки часто недооценивают волшебство, считая, что это одни фокусы! Только генерал темных эльфов уж точно простачком не был. – Считаешь, твой врожденный дар пересилит чары? – я покачала головой. – Ты уже доказал, что умеешь многое, но и тебя однажды поймали и взяли в плен. Не верю, что ты недооцениваешь противника, однако не пойму, что придает тебе такую уверенность в себе в этом случае. Ты уже сражался с гашишшинами? – Если не учитывать нападение несколько ночей назад, то нет. Гашишшины редко осмеливаются лезть к тем, кто их создал. Я приподняла брови. – Что это значит? – А ты не обратила внимание на очевидные сходства? – в ответ удивился эльф. – Они чернят кожу, нападают только ночью, рьяно поклоняются своему богу, и у них свой особый уклад жизни, которая проходит большей частью за закрытыми дверьми, в обособленных резиденциях. Точно так же и мой народ: мы среди всех богов чтим больше всего звездную богиню и из домов выходим только ночью, поэтому у людей может сложиться впечатление, что мы вообще их не покидаем. Про цвет кожи даже не упоминаю. – Но из этого же не следует, что они созданы вами. Аштар устремил взгляд в окно, на небо, постепенно окрашивающееся в розовые цвета. – Нет, но я знаю историю своей страны. Я уже говорил, что родина моего народа далеко на островах в океане. Хотя мы все называемся дроу и придерживаемся примерно одних правил, между нами тоже не всегда царит мир. Много веков назад племена рассорились. Большая часть отправилась через море на восток – на материк Хелот, на побережье которого основала государство Берзан. А малая часть отправилась южнее, на материк Атлика, и застряла в пустыне. Кто не погиб, тот вернулся на острова или уплыл в Берзан. Но кое-кто нашел общий язык с местными человеческими племенами и стал их обучать. Так в конце концов и появился орден. Бог у них собственный, но методы и стиль боя наши. Только подделка с оригиналом никогда не сравнится, да и живут люди не настолько долго, чтобы отточить навыки до нашего уровня. Поэтому гашишшины предпочитают сражаться с людьми, а не с теми, кто их по определению превосходит. – Вот почему они тогда отправили сразу пятерых, – пробормотала я. – И все равно не рассчитали сил. Не буду скромничать, мои умения превосходят умения обычных дроу, иначе бы никто не позволил мне взять верх над войском. В Берзане суровые нравы. Он произнес это спокойно, без эмоций, но я сразу заерзала на мягком сиденье. Об обычаях Берзана мне было известно по-прежнему недопустимо мало. Надо, что ли, заглянуть в мастерскую переписчиков – пусть поищут для своей хозяйки книгу о народе темных эльфов… У меня, конечно, под рукой источник гораздо лучше, но Аштара не хотелось тревожить воспоминаниями о родине. Почему-то казалось, что ему это не слишком нравится. Не зря же он сказал вчера, что все, о чем он мечтал, у него есть прямо сейчас? – Боевые приемы и образ жизни – это еще не магия, – напомнила я. – Заклинание мечом не разрежешь и не отпрыгнешь от него. – Мэль, я не думаю, что он маг. Вот так просто. – И почему же? – Потому что, если бы он был магом, он не был бы беглым. Гашишшины все с юга, а на юге всех колдунов давно подмял под себя Хелсаррет. Они там хуже драконов. Если впутался в эту систему, Хелсаррет тебя никогда не отпустит. Я открыла рот, чтобы возразить, – и закрыла. В самом деле, в моем случае обитель и не думала ослаблять вожжи. – Откуда ты столько знаешь о магах? – спохватилась я. – Оттуда, что драконы на меня их не раз натравливали. Когда стало ясно, что мы слишком хорошо прячемся под землей и просто пролететь над нашими поселениями и все сжечь огненным дыханием не получится, династия вей-Амранов стала использовать разные колдовские ухищрения, чтобы обрушивать наши тоннели, заливать их водой и кипятить нас прямо там. Никакой врожденный дар превращаться в тьму от этого не спасет. Выход был всего один – нам пришлось искать собственных магов, – пожал плечами Аштар. – И я нашел себе такого. Он ненавидел драконов настолько же сильно, как и я, поэтому охотно помогал войску. Я насторожилась. – И что с ним случилось? – Не знаю, – после паузы ответил он. – Судя по допросам, которые мне устраивал Хашим, драконы его так и не поймали. Думаю, его наконец настигли свои – он в свое время отказался подчиниться Хелсаррету, а там такое не прощают. Либо он просто-напросто утонул в той буре, которая разбила мой корабль. Печальные случайности происходят и с великими волшебниками, и с прославленными предводителями. Аштар продолжал смотреть в окно. Его лицо не дрогнуло, но в голосе на последних словах прорвалась тоска. У меня хватило ума и такта, чтобы сдержаться, хотя наружу рвались десятки вопросов. Как этот маг выглядел? К какой расе принадлежал? Какие заклинания использовал? Ответы или указали бы на конкретного ученика обители, или, по меньшей мере, подсказали бы, где искать того, кто научился убивать драконов. Даже если он действительно мертв, наставники были бы счастливы узнать о нем хоть что-то. Однако если я уймусь и забросаю эльфа вопросами, это обязательно его насторожит, не говоря уже о том, что расстроит. Аштар и так перенес достаточно тягот. Я потянулась к нему и накрыла рукой его ладонь, лежавшую на колене. – Прости, мне не хотелось будить неприятные воспоминания. И снова спасибо, что делишься со мной своим прошлым. Дроу отвлекся от созерцания пейзажей, посмотрел вниз и улыбнулся. – У тебя такие маленькие ладошки… – он положил сверху вторую руку, тесно и одновременно нежно сжимая мою ладонь, и поднял на меня взгляд. – Ну вот, опять тень на твоем лице, и на сей раз уже виноват я сам. Знаешь что? У меня есть отличная идея, как нам обоим повысить настроение. – Какая? – не поняла я, оглядываясь на тесный салон кареты. Большого выбора занятий он не предполагал. – Хочешь поиграть в слова? – Поиграть, – согласился Аштар и вдруг обхватил меня, усаживая к себе на колени. – Но не в слова. Дальше его голос превратился в шепот, щекочущий мою шею. – Эта игра вообще не подразумевает разговоров. Только стоны и мольбы продолжить. Он накрыл ладонью мою левую грудь, через тонкую ткань найдя сосок и мягко сжав его пальцами. Тело отреагировало само: с губ сорвался вздох, спина выгнулась. Но разум пока сопротивлялся. Мы в карете посреди дороги, демоны побери! Едем по важному делу! Сколько там осталось провести в пути – полчаса? И я даже озвучила все эти возражения Аштару, пока его вторая ладонь задирала мне платье. – Задерни занавеску, и нас никто не увидит, – парировал он на каждый аргумент, прерываясь только на то, чтобы поцеловать мне шею. – Важное дело никуда не денется. А времени нам хватит. – Но тут же просто места нет! – использовала я последний довод. – Как видишь, мы прекрасно сидим. Еще и подушек груда. Пояс на талии вдруг ослаб. Пока я искала возражения, ловкие пальцы дроу успели его развязать и положить на сиденье рядом. Затем он слегка подтолкнул меня и потянул мое платье вверх. Это было какое-то безумие. Душная, жаркая и тесная карета… Место, еще больше не подходящее для любви, чем ночной сад с совершающей обход дома охраной. Но мое тело опять этого хотело. Меня снедало любопытство, что же неутомимый дроу с не иссякающей фантазией еще может придумать, и я жаждала грубых и одновременно ласковых прикосновений Аштара к своей коже. Ни разу он не причинил мне настоящей боли, и я не боялась. Поэтому поддалась, изогнувшись и подняв руки настолько, насколько позволял потолок экипажа. Шелковое платье с шорохом легко соскользнуло с тела. Затем настал черед нижнего белья. Сильные руки опустили меня обратно на колени. Я подалась назад, ощущая обнаженными лопатками льняную ткань рубашки темного эльфа. – М-м, а сам раздеваться не будешь? – Сначала твоя очередь. Он властным движением раздвинул мне ноги. Левая рука продолжила забавляться с моим соском, правая легла между бедрами. – Ты сегодня пахнешь чем-то особенным, – Аштар глубоко вдохнул. – Жасмин? – Да, – выдохнула я, потому что шаловливые пальцы уже принялись массировать клитор. – Люблю жасмин. И еще больше люблю, когда твое тело с такой готовностью на меня откликается. Он чуть сильнее сжал грудь, а пальцы заработали быстрее. Я закусила губу, сдерживая стон, а потом подумала: да к пустынным джиннам! За несколько ночей Аштар изучил мое тело лучше меня. Он знал, как дотронуться так, чтобы меня прошило молнией и мгновенно вызвало возбуждение, и как коснуться так, чтобы я медленно расслаблялась в его руках, погружаясь в негу. Обманывать его или пытаться сдерживать свои порывы было бесполезно. Я прижалась к нему, запрокинув голову и закрыв глаза. Эльф легко нашел нужную точку, в которой удовольствие было наибольшим. Мое дыхание ускорилось. Я инстинктивно задвигала бедрами, подстраиваясь под его движения и вжимаясь в его пах. Ага, Аштар хоть, кажется, и не планировал участвовать в разврате сам, но остаться равнодушным не смог. Через штаны весьма ярко ощущался все сильнее твердеющий член. Удовольствие накатило внезапно. Я резко выгнулась, застонав, и вцепилась рукой в оконный проем. Аштар перехватил меня крепче, продолжая работать пальцами и продлевая оргазм. Когда я наконец обмякла в его руках, то еле дышала. Он гладил меня по животу, груди, бедрам, усиливая чувство сладкой неги. Наконец эльф повернул мою голову к нему, и мы слились в поцелуе. Это было прекрасно. Я запустила ладонь в густые темные волосы дроу, не желая его отпускать. Только что сама мысль заняться любовью в карете прямо во время езды казалась сумасшедшей, и вот я уже совершенно уверена, что идея прекрасна и надо почаще это повторять. – Быстро ты, – поддел Аштар. – А говорила: получаса не хватит… – Просто ты настоящий мастер, – так же шутливо ответила я, выгнулась, с легким нажимом провела ладонью по выпирающему бугру на штанах и прошептала: – А тебе поднимать настроение будем? – Еще как, – усмехнулся он. – Только теперь потрудиться придется тебе. Я охнула, когда сильные руки резко развернули меня лицом к дроу. Теперь я сидела у него на коленях, обхватив ногами его бедра. Объяснять, что надо делать, не понадобилось. Слегка смущаясь от прямого взгляда, который ласкал мои изгибы, я расстегнула ремень Аштара и высвободила член. Он имел такой же темный, сумрачный оттенок, как все тело дроу. Пожалуй, я до сих пор до конца не привыкла к этому. Я провела по стволу ладонью, сжатой в кулак. Вверх – вниз. Вверх – вниз. В общем-то, такая подготовка не требовалась – он явно был уже готов к решительным действиям. Все же какое-то стеснение заставило меня вскинуть взгляд на Аштара. Он привлек меня к себе, страстно поцеловав, и слегка придвинул ближе к себе. – Ну же, продолжай, – вдохнул он в мои губы. В полуприкрытых глазах плескалось желание. Это придало мне уверенности. Приподнявшись, я пододвинулась еще ближе и медленно опустилась на член, позволяя Аштару направить его в меня. Теперь уже я сама двигалась вверх и вниз. Поначалу было не очень удобно: мешал низкий потолок кареты, о который я пару раз чуть не ударилась макушкой, сам экипаж подскакивал на неровностях дороги, сбивая нам темп, колени упирались в сиденье так, что и груда мягких подушек не помогала. Но потом мы немного поерзали, подобрали другое положение, и я наконец вошла в ритм. Дроу не сидел без дела. Аккуратными ласками он пробуждал во мне новый огонь – и это получилось. Даже когда я, постанывая, скакала на нем с прикрытыми глазами, то продолжала ощущать на себе его руки и любующийся взгляд. Стесняться рядом с этим мужчиной было просто невозможно. Как обычно, мы достигли пика одновременно. Сквозь залившую меня эйфорию я услышала короткий сдержанный стон эльфа, и вскоре стало ясно, что продолжать движение вверх – вниз бессмысленно. Я устало опустилась Аштару на грудь, пытаясь восстановить дыхание. Он сомкнул руки на моей спине. В этот миг и карета начала замедляться. – Кажется, приехали в деревню. Видишь, все было рассчитано идеально, – засмеялся дроу. – Ну что, вы не скучали во время поездки, леди Мелевин? – Нет, – выдохнула я. Перед глазами все еще плясали разноцветные пятна. – О боги, совсем нет…