Глава 12

С того дня у Лады добавилось обязанностей. Теперь она ходила в деревню и к разбойникам вместе с Мелидой. А однажды пришлось пойти на встречу с Булаем одной.

– Мелида где? – прищурился тот.

– Дела у нее, – отчеканила Лада. – Я принесла камни. Не хочешь – не бери.

– Слушай, Дунька, – Булай сделал широкий шаг к девушке, – ты ж под мороком?

– Под мороком, – не стала отрицать Лада. Ни на полшага не попятилась назад. Нельзя бояться таких вот. Они чуют страх и рвут слабого.

– Покажи личико, – осклабился Булай и протянул руку.

Сразу же за спиной Лады раздался низкий угрожающий рык и из тени выступил Яро. Лада, давно сумевшая совладать с силой, сделала два едва уловимых глазом движения пальцами, и протянутую руку Булая по запястью обвила ветка, потом вновь задеревенев. Тот хотел сделать шаг назад, да ноги плотно обвили корни.

– Ве-едьма, – уважительно и со страхом произнес Булай. – А если королевским стражникам расскажу? Великую награду обещают.

– Голову тебе отрубят, – насмешливо отозвалась Лада. – Не дури, Булай. Ты мужик хоть и крепкий, а уже в летах. Не натвори глупостей на старости лет. Жадность до добра не доведет.

– Отпусти, ведьма, – попросил Булай. – Я все понял.

Щелчок пальцев и контрабандист был свободен. Яро вновь скрылся в тени, только два горящих огонька показывали, что он пристально следит за ситуацией. Больше Булай молодую ведьму не провоцировал. Характер у нее поганый оказался, как и у старухи.

Лада провожала Булая взглядом, пока тот не скрылся из виду. Дальше его проводит один из инфернов. Контрабандист за столько лет и не догадывался, что за ним в этом лесу зорко следят. Стоит ему прийти не одному, как инферны сделают свое дело. И никто никогда не узнает, куда пропадет Булай и его сопровождающие.

Подкинув в руке увесистый мешочек с золотом, Лада отправилась обратно в долину. Тратили они с Мелидой мало, так что запас был уже большим. Как говорила матушка, можно было бы пройтись по самым дорогим столичным магазинам и то бы едва половину растратили.

Матушка… Лада грустно вздохнула. Последняя из рода Говорящих с травами слабела с каждым днем. Все реже гуляла по долине, да и то недалеко. Зелья помогали, но уже плохо. Близился конец и Ладе хотелось выть от бессилия. Еще один дорогой для нее человек вот-вот уйдет.

Подойдя к болотам, Лада не забыла кинуть заклинание на тропку.

– Бусики! Лада, дай бусики! – заверещали болотницы.

– Потом, – отмахнулась Лада, твердой уверенной поступью ступая по болотам.

Морок она сняла, и теперь по топям шагала молодая колдунья. Красивая, уверенная в себе. С манерами аристократки. Мелида все же была не из простых, смогла и Ладу обучить всему. Настоящая хозяйка теперь шла по долине. Сильная, умная, жесткая и сострадательная.

– Ладушка, ты? – окликнула ее Мелида, едва Лада вошла в дом.

– Я, матушка, – Лада улыбнулась.

– Как все прошло? – Мелида смотрела с тревогой. – Ох, сердце не на месте. Не хотела тебя одну отпускать.

– Все хорошо, матушка, – Лада, скинув плащ, подошла к диванчику и села на пол. Прижалась щекой с морщинистой руке. Вторая тут же опустилась ей на голову в материнской ласке. – Булай понял, что я под мороком. Хотел, чтобы я его сняла.

– Умный, – Мелила поджала побледневшие губы. – Другие в их профессии долго не держатся. Напугал?

– Напугался, – в глазах Лады мелькнул злорадный огонек. – Все хорошо, матушка, все хорошо.

Но хорошо, конечно, не было. Мелида угасала. И Лада все чаще ночами плакала, желая, чтобы неизбежное не настало. Смотреть на приемную мать с каждым днем было все больнее. Волосы стали уже совсем седыми, походка шаркающей. И пусть спину ведьма еще держала ровно, но давалось ей это с огромным трудом.

А однажды прилегла на диван отдохнуть, и уже не смогла подняться.

– Ладушка, – на бескровных губах ведьмы появилась едва заметная улыбка. – Не плачь. Мое время пришло.

– Не могу, – Лада поспешно вытерла слезы. – Матушка, как я без вас буду? Я не смогу-у-у…

– Ты сильная, моя девочка, – Мелида собрала остатки сил, чтобы погладить приемную дочь по голове. – Добрая. Смелая. Я полюбила тебя всем сердцем.

– И я вас, матушка, – всхлипнула Лада. – Вы подарили мне новую жизнь.

– Прости меня, Ладушка, – в глазах ведьмы стояли слезы.

– За что? – всхлипнула Лада.

– За то, что выдернула тебя в наш мир. Заперла в долине. Взвалила на твои плечи груз ответственности, которая к тебе отношения не имеет, – силы Мелиды таяли, говорила она все тише.

– В моем мире я бы давно умерла, – Лада не держала обиды на ведьму. – А вы подарили мне новую удивительную жизнь.

– Ладушка. Доченька моя, – прошептала ведьма. А потом неожиданно сильно схватила Ладу за руку. На лице Мелиды ярким светом вспыхнули колдовские знаки. – Силу свою передаю Ладе, новой хранительнице долины и рода Говорящих с травами. Отныне она верховная колдунья рода.

Руку Лады окутал нестерпимый жар. Он побежал по венам, будто выжигая ее изнутри, окутывая девушку всю. Сильно зачесалась кожа на лице. От шоке Лада даже дернуться не смогла.

– Ладушка, красавица моя, – прошептала Мелида, закрывая глаза. Рука ведьмы ослабела.

– Матушка! – Лада упала на грудь ведьмы, больше не замечая своего состояния.

– Помни, Ладушка, я люблю тебя как родную дочь, – едва слышно прошептала ведьма и ее дыхание остановилась.

– Матушка! – раненым зверьком закричала Лада, но глаза ведьмы так и остались закрытыми.

Спустя мгновение тело ведьмы начало становиться прозрачным, таять, будто дымка. Лада отшатнулась, во все глаза наблюдая за тем, как уходит ведьма. Сквозь нее уже отчетливо можно было увидеть обивку диванчика, а потом по телу Мелиды забегали крохотные искорки, окутав все ее сиянием. Тихий хлопок, и искры разлетелись в воздухе, потихоньку оседая и угасая.

В горах поднялся жуткий вой, слышный далеко вокруг и пугающий людей. Долго еще простые люди будут помнить этот страшный звук и не станут заходить далеко в лес.

В открытое окно запрыгнул Яро. Вслед за Мелидой ушел и старый вожак стаи инфернов. Долина погрузилась в траур. Лада, упав на пса, вцепилась в его шерсть и рыдала, пока не обессилила совсем и не провалилась в спасительный сон. Очнулась она только утром следующего дня.

Ярко светило солнце, вновь щебетали птицы, только на сердце у Лады было тяжело. В доме стало пусто. Одиночество ощущалось невыносимо остро.

– Мелида… Матушка… – всхлипнула Лада. – Я справлюсь! – поклялась не столько себе, сколько приемной матери, подарившей ей тепло.

С трудом поднявшись, Лада, пошатываясь, побрела на кухню. Ее трясло, нестерпимо хотелось пить. Цокот когтей по полу подсказывал, что Яро бредет следом. Проходя мимо зеркала, Лада вскрикнула.

В отражении была не она! У девушки буквально полыхали волосы, а на лице ярко горели знаки, от висков и до скул.

– Мать-природа… – Лада уставилась на свое отражение. Подняла руки, чтобы прикоснуться к лицу, но так и замерла, не донеся их. Витиеватые рисунки покрывали пальцы, тыльную сторону ладоней и поднимались выше запястий.

Мелида сотворила невозможное – она смогла передать Ладе всю силу долины и рода Говорящих с травами.

– Но как?.. – Лада разглядывала свое лицо, свои руки, не в силах осознать, что она теперь очень и очень сильная ведьма.

Она чувствовала себя по-другому. Сила в ней бурлила, готовая подчиниться малейшему приказу. Струилась по венам и покалывала кончики пальцев. Требовала выхода.

Девушка бегом кинулась на кухню. Там есть успокаивающее зелье – вот ей сейчас оно и нужно. Найдя нужный пузырек, Лада выпила все до капельки из горла и залпом. Упала на лавку и принялась делать медленные вдохи и выдохи. Нужно успокоиться. И срочно. А то еще дел наворотит.

Ударная доза зелья начала действовать почти мгновенно. Сердце перестало заполошно колотиться, линии на руках стали затухать, пока не стали похожи на обычные татуировки.

Мелида, когда Лада чуть пообвыклась, перестала скрывать знаки на своем лице. Но особому заклинанию девушку научила. Теперь и ей предстоит его носить. Ведьма-знахарка – это одно, сильная колдунья – совершенно другое.

В доме оставаться сил просто не было, несмотря на успокоительное, внутри все равно еще бурлила энергия, хоть уже и гораздо тише.

Прихватив кусок пирога и флягу с отваром, Лада ушла гулять. Яро трусил за ней. Инферн давно считался вожаком стаи, теперь стал им, если так можно выразиться, официально.

Лада не замечала, как изменилась ее поступь, сколько теперь властности было в ее движениях и взгляде. Сила окутывала ее, заставляя всех подчиняться новой полновластной хозяйке.

До самой темноты бродила Лада, пока окончательно не устала. Пришлось вернуться в дом. Пустой и холодный. Не чувствовала она больше тепла и уюта. Опустел дом без Мелиды, хотя ничего в нем не изменилось. Эту ночь Лада ночевала в комнате ведьмы, так ей казалось, что матушка все еще рядом.

Но дни шли своей чередой, горе притупилось, забот хватало и Лада вспоминала матушку со светлой грустью. Как и своих настоящих родителей.

Ходила в деревню, сменив морок. Теперь она была взрослой женщиной, не особо привлекательной, но какое дело до внешности ведьмы, когда от нее так много пользы. Как и завещала Мелида, Лада на людях не колдовала. Деревенские продолжали думать, что она просто знает от травах больше многих, оттого и отвары ее целебные.

Все шло по заведенному порядку, пока однажды не случилось ужасное происшествие, изменившее все. Лада занималась обычными делами, сейчас вычесывала единорожек. Как вдруг на лугу появился вестник.

– Что случилось? – спросила Лада севшего ей на плечо ворона. Птица потопталась, немного больно впиваясь когтями в кожу. Хлопнула крыльями и принялась каркать, иногда грозно щелкая клювом.

– Человек?! – вскрикнула Лада. Ворон утвердительно каркнул. – Но как он сюда попал?

Ворон не знал, но узнать бы ему это хотелось. В эту долину на его памяти люди не забредали никогда!

– Ох! – громко охнув, девушка со всех ног кинулась к Гиблым болотам. Ворон, взлетев, возмущенно защелкал клювом, но полетел вслед за молодой хозяйкой.

Она стрелой неслась к самому гиблому месту топей, где сейчас доживал последние мгновения своей жизни молодой мужчина. Сил бороться с жижей у него не было.

Сделав последний вдох, он закрыл глаза, готовясь принять свою судьбу. Ну вот и все. Он подвел сестру. Ей без помощи ведьмы теперь не выжить. Вонючая болотная вода сомкнулась у него над головой, он погружался в трясину все глубже. А потом наступила темнота.

Мужчина даже не догадывался, что страшные твари, похожие на гигантских псов, перестали его преследовать не просто так. В этих топях водились болотницы, которые уже счастливо улыбались, предвкушая добычу. Перебирали свои бусики в ожидании, когда посторонний погрузится на дно. Там уж они его ласково встретят.

И разочарованно завыли, увидев хозяйку. Та безошибочно кинулась к месту, где уже почти утонул крупный мужчина. Девушка, судя по настрою, собиралась его спасти.

– Так! – она нашла взглядом болотниц. – Прекратили зубами щелка и быстро помогли мне! – и сунула руку в мутную холодную жижу. Болотницы взвыли не хуже волков на луну. Добычу отбирают!

– А вот обойдешься! – ругалась Лада, ухватив незнакомца за волосы. – Девочки, ну-ка, раз! – скомандовала болотницам. – И два! И тянем этого недоумка на берег. Вытащу и сама придушу, чтобы не шлялся по болотам!