Глава 11. Столкновение

– О, леди, я вам сейчас такое расскажу!

В комнату без стука влетела Мира. Ее лицо сияло, на щеках появился румянец от быстрого бега по лестнице, а в глазах искрился едва ли не безумный смех.

Анна же, в отличие от своей помощницы, была мрачнее тучи. Прошлую ночь она не могла сомкнуть глаз, то и дело поднимаясь с кровати и приближаясь к окну. В лунном свете, который не давал покоя Анне, сияла чешуя дракона. Он, кстати, тоже волновал девушку, но чуть меньше, чем Маркус. Анна не сразу поняла, что окна ее комнаты выходят на ту часть острова, где были расположены и детские комнаты Маркуса. Она едва не вскрикнула, когда поняла это, и отскочила от окна. С того момента Анне казалось, что он видел ее, знал, чем она занималась, и даже проник в ее голову, хотя за весь вечер и ночь Анна не чувствовала жжения на пальце, а значит, никто не применял магию против нее. Но чувство, что Анна оказалась в ловушке, не покидало. И вот утром она хотела выйти из комнаты и заняться обычными повседневными делами, но на пороге ее остановила служанка, тихо напомнив о приказе лорда Маркуса.

Служанка ее остановила!

Анна едва не вскипела от злости, но потом поняла, что спорить с Маркусом, пока ее положение в замке уязвимо, она не будет. Приняв участь вынужденной заложницы, Аннабель позавтракала и стала ожидать свою корреспонденцию, которую разбирала каждое утро. Но никто не принес ей писем, а когда она вызвала прислугу, то ей сообщили, что все письма были переданы лорду Кроули.

Ее письма!

Анна вновь подавила гнев и теперь, рассматривая смешливое лицо помощницы, прикусывала щеку изнутри, сдерживаясь от порыва закричать и топнуть ногой. Она же не избалованная девица, которую лишили любимого занятия. Она мудрая, взрослая женщина и леди, пусть и не совсем благородных кровей.

– Говори, – выдохнула Аннабель, отворачиваясь от помощницы. Последний час Анна занималась тем, что пыталась вышить цветок на салфетке. Получалась в итоге разноцветная клякса.

– Назревает бунт.

– Ай! – Анна, как только услышала слова Миры, сразу же укололась. На кончике пальца проступила алая капелька. Аннабель прижала палец к губам, почувствовав металлический привкус крови. Оглянувшись, она уставилась на Миру и произнесла, отнимая палец от губ:

– Бунт?

Мира быстро закивала, приближаясь к Аннабель. Устроилась рядом на низком пуфике, около которого стояла  корзина с мелочами для вышивки. Такими корзинами мало кто пользовался – магии было достаточно, чтобы, взмахнув рукой и произнеся заклинание, вышить на салфетках не только цветы, но и все, что можно было пожелать. Но Аннабель приходилось делать это руками, полагаясь лишь на свой опыт и знания, для остальных же это выглядело глупой причудой леди.

– Какой еще бунт? – повторила она, рассматривая помощницу.

– В замке все против нового лорда, – выдохнула Мира, которая едва ли не взорвалась от распирающей ее новости. – Представляете, не прошло и суток, как весь замок уже ополчился против нового лорда Кроули.

Аннабель не верила своим ушам. Когда она появилась здесь, все были так добры и внимательны, что Анна просто не могла поверить, что Маркуса здесь не захотят видеть. Тем более он был истинным наследником замка. Это она чужая, а не он.

– Что случилось? – прошептала Аннабель, откладывая шитье. – Что он успел натворить?

Мира расхохоталась, но вскоре, притихнув, приблизилась к хозяйке и зашептала:

– Все были испуганы еще с того момента, как вы объявили о возвращении лорда, но никто не говорил об этом вслух. Боялись задеть ваши чувства, понимая, что ваша участь в этом деле скверная.

Аннабель поджала губу, вспомнив, как ее поддерживали всю неделю, даже не ведая, в какой сложной ситуации оказалась их хозяйка.

– А вчера вовсе сокрушались, когда узнали, что лорд приказал запереть вас в комнате.

– Это временно.

– Для вас. А вот для слуг это немыслимо! – возмутилась Мира, которая тоже не одобряла приказа Кроули. – Сегодня слуги надеялись, что вы спуститесь завтракать, но вас не было. Пришел только он, и вот тут-то наш Шаввир сказал, что готовить не будет. Представляете?!

Аннабель вздрогнула, услышав слова Миры. Повар отказался готовить для лорда Кроули. Кошмарные вести!

– Он уже изъявил желание уйти, как и вся кухня. Но это еще цветочки. После служанки разбежались по всему замку и прячутся от лорда, стоит тому появиться в какой-нибудь башне. Работа во всем замке застопорилась. И еще из-за дракона люди заговорили, что хотят покинуть свои дома и переселиться с острова вниз. И только Ганс пытается всех успокоить, но уверена, если так и продолжится, то на ужин у нас будут вилы и факелы.

Кровь отлила от лица Аннабель. Она дослушала Миру, а после медленно поднялась и поправила скромное дневное платье. Убедилась, что все пуговки застегнуты, а из пучка не выбились непокорные прядки, кивнула Мире, которая уже стояла подле хозяйки, ожидая вердикта.

– Мы идем к лорду Кроули. Немедленно.

– Но как же запрет? – шепнула Мира, хотя Аннабель могла поклясться, что видела во взгляде помощницы искорки плутовства. Мире было начхать на запреты, а Аннабель лишь хотела доказать Маркусу, что, несмотря на поступок, который не сулил им обоим ничего хорошего, она все же может быть достойной хозяйкой.

– Сегодня я не желаю ужинать факелами и вилами.

Мира расхохоталась, принимая ответ Анны. Открыв перед ней дверь, она дождалась, когда Аннабель покинет комнату, и последовала за ней, гордо задрав голову. Хотела бы Анна иметь столько смелости, сколько было у ее помощницы. Она не могла позволить разрушить замок, хотя чувствовала, как ее пробирает дрожь, которая усиливалась с каждым шагом, приближающим Анну к кабинету, где сейчас находился Маркус.

***

День у нового лорда Высокого замка не задался с самого пробуждения. Всю ночь он пытался уснуть, но безуспешно. То в голову лезли непрошеные мысли, то кровать показалась Маркусу не очень удобной, хотя доводилось ему спать и на соломенных мешках, и на каменных полах, когда шла война, но как бы он не пытался устроиться, ничего не выходило. Утром все, однако, стало только хуже. Сначала ему отказали в завтраке. Повар явился в столовую и, ударив кулаком по столу, заявил, что без леди Анны в этом замке никто не будет есть. Преувеличивал, конечно же, потому что слуги явно были уже сыты, но всё, что получил на завтрак после устроенного поваром спектакля, так это холодные объедки с прошлого ужина, который, кстати, Маркус тоже не ел.

Он не проронил ни слова, пока слуга сокрушался, требуя отменить наказание для леди Анны, и покинул столовую в прескверном настроении. Но стоило ему появиться в коридорах замка, так слуги сразу разбегались кто куда, шептались за его спиной и бросали недовольные взгляды, но чаще напуганные. А какая-то девица, совсем запуганная, так и вовсе шлепнулась в обморок. Но и это Маркус стерпел, отправившись поработать в кабинет. Здесь его дожидался раскрасневшийся Ганс, который уверял, что скоро переговорит с прислугой, и все успокоятся, но Маркус не верил.

Смутьянка Аннабель умудрилась завоевать доверие и любовь всего замка, тогда как Маркуса здесь все возненавидели. И его подозрения увеличились, когда ему донесли, что люди хотят покинуть территорию замка, потому что на парящем острове появился дракон.

Его дракон!

Пытаясь не превратить Высокий замок в пепел, Маркус принялся за работу, дав себе обещание начать наказывать прислугу ближе к ужину, когда он совсем проголодается, а пока занялся тем, что разбирался в документах дяди. Их оказалось так много, что Маркус не знал, когда закончит с делами. И в это время, когда он был погружен в работу, кто-то постучал в дверь.

– Да! – крикнул он, пыхтя от негодования. Дядя слишком любил пустую болтовню, и даже в делах было столько ненужной информации, что голова у Маркуса разболелась от усталости.

Дверь бесшумно открылась. Маркус ожидал увидеть на пороге извиняющегося Ганса, который пришел доложить, что замок покинула вся прислуга, а его дракона отравили, но стоило ему оторвать взгляд от бумаг, как он увидел саму виновницу его скверного настроения. Аннабель вошла в кабинет, с хищным прищуром окинув поверхности, заваленные бумагами. Ее ноздри затрепетали, глаза сузились.

– Добрый день.

Он промолчал. Ни слов, ни звуков. Лишь бурлящая в нем злость, готовая сорваться с кончиков пальцев пламенными всполохами. И, пожалуй, Маркус так бы и поступил, если бы не то заклятие, произнесенное Аннабель в часовне днем ранее. Она словно готовилась к тому, что здесь могло произойти, и уберегла свою шею от виселицы. Хотя Маркус покончил бы с Анной лично. Она слишком сильно его злила.

– Мне потребовалось одиннадцать дней, чтобы навести в этом кабинете порядок после скоропостижной гибели моего мужа, – заявила она, входя в комнату.

За ее спиной маячила служанка, имени которой Маркус не помнил. На ее бледном лице горели неподдельным испугом огромные глаза. Служанка предпочла оставаться в коридоре тогда, когда ее хозяйка шла вперед с прямой осанкой. Простое, но изящное платье подчеркивало стройную фигуру Анны, а высокий ворот на пуговках скрывал нежную плоть. Ее тонкую шею. Шею, которую хотелось сломать.

Маркус тряхнул головой, гоня прочь кровожадные мысли. Аннабель балансировала на грани, явившись сюда и нарушив его приказ. И он знал, что она ни капли не раскаивалась в том, что сделала. Ни сегодня, ни накануне.

– Вы нарушили мой приказ.

– А вы пытаетесь уничтожить замок, – парировала она, остановившись напротив стола и сложив руки перед собой.

– Возвращайтесь к себе немедленно, – спокойно произнес Маркус, но втайне надеялся, что Аннабель его не послушает и попытается перечить. Когда она сопротивлялась, Маркус видел в ней нечто такое, что не могло быть у благородной девицы. Анна была выскочкой из небогатой, но образованной семьи. Ее характер в опасные моменты проявлялся, показывая истинное лицо девушки, не обремененной хорошим воспитанием.

– Я не могу уйти тогда, когда вижу, что замок рушится.

Маркус отложил свиток, который до этого момента держал в руке, и уставился на Аннабель.

– Вы и мой дядя разбаловали слуг.

– Слуги на этом острове самые лучшие.

– Вы забываетесь, Аннабель. Я могу уволить любого слугу, который не хочет здесь работать. Отправлю в тюрьму любого, кто посмеет сделать что-то против меня. Я превращу в пепел каждого, кто посмеет восстать против моей воли.

– Не пытайтесь меня запугать.

– Мне не нужен ваш страх, Аннабель, – проговорил Маркус, чувствуя, как воздух между ними искрил. – Мне достаточно страха слуг, чтобы они выполняли свою работу. А ваша задача – быть моей женой и выполнять мои приказы.

Произнося эти слова, Маркус осторожно направил на Анну нить магии. Простенькое заклинание, которое едва не снесло его с ног ответом. И если бы Маркус не сидел за столом, он бы точно рухнул на пол. Длительные тренировки, закалка в бою и высокий уровень магии помогли ему компенсировать ответный удар без причинения вреда для организма. Маркус часто заморгал, пытаясь понять, что именно вызвало такую реакцию, при этом, наблюдая за Аннабель, он не увидел ничего. Совершенно ничего. Она была спокойна, сосредоточена и чуть-чуть взволнована, но не из-за направленной на нее магии. Она просто была не рада видеть Маркуса.

– На страхе замок долго не простоит! – вспыхнула она. – Когда здесь никого не останется, вы будете заниматься ремонтом, заготовками, вспахивать землю, чтобы посадить новый урожай?

Маркус мысленно усмехнулся. У хозяйки замка был неподдельный интерес к тому, что здесь происходило, и на это он не мог не обратить внимания. Возможно, хозяйка из Аннабель получилась неплохая, и просмотренные утром счетные книги говорили в пользу девушки. Но признаваться в этом Маркус не собирался, решив, что Анне требуется встряска. Она должна вспомнить, как оказалась здесь. И узнать, благодаря кому Герант остался без тонкой шеи убийцы.

– Неужели вы будете этим заниматься? – произнес Маркус, поднимаясь из-за стола. Аннабель не пошевелилась, хотя на миг ему показалось, что она вздрогнула, когда увидела, как Маркус стал подниматься.

– Нет, не я, – выдохнула девушка.

За ее спиной, насторожившись, стояла служанка, которая изрядно нервировала Маркуса. Он взмахнул рукой, и дверь с громким хлопком закрылась, щелкнул засов, и они остались наедине. И даже сейчас Аннабель не запаниковала, хотя от громкого звука все же вздрогнула.

– Если вы хотите что-то обсудить со мной, то делайте это без слуг, – произнес Маркус, приблизившись к Анне. Он смотрел на девушку, а она в ответ в его темные разгневанные глаза.

– Мира – моя помощница.

– Она служанка, – отрезал Маркус, перебив Анну на полуслове. – Так что вы хотели со мной обсудить, раз рискнули нарушить мой указ?

Анна вздернула носик и поджала губу. Ее задевали слова Кроули, но она держалась, чтобы не сдаться и не устроить истерику.

– Вы не можете мне указывать.

Маркус пожал плечами. Он и сам понимал, что Анна не была заложницей в замке, а стала вновь полноправной хозяйкой после вчерашнего ритуала, но желание побольнее уколоть бывшую супругу дяди и ту, которую Маркус считал опасной преступницей, обманом избежавшей приговора, недостойную его милости.

– Иначе что? – прошептал он, приблизившись к Аннабель. – Укусите меня?

– Что?!

– Вы так сжимаете челюсти, что я слышу, как скрипят ваши миленькие зубки.

Она выдохнула, на миг прикрыв глаза. Вместо злости Маркус увидел насмешку.

– Если бы я хотела вас укусить, – прошептала она, разводя плечи и выпрямив спину, – то уже сделала бы это. А сейчас, – Аннабель вцепилась в юбки, приподнимая подол, – я намерена отправиться приводить в чувства слуг, чтобы на ужин у нас были не факелы с вилами, а запеченные овощи и мясной рулет.

Развернувшись, Анна направилась к дверям. Больше не произнеся ни слова, она открыла засов и вышла в коридор, где стояла ее служанка белая, как полотно и такой же напуганный Ганс, прижимающий руки к груди. Аннабель кивнула слугам и направилась прочь, следом засеменила служанка.

Старый слуга вошел в кабинет лишь тогда, когда Маркус кивком позволил ему сделать это.

– Мастер?

– Прикажи, чтобы мои личные вещи перенесли в хозяйскую спальню.

Ганс открыл рот от удивления.

– И сообщи леди Аннабель, что я присоединюсь к ней за ужином.