Глава 10

Спать на шелковой наволочке - одно удовольствие. Я лежала на животе и обнимала подушку. Спины касалась легкая прохлада. Надо бы натянуть одеяло, но было лень шевелиться… Так, а откуда в моем обнищавшем замке шелковые наволочки? Я попыталась перевернуться на спину, но поморщилась от боли.

— Осторожнее, раны залечены, но еще могут болеть пару дней, — предупредил Эймонд.

Резко повернулась на спину, но лечь не рискнула, села. И только тут поняла, что не только спина, но и грудь голая. На мне остались только панталоны. Ни сорочки, ни остатков корсета, и тем более разодранного платья на мне не было.

— Ваша светлость? — пробормотала я хриплым голосом.

И так было ясно, что это он. Я повернулась к окну, герцог стоял ко мне спиной и высматривал что-то на улице.

В голове крутилось множество вопросов. Но я не решалась задать ни один из них. Натянула на грудь одеяло, чтобы сохранить хоть какую-то видимость приличия. Но о каких приличиях вообще может идти речь, когда ты голая в кровати симпатичного мужчины, в его замке. А он стоит в одних брюках и рубашке с закатанными рукавами, такой домашний и притягательный.

— Никак не пойму, зачем леди Грейл уже который день расхаживает вокруг моего замка… — пробормотал герцог Розенгард.

— Это она так худеет, — подсказала я.

Похоже, Эймонд ломал голову над этой загадкой уже давно. Мужчина обернулся, вскинув бровь.

— А вы откуда знаете? — полюбопытствовал он. — Я полагал, что мэр так надеется привлечь мое внимание и сосватать свою дочь.

Рассказывать герцогу о сердечных предпочтениях Коралины было как-то неправильно, так что я решила перевести тему.

— Эймонд, как я тут оказалась, и… кто меня раздел?

Он не спешил отвечать.

— Что с вами приключилось, Лисандра?

Да, в эту игру можно играть вдвоем: отвечать вопросом на неудобные вопросы.

— Это… длинная и неприятная история, — уклончиво ответила я и отвела глаза.

— Мы никуда не торопимся, так что я бы послушал. Но если вам трудно собраться с мыслями, тогда я отвечу для начала на ваш вопрос.

Эймонд подошел к кровати и сел в кресло, стоявшее рядом. Я нашел вас неподалеку от моего замка, раненую и обессиленную. Принес сюда, и дал заживляющее снадобье. Если вас еще что-то беспокоит, кроме ран на спине, можно пригласить целителя.

Я покосилась на прикроватный столик. Там стоял открытый пузырек, очень знакомый. Это же то самое зелье, что я хотела купить в лавке со снадобьями. Герцог Розенгард дал мне его, чтобы вылечить раны на спине. Я взглянула на Эймонда с благодарностью. Она переполняла меня.

— Спасибо, ты спас меня… — пробормотала я, положив свою ладонь на его, лежавшую на подлокотнике кресла.

Не просто спас, а потратил дорогущее снадобье. Еще и целителя готов вызвать. И как я потом буду расплачиваться за такую помощь?

— Да я чуть с ума не сошел, когда увидел вас… тебя… такую… — вдруг жарко отозвался Эймонд, поймал мою ладонь, сжал ее, а потом поцеловал тыльную сторону.

По коже пробежали мурашки. Его дыхание на моем запястье и тепло губ пробуждали самые горячие фантазии.

— Эймонд, — отозвалась я дрогнувшим голосом.

— Скажи, кто это с тобой сделал? Это ведь… он, да? Твой муж? — не скрывая ненависти к Теренсу Видворту произнес герцог Розенгард.

Вот же мерзкий сопляк, умеет испортить момент, даже не находясь рядом.

— Нет… это не он.

Эймонд не отпускал мою руку. Держал ее в своих ладонях, нежно поглаживая.

— Это была Изольда. Она ненавидит меня и всячески пытается испортить жизнь. А тут я покусилась на самое дорогое для нее — ее сыночка. Вот она и озверела в конец.

— Узнала про развод? — предположил Эймонд.

— Нет, об этом она пока не знает. Просто я сдала в ломбард обручальное кольцо. Конечно, она обозлилась не только из-за этого…

И я рассказала все, кроме того, что я не Лисандра. Поделилась подозрениями о том, что это именно свекровь и муж пытались тогда убить меня, о том, как они издеваются надо мной. Но я не могу ничего доказать и как-то выгнать их.

— Какие же они мерзкие люди, — сделал вывод Эймонд.

— Единственный способ закончить эти мучения - развестись и выставить Видвортов из моего замка, — закончила я свой рассказ.

— И они продолжат портить тебе жизнь издалека, — предостерег Эймонд. — Изольда Видворт очень мстительная.

От методичных поглаживаний моей руки я уже поплыла. Такой приятный оказался массаж. И он не только расслаблял, но и возбуждал. А тот факт, что я под одеялом голая, только усиливал остроту момента. И мне совсем не хотелось говорить о злополучных родственниках. Я жаждала совсем другого, чтобы герцог Розенгард наклонился ко мне, жадно целуя, подмял под себя… Черт, да, именно этого я желала сейчас. Особенно после того как он меня спас. Чувство благодарности смешалось с симпатией и животным влечением, превращаясь в гремучую смесь эмоций.

В голове вдруг всплыла простая мысль, как озарение. А почему, я, собственно, должна бороться со своими естественными желаниями? Чтобы хранить верность мужу? Смешно! Потому что Эймонд сказал, что не собирается унижать меня ролью любовницы? Ну мало ли что он сказал. Все его действия говорят о том, что влечение взаимное.

— Не хочу говорить о Видвортах, — произнесла я севшим голосом.

Решимость переполняла меня, и я отпустила одеяло. Оно медленно сползло по груди вниз. Взгляд герцога скользнул вслед за ним. Мужчина жадно сглотнул и посмотрел мне в глаза, но от этого легче ему не стало. Ведь я старалась взглядом передать все свои желания.

— Лисандра? — хрипло, едва слышно произнес Эймонд. — Вам стоит прикрыться.

Он отпустил мою руку, но не отстранился. Взгляд герцога противоречил его словам. Мужчина смотрел жарко и не стесняясь.

— Чего вы хотите? — наконец спросил он.

Неужели не понятно?

Я усмехнулась, услышав в очередной раз это «вы». Прямо-таки последняя попытка сохранить дистанцию и не перейти границу. Вот только я не собиралась играть в неприступную недотрогу. Да, моему телу всего восемнадцать, но я-то далеко не девочка, да и строить из себя девственницу при муже, как минимум странно.

— Я хочу тебя, — ответила уверенно.

Взяла застывшую руку герцога и положила себе на грудь, свободной рукой обняла мужчину за шею, зарылась пальцами в темных волосах. Эймонд шумно выдохнул и прильнул к моим губам. Его теплая ладонь мягко сжала мою грудь, пальцы ласково погладили заветную вершинку.

— Твоя спина, Лисандра… — попытался предотвратить неизбежное Эймонд.

— Почти зажила, и мне не обязательно на ней лежать, — заверила я и возобновила поцелуй так, как мне того хотелось, глубоко, чувственно, лаская языком.

Эймонд усадил меня к себе на колени. Чувствовать под собой его сильное разгоряченное тело оказалось еще приятнее, чем я представляла. Все, что я хотела, чтобы этот мужчина оказался еще ближе, заполнил всю меня. Я не нуждалась в долгой прелюдии, настолько сильно во мне горело желание.

Но Эймонд действовал осторожно и неспеша. Мы переместились на кровать, и он бережно усадил меня на себя. Я держалась за крепкую шею, а руки герцога ласкали мою грудь и живот. И мне не пришлось долго ждать или упрашивать его. Мы избавились от мешающей одежды, и Эймонд решительно заполнил меня…

Тело Лисандры не было невинным, но муж явно пренебрегал супружеским долгом. Я ощутила Эймонда в себе, словно была с мужчиной впервые.  Но мне досталось чувственное тело, и оно вскоре подстроилось. Каждое движение герцога отзывалось звездочками перед глазами. Жаркие спазмы стремительно нарастали, и я достигла вершины с именем герцога на устах.

— Эймонд! — кричала я, не боясь, что нас кто-то услышит.

А он накрыл мои губы поцелуем, заглушая стоны.

Когда эйфория прошла я испытала чувство вины. Самую капельку, но все же она омрачила момент. А если Эймонд будет теперь считать меня легкомысленной изменщицей? Я замужем, и для герцога Розенгарда именно я давала обещание Теренсу Видворту хранить супружескую верность. Пусть сам муж и близко не исполняет подобных обещаний, но ведь сейчас речь обо мне.  Из-за подобных мыслей я не могла в полной мере насладиться близостью с герцогом Розенгардом —  брачные оковы тяготили как никогда.

После близости мы долго лежали в постели. Я наслаждалась теплом его тела, его запахом, а он гладил меня так успокаивающе и приятно.

— Если честно, я не так себе это представлял, — признался Эймонд, накручивая мой рыжий локон себе на палец.

— Что именно? — полюбопытствовала я, поворачиваясь на бок.

— Как соблазняю тебя, — ответил Эймонд, не отрывая жаркого взгляда от моего лица.

— Но это не вы соблазнили меня, ваша светлость, а я вас, — игриво произнесла я. Мужчины такие мужчины — забывают, насколько сильно все зависит от желания женщины.

— Ты оказалась не такой, как я думал раньше, — признался герцог, — намного смелее и решительней.

Да, представляю, как Эймонд удивился, когда я отпустила одеяло. Прежняя Лисандра, несомненно, вела бы себя не так. Она была слишком молода и неопытна, и точно не решительна.

— Именно эти качества, которые я неожиданно открыл в тебе, и заставили меня слишком часто думать о тебе, — продолжил Эймонд.

Иногда слова могут возбуждать сильнее, чем какие-то хитрые ласки. Я потянула Эймонда за шею, и он подмял меня под себя.  Спина уже не болела, и тяжесть мужского тела доставляла удовольствие. Мы вновь сплелись в единое целое, забывая о внешнем мире. В этот момент существовали только мы и взаимное удовольствие от близости.

Эймонд ушел только, когда я уснула. Оказалось, целебное снадобье не только ускоряет регенерацию, но и имеет побочное действие — сонливость.

Проснулась я, когда уже стемнело.  Эймонд появился минут через десять, а вместе с ним и слуги, которые накрыли стол на двоих прямо в спальне.

— Мне нужно возвращаться в замок, — напомнила я и себе, и Эймонду.

Я еще не осмотрела замок герцога, но он уже мне нравился. В спальне все время горел камин. На стенах висели магические светильники. Чистый пушистый ковер возле кровати, шелковое белье, теплые одеяла. А еда… Она требовала отдельных восхвалений.

— Сначала поешь, — настоял Эймонд.

А я и не думала отказываться. Не в моем положении воротить нос от качественной еды, когда самой приходится считать каждый медяк, чтобы купить кусок мяса.

На столе герцога Розенгарда было все: и рыба, и мясо, и овощи, и чудесный свежий хлеб на закваске с отрубями, и орехи, и фрукты.

— Я попросил набрать ванну, — предупредил Эймонд, когда мы закончили ужинать.

Ванна — то, чего мне не хватало для полного счастья в этот момент. Но отчего-то показалось, что кое-кто просто тянет время.

— Позвать кого-то, чтобы помогли? — любезно поинтересовался герцог.

— Не стоит, я сама.

Чуть не позвала его составить мне компанию, но в последний момент прикусила язык. Меня переполняли эмоции после нашей близости. И мне не хотелось расставаться с Эймондом даже на минуту. Пришлось напомнить себе, что секс - еще ничего не значит. А пугать мужчину своим напором точно не стоит.

Ванная находилась в смежной комнате. Огромная, из белого мрамор, на золотистых резных ножках. Вода набиралась из крана. В замке герцога Розенгарда был проведен водопровод. Не такой, к которому я привыкла, а завязан на магии и артефактах, но все же… Цивилизация! Мне тоже такой надо.

Пока я наслаждалась элементарной возможностью нормально помыться, не таская тяжелые ведра с водой, в спальню принесли одежду для меня. Это было не мое платье, то уже вряд ли удастся зашить аккуратно. Этот наряд был новый и удивительно подошел мне по размеру. Темно-зеленое лаконичное платье без лишних украшательств мне сразу понравилось. Оно явно дороже того, что у меня было, но выглядело не вычурным, а практичным для повседневной жизни. Помимо платья, мне принесли сорочку из шелка, корсет и новенькие сатиновые панталоны.

Раньше мужчины никогда не заботились обо мне. И это оказалось неожиданно приятно.

Эймонд вернулся как раз, когда я застегивала корсет.

— Поможешь? — попросила я, показав на шнуровку на спине.

— Конечно…

Я убрала волосы и повернулась спиной к герцогу. Он не спешил выполнять свою нехитрую задачу. Коснулся пальцами шеи и спины в мимолетной ласке. Тело буквально завибрировало, отзываясь на его прикосновения. Оно еще помнило, какими сладкими могут быть моменты близости с этим мужчиной. Эймонд придвинулся ближе, спину обдал жар его тела, он поцеловал мою шею, и я откинулась ему на грудь, млея от каждого прикосновения. Его руки опустились на мою талию, погладили живот и грудь.

— Эймонд, — выдохнула я.

— Останься, — попросил он, прошептав на ухо.

Я очень хотела сказать “да”. Тем более оказалось, Эймонд умеет уговаривать. Пришлось задержаться. И я сказала это да несколько раз подряд, но не на просьбу остаться.

— Мне все-таки нужно вернуться, я… применила магию, и свекровь пострадала.

Не скажу, что меня мучила совесть по этому поводу, но хотелось понимать, насколько все серьезно. Как минимум, муженек и свекровь теперь знают, что у меня есть магия, что теперь я буду получать из королевской казны намного больше денег. И это только усложняет их выселение. Как максимум, я отправила Изольду на покой… Вечный покой. И мне придется не только с этим жить, но и принять последствия.

Можно, конечно, воспользоваться гостеприимством Эймонда и остаться, а если герцог будет не против, и перезимовать. Но я не забыла о его словах: он не собирается жениться. И даже любовницей не хотел меня делать, я сама его вынудила… ладно, соблазнила, так что я прекрасно отдавала себе отчет, что случившееся сегодня скорее всего разовая акция.

К тому же не стоит забывать, как тут быстро разносятся новости. Совсем не хотелось, чтобы меня записали в неверные жены. Уверена, что на измены мужей тут закрывают глаза, а вот женщину осудят по всей строгости морали. Не зря развод так сильно влияет на женщину и ее перспективы выйти замуж.

Так что причин вернуться в замок на болотах у меня было намного больше, чем остаться. И не только вернуться, но и вернуть себе положение, которое заслуживает баронесса Сэвил. Других вариантов сделать это не было. Я спросила у Эймонда, можно ли как-то привлечь к ответственности Изольду, его ответ был ожидаем.

— Если бы я вызвал целителя сразу, до того, как снадобье исцелило твою спину, ее можно было бы обвинить в нанесении телесный повреждений, за это могут назначить до полутора лет общественных работ. Но без медицинского заключения, только с моих слов, могут дать более мягкое наказание, и то только, чтобы не обидеть меня, — поведал Эймонд, и чувство вины в его голосе мне не понравилось. — Я не думал в тот момент о таких вещах.

Я погладила мужчину по колючей щеке и благодарно улыбнулась.

— Спасибо, что помог мне исцелиться, если бы не ты, я провалялась неделю в постели, и могли остаться шрамы, или хуже — через раны проникла бы инфекция.

Эймонд погладил мою руку и нежно поцеловал ее.

— А теперь мне пора, — поторопилась я покинуть прекрасный замок герцога Розенгарда.

Год общественных работ — это не то наказание для Изольды Видворт, на которое я рассчитываю. А если остаться в нежных объятиях Эймонда, вряд ли я смогу добиться справедливости.

— Я тебя отвезу, — заявил Эймонд таким тоном, что я поняла сразу, спорить бесполезно.

— И на каком основании? — уточнила я, скрестив руки на груди.

Не то чтобы я была против компании герцога Розенгарда, я ведь не знаю, что меня ждет дома. Может, Теренс с Изольдой уже затачивают ножи, чтобы меня того… Просто хотелось понимания, как Эймонд собирается объяснить свое присутствие.

— Как глава магического совета Северного герцогства, — уверенно ответил он. Заметив мой скепсис, пояснил: — В моих полномочиях — разбираться в таких инцидентах, связанных с магией.

Я в любом случае не собиралась отказываться от сопровождения, но приведенные аргументы успокоили меня. Взять герцога с собой, действительно, будет правильно и полезно.

К моему замку мы вернулись поздним вечером. Карета остановилась у парадного входа. Свет в замке горел только в одном оконце, на кухне. Я облегченно выдохнула. Надеюсь, вчерашние гости ушли, а не остались с ночевкой.

И все же я даже не подозревала, какой меня ждет сюрприз. Мы подошли к парадным дверям, Эймонд мягко подталкивал меня в спину, потому что я то и дело тормозила. Как же не хочется видеть эти мерзкие рожи, Изольду и Теренса. А еще я переживала из-за того, что все-таки впутала мужчину, который мне очень нравится, в семейные разборки. Стучать я не собиралась, это все-таки мой замок, потому потянулась открыть дверь, но та вдруг распахнулась сама.

— Невестушка! — закричала взволнованно свекровь.

Она театрально взмахнула руками, хватаясь за голову. Тут взгляд ее наткнулся на высокую фигуру за моей спиной. Она было попятилась, но столкнулась с сыном. Тот тоже выглядел ошарашенным, но не стал отступать от заготовленного сценария.

— Жена моя, любимая! — воскликнул Теренс и бросился мне под ноги, обхватил руками юбку, уткнулся носом в складки ткани. — Как же я счастлив, что ты в порядке и вернулась домой.

— Не надо меня трогать, — предупредила я и попыталась отпихнуть голову муженька от своих ног, покосилась на Эймонда. Он хмуро смотрел на представление, и оно ему явно не нравилось.

— Ваша светлость, благодарю, что вернули мою невестку, мы всю ночь ее искали, но так и не нашли.

— Как вы объясните, что баронесса сбежала из дома раненая? — окинув мрачным взглядом, поинтересовался герцог Розенгард.

Видворты будто сжались под тяжестью этого взгляда, но ответ у них нашелся и звучал вполне убедительно.

— Так магия у нашей Лисандрочки проснулась! — запела елейным голосом свекровь и руку к сердцу приложила, будто я для нее и правда дорогой и близкий человек.  — Но глупышка так испугалась, что в лес бросилась, там, наверное, об ветки исцарапалась. Ох, бедненькая… Давай целителя позовем, сейчас Теренса пошлю…

— Не нужно, — прервала я поток ее лживых речей. — Герцог уже вылечил меня.

Так старательно полечил, что я бы еще не отказалась от курса такого лечения.

Я смерила взглядом «семейку». Да Станиславский нервно курит в сторонке от такой игры! Изольда так слащаво пела, что у меня глаз нервно задергался. Теренс смотрел влюбленными глазами. На мгновение я даже поверила. Но меня уже не обмануть, я знала их гнилую натуру, и какие бы маски они ни нацепили, не поверю. Зато я теперь воочию убедилась, как Видворты дурили Лисандру. Уверена, до свадьбы они тоже были такие же обходительные. К счастью, ни меня, ни герцога им уже не обхитрить. Он едва заметно коснулся моей спины, ободряя и поддерживая. Я долго думала, а не выгнать ли этих гадюк из замка сразу?

Жить с ними под одной крышей и видеть их бесчестные злые лица совсем не хотелось. Но разум победил эмоции.

Выгоню сейчас, они вернутся. Даже если дождусь развода, будут мстить исподтишка. С этим семейством нужно разобраться раз и навсегда. Как говорится, держи врагов ближе, чем друзей. К тому же, теперь, зная о моей магии и о том, что я буду получать две тысячи золотых в год, они мне не навредят. Но избавиться от них будет сложнее. Как бы чего не придумали, чтобы развод не состоялся. К счастью, этот козырь пока у меня в рукаве.

— Спасибо, ваша светлость, что проводили меня, — повернулась я к Эймонду.

Дальше я сама.

Герцог замешкался, не спеша прощаться. Но поймав мой уверенный взгляд, едва заметно кивнул.

— Всего доброго, ваша милость.

Я вошла в дом, отцепив, наконец, Теренса от своих ног.

— Если с ее головы хоть волос упадет, — пригрозил Эймонд Видвортам. — Я лично позабочусь, чтобы законники вас наказали по всей строгости. Вы знаете, что я вас не пожалею, Изольда.

Что-то в его словах меня зацепило. И дело не в том, что Эймонд прямо сказал о том, что покровительствует мне. Пусть так и будет — дополнительный стимул бояться родственничкам не помешает. Но мне показалось, что Эймонд знаком с Изольдой ближе, чем я думала. Надо будет спросить его об этом, когда увидимся в следующий раз.

Герцог ушел, а я осталась один на один со свекровью и мужем. Да, пока они задержатся в замке. Но как раньше уже не будет. Надоело притворяться прежней Лисандрой. Я покажу им, кто хозяйка замка на болотах.

Первым делом отправилась проверять столовую. Как и думала, прибрать бардак после неудачной попойки никто не догадался. Видимо, были слишком заняты, репетировали, как получше пустить пыль в глаза наивной баронессе. Вот только со мной этот номер не пройдет.

— Вы хотите, чтобы у нас крысы расплодились? — строго спросила я, окинув рукой стол с объедками.

Изольда и Теренс хвостом шли за мной, так что стояли теперь позади. Я специально говорила с ними надменным строгим тоном, как они того заслуживали.  Заодно проверяла, насколько они готовы прогнуться ради моего золота. Ведь причина таких резких перемен была очевидна. Изольда и Теренс быстро смекнули, что из-за пробудившейся магии я скоро стану значительно богаче, и замок при мне, никуда не делся. Им выгоднее остаться со мной и продолжить меня грабить. Вот только они прогадали: жить им в моем замке осталось недолго.

— Теренс, иди за тряпками и веником, — отдала команду Изольда, пытаясь при этом дружелюбно улыбаться.

Выходило у нее не очень. Да и никакие улыбки этих людей уже не скроют от меня их гнилой натуры.

— Что? — возмутился было муженек, уставившись на матушку. — Почему я?

Изольда закатила глаза и ущипнула сына за бок.

— Теренс, иди, — настояла Изольда.

Я тоже выжидающе посмотрела на мужа. Да, Теренс, иди, не тупи. Нам тут с твоей маменькой есть, о чем поговорить. И он-таки пошел. А я осталась со свекровью наедине. Я не боялась ее, даже зная, что это она скорее всего чуть не убила Лисандру, когда я очутилась в ее теле, даже после того, как она меня отхлестала хлыстом. Теперь Изольда знает, что мне есть чем защититься и я не пожалею магии, если потребуется.

— Идемте, — позвала я, выходя из столовой.

— Куда, милая моя? — пропела свекровь, скрывая недовольство, но следом пошла.

Я остановилась у двери, той самой, из-за которой уже получала от Изольды по лицу. Подергала ручку, убедившись, что там заперто.

— Ключ, — потребовала я, протянув руку.

Глаза свекрови округлились, она захлопала бледными ресницами, видимо решив разыграть передо мной прелесть какую дурочку. Не получится.

— Так… нет ключа… — залепетала она, похлопав по карманам платья. — Потерялся.

Я скептически вскинула бровь. Она серьезно думает, что я на это поведусь? Нет, возможно, восемнадцатилетнюю наивную девчонку и можно было обвести вокруг пальца, но не меня. Тем более когда почти все карты раскрыты и притворяться больше не имеет смысла, я этим двоим спуска не дам.

А эта комната, в которую Изольда так старательно никого не пускала, не давала мне покоя. Уверена, там скрывается что-то очень важное. Возможно, какой-то компромат на Видвортов, с помощью которого можно будет избавиться от них раз и навсегда. Я боялась, что, пока меня нет, Изольда перепрячет то, что там скрывает. Но либо она не догадалась, либо перепрятать это не так-то просто. От любопытства прямо-таки распирало и пальцы зудели. А вдруг там что-то, что позволит избавится от свекрови прямо сегодня?

Несколько секунд я обдумывала, а не обыскать ли ее, чтобы побыстрее найти ключ.  Я не сомневалась, что она врет. Возможно, при ней ключа действительно нет, но она его где-то прячет. Подошла к свекрови и посмотрела на нее сверху вниз.

— Я все равно узнаю, что вы там прячете, — пообещала я и вытащила шпильку из волос свекрови.

Она охнула и вцепилась мне в руку.

— Лисандрочка, — взмолилась она. — Нет там ничего ценного. Просто еще один погреб, я там памятные вещицы свои храню. На кой тебе это старье?

Значит, не просто комната, а еще один погреб? В другом я была, и там пусто, только мешок старой проросшей картошки, которую никто не удосужился выкинуть. Я не прониклась мольбами Изольды, а пригрозила ей, призвав к ладони голубые язычки магии. Женщина отшатнулась и прижалась к стене.

А я попробовала взломать замок шпилькой и магией. Но ничего не получилось. В ответ на мои действия, он выплюнул синие искры. Видимо, замок не обычный, а магический. Значит, открыть его можно только ключом? Или все-таки можно как-то взломать?

Я покосилась на Изольду: та едва сдерживала злобную гримасу. Представляю, сколько усилий ей приходится прилагать, чтобы не вести себя со мной как прежде. Ничего, пусть терпит, побудет в моей шкуре.

Пришлось оставить эту злосчастную дверь в покое. Но я обязательно выясню, что за ней прячется. А пока…

— Нужно подготовить комнату для слуг, — предупредила я свекровь. — Завтра она понадобится.

— Так у нас нет денег… — запротестовала было Изольда, но, поймав мой взгляд, заткнулась.

— Кстати, о деньгах, — вспомнила я. — Где остатки моего прошлого содержания и деньги от проданных вещей из замка?

— Так все потрачено… почти… — замямлила Изольда.

— Все, да не все, я хочу получить свои деньги, — потребовала я.

Пора вернуть себе положение, которое заслуживает баронесса Лисандра Сэвил.