Глава 31

Он бежал так, словно за ним гналась толпа демонов. В его громадной руке кожаный мешок довольно внушительных размеров казался крохотным кошельком для подаяний, какие носят на поясах местные нищие чтобы разжалобить богатеев...

- Проверяйте, госпожа! – выдохнул кузнец, кладя мешок на прилавок передо мной. – Здесь все до последней монеты.

- Я верю, - кивнула я. – Забирай свой металл. Надеюсь, из него получатся не мечи, а отличные серпы и плуги.

- Увы, этого не могу обещать, - покачал головой мастер. – Когда вокруг идет война, спрос на оружие гораздо выше, чем на сельскохозяйственные орудия.

- К сожалению, ты прав, - вздохнула я. – Кстати, нам тоже нужно закупить побольше стрел и оружия. Чего-то не настолько дорогого, как мечи из дамасской стали...

- Если вы говорите о вооружении для ополчения, то нет ничего лучше топора дровосека на длинной рукояти из ясеня, - проговорил кузнец. – Это недорогое оружие, которое пригодится и после войны – когда дома людей сожжены, им нужны новые, а для этого приходится валить много деревьев.

- А можешь посоветовать хорошего мастера, у которого можно их закупить?

Кузнец усмехнулся.

- При таком вопросе любой торговец назовет свое имя и расскажет, что его товар самый лучший. Но вы, госпожа, подождали пока я соберу деньги, хотя я уверен, что вам уже предлагали большую сумму за ваш металл. Потому я отведу вас к честному мастеру своего дела, который, в отличие от меня, кует не только доспехи, но и делает лучшие топоры на всем Пиринейском полуострове.

Я оставила свой товар на двух наемниц Элизабет, которых она выделила мне в помощь, а сама пошла с кузнецом.

- На будущее, госпожа, я бы не рекомендовал вам ходить по рынку с мешком денег в сопровождении незнакомцев, - заметил кузнец. – Люди здесь всякие попадаются. В том числе и те, кто за пару монет запросто перережет горло любому.

- Думаю, если кто-то перережет горло мне, то вскоре этот рынок сметут с лица земли мой дядя Рамон Беренгер вместе с моим женихом Бернаром Андузским, - отозвалась я.

Кузнец внимательно посмотрел на меня.

- Хорошо если так, - произнес он. – Но этих влиятельных господ сейчас нет рядом с вами, а грабители боятся не слов и не титулов, а лишь обнаженных мечей, направленных им в лицо.

С этим сложно было спорить, но я не привыкла сдаваться. Даже в споре с громилой, который наверняка был способен убить меня одним ударом громадного кулака.

- Вы правы, сударь, - проговорила я. – Но в наше время женщины это уже не те беспомощные создания, какими были раньше. И в моем случае грабитель скорее подавится клинком моего кинжала, чем заберет мои деньги.

Кузнец не стал спорить – лишь слегка поклонился, спрятав улыбку в усы, и произнес:

- Мы пришли, госпожа. Позвольте представить вам замечательного мастера Сантьяго из Таррагона, которому больше по душе ковать орудия мирного труда, чем оружие для войны.

Седовласый кузнец, стоявший за прилавком, был высок и широкоплеч. Время коснулось его волос, покрыв их серебром, и лица, в морщины которого въелась многолетняя сажа кузнечных печей, но до мышечной массы пока не добралось. Даже не знаю, кто был крупнее – мой молодой знакомый, или этот старик, который в одной руке легко держал лемех плуга, поворачивая его так и эдак перед покупателем в недорогой одежде, чтобы тот получше рассмотрел товар.

Покупатель расплатился и ушел, с трудом таща подмышкой тяжелую железяку, а мой сопровождающий произнес:

- Приветствую тебя, друг Сантьяго. Вот привел к тебе покупательницу, которая желает приобрести несколько твоих знаменитых топоров.

- Приветствую, друг мой, - проговорил старик, окинув меня взглядом. – А она что-то в них понимает?

Мой провожатый замялся, не зная, что ответить.

Но вместо него ответила я.

- Рискну сказать, что понимаю. Можно посмотреть товар?

- Отчего же нельзя? – пожал плечами пожилой мастер – и выложил на прилавок аж целых шесть так называемых «топоров дровосека», насаженных на длинную ясеневую ручку, покрытую лаком.

Я подошла, взяла один, взвесила на руке, проверяя баланс. Потом второй. Третий...

- Глянь-ка, богатая госпожа выбирает оружие чтоб проломить башку неверному мужу, - раздался сбоку от меня насмешливый голос. – Я бы на вашем месте использовал для этого сковороду. Хотя наверно за вас в доме всё делает прислуга, и вы вряд ли держали в руках какой-то инструмент тяжелее иглы для вышивки гобеленов.

Я повернула голову на голос.

Рядом с прилавком стоял молодой парень «мажористого» вида. Нахальная, сытая, улыбающаяся рожа, богатая одежда, недешевое золотое кольцо на пальце. Чуть позади переминается с ноги на ногу слуга с мешком для покупок на плече, угодливо улыбающийся шутке хозяина...

Рядом с прилавком пожилого кузнеца стояли чурбаки разной толщины, предназначенные как раз для испытания топоров. Ну, я, недолго думая, размахнулась – и рубанула по чурбаку, на который мажор поставил свою ногу...

В тот момент я не думала, успеет он убрать стопу с деревяшки или нет.

Разозлилась чего-то...

Со мной такое бывает. Наверно, стресс накопился, вот и вспомнились навыки рубки дров на даче.

И моё новое крепкое молодое тело справилось с ударом на отлично!

«Мажор» едва успел отдернуть свою лыжу, как топор точно посредине развалил чурбак, на котором только что стояла нога в дорогом сапоге.

- Беру этот, - сказала я. – И все остальные тоже. У вас и вправду отличные топоры, достопочтенный мастер Сантьяго из Таррагона.