Глава 17 · О сложности выбора между трех зол

Занавеси тишины исчезли ровно на время, пока король произносил приказ слугам и пока одетые в королевские ливреи фигуры сновали и убирали недоеденные блюда и скатерть, подметая пол и снова накрывая на стол.

Кресла тоже заменили. Полог вернулся, как только были расставлены вазочки с фруктами, горки с пирожными, чашки, налит чай, и последний слуга покинул эркер.

— Хватит баталий, дети мои! — Государь вынул тот же клетчатый платок и промокнул вспотевшее лицо. — Что о нас подумает наша столь одаренная подданная? Деми, прекрати запугивать девочку, на ней уже лица нет. Как и на тебе, впрочем. Ари, хватит нервничать. Я же обещал тебе, что ни один волосок не упадет с головы твоей… хм… будущей студентки. Леди Альята, дитя, твой рассказ настолько… хм… фантастичен, что нам требуются доказательства твоих слов. Мы никогда не слышали о том, что возможно разделить душу и тело и заключить душу в артефакте!

— Простите, ваше величество, но дивы это разделение практикуют испокон веков, — возразила я, выглянув из-за плеча лэрда Ариллиана. — Как бы иначе появились дивики, которых используют даже люди? Дивики обитают во всех сколько-нибудь значимых артефактах. В моторе вашего магомобиля, например. В кухонной плите у вашего повара. В стазисных шкафах. Даже в магических щетках ваших горничных!

— Но дивы используют только низших духов, никогда не имевших плоти! — кронпринц показал свою образованность.

— Не только. Для артефактов попроще они могут взять душу умирающего дерева или животного, если потребуется, или даже насекомого. В вашей самозажигающейся курительной трубке, ваше величество, живет дух саламандры, а в магическом уничтожителе бумаг — множественный дух саранчи. — Я показала на письменный стол короля, на котором заметила необычную вещицу. — И эти артефакты повсюду, они так привычны, что люди забывают, чья магия породила эти волшебные вещи.

— Хм… действительно. — Король кивнул. — Дивья магия творит подобное волшебство… Но одно дело посадить в артефакт низшего природного духа или, как ты говоришь, дух дерева или насекомого, они неразумны. И совсем другое — заставить разумную душу драконида покинуть тело и заключить ее в… куда там ее заключили?

— В древний артефакт, — глазом не моргнув, напомнила я.

Кэр и Лир при здравом размышлении разрешили мне рассказать о том, какая магия держит жизнь драконьего принца в этом мире, но запретили рассказывать подробности.

— Все равно я ей не верю, отец! — воскликнул кронпринц. Он не садился за стол, ожидая, когда займет свое место государь.

Король убрал клетчатый платок в карман и сел, Демиус помог ему придвинуть кресло к столу.

— У меня есть для вас настоящее доказательство, — призналась я. — Послание от принца Лиррита.

— Вот как? — король бросил на меня острый взгляд. — И ты говоришь это только сейчас?

— Простите, ваше величество. Я растерялась после встречи с дивьим королем.

— Понимаю. Мерзавец вовсю тебя обольщал. Но к разговору о его выходке, то есть, брачном предложении, мы еще вернемся. Садись, девочка. И дай наконец послание. Нужно еще проверить его на подлинность.

Я села за стол, вытянула из кармана серебристо-серый лоскуток, точно такой же, какой достался мне в наследство, с той разницей, что этот был побольше, и взяла я его не из ларца, а из рук дивы Кэр. Разгладила лоскуток ладонью на скатерти и произнесла заклинание на дивьем языке, которое Кэр заставила меня выучить наизусть.

…Забегая вперед, скажу, что с моим унаследованным клочком невесомой ткани я попыталась проделать то же самое, но безрезультатно. Наверное, надо ждать совершеннолетия, тогда мамино послание заговорит…

Король и принцы внимательно следили за моими манипуляциями.

Лоскуток засветился и превратился в зеркало, а в нем отразилось бледное лицо принца Лиррита.

— Здравствуй, племянник Богдар! — Легкая улыбка тронула губы призрачного драконида, но не коснулась измученных глаз. — Спасибо, что услышал леди Альяту Дивиор-Флирой и решился принять мое послание. Ты, наверное, хочешь убедиться в том, что я — не самозванец, не иллюзия, созданная дивьей магией, а истинный драконий принц Лиррит? Я предоставлю доказательства…

Собственно, это были единственные слова, которые я поняла. Драконий король перешел на раскатистый язык драконидов, который прекрасно знали Богдар и оба принца, но совершенно не понимала я.

Жаль. Мне было интересно, как Лир заставит поверить в свое существование. И, главное, как убедит в реальности жуткого будущего, которое ожидает его потомков, если они примут неправильное решение?

Лир говорил довольно долго, я успела под шумок съесть всё печенье и половину фруктов, выпить две чашки чая и заскучать, наблюдая за мимикой венценосных особ.

Недоверие на лицах короля Богдара и кронпринца медленно исчезало, скептические складки в уголках губ и на переносице разглаживались. Один раз промелькнуло негодование, и король с наследником бросили колкие взгляда на невозмутимого лэрда Ариллиана и что-то прорычали. Проректор, усмехнувшись, нарычал в ответ, но Лир не делал пауз, и все быстро успокоились и продолжили слушать. Один раз прозвучало имя Верьены, и теперь уже я разнервничалась.

Лир завершил послание на эренийском:

— … Тебе принимать решение, Богдар. Не ошибись.

Зеркало превратилось в серую невзрачную тряпочку. Богдар Первый сгреб его и сунул в карман. Лишь бы потом не перепутал с носовым платком и не высморкался. Принцы молчали, задумавшись как-то обреченно.

— Что ж… Леди Альята, ты ведь знаешь, о чем говорил мой родственник?

— Нет. Я не присутствовала при записи послания и… я не знаю ни слова на драконьем.

— Хм… Ты все же дашь клятву о неразглашении. Ситуация в целом — важная государственная тайна. Наши враги не должны знать, насколько мы уязвимы. Не зря Андр засуетился, не зря… Возможно, владыка дивов как-то контролирует состояние Фаэт-Оэля и прекрасно знает, что дива Кэролайн на ладан дышит. Я принял решение, Альята. Ты так глубоко проникла в тайны семьи, что, можно сказать, стала нам родственницей. Особенно, если учесть вклад твоей двоюродной бабушки в сохранение жизни принца Лиррита. Он убедил нас, что его жизнь — залог нашего рассудка и власти. И он, кстати, обещал отречься от драконьего трона, если спасется. — И Богдар бросил пронизывающий взгляд на Ариллиана. — Дабы избежать раскола королевства. Это меняет дело, знаешь ли. Нам не только нельзя убивать Проклятого принца, нам нужно сделать все, чтобы его спасти. Нам нужно объединиться с дивой Кэролайн. Через тебя. А значит…

— Дивий король не должен получить ни леди Альяту, ни замок, — перебил Демиус. — Если она останется на свободе, он до нее доберется. Ей не устоять.

Опять за свое! Я не успела возмутиться, король бросил в рот последнюю оставленную мной печенюшку и, жуя и причмокивая, выдавил:

— Единственный… мням… способ избежать войны с дивами и дипломатически решить этот вопрос… мням-мням… это немедленно выдать девочку замуж за какого-нибудь нашего подданного. Желательно, близкого к трону. — Король запил десерт чаем и вместо того, чтобы воспользоваться салфеткой, вытащил из кармана серый лоскуток с посланием и промокнул губы. Так же, не глядя, спрятал лоскут обратно.

Что? Опять? Опять меня замуж против воли⁈ Да они все с ума сошли!

— Отец, ты поаккуратнее с документом! Переложи в другой карман или отдай мне! — Кронпринц поморщился, обвел взглядом пустой стол, но слуг звать не стал и отодвинул от себя чашку с остывшим чаем. — Зачем выдавать леди замуж? Прости за откровенность, Альята, но нам сейчас не до этикета. Достаточно тебе провести ночь с мужчиной, и рогач сам откажется от идеи брака, побрезгует.

— Не откажется, — возразил король. — Ты плохо знаешь Андруиэра. Ему без разницы, насколько чиста невеста. Ему главное — заполучить Фаэт-Оэль и уничтожить Лиррита, чтобы уничтожить нас.

— И за кого ты хочешь ее выдать?

— Думаю, Ирвис должен довести дело до конца и сыграть настоящую свадьбу с настоящей леди Альятой.

Я возвела глаза к потолку. И за что мне все это?

— Дважды входить в одну реку — дурной тон, — прервал молчание Ариллиан. — Вся Эрения будет смеяться.

— Да и пусть. Хорошо смеется тот, кто смеется последним. Разве есть еще варианты? Это будет дипломатический союз, и дивий король может не согласиться с нашим выбором. Кто еще из приближенных к нашему трону аристократов решится принять в род дивью кровь? Отвергая, предлагай Ари.

И проректор предложил:

— Наследный принц Демиус до сих пор не женат…

— Нет! — в один голос воскликнули я и кронпринц.

Меня, ясное дело, никто не услышал, да и наследника короны Эрении тоже. Драконид невозмутимо продолжил:

— Против такого союза даже дивий король не сможет возразить.

— Чтобы после моей смерти квартеронка с дивьей кровью и магией стала королевой Эрении? — поморщился Богдар Первый. — Не бывать этому! У меня на брак наследника другие планы. Нужно союз с югом укреплять.

— Отец! Тем же все бабы такие страшные, что вынуждены лица закрывать! Я слышал, они усатые и бреются.

— Разберемся, — отмахнулся король. — Сейчас не о тебе речь, Демиус. Кто еще из подходящих женихов у нас есть в наличии, Ари?

— Я… — Драконид поднял на меня глаза цвета расплавленного серебра. Меня бросило в жар от его взгляда. — Я предлагаю леди Альяте свою руку и крылья. Леди Альята, окажите мне честь, станьте моей женой.

«А как же сердце и прочий ливер?» — едва не ляпнула я. К счастью, меня парализовало, язык онемел, и я не могла ни пошевелиться, ни слово молвить. Он… и я? Бедная пансионерка с ямой в качестве приданого? Он серьезно?

— Ха-ха! — вдруг расхохотался кронпринц, хлопнул себя ладонями по ляжкам от избытка чувств, словно жеребца пришпорил. — Ариллиан! Ты? Ты согласен добровольно взять в жены какую-то дивью квартеронку? Ты, самый завидный после меня жених Эрении? А как же хваленая гордость Тан-Дерритов? Как же статус принца, бра-а-ат? — язвительно протянул Демиус. — Твой приемный отец даже родного сына Ирвиса не пощадил за идею женитьбы на дивьем отродье Флирэй!

Король побарабанил пальцами по столу.

— Хорошо, что напомнил, Деми. Сегодня же верну во дворец опального сына. Я тогда не разобрался, а Ирви схитрил, не рассказал всего. Да и обстоятельства изменились… Что скажешь, воспитанница? Учти, если я издам указ, неповиновение будет приравнено к измене короне.

— Не надо указов, ваше величество! — спешно попросил Ариллиан. — Я не хочу принуждения!

— Кхм… выбор-то у девушки невелик, — хмыкнул король. — Или ты, или Ирвис.

— Вспомнил! — радостно сообщил кронпринц. — Есть еще кандидат в женихи. Один из моих закадычных приятелей охоч до дивьих прелестей. Он может даже и жениться. Позвать его? Познакомим, да за свадебку, а?

Я пришла в себя, положила ладонь на родовой гримуар, склонила голову к плечу и, прищурившись, спросила:

— А ваш приятель, ваше высочество, готов смириться с тем, что по ночам его супруга будет уходить в гости к бабушке? До момента, когда принц Лиррит будет излечен и воссоединен с драконом, а в Золотую рощу вернется Фаэт-Оэль? К вам, лэрд проректор, этот вопрос тоже относится. Это мое условие.

— Ты смеешь ставить условия королю? — взвизгнул кронпринц.

— Ты еще не король, сын, — припечатал его Богдар Первый. И посмотрел на меня в упор тяжелым взглядом. — Это единственное условие, Альята?

— Нет. Я выйду замуж только за того, кто с уважением будет относиться к моей учебе и не будет препятствовать моей работе с амулетами. Иначе зачем вы, ваше величество, дали мне неограниченную лицензию, если мой муж запретит заниматься любимым делом?

— Я ничего не буду запрещать вам, даю слово, — улыбнулся серебряный драконид. — Ничего, что в рамках закона, разумеется. Кроме одного. Моя жена не будет стоять за прилавком. И дело не в том, что это занятие недостойно аристократки и фамилии Тан-Деррит. Вам просто будет некогда заниматься этим лично, леди.

Я вскинулась, но последней фразой лэрд подрезал крылья на лету и возмущаться стало бессмысленно. Но промолчать я уже не могла:

— И вы дадите мне развод после того, как все наши обязательства будут выполнены, и угроза от дивьего короля исчезнет. То есть, когда мы с дивой Кэролайн вернем Фаэт-Оэли, возродим замок Флирэй, и вернем к полноценной жизни принца Лиррита и его дракона.

— И мои крылья, — вставил кронпринц.

— Наши, мальчик мой. Наши, — вздохнул Богдар Первый.

— Развод? — переспросил лэрд Ариллиан. Его высокий красивый лоб прочертила недовольная складка, а взгляд стал… опасным. — Хорошо. Если вы захотите, я дам вам развод. Но не ранее чем через год брака. И при условии, что у нас еще не будет наследника, и вы не будете беременны.

Жар охватил меня всю, от ушей до пяток.

— Какие могут быть наследники, если у нас не будет брачной ночи? — выдохнула я, сгорая от стыда. Как только у него язык повернулся разговаривать на такие темы, да еще и при других мужчинах⁈ — Ни одной ночи не будет, пока…

— Я понял, — прервал меня лэрд проректор. — Я согласен на ваши условия, леди Альята. А вы?

Я упрямо сжала губы, но задумалась.

Что же делать? В покое меня не оставят. Или брак, или тюрьма, и неизвестно, что лучше. Живой из дворца точно не выпустят. В смысле, неокольцованной.

С таким опекуном, как король, сопротивление бесполезно. Издаст указ, и тогда выбор будет другим: или брак с тем, на кого укажут, или казнь бунтовщицы. Отличный подарок на совершеннолетие.

Но ведь есть же еще Ирвис Гравиль! Он даже уже почти на мне женился! И он еще и целитель. Понимающий. И заботливый, кажется.

Но я тут же вспомнила, с какой надменностью он говорил с директрисой и сожженную дверь в ее кабинет. Может, он псих, как и его родной брат Демиус? Можно представить, что он сделает с моей спальней, когда не обнаружит в ней ночью жены. Вернусь от Кэр, а в комнате пожар. Меня же невозможно запереть! Разве что в антимагической тюрьме…

Третий потенциальный кандидат, приятель Демиуса, заочно вызывал омерзение. Скажи мне, кто твой друг…

Я подняла взгляд на лэрда Ариллиана. Сердце екнуло который уже раз за последние часы. Можно ли верить ему на слово? Он столько раз умудрялся сделать по-своему, не обращая внимания на мои желания. Вспомнить хотя бы подаренную кухню! А похищение⁈

И самой продавать в лавке амулеты он запретил. Деспот!

Добровольно выходить за него — самоубийство!

Недовольный голос короля прервал мои раздумья.

— Леди Альята, мое терпение не бесконечно! Особенно, когда весь десерт кое-кто уничтожил до крошки. Решай быстрее, с кем из троих пойдешь к алтарю.

Мне бы только из дворца вырваться, а там Кэр подскажет, а Фаэт-Оэль спрячет!

— Могу я подумать до завтра, ваше величество?

— Нет. — Отрезал король. — Из дворца ты выйдешь только с обручальным кольцом на руке, милая воспитанница. Или не выйдешь. Будешь думать в антимагических апартаментах для тугодумов до тех пор, пока не выберешь жениха.

И я не смогу сбежать к Кэр!

Но ведь… Десять лет назад она говорила нам, что любая ее ученица может призвать помощь дивы в минуту смертельной опасности!

Да! Сейчас именно такая минута! «Леди Кэролайн! Кэр! Помоги! Спаси!» — взмолилась я. И еще раз. И еще. Но время шло, а помощь — нет!

— Я позову стражу, отец? — довольно потер руки кронпринц.

— Дадим девушке еще один шанс, мы же не изверги. Леди еще не познакомилась с твоим приятелем. У грацина Маркуса репутация неотразимого кавалера. Как знать, может он с первого взгляда растопит сердце моей воспитанницы?

Они просто загнали меня в угол!

— Не надо никого звать, — пробормотала я. — Лэрд Ариллиан, я принимаю вашу руку и крылья. И согласна на ваше условие не стоять самой за прилавком…

Глаза проректора вспыхнули звездами.

— Благодарю за ваш выбор, леди Альята. Клянусь, вы не пожалеете.

Уже жалею!

Кронпринц презрительно фыркнул, но промолчал.

— Наконец-то! — Богдар Первый хлопнул ладонью по столу. — Ари, скорее окольцовывай птичку, пока не улетела!

Встав на одно колено, лэрд Ариллиан вынул из кармана скромное серебряное кольцо с прозрачным камнем, в глубине которого тлела огненная искра.

То есть, он заранее подготовился? Все это представление было спланировано, и это была западня⁈

— Это кольцо-талисман — единственное, что осталось на память от моей матери. Я с ним не расставался с детства, но с легким сердцем вручаю его вам, леди Альята. Пусть эта окаменевшая слеза дракона будет единственной слезой за все время нашего брака, — торжественно произнес ненаследный принц и надел украшение на мой палец.

Что ж, подозрения в лицемерии развеялись. А чувство западни осталось.

Вот и всё, Альята. Кончилась твоя свобода. Она была такой недолгой!

Из меня словно выпустили воздух. Накатила безумная усталость, я даже, в нарушение этикета, не ответила на неискренние поздравления короля и кронпринца. Все силы уходили на то, чтобы удержать улыбку на лице и не выронить родовой гримуар — нашу с Кэр единственную надежду на возвращение короля Лиррита в человеческом облике.

— Можешь идти, Альята, — король пошевелил пальцами, отпуская нас. — Я распоряжусь о подготовке к свадьбе. Проведем ее завтра там же, на холме в Золотой роще. Ари, позаботься о невесте. И организуй круглосуточную охрану. Вряд ли дивы не попытаются забрать ее без всяких брачных контрактов.

— Конечно, ваше величество. — Лэрд Тан-Деррит поклонился и, перехватив из моих слабых рук тяжеленный гримуар, чтобы случайно не отдавил ему вторую ногу, повел меня к выходу.

«Гром, меня ведут под конвоем неизвестно куда. Отправляйся в Золотую рощу. Завтра меня выдадут замуж за драконида и его тень» — «Понял, хозяйка. Эх… вот если бы у меня были крылья, я бы спас тебя даже из лап дракона!»

Мечты, мечты… Если бы я успела открыть мастерскую и вволю поэкспериментировать с воздушными шарами, Гром обрел бы если не крылья, то возможность подняться в небо! И мы бы с ним улетели далеко-далеко! Может быть, нашли бы блуждающий неизвестно где Фаэт-Оэль и спасли бы запертых в башне Кэролайн и Лира даже без ключа!

— Куда вас отвезти, леди Альята? — отстраненно поинтересовался жених. Наверное, ему тоже не нравится невеста, но он рыцарски спасал короля и королевство. Герой. — Лучшая защита будет в моем доме, но…

— Король обещал мне, что жить я буду там, где захочу, лэрд Ариллиан. По крайней мере, до свадьбы. Поэтому отвезите меня в Золотую рощу.

— Сейчас это самое опасное для вас место. Опаснее только дворец короля Андруиэра.

— Но вы же не нарушите приказ его величества и защитите меня, лэрд.

Даже интересно будет посмотреть! Особенно, ночью, когда я сбегу в Фаэт-Оэль, к бабушке. Придется активировать «птичку», чтобы она запомнила все, что будет происходить в домике, — поставила я себе задачу.

— Ариллиан, — поправил проректор. — Пора привыкать звать меня по имени, леди Альята.

— Только после брачной ночи, ваше высочество.

Взгляд драконида, брошенный свысока из-под ресниц был таким обжигающим, что мне захотелось с головой нырнуть в зимнюю прорубь. Жаль, не сезон…