Глава 13 · О свадебных условиях и уловках

— Что? Какое еще условие? По какому праву? — взвизгнула леди Жамета.

— По праву ближайшего друга и дальнего родственника. А также по праву проректора и руководителя проекта, одним из исполнителей которого является лэрд Гравиль, а заказчиком выступает королевская корона. Если этого мало, то по праву, дарованному мне рождением в роду драконидов-охотников.

— Ой, а у меня тоже есть условие! — пискнула дама из заднего ряда. — Пусть моя соседка Жамета отдаст долг сейчас, а не после свадьбы! Трех курочек она заняла и сто золотых драков!

— А у меня двести! — перебила ее еще одна тетка. — И мешок муки!

Подтанцовка… то есть, свидетели, отступившие в рощу, почувствовали себя под ее мягкой сенью в полной безопасности и вошли в раж:

— Правильно! Должок пусть вернет!

— Пусть ее зятек раскошеливается, она обещала!

— Деньги на бочку!

Брат-близнец, сопровождавший маменьку, потряс кулаком.

— А ну молчать! — Его петушиные тенорок перекрыл шум: — Вот когда моя мамаша будет выходить замуж в очередной раз, тогда и спросите! А сейчас моя род… сводная сестрица замуж выходит, понятно?

— Правильно, Станечка, — кивнула мачеха и погладила его по голове, как в детстве. Не забыв ущипнуть мочку уха в наказание за оговорку.

— Ну мама-а-а! — взвыл оболтус. — Я же все верно сказал: сводная сестра Бе… бедняжка, замуж выходит. Что не так?

И, получив еще один щипок, застонал. Он и в детстве, сколько помню, всегда ныл и стонал по любому поводу. Полное имя лоботряса было дир Станястий, титул моего отца на приемного сына не распространялся.

— Так ведь богатый зять-то… — вякнул кто-то, спрятавшись за ствол дерева.

— Еще не зять! — даже священник не выдержал и захлопнул молитвенник.

Толпа обескураженно умолкла.

Божий слуга повернулся к лэрду проректору:

— Так какое условие у вас, говорите?

— Ничего сложного, — хищно улыбнулся драконий всадник. — Пусть невеста докажет, что она действительно является наследницей своей матери из рода Флирэй. Пусть в присутствии свидетелей откроет здесь и сейчас ларец, доставшийся ей по наследству, покажет нам ключ от замка Флирэй и продемонстрирует, что умеет им пользоваться.

На мой взгляд, тут было сразу три условия, но я, конечно, промолчала, лишь шапку надвинула еще ниже на глаза.

Ирвис Гравиль наконец пришел в себя и кивнул:

— Да. Я просил прихватить ларец на руины. Это было условием для бракосочетания согласно контракту. Надеюсь, вы его не забыли?

— А если забыли? — с вызовом спросила моя мачеха.

— Если забыли, то свадьба не состоится, — пожал плечами Ирвис.

— То есть как не состоится? Ты что же, дорогой, опозоришь меня перед всем честным народом? — завопила Бесси. Ринулась вперед, схватила жениха под руку и рявкнула на священника: — Чего встали? Венчайте нас уже!

Тот поднял брови и с мягкой, умиротворяющей улыбкой ответил хамке:

— Леди, сначала выполните условие. Пока оно не будет выполнено, магия стихий не откликнется и таинство бракосочетания не свершится при всем моем желании приступить к обряду.

Ирвис аккуратно снял руку невесты со своего локтя и отступил в сторону.

— Лэрд проректор прав. Сначала ларец.

И Бессара сдалась.

— Мамуля, ты взяла ларец?

Мачеха скривилась, но кивнула:

— Взяла, как не взять. Санянечка, сынок, достань наследство твоей сводной сестрички.

Санянечка, а по документам дир Санястий, наклонился, покопался под сиденьем инвалидной коляски и вытащил завернутый в ткань предмет, значительно меньше моего ларца.

— Вот, держи, маманя.

Леди Жамета приняла сверток и, не снимая ткани, передала невесте.

— Открывай! Покажи им!

Бессара откинула платок и, взяв довольно большую шкатулку, подняла на вытянутых руках и покрутилась, чтобы все собравшиеся разглядели. Вещь выглядела красиво и дорого, как любая дивья работа. Но это была шкатулка, а не ларец.

У меня даже от сердца отлегло. Им не удалось вскрыть мое сокровище. Или оно самоуничтожилось при взломе. В любом случае до ключа эта семейка разжиревших крокодилов не добралась!

Бесси положила ладонь на крышку шкатулки, та озарилась сиянием, механизм запора щелкнул и, когда невеста отдернула руку, крышка начала открываться.

Свидетельская группа привстала на цыпочки и вытянула шеи, пытаясь разглядеть содержимое. Самозванка не стала долго их мучить интригой и вытащила из шкатулки ключ размером с амбарный, с кованой головкой и хитросплетенной бородкой. Ну как же, ведь старинный, да еще сто лет прошло с тех пор, как им пользовались последний раз, обязан заржаветь!

— Вот, смотрите, — радостно заявила невеста. — Ключ от замка Флирэй, как просили. Все условия выполнены!

— Не все, — возразил Ариллиан. — Нужно еще продемонстрировать, что вы умете им пользоваться.

— На чем демонстрировать-то? — воинственно подбоченилась девица. — Что-то я не вижу тут ни ворот, ни дверей.

— А как же дверь вон у того домика? — проректор показал на мое жилище. — Не видите? Неужели у вас такое плохое зрение, дирита… простите, леди?

— Только какую-то убогую лачугу! Это, что, древний замок? — фыркнула Бесси.

— А разве вы не знаете, как должно выглядеть ваше наследство? Напомню: замок Флирэй построен на вершине волшебного холма. Его специально поставили здесь, чтобы замаскировать скрытое под холмом древнее обиталище дивов. Правда, дивье гнездовище уничтожено сто лет назад, да и от замка Флирэй остались только развалины и вот этот домик. Но ключ подойдет ко всем уцелевшим на месте за́мка дверям. Дерзайте… леди, — и лэрд Ариллиан широким жестом показал на мой дом!

Блистательный блеф! — усмехнулась я про себя. Если учесть, что «неизвестные» доброхоты умудрились вчера заменить входную дверь вместе с замками.

Но мне совершенно не понравилось, что какие-то посторонние люди будут толпиться рядом с моим жильем. Не люблю зевак, у меня тут не цирк!

Пока Бесси фыркала и просилась на ручки жениху, потому что какой-то невежа заставляет ее, леди, ломать и ранить нежные ножки на острых камнях, я прокралась к дому и тихонько скользнула внутрь. Мне срочно понадобились мои «птички», которые запомнили мой диалог с поверенным.

Конечно, я была уверена, что мачеха и Бессара не смогли взломать мамин ларец, иначе они его бы и притащили. Демонстрация поддельного ключа закончится позором. Но я так же точно знала, что мачеха предусмотрела и такой поворот. Не могла она не подстраховаться!

А значит, Бесси при множестве свидетелей все-таки докажет, что она — настоящая леди Альята Дивиор и наследница рода Флирэй. И свадьба состоится. И даже если потом мошенничество будет разоблачено, в храмовых книгах будет запись о браке, и я окажусь официально замужем за Ирвисом Гравилем! Замучаюсь доказывать фиктивность брака.

Все это зашло слишком далеко!

Я успела подготовить всё, вылезла из окна и спряталась между камней, когда свадьба в лице невесты, любознательных свидетелей священников и вяло замыкающего процессию жениха подобралась к порогу садового домика. Лэрд Ариллиан шел в первых рядах, а вот его дракон, тяжело снявшись с места, куда-то улетел. Вот и отлично! Никто не будет действовать на нервы, наблюдая с высоты.

Мачеха предусмотрительно осталась на опушке рощи, делая вид, что ей дурно. Двое ее сыновей пристроились рядом, держать умирающую под белы рученьки. Инвалидную коляску с задремавшим старичком они оставили далеко в стороне, под пышным кустом одичавших роз.

Бесси ступила на крыльцо. Доски под ее весом прогнулись и возмущенно застонали, но девушка бесстрашно подошла к двери, воскликнула:

— Смотрите! Дверь-то совсем новая! И замок недавно заменили, металл аж блестит! Видите? Поддельный замок! — И она попыталась сунуть ржавый ключ в чистенькую замочную скважину. Он ожидаемо не подошел. — Вот! Я же говорила!

И топнула ногой.

Доска, не выдержав столь грубого обращения, треснула. Острый обломок впился в лодыжку невесты. Она взвизгнула:

— Папочка! Мамочка! Убили! Лекаря!

И, проигнорировав рядом стоящего священника, сделала пару шагов, чтобы повалиться на руки лэрда Ариллиана. Тот неаристократично шарахнулся в сторону, и Бесси, промахнувшись, всем своим роскошным телом грохнулась на маленького щупленького мужичка, который громче всех кричал «Деньги на бочку!», а теперь еще громче орал:

— Помогите!

Видя такое непотребство, мамаша Жамета, в замужестве леди Дивиор, оттолкнула своих отпрысков и вприпрыжку помчалась к садовому домику, вопя на бегу:

— Доча! Девочка моя! Что они с тобой сделали⁈ Мамочка идет на помощь!

Я даже умилилась, а свидетели сняли шляпы в безмолвном восхищении перед такой самоотверженной любовью мачехи к падчерице.

Сквозь толпу протолкался жених, присел на корточки и протянул было руку к пострадавшей лодыжке, но Ариллиан зачем-то вмешался: быстренько оттащил лэрда Гравиля, не дав прикоснуться к мошеннице.

Золотой лэрд немедленно взбесился:

— Что ты себе позволяешь, Ари!

— Это ты что себе позволяешь, Ирв! Ты еще не муж этой сомнительной девице, чтобы хватать ее за ноги при свидетелях! Эти акулы мигом окрутят тебя и сожрут, идиот!

Бесси заголосила еще громче, но на нее уже никто не обращал внимания.

— Я лекарь! — продолжал кипеть Ирвис, но уже не так активно. — Девушка ранена, я слышу кровь.

— А ты хорошенько прислушайся! — прошипел драконир, крепко удерживая плечо друговрага.

Жених замер. Его ноздри расширились, втягивая воздух. А потом так же расширились глаза, а зрачки, наоборот, сузились и вытянулись веретеном.

— В ней нет ни капли дивьей крови! — изумленно произнес он. — Эта девушка не может быть наследницей дивьего рода Флирэй! А значит…

— Вот именно! — Лэрд Ариллиан облегченно выдохнул и отпустил плечо лэрда Ирвиса. — Эта девица — кто угодно, но не леди Альята Дивиор.

Тут подоспела мачеха и ринулась в бой с криком:

— Как это не может! Как это — кто угодно! Вы ответите за эту ложь и унижение, лэрды! Это моя падчерица, вот документы!

И тут я сочла момент самым подходящим, чтобы выпустить первую «птичку» на максимальной громкости.

И над руинами, перекрыв и охи придавленного мужичка, и рыдания Бесс, и вопли мачехи, разнеслось:

«Значит, вы утверждаете, что являетесь леди Альятой, законной дочерью лэрда Олира Дивиор и леди Элеты Дивиор, в девичестве Флирэй?» — «Безусловно, это я и есть».

Никогда еще мой голос не звучал так громко и звонко, перекрывая и гомон птиц в роще, и крики двух мошенниц. Никогда еще мне не внимали с таким изумленным вниманием.

Конечно, мачеха попыталась перекричать:

— Это все ложь! Оговор! Подтасовка!

Маги быстро заткнули ей рот заклинанием.

Эта боевая женщина не собиралась сдаваться, она размахивала руками, пытаясь поймать кружившуюся над головами «птичку». Зря. Забыла, где находится. Обломок плоской плиты перевернулся под ее ногой, и мачеха провалилась в яму, но была, к сожалению, перехвачена драконьими лапами и повисла в воздухе, едва дыша.

Серебристый дракон подмигнул мне. На его спине, держась обеими пухлыми ручками за седло, восседал самолично дир Берес с седой бородой и рыбьими глазами навыкате — тот самый поверенный, чей голос звучал с небес.

«Я знаю эту девушку, — говорил в это время мой голос. — Это моя соседка по комнате в пансионе. Не понимаю, зачем ей и леди Жамете так рисковать? Ведь подлог с документами раскрылся бы скорее рано, чем поздно».

На этом я заставила «птичку» замолчать.

— Подтверждаю, всё так и было! Готов дать магическую клятву! — заявил поверенный. По его круглому лицу стекала капелька пота, но мужчина сделал такой решительный и важный вид, словно сидел в своем кресле за столом, а не болтался в воздухе на драконьей спине. — Напоминаю, дирита, ваше чистосердечное признание смягчит наказание для самозванки.

Бесси всхлипнула:

— Не виноватая я! Она меня заставила! Сказала, что она моя родная мать, и меня у нее украли младенцем, но она меня сразу узнала! Что если я хочу обрести семью и стать богатой графиней, то должна делать все, что она скажет!

Мужичка из-под красотки извлекли, но девушка даже не пыталась встать. Сидела на уцелевших досках, размазывала слезы и краску по щекам и сморкалась в кружевную накидку.

Лэрд Гравиль, не в силах сопротивляться целительской магии, с мученическим видом сидел рядом и, не прикасаясь к девушке, держал над ее ногой раскрытую ладонь. Выглядело это достаточно целомудренно, но мамаша Жамета хищно на него поглядывала. А ведь сама она, изображая жертвенного цыпленка, все еще висела «бездыханно» в драконьих лапах!

Улучив секунду тишины между рыданиями невесты, священник возвысил голос:

— Леди и лэрды, господа маги и свидетели! В виду вскрывшихся обстоятельств объявляю брак между оглашенными женихом и невестой несостоявшимся, а проведение магического ритуала — невозможным! Вот как найдете настоящую леди Альяту Дивиор, тогда и обращайтесь.

Жамета возмущенно пришла в себя, но дракон тут же поднялся выше, и ее протест так и не был услышан — мачехе стало не до протестов, она обеими руками удерживала юбки, которые радостно трепал ветер, обнажая полные целлюлитные ноги дамы. Какой позор!

Думаю, лэрд Ариллиан попал на крупный штраф. Она его точно разорит. Или женит на Бесси.

Несостоявшаяся невеста зарыдала еще горше, но тут над рощей показалась быстро увеличивающаяся точка, превратившаяся в изящную драконицу. «Неужели Верьена решилась? Сумасшедшая! — заволновалась я. — Тут столько магов! И дракон-палач!»

Между крыльев на ее спине сидела белая от страха незнакомая девчонка. Очень похожая на разносчика из кондитерской «Лучшие пирожные от Барри». А за ней — незнакомый мужчина. Бедная Верьена, тащить такую тяжесть!

Лэрд Ариллиан хищно подобрался при виде незнакомой драконицы, а его дракон спустился ниже и принюхался, вытянув шею.

Мачеха в его когтях окончательно пришла в себя и завопила:

— Поставь меня на землю, мерзкая ящерица! Немедленно! По судам затаскаю!

Дракон выпустил ее над камнями, но тут же поймал, когда дама истошно завизжала.

— К реке, к реке лети, негодяй, — донесся ее ослабевший голос.

Оба скрылись из глаз. Думаю, Жамете долго будет не до нас.

Прекрасная Верьена выбрала для приземления крышу моего домика и на несколько мгновений пропала из виду.

Именно этот момент мы долго обсуждали утром вчетвером с дивой Кэр и ее возлюбленным — Верьена должна была найти себе «всадницу», а я — обеспечить им безопасный спуск и «алиби». Подруга должна была влезть через чердачное окно в домик и спрятаться, а «всадница» — спуститься по лесенке и показаться людям. Мы хотели подговорить разносчика за небольшую мзду поучаствовать в афере. В крайнем случае — кого-то из младших пансионерок.

Но кто этот взрослый мужик с грубыми чертами лица?

— Бесси, девочка моя, папа тут! Папа тебя спасет! — донеслось из-за угла домика, и через мгновение незнакомец выбежал, а за ним с гордо поднятой головой вышла девочка-всадница. На ее раскрасневшихся щеках высыхали дорожки слез.

— Папа! — подскочила Бессара и, прихрамывая, поковыляла к мужчине. — Ты меня нашел! Папочка, забери меня отсюда! Она меня заставила! Я не хотела!

Складки на тяжелом лице мужчины стали резче.

— Кто заставил, доченька? — Он стиснул Бессару в могучих объятиях, погладил по голове и с угрозой посмотрел на толпу. Особо выделив лэрда Гравиля в костюме жениха с лентами и бутоньеркой. Ирвис отрицательно помотал головой и отступил на шаг, наткнувшись на непоколебимого Ариллиана.

— Леди Жамета! — пояснила Бесси. — Она сказала, что я — ее потерянная дочь!

— Жамета? — взгляд мужчины стал каким-то затравленным, он оглядел толпу уже более опасливо.

Лэрд Гравиль тяжко вздохнул, расправил плечи и выступил вперед:

— Позвольте, я поясню, что тут произошло, господин…

— Лучше я, Ирвис, — остановил его проректор. — Ты — заинтересованное лицо и сам был обманут. А вот я — совершенно посторонний и беспристрастный в данной ситуации. Представьтесь, дир…

— Томас Грунз, глава кожевенной гильдии и официально приемный отец дириты Бессары, — поклонился мужчина.

— А на самом деле родной отец? — сощурился Ариллиан.

Мужчина смутился и отвел глаза, но еле заметно кивнул.

Кругленький поверенный, поглядывавший на Бесси с каким-то плотоядным интересом, крякнул и предложил:

— Дамы и господа, полагаю, нам всем следует пройти в полицейский участок и заявить о мошенничестве, свидетелями которому мы стали. Думаю, дирита Бессара тут такая же жертва…

Через полчаса роща опустела. О моем несостоявшемся бракосочетании напоминали лишь оборванные ленты и выброшенные цветочные бутоньерки, густо расцветшие на обломках камней.

Даже девочка, изображавшая драконью всадницу, тихо сбежала, хотя лэрд Ариллиан ей строго-настрого приказал дождаться его возвращения, потому что у него, видите ли, есть к ней вопросы. Нашел дурочку.

Я вернулась в дом, обнаружила Верьену, с восторгом в глазах опустошавшую мой холодильный шкаф. Меня она встретила торжественным салютом ножкой жареной курицы в руке:

— Ох, Аль, как у тебя тут классно! Какая кухня! Какая техника! Артефакты! А столько припасов я в жизни не видела, на полгода осады хватит! Откуда у тебя это богатство?

«От верблюда. Крылатого. Серебряного», — мысленно ответила я. Подошла, взяла со стола кружку с горячим ароматным кофе и, открыв презентованный вместе с содержимым шкафчик-бар, щедро плеснула в кружку коньяк. И выпила залпом.

— Свадебный подарок. Теперь, наверное, отберут, раз свадьба не состоялась. Так что, ешь, сколько влезет, пока не забрали.

— О-о-а-у-у! — ликующе завопила вечно голодная подруга. Ведь драконам пищи нужно в три раза больше, чем человеку. Особенно, настоящему дракону, а не какой-то там тени!

— Ты прилетела с сестрой разносчика?

— Ага. Ее зовут Лера. Лерик и Лера двойняшки. Мы придумали легенду, что они на самом деле квартероны не имеющие ни силы, ни прав на имя рода. И, естественно, никто не знает, что за род, потому что их подбросили. Их на самом деле подбросили в приют без документов. Потому все будет гладко! Я буду изображать драконью тень Леры. Такое случается, что полукровки и квартероны вдруг обретают тень.

— Сомнительно. И возраст не совпадает…

— Да кто поймет? Ты видела мою драконочку? То есть, меня… Я маленькая в драконьем облике. Из-за того, что я так редко обращаюсь, моя драконья ипостась плохо растет.

— Ладно. Доверюсь твоей интуиции. Но знаешь, моя интуиция подсказывает, что тебе нужно поскорее возвращаться в пансион. Лэрд проректор обязательно тебя проверит. У них же все тени на учете, а тут неучтенная откуда-то взялась. Он очень умен, сложит два и два.

Верьена вздохнула, сытно икнула и поднялась из-за стола.

— Ты права, Аль. Встретимся ночью.

— Обязательно! — улыбнулась я и проводила подругу до чердачного окна.