Глава 8 · О дайте, дайте мне свободу, я свой позор сумею искупить, еще не так сумею начудить…
Час спустя
«Уходим!» – скомандовал Эльрих и вдруг воззрился на меня. Спасатели уже вылезли из поезда, я забрала наши с Гретом кольпы, которые срочно требовали подзарядки, буквально голосили о ней, и вся наша дружная компания собралась ретироваться из портала.
Однако почему-то айн все еще медлил.
«И чего стоим? Кого ждем?» – уточнила я, чуя подвох.
«Вашей команды, хозяйка! Вы меня уже не раз дрессировали. Помните! Здесь распоряжаюсь я! Здесь приказываю только я! И все такое… Я по привычке команды еще раздаю, но уже научился ждать вашего разрешения…»
Я хихикнула. Грет проворчал: «Шут гороховый, тебя бы на горох всеми мягкими местами».
«Богатый личный опыт? Места становятся мягче, отвлекаешься от неправильных мыслей о женщине…»
Эльрих, естественно, дал отпор терлу. И тот, как всегда, не сумел парировать язвительный выпад.
«Ладно. Выходим».
Я махнула рукой, как обычно, и направилась в зал ожидания.
…Уфф… Вдохнула с облегчением нормальный воздух, без токсичной магии портала и даже пошатнулась.
Как всегда, придержали меня с трех сторон: Камиль, Эльрих и Грет.
«Да уберите вы руки!» – возмутилась я. – «Нормально все! Если возвращаться с работы в час ночи – вообще нормально!»
Я кивнула на время, что показывали все еще работающие в сцепке кольпы.
– Ого! Я только читал об этом! Ну что, время внутри незакрытого портала и снаружи течет по-разному! – радостно сообщил Камиль, словно ничего лучше он никогда не слышал: – Надо же! Все правда! Мы вошли в портал где-то… хм… около восьми вечера… А вышли, получается, в час ночи. Внутри по нашим кольпам мы провели около полутора часов…
– Да! Фантастика! Потратил полтора часа, потерял шесть! – съязвила я. – Если ни у кого больше нет восхищенных сообщений, всем спать. Грет!
– Да, хозяйка! – он так обрадовался, словно я его на свидание пригласила.
– Сообщи ремонтникам, что нужно будет найти поезд и вытащить его.
– Да, хозяйка.
– В общем, всем спокойной ночи! Надеюсь, хотя бы до завтра не встретимся! Со всеми, кроме Камиля! – не удержалась я от очередной хохмы.
– Встретимся! – возразил Эльрих.
Я обернулась к айну, чтобы понять – он совершенно бессмертный или просто заимел знакомых некромантов. Если этот варвар напрашивается на свидание… После такого вечера. Убью… Нет, не убью… Замурую в гору и так там оставлю…
Буду время от времени приходить кормить, как домашнего питомца.
Эльрих широко улыбался. Я уже и забыла эту его счастливую, довольную улыбку. И вот опять…
– Да не волнуйтесь вы так… – хмыкнул айн. – Я обязательно увижу вас во сне. С момента нашего знакомства вы постоянно приходите в мои грезы, фантазии…
– Надеюсь, я там прилично выгляжу? – возмущенно зыркнула я на Эльриха.
– Эм… Я же не знаю, что считается приличным у вас, на Земле? У нас женщине достаточно быть такой прекрасной, как вы… Ничего неприличного в ней быть не может… Вон, Грета хоть спросите!
– Я тебе язык сейчас вырву! – рыкнул терл.
– И зря будешь стараться. Есть же телепатия! – парировал айн.
– Слушай… ты давно нарываешься… – огрызнулся Грет.
– Я не расслышал… Что там я нарвал? Цветы для Линеи? Скажи спасибо, что не твои уши в подарок. Ты же помнишь, что мои предки дарили любимым женщинам ожерелья из частей тела врагов… Что-то более интимное, боюсь, у тебя слишком большое и неэстетичное…
Грет дернулся в сторону Эльриха, и я рыкнула:
– А ну ша! Разошлись по углам ринга! Я вас предупреждала, серьезно и честно! Либо прекратите склоки, либо…
– Меня уволите, ему запретите являться на Кару… – тихо ответил на мой испепеляющий взгляд Грет.
– А поэтому все расходятся по домам!
Я не стала больше пикироваться с варварами, решила отдохнуть, немного набраться сил, чтобы продолжить воспитание Эльриха и Грета в уже более бодром расположении духа. Взяла Камиля за руку и шагнула в свой дом.
Сын отправился в свою комнату. Я – в душ. Теплая вода совершенно разнежила и расквасила. Тугие струи ласкали тело, массировали, успокаивали.
Я едва нашла в себе силы, чтобы вытереться, и рухнула в постель…
Последней мыслью было: «Хоть вся Кара пусть рухнет, я раньше шести утра с кровати не встану!»
* * *
Тремя днями позже
Камиль обнял меня – крепко, совсем по-мужски, и у меня слезы из глаз полились. Вот просто так – потоком, неуправляемо и очевидно.
– Ма-ам… – знакомо позвал сын. – Ну чего ты опять? Я же еще приеду! И даже не раз! Мы ведь два дня провели вместе! Ты даже выходные взяла… Ни тебе Грета, ни Эльриха, ни застрявших в порталах поездов, ни варварских споров. Только мы, озеро на Каре и небольшой дом отдыха…
– Да-да! Еще вспомни, как обыграл меня в карты!
– А потом мы вдвоем обыгрывали всех подряд: землян, иномирцев…
– Они не иномирцы. Они – местные. Это мы с тобой тут иномирцы… – всхлипнула я.
– Ну согласись! «Погоны» рохцу были весьма к лицу!
– Когда ты ему шестерки на плечи положил, этот варвар вскочил, порвал колоду, отбросил стол, сломал стул о колено… А стул, между прочим, был из фулката!
– Ага… А потом умолял нас еще раз сыграть. Эти варвары такие забавные…
– Не все… А ты меня с ними бросаешь…
– Ма-ам… Тебе до меня один портал! Наша Академия расположена прямо у входа в измерение Кары! Ты за пару минут доберешься до нашего мира-кармана!
– Знаю… Где бы прикупить лишних пару минут в сутки… – вздохнула я. Снова прижала сына к себе, прикрыла глаза и пропиталась этим ощущением. Он здоров, он весел, и он у меня просто умница. Разве не это счастье любой матери?
Слезы немного высохли.
– Ну, все. А то я свой самолет пропущу!
Камиль запрыгнул на трап и скрылся из виду.
Округлая «тушка» самолета приподнялась над «зоной отправки». Она образовывалась в момент включения портала. В самом центре зала ожидания открывался большой пространственный карман, и его тотчас окружало силовое поле. Охранники с заклятьем отчуждения тоже не дремали, следили.
Пассажиры не предъявляли билеты на пунктах проверки, не показывали паспорта на таможенном контроле и посадочные талоны стюардессам. Пройти внутрь временного пространственного кармана с самолетом могли лишь те, кто зарегистрирован информационной службой Кары на рейс. Если кого-то добавляли срочно, их проводили охранники при помощи специальных кодов на своих кольпах.
Пространственный карман позволял сэкономить место в зале ожидания. Самолет и поезд сюда не поместились бы. А вертолет и автобус не смогли бы доехать или долететь внутри закрытого помещения. Однако все происходило куда изящней и интересней.
Со стартовых площадок транспорт телепортировался сразу в пространственный карман, который разворачивался рядом с порталом строго по графику.
Кроме меня, почти никто не имел права пройти внутрь силового пузыря, что окружал зону отправки. Провожающие остались за его пределами. Но я решила один раз позволить себе больше, чем остальным. В конце концов, если все нервы, что я тут угрохала, скрутить в общий клубок, наверное, можно всех жителей семимирья обеспечить натуральными вязаными топиками. Хоть какой-то минимальный профит я же должна получить?
Кроме того, в момент отправки транспорта вокруг портала образуются завихрения пространства.
Если они попытаются меня утащить, прыгну ближайшим пространственным коридором – и вся недолга. Для любого другого подобное «приглашение» в гости между скрученными частями пространства – то самое предложение, от которого нельзя отказаться. Причем, с тем же результатом, что и в случае такого «предложения» мафии.
Камиль постучал мне в иллюминатор из йонорского пластика, и я помахала сыну рукой.
Попятилась из силового пузыря и… практически налетела спиной на мощное, горячее варварское тело. Вот же! С каких пор моя спина и пятая точка стали магнитом для крепких мужских тушек? После случая с Гретом, это выглядело уже прецедентом. Еще немного – и придется вешать на спину и попу какие-нибудь приспособления для защиты от варварских прижиманий.
Уже по запаху: немного терпкому, с ноткой чего-то освежающего, наверное, туалетной воды, я поняла, что неприятности не ходят одна без другой. Сын уехал, значит, должен приехать тот, кого не звала.
– Отойди от нее немедленно! – послышалась предсказуемая реплика Грета. Я знала ее почти до пауз между словами.
– Пошел ты… – и это я тоже предсказала бы без проблем.
С этой парочкой заработать репутацию провидицы – раз плюнуть. В принципе, как и нервное истощение…
Я крутанулась на пятках и обнаружила, что Эльрих и Грет словно пытаются удержаться на одном пятачке суши посреди бескрайнего океана. Настолько они оспаривали кусочек пола передо мной.
– Грет – вправо, Эльрих – влево! – скомандовала я, подкрепляя слова широкими жестами. Кто знает этих варваров? Лучше подстраховаться, дать все возможные пояснения, вплоть до «субтитров». – Что вы тут вообще делаете?
Айн улыбнулся так радостно и довольно, что стало ясно – на Каре очередная катастрофа. Причем, достаточно серьезная, чтобы вызвать спасателей. Однако Эльриху удалось удивить меня. Даже не знаю – приятно или нет…
– Пропал рог Хербота! – выпалил он так, словно сообщал, что победил во всех Олимпиадах семимирья, завоевал все плодородные земли и – чисто так, до кучи, на кураже – укротил всех динозавров планеты Ата, заставив их прыгать через горящее кольцо.
– В смысле пропал? – немного растерялась я.
Рог Хербота считался мощным и очень редким артефактом и продавался в наших магазинах для магических сувениров за огромные деньги. Херботы напоминали земных хамелеонов огромных размеров. Каждый из них имел два рога: ложный и настоящий. Только в настоящем содержалась та самая энергия, которая помогала творить магию. Но самое любопытное – рог собирал эту субстанцию, вытягивая ее отовсюду: из природы, из космоса, из окружения. Только не из гуманоидов-магов. Причем, вовсе не из соображений гуманности или уважения к более разумным и высшим формам жизни, что стоят куда выше по пищевой цепочке и способны разделать его тушку на жаркое. И даже не из страха, что варвары семимирья за это истребят не только херботов, но и вообще – всех ящериц, рептилий и даже земноводных в измерении. Хотя подобный исход просто напрашивался.
Не-ет! Просто у гуманоидов, что имели магию, эта энергия тесно переплеталась с аурой, и последняя словно удерживала первую.
Рог Хербота одновременно мог быть очень полезен и опасен. Он работал, как магический аккумулятор, притом почти вечный благодаря особенностям. Однако мог и втянуть в себя энергию других техномагических конструкций, если те не защищены от подобного. На Каре почти все устройства были экранированы особенным силовым полем… Все, кроме…
Ой… О-ой… Упс… Вот же ж!
Я только спустя несколько мгновений смекнула, что произнесла эту невероятно содержательную, наполненную информацией тираду вслух. И почему-то даже не удивилась, что варвары меня поняли. Это же их любимый диалект: ранний гибонский! Еще несколько дней назад они общались на подобном и отлично друг друга понимали!
Эльрих радостно закивал:
– Ага.
Грет слабо кивнул тоже.
Открытие настолько меня ошарашило, что я даже не сразу обратила внимание на то, как Грет позволяет айну докладывать мне обстановку на Каре и даже комментировать, но не вмешивается.
Я покосилась на терла. Уж не заболел ли? Сколько раз за последнее время я задавалась подобным вопросом? Не вспомню даже. Грет вел себя все более и более странно и непривычно.
Уж не знаю, как он угадал направление моих мыслей, но помощник развел руками:
– Кажется, рог Хербота похитили в мое дежурство…
И спрятал глаза.
Та-ак! Еще немного, и этому верзиле придется прятать глаза в карман, если он не умеет ими правильно пользоваться. То есть, следить за происходящим под носом.
Я подошла к помощнику, освещенная восторженной, полной ликования улыбкой Эльриха, равной, я думаю, заряду электроэнергии, способному обеспечить током десятки городов. Причем, на несколько суток, как минимум. Айн уже не впервые демонстрировал мне «все оттенки радостных улыбок варваров». Было познавательно, ибо до недавнего времени я хранила твердую и нерушимую уверенность, будто единственное, что транслируют улыбки варваров – это нахальство и скрытую агрессию. Но так чтобы после их улыбок рука инстинктивно не искала аптечку с персеном… это уже что-то новенькое – разрыв шаблона, я бы сказала.
– То есть, мы выковыривали пассажиров из поезда, восстанавливали питание аварийного устройства удержания выхода из портала, пытались застопорить движение пластов материи… В общем, шесть часов жизни насмарку! Это, что, по-твоему, рациональное использование бессмертия хозяйки вредной горы? Я занималась очередной катастрофой вместо того, чтобы общаться с сыном! И все из-за того, что ты тупо «зевнул»? Как ты мог не заметить, что рог похищен?
– Эм… Вот пусть владелец магазина все и объясняет, – обиженно пробурчал Грет. – Это лавка Вина. Кто бы мог предположить, что с рогом вообще полезут в портал? Прямо в его нутро!
– Стоп! – я уже было двинулась в сторону злополучной лавки артефактов, но оглянулась на Эльриха: – У меня два вопроса. Зачем вы здесь? И, получается, кто-то из спасенных нами три дня назад из поезда – диверсант?
– Эм… – айн улыбаться не прекращал и, похоже, не планировал в ближайшие сутки. – Первое: Я счел похищение рога Хербота опасным для некоторой техномагии Кары, поэтому лично прибыл для расследования! Я не могу даже на минуту допустить, чтобы вам грозила опасность! Второе: Да. Думаю, кто-то из поезда воспользовался артефактом для диверсии. Правда, по моей версии, планировалось кое-что другое. Но получилось то, что получилось.
– Я надеюсь, вы уже сообщили об этом в полицию? Дабы всех пассажиров, что сели на транспорт и затем были спасены из портала, нашли и опросили как следует? При необходимости – проверили на техномагических детекторах лжи?
– Да, моя госпожа! Невзирая на то что вы еще не отдали мне это ценное распоряжение, не скомандовали даже «фас»… Я взял на себя смелость опередить время и сделал пару нужных звонков. Ребята из полиции и спецподразделения уже занимаются…
– Я надеюсь, новое стадо слонов под кодовым названием «группа для расследования диверсий» к нам не пришлют? Мы после предыдущего-то наводить порядок не успеваем. Только приберемся в файлах на кольпах, как уже надо прибираться в оружейной нашей охраны. Только заново настроим мониторы управления порталами, как требуется срочно настроить на позитив сотрудников информационного бюро, куда наведывалась «группа для расследований». Только усмирим сотрудников погрузочного цеха, которые бунтуют против варварских набегов ваших исследователей, как надо уже усмирять магические аномалии, что возникли в результате их посещения Кары. Мне так придется удваивать штат!
– Нет! Начальство полностью доверяет старому стаду слонов!
– Еще бы! Мои сотрудники не уволились и не повесились после их вторжения только из нездорового интереса. Очень хотят увидеть, чем же дело закончится.
– Ну, ведите меня в лавку артефактов. Посмотрим, что там скажут на тему, почему мне не сообщили о происшествии немедленно!
– О! Это очень занимательная история! – Эльрих словно о мировом литературном бестселлере повествовал. Впрочем, с него станется! Если айн перестанет улыбаться, как умалишенный, при нашей встрече, наверное, тогда я начну беспокоиться уже всерьез.
Эльрих и Грет двинулись впереди, показывая дорогу и слегка толкая друг друга плечами. Ну, как слегка? Шарики в виде животных, сердечек, цветов, наполненные местным вариантом гелия – очищенным газом «стерлан» – что оказались на нашем пути, отлетели в другой конец зала для отдыха. Причем, что характерно – вместе с металлической стойкой, на которой крепились к стене. Стена, по счастью, отделалась легким испугом и незначительным повреждением – крючок, придерживающий стойку, был вырван с корнем. И я бы даже посочувствовала продавцу… Если бы тот не ушел куда-то. Вот не надо бросать пост! С другой стороны – детишки моментально собрались вокруг стойки с шариками и продажи пошли гораздо бодрее. Ибо ребенка можно остановить, когда он только хочет схватить дорогую игрушку. Но когда он уже ею завладел… сжал в руках, тискает, улыбается… это совершенно нереально. В целом, можно сказать, это был удачный маркетинговый ход.
Следующей досталось «арке любви и дружбы». Это такое место на Каре, где мы проводили разные церемонии. Бракосочетания, примирения врагов и прочее.
После встречи с плечом айна, а затем и с плечом терла арка закачалась и начала дребезжать.
– Эй, вы! Господа «мы пролезем даже в игольное ушко, просто после этого вы его не узнаете…» Поосторожней! – сделала я замечание.
Варвары оглянулись синхронно, словно тренировались.
– Между прочим, эта арка для тех, кто вступил в брак или помирился! – добавила я для пущего эффекта.
– Ну, те, кто вступил в брак, например, шагнул, а от пола отлетела плита и ударила по лбу – они-то как раз и оценят. Те, кто помирился… на моем веку еще ни одно примирение не обходились без легкой драки «на посошок». Кажется, это у вас так называется?
До этого момента я думала, что говорить и улыбаться во все лицо одновременно – это такой цирковой трюк, подвластный разве что обслуге в Европе. Там без улыбки нельзя даже послать клиента к чертям собачьим. Такие правила. Хочешь выставить из бара хулигана, что все громит и пристает к девушкам? Вначале нужно доказать ему, что у тебя все тридцать два зуба на месте. Даже если потом парочки и не досчитаешь. Только тогда ты европеец и право имеешь…
Хочешь попросить пьяного пассажира не орать на весь салон гортанные песни? Будь добр сначала улыбнись ему как следует, даже если от перегара у тебя челюсти сводит. А кому жить в Европе легко? Может, мужик потому и наклюкался, с горя и от тяжести этого бремени. Попробуй спокойно и без «поллитры» посмотреть детский мультфильм про русалочку с Тритоном трансгендером, темнокожими блондинками – его дочерями и гей парадом вместо бала. А потом еще объяснить любознательному ребенку, как вышло, что у прекрасного принца два папы и ни одной мамы? При этом не используя ни одного матерного слова!
Однако Эльрих делал всех этих мастеров жанра на несколько корпусов.
– Хочу вам напомнить, что это моя Кара! – я сделала такой акцент на последнем слове, что пассажиры повскакивали с кресел в зале ожидания, который мы проходили, и рванули подальше. То ли слово «кара» поняли неверно, то ли в моем голосе услышали намек, обращенный к Эльриху и Грету. Варвары остались невозмутимы. Эльрих, видимо, не мог испытывать рядом со мной других эмоций, кроме радости и удовольствия. Ну разве только: непомерную радость и неописуемое удовольствие. А Грет уже немного привык к моему экстравагантному способу дать понять, насколько он не прав, после которого птицы падали с деревьев, и лавины карабкались назад, вверх по горе. – Разрушать здесь могу только я!
– Моя госпожа! – моментально нашелся Эльрих, продолжая вышагивать и оглядываться так, словно у него глаз больше, чем у паука, и обзор, как минимум, 360 градусов. А то еще и низ с верхом захватывает. Впрочем, если носорог в джунглях не смотрит, куда идет – это не его проблема, а только тех, кто попадается животному на дороге. Все это понимали – огибали нас по широкой дуге. – Никто ж не спорит! Но должны же мы протестировать, насколько качественно поднимают настроение разрушения в этом месте? Вдруг вы не получите того эффекта, который ждете? Мы эти, как их – испытатели!
– Вы будете летчиками-испытателями, которые проверяют можно ли без крыльев и вообще без летательного аппарата реять над Карой на воздушных потоках. И самое главное – как выглядит при этом приземление, если не прекратите сию же минуту!
– А можно нам в полете прихватить пару кувалд? Ну, чтобы зря время не тратить и обменяться – как бы это выразиться – комплиментами от шеф-повара?
– Почему от шеф-повара? – ну не могла я не спросить айна – признаюсь, заинтересовал, получилось.
– Ну шеф-повар же готовит отбивные? Разве нет?
Грет опять безнадежно проигрывал. Угрожать, рычать, требовать и рассыпаться в креативных оскорблениях – это ему было вполне по плечу. Но вот хохмить… тут он явно оказался не в одной весовой категории с айном. Поэтому пока тихо, но яростно отсиживался на скамейке запасных.
Однако настал и его звездный час.
– Мы пришли! – радостно заявил Грет, опередив Эльриха на секунды, насколько я поняла, заметив, что айн тоже открыл рот и даже набрал воздуха в грудь.
Подобных лавок на Каре было великое множество. И все они походили одна на другую, с небольшой лишь разницей в виде названий, вывесок и оформлений витрины. Тут владельцы бизнеса на Каре проявляли фантазию, сравнимую разве что с фантазией сочинительниц романов в жанре «современная проза». Этих шедевров, по сравнению с которыми фэнтези и фантастика – просто небольшое преувеличение реальности. Книгах о миллионерах, которые лет эдак до тридцати пяти ждут единственную и неповторимую. При этом ведут вполне себе подобающий миллионерам образ жизни: гуляют и ни в чем себе не отказывают. Затем встречают серую мышку, которая, к тому же, едва ли закончила школу. Ее неземная глупость, наивность, полное отсутствие красоты и изящества, или чего-то еще подобного, поражают их в самое сердце. Они бросают пить, курить, гулять, ругаться матом и… заниматься бизнесом. Ну, какой уж там бизнес? Если они круглые сутки то пытаются соблазнить девицу, то дарят ей дорогие подарки и водят по фешенебельным ресторанам, то снова пытаются соблазнить… Когда же им еще и работать? Тут спать и есть не всегда успеешь. И все-таки, если работать им решительно некогда, зарабатывать миллионы они по-прежнему успевают.
Как? Так это же СЛР! Совершенно левая реальность! Чего же еще вы хотели?!
В конце хэппи-энд.
Герой разоряется, ой, разоряет конкурентов уже тем, что вообще не занимался бизнесом. Что не мудрено. Ведь бедолаги угодили в психушку спустя несколько месяцев и тщетных попыток разгадать, как можно вообще не работать, не следить за предприятиями, не проверять, что же делают там вообще подчиненные, но все равно зарабатывать больше них. Миллионер же уезжает с любимой в закат… эры реалистичной прозы.
Но и это еще не все! Временами миллионер – бандитский главарь-убийца, что плачет над синяком на мизинчике героини, травмированный в детстве злобной мачехой извращенец и нежный, внимательный, трогательный любовник. Строгий, жесткий и властный босс, который не увольняет героиню за прогулы и хамство ему – строгому, жесткому и властному боссу.
В общем, наги, драконы, императоры космических империй могут только расписаться в своей полной нефантастичности.
Ну, так вот… Что-то я отвлеклась…
Некоторые наши предприниматели, дабы завлечь клиента проявляли фантазию не меньше, чем те, кто создавал столь многословно описанные шедевры.
Из последнего. Несколько дней назад я проходила мимо витрины лавки «Артефактов удачи». На ней транслировались картинки и надписи. Вначале демонстрировался пейзаж. Он выглядел как планета после взрыва всех вулканов, метеоритного дождя и Цунами на всех континентах. Я даже остановилась от удивления, глядя на этот песец в стиле позднего апокалипсиса и прочла надпись: «Он забудет, что вы не убрали квартиру, не сварили обед и не постирали белье, когда посмотрит в ваши глаза и с головой утонет в пучине страсти. Наши артефакты любовной удачи – лучшее, что нужно женщине».
Ну да, если женщина не может сообразить, что для уборки, стирки и приготовления еды в семимирье нужно покупать техномагические устройства, а не амулеты… Тут остается надеяться только на удачу.
Правда, я не была уверена, что в том помещении, что демонстрировала реклама, эта женщина сможет найти своего мужчину, не то чтобы уголок, дабы предаться «пучине страсти».
Злополучная лавка, куда мы и прибыли напоминала ювелирный магазин, на всех витринах-экранах которого летали феи с разными артефактами. Время от времени всплывала надпись: «Стань фейри».
– Вы, конечно, знаете, что фейри – это порошок для мытья посуды? – инстинктивно пошутила я на такой креатив.
Хозяин лавки – квархон Вин зе Стах, выше меня на голову и поперек себя шире – в футболке и брюках, подозрительно похожих на джинсы, только удивленно приподнял брови. Эльрих и Грет хихикнули. Айн при этом указал на «прикид» коммерсанта и уточнил:
– Что? Американцы и сюда добрались? Меняли золото и драгоценности на стеклянные бусы?
– А?
Я не стала объяснять потрясенному квархону, что мы не на древнечемерском балагурим. Просто шутим на тему, что он выменял эту странную одежду у ушлых ребят, которые взяли за нее ценные артефакты. С места в карьер распорядилась:
– Рассказывайте!
Мой тон ясно давал понять владельцу злополучной лавки магических ценностей, что надо быть максимально открытым. Прямо как на духу. Иначе… либо варвары в попытке добыть информацию выбьют из квархона этот самый дух, либо я сумею найти ключик к откровенности собеседника. Вот только «замок» потом уже никогда не будет прежним и сильно пожалеет, что его пытали не варвары.
– Проходите, хозяйка! Проходите, господин Эльрих, господин Грет. Я чайку сделал с чабрецом, китайским лимонником, малиновыми и смородиновыми листьями…
Вот же! Знает мое слабое место выходца из Татарстана. Сладости, пицца, в конце концов – драгоценности и меха… этим меня не взять. Но вкусным чаем, с травами, свежезаваренным… М-м-м… этим меня всегда подкупить можно. И сотрудники Кары хорошо изучили слабость начальства.
– Ладно, – смягчилась я. – Пойдемте в подсобку. Пообщаемся.
Местные продавщицы, в основном халомки и чемерки, старались не попадаться мне на глаза. Полки, похожие на те, что расставлены в книжных магазинах, на первый взгляд казались совершенно незащищенными, как и артефакты, что на них покоились. Однако мы знали, что каждую полку окружает «силовое поле короткого отчуждения». Посетитель мог подержать вещицу в руке, если, конечно, она не относилась к хрупким и мнущимся. Но стоило ему попытаться оттащить артефакт от полки хотя бы на метр, товар втягивало обратно на место. При повторной попытке силовое поле вокруг вещицы отталкивало упорного клиента.
Я нарочно прошла мимо любимой полочки – с амулетами-кулонами. Внутри прозрачного или цветного куска декоративной смолы застыли листики клевера, усыпанные то сердечками, то блестками, то камушками…
– Для хозяйки могу бесплатно выделить амулеты! – уловив направление моего внимания, тут же среагировал на него Вин. – Пятилистники приносят исполнение желания, четырехлистники – удачу. А двухлистники, – квархон многозначительно подвигал бровями и оглянулся на варваров, что вышагивали сзади. – Двухлистники дарят любовь… и… страсть…
Он еще раз оглянулся на Эльриха с Гретом.
– Простите, но я покончила с романтикой еще в своем мире! – попыталась отбиться я.
– Неправда! – возразил из-за спины Эльрих. – Я спрашивал у романтики! Она еще жива, только слегка ранена и контужена!
Вин засмеялся, Грет проворчал свою мантру «Шут гороховый».
А я решила в кои-то веки продолжить мысль помощника, раз уж у того не хватало таланта развить из нее хорошую шутку.
– Эльрих! – обернулась я к айну. – Обещаю, что, как только мы организуем концерты стендаперов на Каре, вы будете первым, кого мы пригласим сделать шоу.
– Шоу или шок? Я не очень хорошо владею семимирным наречьем… Разные нюансы там… Могу что-то не то сотворить… Вы уж тогда не обижайтесь. Я ведь всего лишь неграмотный варвар…
– Это не семимирный диалект! Это русский язык!
– Да? Не заметил! Видите, как вы меня выдрессировали. Один взгляд – и я уже боюсь шагнуть из портала, второй – начинаю говорить на нужном вам языке. Еще немного и стану приносить вам в зубах…
– Надеюсь, хотя бы цветы, а не тапочки? Не люблю тапочки, обслюнявленные варварами…
Мы как раз вошли в подсобку, хорошо освещенную круглыми светильниками по всему потолку. Хаотично разбросанные, разного размера, они напоминали звездное скопление. Также был оформлен и сам магазин.
Здесь было все, чтобы не только жить, но и пережить нашествие туристов. Большая комната совмещалась с санузлом, весьма комфортным и приличным, как я помнила. Там даже ванну установили – хочешь лежи, релаксируй.
Основное помещение тоже было со всеми удобствами.
Огромный чайник, хранилище готовой еды, стол с большим кольпом, что явно имел связь со всем семимирьем. Несколько пышных кресел из фулката с уже знакомой мне гелиевой обивкой, что подстраивалась под тело, могли также раскладываться в виде постелей.
Иной раз Вин, действительно, тут ночевал, в ожидании поставки редкой ценности или, наоборот, наплыва покупателей из-за внеочередного ВИП-рейса спозаранку. Как выражались некоторые коммерсанты Кары: «Есть клиенты, которых нельзя допустить, а есть те, которых нельзя упустить. С первыми – нетрезвыми или неадекватными – разбирается охрана, но со вторыми лучше разбираться самому, дабы разобрать все их лишние деньги».
Квархон заботливо рассадил нас, вручил каждому по чашке с чаем. Мне, разумеется, самую большую. Знал, зараза, как расположить к себе хозяйку вредной горы. Да, я, действительно, сразу подобрела.
– Ну, а теперь давай уже, это твоя лебединая песня, – поторопила я Вина. Тот кивнул.
– В общем… Рог Хербота поступил в магазин пару недель назад. Я лично принял его и проверил подлинность артефакта…
– Как проверил? – уточнила я.
– Как обычно, – слегка насупился Вин. На его лице прямо было написано «я ведь не вчера родился, с артефактами на «ты»». Я натянула на свое лицо выражение «ты мне еще поговори, поговори…» и посмотрела на квархора взглядом, после которого некоторые животные с нестабильной нервной системой начинают гадить по всем углам. Квархон понял все правильно и скорчил приветливую мину. Выглядело, как в фотошопе, когда на злую физиономию клеят улыбку, но я придираться не стала. Варвары вообще не особо владеют искусством дружелюбных улыбок. Разве что с точки зрения акулы.
– Ты продолжай, продолжай… – таким тоном убеждают полицейские бандита, что шел грабить ювелирную лавку, но заметив рядом машину с характерными мигалками и «дизайном» притворился, будто просто прогуливается.
– В общем. Вначале я проверил рог магическим сканером. Он показал мощный заряд, один из самых больших, что я видел у подобных вещиц. Потом я приложил рог к пробному простейшему технозаклятью. Оно перестало работать. Рог был настоящий, это точно!
– А что потом? – я глотнула чаю, как подспорье собственному спокойствию. Несчастное, оно вот уже с неделю пыталось отбросить копыта, но я усиленно делала ему реанимацию, исключительно в целях безопасности окружающих. Спокойствие плакало, просило об эвтаназии, но я была непреклонна.
– Потом я поместил рог Хербола в магическую капсулу и поставил в закрытую витрину. – Ну вы видели такие, из йонорского стекла. Никакой магией не пробить. Ракета попадет – магазин в хлам, а витрина целехонькой так и останется. Сама же капсула не только охраняет окружение от энергии рога, но и при попытке его похитить, включает сирену.
– Дальше…
Становилось все интересней и интересней. Похоже, что рог охраняли довольно серьезно.
– Дальше – рог лежал себе, лежал. Его смотрели, про него спрашивали. Но никто не покупал. Такой ценный товар редко быстро находит владельца. Во-первых, он стоит немалые деньги. Во-вторых, его сложно перевозить. Сами знаете, нужно приобретать специальный контейнер. В идеале еще и крепить его на свою ауру, дабы не похитили злоумышленники. При такой перевозке украсть рог незаметно можно только отправив владельца в кому. Иначе, его аура почувствует неладное раньше, чем сообразит хозяин. Включит сигнализацию на капсуле, а заодно четыре парализующих заклятья. В итоге – вор не только окажется обездвижен, но и немедленно приедет полиция… В общем, можно путешествовать с рогом, но это дополнительная нагрузка на ауру и кошелек…
– Я в курсе. Ближе к делу. Рог смотрели в присутствии продавщиц?
– А как же! Если на роге сосредотачивали внимание дольше пары секунд, витрина мне сигнализировала, и я сам, лично, появлялся в магазине. Кроме того, получали сигнал и охранники. Так что один из них также приходил и останавливался рядом с посетителем.
– То есть, рог разглядывали исключительно в присутствии продавца, охранника и тебя?
– Да!
– Ладно. Что дальше?
– А дальше… Как вы знаете, я провожу ревизию ценностей регулярно. Не реже раза в сутки. Однако на сей раз мне привезли большую партию кинкариков. Ну вы в курсе – такие ящерки-фамильяры, которые предупреждают владельцев о стихийных бедствиях. Их еще называют каменными. Когда погода спокойная, они становятся твердыми, холодными и неподвижными, как настоящая статуэтка. Питаются от энергии космоса, так что кормежки не требуют. Как только возникают возмущения магнитного поля, электрического, надвигается какое-то стихийное бедствие, кинкарики меняют окрас с синего на розовый и начинают беспокойно мотать головой. В случае снегопада – белеют и залезают на стену. Когда собирается дождь – становятся подвижными, могут даже метаться по помещению.
– А вот мне любопытно… – неожиданно встрял Эльрих. – Тут недавно ко мне явились четыре женщины с заявлением на розыск в разломе между измерениями … Жена пропавшего, две дочери пропавшего и его теща… И ка-ак начали плакать…
Я хихикнула, Грет скривился, квархон хохотнул.
– Ну даже не знаю, среагируют кинкарики на такой водопад или нет… Однако пропавшего я понимаю. Наверное, он сбежал, пока его самого не затопило при малейшей проблеме… В общем, кинкарики отняли у меня три дня. Вы знаете, они очень хорошо расходятся. И хоть недорогие, но приносят стабильную прибыль.
– То есть, если я правильно поняла, ты должен был проверять рог Хербота каждый день. Но не делал этого несколько суток?
– Да. Причем, хочу заметить, у меня такое случается крайне редко.
– Я знаю.
То, как дорожили артефактами, торгаши мне было хорошо известно.
– Ну вот утром я приступил к ревизии…
– И обнаружил, что рог поддельный?
– Да. Причем подделка очень хорошая. Детальная. Качественная. Вплоть до малейших неровностей поверхности и цветовых переходов.
– Все это опять указывает на диверсию, – вздохнула я. – Кто-то имел возможность досконально изучить рог. А значит, разглядывал его и сканировал поверхность, как минимум, кольпом. Кто-то знал, что хозяину лавки не до ревизии…
– А я ведь об этом никому не сообщал! Даже продавщицы были не в курсе! – Вин поднял палец вверх, словно подчеркивал важность тирады.
– Продавщицы были не в курсе, но приборы для исследования вещиц типа рога Хербота ведь обладают памятью? – сделала я жирный намек на то, что для работников магазина отсутствие ревизии в эти дни было секретом полишинеля.
Вин всплеснул руками и вздохнул.
– Да. Об этом я как-то не подумал.
– Устройства стоят в общем доступе?
– Да, – еще более печально и обреченно вздохнул квархон. – Это необходимость, вообще-то. Мало ли, кому-то потребуется проверить товар в мое отсутствие. Или клиент попросит доказать его подлинность…
– Тут все понятно, – кивнула я. – Кто-то явно имел доступ в магазин и долго примеривался, ждал, когда можно будет завладеть рогом.
– И этот кто-то, видимо, очень хотел встретиться с моим кулаком, – громыхнул Грет, показав этот самый кулак – размером с палицу.
Эльрих закивал:
– И с моим тоже! – и продемонстрировал свой.
– Ребята, когда вы заодно, мне становится страшно. Вдруг на Каре случится катастрофа, пойдет синий снег или фиолетовый дождь… – не удержалась я от шутки.
Вин хохотнул.
– Все понятно, – вздохнула я. – Будем работать. Мне нужны все записи с твоих кольпов, сканеров и датчиков. Буду изучать, кто приближался к рогу с момента, когда ты убедился в его подлинности до момента обнаружения подделки. Под подозрением они все. Будь готов, что мы всех вызовем на допрос.
Я собиралась встать, с неохотой оставив чай, когда Эльрих хитро прищурился и уточнил:
– А можно мне, как айну, что трудится над возвращением вам ценного артефакта, получить амулет с двухлистником клевера?
И он так на меня посмотрел, что мне срочно захотелось изучить кафель в ванной Вина. Детально, до малейших цветовых переходов.
Грет тут же возразил:
– Ты бы лучше охранный амулет себе взял. Пригодится при встрече со мной…
– Если тебе очень нужен охранный амулет для нашего «культурного диалога», проси сам. Не стесняйся! – парировал айн.
Грет поднялся, Эльрих – тоже.
Вин разве что руки не потирал в ожидании зрелища.
И тут я всем все обломала. Варварам – очередную склоку, квархону – зрелище, которое вполне сочеталось с «хлебом» – еду он себе уже подогрел.
– Вин! Принеси-ка мне амулет на желание с пятилистником клевера! У меня как раз одно появилось…
Я произнесла это таким тоном, каким Илья Муромец просил у Алеши Поповича палицу для «аргументированной дискуссии» с Соловьем-разбойником.
– Надеюсь, я в вашем желании присутствую… – немедленно нашелся Эльрих.
– А то! Я давно уже желаю, чтобы вам с Гретом падали булыжники на головы всякий раз, едва начнете затевать что-нибудь подобное нынешнему.
– Расследование? – самым невинным голосом уточнил айн. Квархон захохотал, Грет смотрел на Эльриха взглядом «как жаль, что за шутки уже не казнят. Вот были же времена: скоморохи до совершеннолетия не доживали…»
– Еще немного и вам понадобится не расследование, а обследование! – проворчала я в сторону айна. – А то и вовсе – освидетельствование… Так что…
– Я понял, понял! – Эльрих картинно поднял руки. – Сдаюсь! Сразу и навсегда! Готов заодно сдать все свои органы, конечности и выпуклости вам в бессрочную и безвозмездную аренду!
– Не боитесь?! – я остановила на айне взгляд, после которого некоторые мои служащие неделями ходят к психологу и принимают успокоительные.
– Я парень рисковый! – парировал Эльрих. – Я уже несколько дней работаю с вами на Каре! Разве есть что-то еще более опасное, нежели такое сотрудничество?
– Идем! – махнула я рукой Грету, что выглядел, как олень при встрече с другим оленем в брачный период, и повернулась к Вину. – Жду на свой рабочий кольп все данные.
– Немедленно скину! – заявил квархон.
Мы почти вышли из лавки, когда он подскочил и всучил Эльриху тот самый двухлистник клевера внутри прозрачного кулона из декоративной смолы.
– За доставленное мне удовольствие! – подмигнул Вин. Я так и не поняла, мне или айну. Однако Эльрих демонстративно взял кулон и повесил на шею.
– Может, уберете под толстовку? – спросила я.
– Нет! Пусть все видят до чего меня довела женщина, которая не способна оценить прелести боевого генерала айнов! – бодро заявил Эльрих на весь зал ожидания.
Народ уже привык к нашему цирковому шоу «варвары на тумбах», так что едва «началось», зрители принялись собираться вокруг.
– Ошибаетесь! Я оценила, и еще как! – схитрила я.
– Еще как? – уточнил айн.
– Я не знаю таких больших минусовых чисел.
Эльрих выпятил грудь, на которой блеснул медальон, и продолжал улыбаться так, словно я отвесила ему комплимент. Грет традиционно хмурился и косился на айна взглядом, способным не то чтобы спалить гектары леса – расплавить тонны металла.
Я решила не доставлять зрителям еще больше удовольствия наблюдения за нашей троицей – хорошего помаленьку – и шагнула порталом в свой кабинет.
На кольп как раз поступали данные от Вина, и следующие пару часов мы детально их изучали.
На первый взгляд, все выглядело обычно. Посетители, охранник, снова посетители. Продавщица. Опять посетители и продавщица… Сам Вин и снова сам Вин.
Ничего странного, кроме того, что все устройства мигнули на несколько минут ночью, перед тем как рог Хербота использовали, чтобы поезд застрял в портале.
Записи прерывались. Причем все. Начиная от термодатчиков и заканчивая обычным видео. Однако магические сканеры четко показали, что после «мигания» рог Хербота был уже не тот…
– Мда. В отсеках Кары подобное невозможно. При малейшем сбое в основном источнике питания, вся аппаратура подпитывается от запасных. А тут… сам бог велел воспользоваться недостатками конструкции.
Я начала еще раз штудировать данные. Каждого, кто приближался, останавливался и даже просто проходил мимо рога, и вдруг меня осенило.
– Вот эта продавщица что тут делает? – я ткнула пальцем в видео.
– Работает, вероятно, – удивился Грет.
– Дурак, ты! – воспользовался случаем Эльрих. – Сам посмотри! На других кадрах в этот же день дежурят три других девушки! У этой, видимо, смена в другое время!
– Но она тут. Подошла к рогу, делает вид, что клиента «пасет», – кивнула я, показывая Грету, как застегнуть на молнию губы, потому что помощник собирался достойно ответить Эльриху на «дурака».
– Вызывай ее! – приказала я терлу.
Тот рванул к кольпу и связался с Вином.
– Вот эта девушка пусть придет к нам! – потребовала я, а терл сбросил Вину кадр из видео.
– Хорошо. Вызову. Сегодня не ее смена. Так что придется подождать с полчаса.
– Но причину вызова не говори!
– За кого вы меня принимаете? – вот теперь Вин вел себя, как типичный торговец ценностями: ушлый и хитрый. – Скажу, что одной из продавщиц стало плохо и требуется замена.
– А потом?
– А потом, что в связи с похищением рога всем необходимо отметиться у вас!
– Неудивительно, что он продает так много амулетов, – усмехнулся Эльрих. – Наверное, даже миллионеры покупают у него денежные талисманы?
Вин хмыкнул по связи.
– Ну, а пока мы ждем, Грет, сделай мне чай. Эльрих, поделись, когда наша исследовательская группа разрушителей мира и спокойствия на Каре, которая уверена, что ловит диверсантов, доложит мне как дела?
– Вроде планировали через пару дней. Есть интересные зацепки. Но надо бы все проверить… Грет, и мне бы горячего чайку…
– Куда плеснуть? – в кои-то веки нашелся терл.
– Еще одно слово, и оба окажетесь в жерле ледяного вулкана. Охладитесь, – предупредила я.
…Мы выпили чаю, еще раз просмотрели все записи, на всякий случай, и халомка, которую я вызвала, наконец-то пожаловала. Варвары так воззрились на девушку, что та даже попятилась. Наверное, голодающий неделями лев так не зыркает на зебру.
– Э-э-э? Я что-то не так сделала? – халомка попятилась еще. Но я вовремя сделала стену за ней непроницаемой для продавщицы. Та наткнулась спиной на препятствие и уставилась нашу веселую компанию расширившимися желто-карими глазами. Девушка была примерно с меня ростом, с вполне красивой фигуркой: пышной грудью, круглыми бедрами, тонкой талией. Светлые волосы она собирала в высокий хвост. Слишком приплюснутый нос, характерный для халомцев ее не портил – черты лица напоминали японские и притягивали взгляд. Вин умел набирать продавщиц так, чтобы не только на товар, но и на них было приятно взглянуть.
Девушка успела переодеться в униформу: длинное бежевое платье, скрывающее хвост и красивые туфельки на каблуках в тон.
– Вы ведь отдыхали четыре дня назад? Не дежурили? – начала я исподволь.
– Д-да…
– Тогда как же вы объясните вот это! – испортил мне всю малину Грет, включив пленку, где эта самая продавщица в день своего выходного застыла возле витрины с рогом.
– Э-э-э… Меня там не было! – халомка выглядела напуганной, ошарашенной, сбитой с панталыки. И я никак не могла взять в толк – она врет, боится разоблачения или, правда, в шоке и ничего не понимает.
– Послушайте, – девушка вжалась в стену. – Я навещала больную маму. Она лежит в госпитале на Иу, лечится иглоукалыванием. Я могу это доказать!
Кхм… Дело принимает интересный оборот…
– Можете доказать? – уточнила я, сделав варварам резкий жест – похоже оба подумали о своем любимом – о пытках. По крайней мере, на их лицах прямо прописалось: да чего мы медлим, бодрящее воздействие электрическим током, эпиляция кожи вместе с остальными частями организма магическим пламенем, маникюр и педикюр при помощи иголок и плоскогубцев – и дело в ажуре. Расскажет даже то, чего знать не знала. Но вот именно этого мне и не требовалось. Я хотела получить от девушки материалы. Но не те, что исследуют биологи: части тела, кровь и все в таком роде, а информационные материалы по делу.
– Да. Вы же знаете, в больницах чемеров тоже везде камеры. И, мало того, всех посетителей вначале проверяют датчиком ДНК, ауры и магии. Я очень слабый стихийник, управляю землей. Мои данные были зафиксированы год назад, когда мама ложилась на первый курс. Меня даже на, так называемые, «спящие мутации энергетики» проверяли. То есть, на силу ауры и чары, которые я могу передать потомству, хотя сама ими не обладаю. И каждый раз, когда я наведываюсь к маме, меня сканируют на входе в клинику заново!
– Делай запрос в клинику! – скомандовала я Грету. Терл метнулся к кольпу, оглянулся на халомку так, что та едва не сползла по стенке и уточнил: – Номер или название лечебницы?
Думаю, после его требования таким тоном, немногие еще могли говорить. У большинства язык отнимался от страха. Слава богу, халомка еще была в состоянии заикаться.
– П-пятая б-больница Р-раджура.
– Нет, такой!
– Е-есть! Ддавайте ссама ннаберу! – девушка дернулась, но Грет остановил ее, едва повернув голову. Да уж! После такого взгляда, думаю, и оползень не решился бы двигаться дальше. А то и вовсе – забрался назад, на гору. Временно. Пока не добили.
– Да нет же такой больницы! – рыкнул на весь командный пункт терл.
– Е-э… – халомка осеклась, повинуясь резкому жесту айна.
Эльрих быстро подошел к терлу и что-то исправил на сенсорном экране кольпа.
– Ну вот! Все же есть! Просто не надо так запугивать допрашиваемых. Иначе они и три первых буквы могут выговорить.
Я только сейчас сообразила, что Грет набирал не Раджура, а Рраджура.
Хотелось и плакать, и смеяться одновременно.
– Не надо так нервничать, – обратилась я к продавщице как можно мягче. – Это вполне дружелюбный стиль общения Грета и Эльриха.
– Э-э-э… А при недружелюбных взглядах этих варваров окружающие сразу замертво падают?
Не знаю, пошутила девушка или всерьез поделилась опасениями, но я хихикнула. Грет и Эльрих тоже.
Однако долго веселиться и прохлаждаться нам не пришлось. Любые запросы с Кары всегда выполнялись молниеносно. Так что все затребованные данные почти сразу же загрузились на наш кольп.
Мы просмотрели их несколько раз. Все подтверждалось.
Действительно, год назад мама халомки была госпитализирована для лечения по методике чемеров. Потом ее клали еще на несколько курсов. Данные дочери пациентки хранились в базе лечебницы с момента первого обращения. И в день, когда она якобы появилась на работе в свой выходной, халомка ночевала в клинике и пробыла там еще сутки.
– И как это понимать? – оглянулась я на Эльриха. – Что об этом говорит стадо мамонтов, которое бродит по Каре, меняя ее дизайн на беспощадный примитивизм и поздний песец? Я опять имею в виду следственную группу.
– Идея есть.
– Я-а м-могу и-идти? – перепуганная халомка все еще смотрела на варваров так, словно ожидала пыток с минуты на минуту.
– Отметьтесь на выходе и получите отслеживающее устройство на кольп! – приказала я.
– Да, хозяйка!
Еще ни один мой служащий так не радовался тому, что все его передвижения будут строго фиксироваться! Но я понимала халомку. Допрос с Гретом и Эльрихом любого научит радоваться жизни. Выжил – уже радость! Отпустили без переломов и травм внутренних органов – ура-ура! Умудрился остаться в здравом рассудке – вообще победа!
Остальное – так, мелочи. После этого на все уже смотришь сквозь розовые очки.
Взорвался вулкан? Да поду-умаешь! Зато сколько оттенков красного, оранжевого и розового можно познать… напоследок. Напала магическая аномалия? Зато сколько новых впечатлений и незабываемых ощущений! Вот когда еще вы посидите, вмурованный в пространство, как в случае с Веркрестовым? Лавина сошла прямо на вас? Зато сколько можно сбросить килограмм, когда она по вам смачно проедется? Модельные стандарты будут достигнуты в легкую!
Ну, по крайней мере, ваша фигура точно станет плоской, как вешалка.
Я же порадовалась, что девушка наконец-то начала говорить нормально. А то ее карьера могла либо резко пойти вверх, либо рухнуть в пропасть увольнения. Какой же покупатель разберет, что продавец просто заикается, а не диктует цену, больше похожую на номер телефона? И тут одно из двух. Возможно, народ начнет приобретать артефакты по такой цене, решив, что они самые особенные на Каре, и это сделает халомку лучшей продавщицей Вина. А может, клиенты сбегут в соседние лавочки, где работники в состоянии озвучить правильные суммы в поисках пусть не таких «особенных», зато дешевых вещиц.
– Не понимаю… – озвучила я свое замешательство. – Сканеры ауры тоже указывали на эту девушку! Да и тепловизоры соответствовали именно ее параметрам! Про видеоряд, голос и ДНК-датчики уже не говорю.
– Но магические сканеры не выявили магию, а продавщица уверяла, что у нее есть дар… – возразил Грет.
– Ты уши мой по утрам, помогает лучше слышать! – возразил Эльрих. – Зеленая сказала – чары очень слабые. Такие датчики на Каре могли принять за флуктуацию естественной магии вредной горы.
Я показала терлу кулак, деликатно давая понять, что отвечать айну не в его интересах. Не деликатный способ на Каре – легкий нокаут.
– Либо мы опять имеем дело с маскирующим чары заклятьем. Оно как раз скрывает все полностью, – задумчиво добавила я. – Да и военные Йонории, помнится, что-то говорили про заклятье хамелеон. Под его действием можно выглядеть, иметь ауру и даже ДНК нужного существа. Правда, оно вроде как жутко дорогое и энергозатратное… Нужен мощный портативный источник магии даже чтобы такая штуковина проработала час или около того… Типа все того же злополучного рога Хербота. Но его ведь еще не украли к тому моменту… Или уже украли?
– Аппаратура мигнула значительно позже, – задумчиво произнес Герт. – Посмотрите… Рог визуально не менялся ни разу. Вот! Накладываю изображения одно на другое посекундно, с момента, когда Вин принял рог у поставщика до нынешнего времени. Он абсолютно одинаковый каждую секунду!
– Мда… Когда в школе давали уравнение с тремя неизвестными, последние ходя бы можно было вычислить из других уравнений той же системы, – вздохнула я. Решила не давать варварам расслабиться, встала, отставила чашку с чаем и скомандовала:
– За мной!
– Куда? – хором уточнили мужчины.
– Кто дойдет – узнает! – в лучшем стиле Генриха четвертого заявила я и ушла порталом….
– Э-э-э… Вы уже вернулись? – встретил меня возле витрины потрясенный Вин. На его лице так и читалось «а мы вот совсем еще не успели соскучиться…» – А где господин Эльрих и господин Грет?
По-моему, он не столько интересовался, сколько прикидывал – следует ли бояться нового акта вандализма. Возможно, продавщица халомка уже поделилась эмоциями от встречи с варварами. И, как выяснилось, Вин словно в воду смотрел!
– Учатся брать след! – бодро ответила я.
Вин не понял, но по моему взгляду отчетливо уловил – некоторые вещи лучше не знать. Для здоровья полезней.
Я успела нащупать следы рога и даже остатки другой магии, видимо, похитителя, когда запыхавшиеся Эльрих и Грет ворвались в магазин. По ним было заметно – для ребят препятствий не существует. А после их появления эти самые препятствия исчезают и для других из-за полного разрушения.
Посетители метнулись в одну сторону, продавцы – в другую. Только витринам деваться было решительно некуда. А что тут сделаешь, если встроен в пол? Поэтому они и пострадали.
Несколько полок зашатались, и с них дождем посыпались артефакты. Силовые пузыри не позволяли им улететь далеко, как и в случае попытки похищения. Поэтому вещицы, как на резинках, пружинисто возвращались обратно.
Вин смотрел на всю эту вакханалию очень выразительно. На его лице так и читалось «Фраза «дорогие гости» заиграла новыми красками».
– По кольпам меня искали? – уточнила я у варваров. – Или по сканерам магии?
– По всем! – отрапортовал Грет.
– Я предлагал старинные методы – опросить служащих, но они от нас разбегались…
– Как я их понимаю! – вздохнул Вин, давая знак продавцам навести прежнюю красоту на полках.
– Тут есть следы маскирующей магии. Такой же, как в случае с похищенным багажом, – резюмировала я. – И еще какие-то энергетические остатки.
Я вытащила из кармана пространственный мешочек для магии. Небольшая, но крайне дорогая и еще более полезная штуковина. Выглядит, как мешочек для драгоценностей. Маленький, розовый и бархатный. Я расстегнула молнию и зачерпнула энергию. Всучила Грету.
– Отдай этой компашке следователей, которая апгрейдит Кару до архитектурного стиля Стоунхенджа. Пусть сделают все необходимые анализы. Направь всем сотрудникам Кары секретное распоряжение. Все предметы, похожие на рог Хербота, проверять на магическом сканере. Если кто-то возмутится, ссылайся на меня. Скажи, это мой личный каприз! Стерва я или погулять вышла? И никаких больше объяснений!
– Секретное распоряжение? Всем сотрудникам?
– Да! Включая уборщиц и временных рабочих!
Терл на минуту вытянулся по струнке и было прямо видно, как закипает у него мозг. Казалось, того и гляди черепушку сорвет со свистом, а из отверстия повалит пар.
– А-а-а… – наконец-то сообразил он. – Я понял! Сделаю, хозяйка!
– Верни хомячку его мозг! Все равно он тебе не в пору! – вклинился Эльрих.
– Чья бы корова мычала! – возмутился Грет. – Я помню, как ты облажался с Веркрестовым!
– У вас есть корова? – удивился Вин.
И это дало мне передышку. Я скрестила руки в воздухе, давая понять варварам, что высокоинтеллектуальный диалог «дурак – сам дурак» перестал меня забавлять.
– Господа! Вернемся к делу! – скомандовала я. – Если я захочу понаблюдать подобную дискуссию, найду канал «В мире животных».
Грет уже собирался метнуться работать, но его задержало то, что я сосредоточилась на Эльрихе.
И произнесла как могла ласково. Ключевое тут «как могла», потому что два ближайших покупателя, между прочим – рохцы, инстинктивно сделали религиозные жесты, по-нашему – перекрестились.
– Эльрих! А вас я попрошу пройти в мой кабинет! Есть разговор!
Айна мое «предложение» ничуть не смутило. Наоборот, его улыбка била все рекорды Гиннесса по растяжению щечных мышц.
– Полегче, тигрица. Я должен вначале принять душ и расчесаться… Так я голым куда симпатичней и приятней на ощупь! – выпалил он.
– Не льсти себе, суслик! Обсудим предыдущий случай, когда поезд застрял в портале!
– На примере других тел, которые входят в приспособленные для них отверстия? Ну, чтобы проверить, как оно на деле…
– Да! Я готова экспериментально ткнуть тебе пальцем в глаз!
– А я готов сунуть тебе… – Грет не успел дорычать мысль, его прервал Эльрих.
– Грет, не смущай Линею нетрадиционными эротическими фантазиями… Тем более, в мой адрес. Я натурал каких поискать! Самый натуральный из всех натуралов!
Терл прыгнул на айна, айн прыгнул на терла. Продавщицы отпрыгнули к стенам. Вин отпрыгнул к двери своей подсобки. Покупатели выпрыгнули из магазина. Из расшатанных полок с артефактами начали выпрыгивать и возвращаться на «насест» амулеты.
Можно сказать, мы провели внеочередные тренировки по прыжкам в длину. Причем, не только для живых существ, но и даже для неодушевленных предметов – ну так, «до кучи».
Я бодро перешагнула поваленные полки, которые встретились с варварами и поняли, что им ничего хорошего не светит, обогнула охранников, что прибежали на зов Вина, но вмешиваться не стали. Зато наслаждались зрелищем по полной. Ну, а что? Можно сказать, это была «встреча на высшем уровне». Начальник МЧС и заместитель хозяйки вредной горы довольно бурно и экспрессивно дискутировали на философскую тему – бить или не бить, вот в чем вопрос.
Я подошла к варварам, которые катались по полу, ближе к витрине. С другой стороны, тоже собирался народ. Наверное, уже пора брать деньги за «анимацию». Наш цирк «Да, Побей!» выступал на «бис» уже не впервые и успех имел не меньше, чем «Дю Солей»
– Или вы немедленно прекратите, или я ухожу! В стиле предыдущего раза. Только на сей раз вы меня не найдете!
Комок мускулов мгновенно распался на два брутальных, чуть запыхавшихся тела. Да! Они поняли, как я могу запутать следы в портале, как могу забросать ложными аурными следами всю Кару. Неделями будут искать и не найдут!
– Так-то лучше! – уже более спокойно произнесла я. – Грет! Немедленно займись моим поручением! Пока я не занялась тобой! Вернее, твоим соответствием должности!
Терл вскочил и метнулся на выход.
– Эльрих!
– Да, моя госпожа!
– За мной!
– Искать не потребуется? – прилетел в спину вопрос от айна. – А то я сразу бригаду вызову. Чтобы быстрее управиться…
– Еще одно слово, и фраза «Красота – страшная сила» заиграет для вас новыми красками. Вы еще не всю мою силу от Кары познали!
– Да, моя госпожа!
Он не переставал ерничать. Так что я телепортнулась в рабочий кабинет, заставив Эльриха воспользоваться портативным порталом. Он догнал меня быстро. Как обычно, вытащил портал из пространственной щели, которую тот вызвал, скрутил и спрятал в карман.
– Я должна увидеть документы по предыдущему происшествию, когда поезд так же, как в нашем случае, внезапно застрял в портале! И услышать твои пояснения! – с места в карьер потребовала я.
– Да, моя госпожа!
Эльрих поднял руки вверх, ибо на его шутливый ответ я собиралась ответить ассиметрично, как и положено на войне – огорчить айна всерьез и надолго…
Тот осознал, проникся и попытался начать свое повествование…
– Значит так…
Но у судьбы, злоумышленников и Кары на нас были совершенно другие планы.
По командному пункту пронесся гул сирены. Затем еще раз, и еще.
Ого! Три! Это уже серьезно!
Это вам не пропавший ребенок и не поезд, что застрял в портале… Тут что-то гораздо хуже!