Наблюдательность

Поскольку, по словам Адаларда, мы очень сильно торопились, от предложения Эир отобедать всем вместе он отказался, пообещав заехать в гости на обратном пути и задержаться на несколько дней.

– Смотри, ты пообещал! – пригрозила ему девушка пальцем, а затем на прощание стиснула в крепких объятиях, на которые Адалард с готовностью ответил.

В порт мы с ним вернулись в компании двух слуг, тащивших достаточно массивный сундук с «моими» вещами.

– Очаровательная девушка, – вскользь заметила я, самостоятельно поднимаясь по трапу на борт корабля. А поймав чересчур пристальный взгляд Адаларда, подумала, что он не понял, о ком я говорю, поэтому пояснила: – Я про вашу невесту.

– Да, Эир прекрасная девушка, – каким-то странным, напряжённым голосом согласился он. – Правда несколько легкомысленная и чересчур восторженная, но, полагаю, с возрастом это пройдёт.

– Или нет, – возразила я. – Если ей в супруги достанется любящий и заботливый мужчина, она вполне может остаться такой же жизнерадостной и непосредственной до глубокой старости.

Адалард ничего на это не сказал, просто молча проследовал в нашу каюту, показывая слугам дорогу. Я же осталась на палубе, с удовольствием вдыхая полной грудью морской воздух и любуясь видом аккуратных мощёных улочек, по которым туда-сюда сновали люди.

– Отдать швартовы! – через некоторое время скомандовал капитан с мостика, и я, чтобы не мешаться экипажу, удалилась в нашу с Адалардом каюту.

Стоило мне войти, как Буно с недовольным писком бросился ко мне. Я наклонилась, взяла малыша на руки, – так, чтобы случайно не поцарапаться об острые шипы, – и принялась ласково гладить его по голове и спине.

– Прости, что так надолго оставила, – извинилась я перед ним. – Но и ты ведь всю ночь проспал с Адалардом! Так что считай, что мы квиты.

Буно издал забавный звук, напоминающий низкое, утробное урчание, после чего свернулся клубочком у меня на руках, всем своим видом показывая, что никуда уходить не собирается.

Я, в общем-то, не возражала, и вместе с ним уселась на своё место на полу.

Адалард, всё это время сидевший за столом, не сводил с меня пристального взгляда.

– Ты потеряла силу, – категорично заявил он, заставив меня невольно вздрогнуть.

– С чего вы, милорд, это взяли? – опасливо покосившись на него, осторожно уточнила я.

– Ты долго стояла на палубе, но ни одна доска не зацвела.

«Всё-таки заметил», – огорчённо подумала я. Вслух же сказала, свободной рукой чуть задрав подол, демонстрируя изящные остроносые туфли на невысоком каблучке: – Я в обуви. Если тонкая шерстяная прослойка между мной и доской уберегает эту самую доску от цветения, почему у кожаной подошвы туфель не может быть такого же эффекта?

Адалард недовольно скривился. После чего взял со стола маленький деревянный брусок (я понятия не имею, откуда он его достал!) и протянул его мне.

Это была очевидная проверка. И я не могла сходу придумать способ, чтобы её избежать.

– Это ни на что не влияет, – тихо проговорила я, обречённо взяв брусок в руку. Естественно, ничего не произошло, и он так и остался простым куском дерева. – Я всё равно выполню возложенную на меня миссию.

– Как, позволь узнать? – в голосе Адаларда слышался едва сдерживаемый гнев.

– Я уже говорила: я была ведьмой до того, как переместилась в этот мир и стала богиней. Да, божественные силы меня покинули. Но мои собственные остались при мне.

В качества доказательства я с помощью чар левитации переместила врученный мне брусок на стол.

Эта демонстрация Адаларда нисколько не успокоила. Напротив, он нахмурился ещё сильнее.

– То есть ты всё ещё владеешь магией, но теперь ты человек? – уточнил он напряжённо.

– Да, – подтвердила я. И повторила: – Это не станет проблемой. Просто не говорите об этом остальным.

Адалард скрипнул зубами, и опалил меня гневным взглядом. После чего стремительно покинул каюту.

А мне же осталось только гадать, что именно настолько вывело его из себя и что он собирается делать с полученной информацией.