Глава 7

— «Мы»? Не я влетела в вашу лавку с обвинениями и не у меня претензии к работе конкурентов.

— Мы не конкуренты. Мы коллеги, — сменил тон мужчина, а я насторожилась.

Сатьен придвинулся немного ближе. Кажется, я улавливала аромат его парфюма, необычный и приятный. С такого расстояния очень хорошо можно было рассмотреть усталые глаза мистера Лонга и легкую щетину на лице.

Он склонился ко мне, и было в его жесте что-то очень интимное, личное. Сердце почему-то забилось быстрее, но я не подавала виду. Вот еще! Нельзя забывать, что он мой конкурент, что бы он сам мне ни говорил.

— Вы только что прибыли в наш мир и совсем не знаете здешних порядков.

— А они у вас какие-то особенные? — спросила, прищурившись.

— Да. И довольно жесткие, но всегда можно договориться и жить мирно.

— Вы мне угрожаете? — вопросительно подняла бровь.

Это что-то новенькое. Затаила дыхание, но всем видом показывала бесстрашие.

— Нет. Предлагаю взаимовыгодную сделку.

— Я уже вам говорила, меня не интересует договор, который вы ранее подписывали с моей бабушкой, не нахожу его актуальным. Мир торговли всегда полон конкурентов, и от умения преподнести товар зависит выручка хозяина.

— Вы думаете, что так хорошо разбираетесь в торговле?  У вас была волшебная лавка?

— Нет, конечно, — не собиралась врать я, — но это не значит, что у меня нет навыков.

— Продать товар за полцены — это не искусство.

Я решила не говорить, что в лавке накопилось слишком много такого товара. Истинная причина мне не была известна, но факты налицо: никто до меня не придумал, как его сбагривать, а мне удалось продать практически половину за несколько дней. Возможно, чуть меньше, но залежей на складе не стало вовсе, а это великое достижение.

— Вы хотите посвятить меня в тонкости торговли? 

— Нет. Я хочу предложить вам продать лавку. За очень хорошую цену.

— Хм-м-м. Вы, наверное, шутите? — не поверила я.

— Не шучу. Я с удовольствием куплю у вас ее и в цене не поскуплюсь. 

— С чего вы вдруг решили, что я хочу ее продать?

— Вы не знаете всех тонкостей использования магических эликсиров, которыми торгуете, а у них есть не только положительные качества, но и побочные действия. Я предлагаю вам отличную сделку. Всю оставшуюся долгую жизнь вам не придется думать, как сделать так, чтобы товар продавался. Будете только наслаждаться богатством.

Ага, пока деньги от продажи лавки не закончатся. Не на ту напал!

— Не беспокойтесь о моей жизни, я всем довольна. Как говорят, найди себе дело по душе, и ты ни дня не будешь работать. Очень благодарна за ваше предложение, но я откажусь.

— Я вас не тороплю, — спокойно сказал он, словно ожидал такой ответ, и отклонился от меня. — Но и мое предложение не вечно. Пришлю документы с договором на продажу, возможно, они изменят ваше мнение.

С этими словами он поднялся, так и не тронув свой обед.

— Полина, — отвлек меня голос помощника.

Мы оба, как по команде, повернули головы в его сторону. Слегка удивилась такой фамильярности. А где «мисс Морэ»? Но не стала делать замечание по этому поводу, ведь в моем мире я всегда была просто Полиной, так зачем же усложнять?

— К нам пришел клиент, который приходил два дня назад. Мистер желает, чтобы его обслуживали только вы.

— Спасибо. Сейчас иду. Клиенты — это святое.

С этими словами я тоже поднялась, теперь мы стояли с Сатьеном друг напротив друга. Он хмыкнул. Не знаю, что именно вызвало ухмылку: обращение ко мне помощника или желание клиента.

— Приятного аппетита, — пожелала я и отвернулась, спиной чувствуя его взгляд. Расправила плечи, подбородок поддернула выше и пошла вперед. Я хозяйка лавки, а все остальное не имеет значения.

Уже на улице Фарон уточнил:

— Я не стал говорить при мистере Лонге, но клиент пришел с жалобой. Я уже не знал, как его успокоить, и поэтому поспешил за вами.

Тяжело вздохнула. Стоит отдать должное моему помощнику: поступил он очень мудро. Хуже, если бы Фарон с ходу рассказал, что у нас проблема.

— А на что жалоба?

— Если честно, я толком не понял, — замялся он.

Не люблю я конфликтные ситуации. Только вот очень часто попадаю в них мимо воли, и тогда держите меня семеро!

В лавку я вошла с тяжелым сердцем и предвкушением разговора на повышенных тонах. Самое ужасное в этой ситуации, что, как и сказал Сатьен, я не знала всех тонкостей о зельях, которые продавала. Да и местные законы подучить не мешало бы, но слишком мало времени я здесь еще пробыла.

На кресле для посетителей сидел пожилой человек. Он… плакал. Я даже растерялась от неожиданности. Совсем не такого недовольного клиента ожидала увидеть.

Недоуменно посмотрела на помощника, тот лишь пожал плечами.

— Здравствуйте, мистер…

— Ранидье, — подсказал Фарон.

— Здравствуйте, мистер Ранидье. Расскажите, пожалуйста, что произошло?

— Вот, — продолжая всхлипывать, он разжал кулак.

Там лежал ярлычок с надписью «горе». Я продала его за полцены, потому что срок годности подходил к концу.

— Что-то не так с товаром?

Приготовилась снова рассказать, почему этот эликсир он купил по заниженной цене.

— Да, не так!

— Что именно?

— Я его перепутал! Пузырьки у вас все одинаковые! — горестно сказал он.

Хорошо, хоть не я, а то совесть загрызла бы. Хотя мистер Ранидье прав: наш товар разливали в одинаковые бутылочки, а названия писали одним и тем же черным шрифтом. Чтобы не продать по ошибке не то зелье, я несколько раз перепроверяла надписи и озвучивала их клиентам.

— Ох, как такое могло произойти?.. — сочувственно воскликнула я.

Мне и раньше приходила мысль, что эликсиры нужно как-то отличать друг от друга. И чем дольше слушала клиента, тем больше укреплялась в этой мысли. И, кажется, я придумала, как это сделать.

— Я достал касториум и соединил его с вашим эликсиром. Вот только это оказалось не «счастье», как я планировал, а «горе», которое я и преподнес любимой. И теперь мы оба горюем, видя друг друга, — снова всхлипнул мистер Ранидье.

Я растерянно посмотрела на помощника, абсолютно не понимая, что сейчас сказал клиент.

— Что такое «касториум»? — еле слышно спросила я, наклонившись к Фарону.

Мужчина покосился в сторону двери, в которую вошел новый покупатель. Дабы не смущать его, я предложила мистеру Ранидье пройти в соседнюю комнату отдыха, скрытую от глаз посетителей. Жанер рассказывал, что именно там бабушка проводила много времени за чтением или просто о чем-то вспоминая.

Пока помощник разговаривал с покупателем, я находилась с мистером Ранидье. Он был так расстроен, что не мог собраться с мыслями и толком все объяснить. По его словам, он изготовил смесь и подарил ее своей жене. А когда она использовала ее, из-за касториума эмоция подействовала на обоих, именно поэтому сейчас он так страдал.

Когда Фарон освободился, я на несколько минут оставила мистера Ранидье пить ромашковый чай, а сама решила расспросить помощника о загадочном ингредиенте.

— Это экспериментальный эликсир. Он ненадолго поступил в продажу, но очень скоро мануфактура перестала его производить по многим причинам, одна из которых — это отсутствие срока годности. Невыгодно изготовлять товар, который долго лежит и медленно используется. Вторая причина заключается в том, что касториум усиливает чувства, которые содержатся в других эликсирах, и это не всегда приводит к ожидаемому результату.

— Как конкретно влияет этот касториум на эликсиры? — на всякий случай уточнила я, хотя в общих чертах уже поняла.

— Фактически делает любую эмоцию взаимной, а это, как вы понимаете, не совсем законно — заставлять кого-то чувствовать что-либо.

—Так как он работает? — еще раз уточнила я.

— Эликсир с чистой эмоцией действует только на того человека, который нанес себе его на кожу, но вот стоит соединить эликсир с касториумом, как зелье начинает действовать в обе стороны. Ну, то есть человек начнет испытывать это чувство к тому, кого увидит первым, и это становится взаимно.

— Я хотел внести в наши отношения немного разнообразия, сделать нас счастливее, чтобы мы оба испытывали счастье при виде друг друга… — вмешался в наш разговор клиент. Он вышел из комнаты отдыха все еще с расстроенным выражением лица.

— Вы же понимаете, что касториум запретили, чтобы не подавлять чужую волю? — спросил Фарон.

— Да. И еще я понимаю, что до конца эта смесь не была изучена по многим причинам. Я боюсь, что теперь мы будем всегда горевать при виде друг друга.

— Мне жаль, что так вышло, мистер Ранидье, — заметил Фарон. — Но это не наша вина, что вы перепутали товар да еще и смешали его с касториумом.

— В ближайшее время мы исправим это, — поспешно вмешалась я. — Вы правы, бутылочки нужно отличать друг от друга.

— Это прекрасно, но что мне делать сейчас?.. — грустно спросил клиент.

— Ждать, — уверенно ответил Фарон, — действие эликсира пройдет дня через три.

— Но осадок может остаться… — вздохнул горе-экспериментатор.

Я чувствовала, что должна хоть как-то помочь этому старику, и подарила ему зелье любви. Может быть, это немного компенсирует ту сложную ситуацию, в которую семейная пара попала отчасти и по моей вине.

Клиент ушел, а я обратилась к помощнику:

— Это должно послужить нам уроком. Нужно как-то сделать эликсиры более отличными друг от друга, иначе к нам придет еще ни один такой вот гость, — я задумчиво побарабанила пальцами по прилавку. — Может, знаете, есть ли в городе места, где можно заказать разноцветные коробки и ленты?

— Есть такая лавка, — после некоторого молчания ответил мужчина. — Магические коробки, которые не только красиво переливаются разными цветами, но и защищают свои внутренности. К примеру, если такая коробка упадет, даже самое хрупкое содержимое останется целым. Обычно их покупают для отправки посылок в дальние города, чтобы знать, что вещи внутри дойдут в целости и сохранности.

— Отлично. Нам такое и нужно. Узнайте, пожалуйста, сколько они стоят, если мы будем брать много. Если дорого, поищем обычные коробки. Главное — это предоставить покупателям упаковки разных цветов и с разными надписями.

— Уверен, нам продадут их по хорошей цене, — кивнул Фарон.

— Откуда такая уверенность?

— Коробки продает мой дядя, — замялся он. — Когда-то он купил несколько магических станков по изготовлению коробок, вот только они не очень-то пользуются спросом.

— А почему не предложить свои услуги кому-то? Хотя бы моей бабушке?

— Никому раньше не приходило в голову поставить в коробки бутылочки с эмоциями, — признался он.

— Значит, договоритесь с ним, — улыбнулась я. — Так мы поможем друг другу.

— Я быстро! — воодушевился Фарон и кинулся из лавки.

Я же решила проверить остатки этого загадочного касториума. Оказалось, у нас есть несколько таких флакончиков, только вот где они стоят, я понятия не имела, это следовало спросить у помощника.

Пока проверяла наличие касториума, заметила неточности в «Книге остатков». Фарон неправильно внес количество товара. Продано было шесть бутылочек, а записано пять. Совсем немного поработал сам, а уже допустил оплошность. В голову закрались подозрения, ведь не в первый раз заметила такое.

Примерно через полчаса Фарон вернулся с хозяином станков по производству волшебных коробок. Дядя Фарона, тоже мистер Ристон, даже не скрывал своей радости. С собой он принес образцы.

— Это то, что нам нужно, — заключила я, когда рассмотрела его товары.

Коробки имели не только разные цвета, но и формы, а надписи можно было делать любыми.

— Я так рад, что вам понравилось! Магических лент у меня нет, но есть обычные. Подберу их по цвету коробок и скопирую надписи, — правильно понял мою идею мужчина.

Он мне сразу понравился. Человек, увлеченный своим делом! Фарон же показал мне смету. В ней хозяин составил магическую калькуляцию всех затрат, мне оставалось только внести требуемое количество той или иной коробки и написать название. Цена и правда была не высокой, и я смело добавила ее к стоимость наших эликсиров с эмоциями. Думаю, люди не откажутся немного доплатить за понятность и красоту, к тому же у них всегда будет выбор: покупать зелье в коробке или без.

Выбрав все необходимое, я сделала заказ, отчего мой поставщик оказался в диком восторге и сразу же отправился его выполнять.

— Фарон, я хотела уточнить по поводу этих цифр, — указала на неточность, когда его дядя вышел из лавки. — Вы неправильно перенесли данные из «Книги продаж».

Помощник пару раз растерянно хлопнул ресницами. Не знаю, что удивило его больше: то, что я разобралась в работе книг, или то, что обнаружила ошибку.

— Разве? — он уставился на записи.

— Да.

Я объяснила ему элементарное, что, судя по его взгляду, было ему и так понятно.

— Простите, это я, наверное, не внес последний проданный товар, — оправдался он. — Торопился помочь с клиентом, ведь это и в конце дня можно проверить и исправить.

Что ж, он прав, возможно, я поторопилась с выводами.

— Кстати, по поводу касториума. Я вижу, что он у нас есть, — указала на «Книгу остатков».

— Да. Его не забрала назад мануфактура, потому что это возврат от клиентов. Люди уже успели все смешать, но не использовали.

— А мы имеем право возвращать товар? — уточнила я.

— Если пломба не снята и не прошел срок годности — да. Но этот товар, — он кивнул на книгу, — совсем другое дело. Его вернули, боясь последствий. Только три или четыре клиента не вернули.

— И где эти зелья?

— Здесь, — мужчина похлопал по прилавку. — Попросите лавку, и она откроет секретный отсек.

— Ого. У нас есть секретный отсек? — скорее лавку, чем помощника, спросила я.

— Да. Есть. К нему имеет доступ только хозяйка.

— Моя хорошая, открой, пожалуйста, секретный отсек, — попросила я. — Хочу посмотреть на эти запрещенные зелья.

Стойка, за которой мы обычно рассчитывали клиентов, разъехалась в разные стороны. Я увидела там много интересного и непонятного. Первое, что бросилось в глаза, это странного вида небольшой станок. Для чего он, я понятия не имела.

— Вот, — кивнул на деревянную коробку помощник.

Я достала ее, и секретное место тут же закрылось, пряча остальное содержимое. Поставила коробку на прилавок и открыла ее.

— Вот это нам вернула одна пожилая дама, — Фарон взял в руки небольшую баночку с крышкой. — Она хотела влюбиться в своего мужа. Кстати, миссис до сих пор покупает у нас «любовь», но именно это средство вернула.

Я начала доставать емкость с надписью «Радость», а в это время мой помощник зачем-то открыл «любовь», но не удержал. Секунда — и баночка упала на мои ладони, выбив из рук бутылочку с «радостью».

— Ой! Простите! — невинно воскликнул Фарон

«Радость» упала на пол, но не разбилась и закатилась под прилавок. Даже не задумавшись, присела, чтобы вытащить бутылочку с эмоциями, и в этом положении уставилась на свои руки. Содержимое «любви» попало на тыльную сторону ладоней, быстро впитываясь в кожу. Фарон стоял по другую сторону прилавка, поэтому я не видела его выражения лица, зато на двери звякнул колокольчик, предупреждая о посетителе.

Подняла «радость» с пола и встала, пытаясь убрать «любовь» с рук, вытирая их о брюки, но, кажется, делала только хуже, средство лишь распространилось на б о льшую площадь кожи. В этот миг я глянула на вошедшего.

На меня будто повеяло весенним ветром после долгой зимы — нос уловил изумительные нотки парфюма этого мужчины, который полчаса назад я ощущала так близко в трактире. От воспоминаний по коже побежали мурашки. На мгновение закружилась голова, пришлось даже схватиться за стойку, чтобы не пошатнуться. В дверном проеме стоял мистер Сатьен Лонг с документами в руках.

Сердце радостно кувыркнулось в груди, а дыхание сбилось. Никогда до этого момента я не испытывала таких сильных чувств. Хотелось прямо в ту же секунду броситься к нему, обнять, прижаться и раствориться в этом человеке. Почти не соображая, что делаю, я вышла из-за прилавка, и медленно пошла ему навстречу, еле сдерживая себя, чтобы не кинуться со всех ног…