Глава 25
...Солнце едва выглянуло из-за горизонта, как погонщицы волов запрягли животных обратно в телеги, и наш караван выдвинулся за пределы Тортосы.
Жутковато конечно выглядели окрестности замка после долгой осады.
Деревья, вырубленные на несколько километров вокруг, ибо осаждающим нужны были дрова для костров и материал для осадных машин.
Брошенные жителями дома, так как воины любой средневековой армии имели обыкновение грабить мужчин и насиловать их женщин, потому при приближении армии самым разумным было бежать куда глаза глядят, прихватив с собой всё ценное, что можно было унести в руках.
Кучи мусора.
Открытые ямы, наполненные гниющим дерьмом.
Разлагающиеся трупы людей и животных, которые никто и не думал убирать...
И, разумеется, стаи птиц, кормящиеся мертвечиной, и совершенно не боящиеся людей. Падальщики в этих краях считали себя хозяевами территорий – и, что интересно, наглых пернатых никто не трогал. Люди понимали: если те не сожрут трупы, то вскоре по земле поползут дурные болезни, переносимые полчищами крыс и мышей. Так что уж пусть лучше птицы побыстрее сожрут и мертвецов, и мерзких грызунов, что было на руку обеим воюющим сторонам...
Вскоре тяжелая трупная вонь осталась за спиной, а от приближающейся реки потянуло прохладой и свежим воздухом. Мост через реку Эбро был в порядке – довольно надежная конструкция, грамотно собранная из толстых бревен, охранялась рыцарскими блокпостами с обоих концов. Конструкции были простые и довольно надежные: сложенная из бревен коробка примерно два на два метра и по пояс высотой, в которой размещались четверо – два лучника и два арбалетчика. Сам вход на мост перегораживал деревянный шлагбаум на подставках, возле которого стояли двое мечников и рыцарь с отличительными знаками тамплиеров на плаще и нагрудном панцире.
- С вас шесть мараведи за проезд по мосту, - буркнул он, окинув взглядом наш обоз.
- Полдюжины золотых за то, чтобы просто перейти на другую сторону? – взметнула вверх густые брови Элизабет. – С бедных женщин? Где твое благородство, достойный рыцарь?
Наемница была действительно красивой девицей – и лицо как для обложки модного журнала моего времени, и фигура закачаешься. Даже кожаный доспех не мог скрыть внушительный бюст, особенно выигрышно выглядящий в совокупности с тонкой талией. Ну а обворожительная улыбка вооруженной девушки, ловко сидящей в седле, вряд ли могла оставить равнодушной кого-либо из мужчин.
Рыцарь был молод, и подобные женские трюки на него еще действовали. Слегка покраснев, он махнул рукой, закованной в кольчужную перчатку:
- Два мараведи – и проезжайте. Только не гоните волов, еще не хватало, чтобы они копытами повыбивали бревна.
Это уже была приемлемая сумма.
В кошеле, доставшемся мне в наследство от Эрменгарды, было восемнадцать золотых монет с изображением короля Португалии Альфонсу Великого на коне, и три десятка серебряных су. С одной стороны, очень неплохие деньги для двенадцатого века, на которые легко можно было купить целую деревню со всеми ее жителями. Но, с другой стороны, даже весьма солидные финансы всегда имеют свойство таять довольно быстро, если тратить их не задумываясь. Вот, например, я только что отдала за проход по мосту две золотые монетки, и их уже шестнадцать. Обратно поедем – останется четырнадцать, ибо вряд ли предприимчивые рыцари пропустят нас второй раз через мост без оплаты. И вообще, фиг знает, подействуют ли чары Элизабет на воинов, охраняющих другой конец моста. Кстати, еще неизвестно как торговля пойдет. Может и не продадим ничего, а два мараведи уже потрачены...
Наш караван неспешно протащился по мосту, и направился в сторону рынка, находящегося неподалеку.
- Хорошо, что на другом конце плату за выход с моста не потребовали, - усмехнулась Элизабет. – С этих рыцарей станется. Про них уже слава идет по всем Пиринеям, что нет на свете более жадных торговцев, чем они.
- Ну, это как посмотреть, - возразила я. – Мост они построили, содержат его в порядке, охраняют. Как по мне, так весьма грамотный и полезный для людей бизнес.
- Что? – не поняла наемница.
- Да так у нас в Нарбонне говорят, - отбрехалась я, мысленно обругав себя за неосмотрительность. - Ну, в общем, как по мне, нормальный способ зарабатывать. Но ты, конечно, молодец! Одной улыбкой выбить скидку в двести процентов – это прям талант!
- Не знаю, о каких проц...етах ты говоришь, но спасибо, - усмехнулась наемница. – Это ж для нашего общего дела. На четыре мараведи можно купить на неделю хлеба и мяса всему моему отряду, и еще на корм лошадям останется. Так что, считай, своих девушек и их коней я уже накормила. Нам, женщинам, небеса дали отличное оружие против жадных мужчин, так что преступлением будет им не воспользоваться.
- Согласна, - кивнула я. – Гораздо лучше побеждать взглядом и улыбкой, чем мечом и копьем...
Так, покачиваясь в седлах наших лошадей и развлекая друг дружку разговорами, мы подъехали к рынку Меркадо, который был построен по всем правилам долговременного военного лагеря.
Довольно обширную территорию обнесли стеной из бревен высотой около трех метров. Наружу вдоль всего укрепления торчали остро заточенные колья, под углом вкопанные в землю – случись штурм, нападающим пришлось бы изрядно с ними провозиться, пока лучники расстреливали их со стен. Над широкими воротами, сколоченными из толстых досок, были установлены два больших крепостных самострела, выстрел из которых с пятидесяти метров пробивал насквозь закованного в латы рыцаря вместе с лошадью. На углах стен этого укрепления даже деревянные башни присутствовали, также оснащенные мощными самострелами.
Ну и, разумеется, снаружи тусовался целый отряд хорошо вооруженных вояк, занимавшихся тем же, чем и охранники моста.
- С вас двадцать мараведи, - окинув взглядом наш обоз, проговорил огромный рыжебородый рыцарь, рядом с которым стояли полдюжины копейщиков и столько же мечников.
- Ничего себе сумма! - повела бровью Элизабет. – Неужто столь достойный и благородный рыцарь возьмет такие деньги с бедных девушек?
- Легко, - хмыкнул тамплиер, погладив свою огненную бородищу. – Вряд ли бедные девушки на последние деньги собрали десяток возов товара. Так что или платите, или разворачивайте своих волов и валите туда, откуда пришли.