Глава 23

* * *

Астер Ретель-Бор

Нет больше Чёрного Рыцаря.

Умер друид. Но за мгновение, как кельранский меч сносит ему голову, он счастливо улыбается и издаёт вздох облегчения.

Всего один удар и мой молчаливый крик, что звучит громче всего на свете.

Знакомый металлический звук и мгновенный хруст.

Свободен.

Разрушены цепи тяжких оков, и душа друида покидает клетку плоти.

Голова его тяжело падает на землю, недолго катится к моим ногам. Тело лежит на влажной земле.

Нет сомнений — мёртв.

Но я вдруг вижу, как от его тела отделяется лёгкая дымка — душа. Душа друида будто стряхивает с себя пыль веков и дрожит, чуя запах долгожданной воли.

Расправляет крылья и рвётся скорее к звёздам.

На моих глазах — роса…

Отныне, для него весь этот мир — мираж, истаивает подобно первому снегу. Свободный от груза нажитых грехов, улетает друид дорогой вечной.

Вот и всё.

Клятву свою я сдержал.

Внутри пустота. Противная горечь катается со слюной у меня во рту. Тошнит от самого себя. Но при этом, прекрасно понимаю, что тяжесть данного друиду слова долго будет гнуть мою спину и ставить на колени.

Одно дело — убить врага. Другое — человека, спасшего тебя.

Долго я сижу на поваленном дереве и гляжу на мёртвое тело Чёрного Рыцаря.

Я жду. Жду ту силу, что вскоре перейдёт от него ко мне.

«К Тинарию эта сила! Не нужна она мне!» — но я сколько угодно раз могу рычать и кричать про себя, но обещания уже не воротишь. Дело сделано.

Долго так сижу, не замечая ни холода, ни дождя. В голове туманная тишина, в сердце — тоска.

Но вскоре прихожу в себя, когда вокруг мертвеца собирается густая и зловещая тьма. Она туманными щупами выбирается наружу и подобно хищному, но осторожному зверю принюхивается и замирает.

Учуяла.

Быстрее молнии, в одно мгновение, когда я не успеваю ни моргнуть, ни осознать, тьма, что таилась в друиде, алчными челюстями мерзких червей впивается в моё тело!

Она забивается в глаза, в нос, уши, проталкивается в горло удушливым комком, заполняет собой каждую мою пору и не позволяет мне не дышать, не видеть и не слышать, и даже крик мне сейчас не подвластен.

Боль раздирает как снаружи, так и изнутри.

Моё тело горит, болит, его распирает, будто сейчас меня разорвёт на части.

Я чувствую тёмную магию. Она кишащей армией мелких червей заполняет всего меня, меняет моё тело и душу. Подчиняет меня себе. Она жадная, ненасытная, довольная. Я слышу её шелестящий змеиный шёпот в своих мыслях.

Она пирует, пожирая моё тело и душу. Она считает меня слабаком…

Но это не так.

Прекращаю биться в агонии, кататься от дикой боли по земле и сдирать заживо с себя кожу.

Как говорил друид, я должен принять всю его силу. Всю до капли. Позволить ей заполнить всего меня и лишь затем подчинить.

Так и поступаю. Отпускаю свою боль и позволяю тьме полностью пробраться в моё тело.

Когда исчезает ощущение огня, когда могу сделать живительный вздох, и ко мне возвращается зрение и слух, я говорю сорванным от молчаливого крика сиплым голосом счастливой тьме, что считает меня своим рабом:

— Я твой хозяин. Запомни это. Ты подчинишься мне, как подчинилась Чёрному Рыцарю.

Тьма затихает и ощеривается. Она так не считает.

Ухмыляюсь и дрожащей рукой стираю с лица кровь, что бежит из носа, из глаз.

Друид предупреждал меня. Сила начнёт меня испытывать. Она будет меня ломать, коверкать и искажать моё сознание, дабы сделать своим рабом и творить свои дела моими руками.

Так не будет.

Я приручу её. У меня на это есть время.

Вечность.

Спустя долгое время, когда сила затихает во мне, чтобы выбрать удобное время для своих манипуляций, я, медленно поднимаясь на ноги и шатаясь, иду к дому.

Подхожу к мёртвому телу и сбиваюсь с шага.

Тело друида начинает на глазах разлагаться, быстро превращаясь сначала в гниль, а потом в прах.

На месте тела остаётся только тряпьё. Прах уносит с собой холодный и свирепый ветер.

Ни души и ни тела не осталось после Чёрного Рыцаря. Лишь одна легенда.

Шаркающей походкой возвращаюсь в дом, на ходу вытираю лезвие меча от густой крови и убираю оружие в ножны.

В доме тяжело падаю в кресло и тут же отключаюсь.

Во сне ко мне возвращается память. * * *

Астер Ретель-Бор

Дождь уныло барабанит по стенам обители в городе Расторг.

Зачем сила меня сюда принесла? Что здесь может заинтересовать меня?

Память вернулась, и я хотел проснуться, но не смог. Мой разум и духовное тело унеслись далеко от места, где я буду приручать новую силу.

Расторг.

Обитель.

Почему не мой замок?

Хочу видеть свою жену… и ребёнка…

Едва думаю об Изабель — кроткой, нежной и послушной жене, как я словно спотыкаюсь, потому что вижу её…

В постели беспокойно спит Изабель. Моя Изабель!

Воздух вокруг неё полон аромата высушенных трав. Уже догорающий огонь в камине бросает причудливые полутени.

Медленно и неслышно с моих губ срываются неизвестные мне слова древнего языка… Но вскоре я их понимаю… Это рунический язык забытых и проклятых богов, что правили миром до рождения Инмария и его брата-близнеца — Тинария.

Слова магические. Они покажут мне истину. Но для чего моя сила требует этого? И что делает в обители моя жена?

Слова льются тихой песней опавшей листвы.

«Ключ к магии — сама магия», — говорил мне тёмный друид. — «Чтобы приручить тёмную силу, ты должен быть сильнее её и дать ей понять, что ты можешь быть и злее, чем она. Нет времени ни на что другое, не приручишь эту силу — станешь рабом её до скончания времён, ибо она хитрее самой хитрой женщины».

Концентрирую внимание на заклинании, готовясь принять истину.

Последнее слово кажется тяжёлым и срывается оно также — будто камень падает с языка.

Наступает звенящая тишина. Даже воздух замирает. Дождь больше не идёт. Пламя огня своими языками не лижет тлеющее дерево. Огонь просто затух. Умер.

Подхожу к спящей Изабель и смотрю на неё из темноты.

Она начинает светиться. Её вены пульсируют красными реками. Над её телом появляется настолько яркое сияние, что зажмуриваюсь. Свет её жжёт.

Что это?

А потом свет утихает, и я вижу…

Женщина, что спит сейчас — не Изабель.

Хмурюсь и не понимаю.

Она вдруг вздыхает и открывает глаза.

Лицо её вновь меняется и передо мной снова находится Изабель Ретель-Бор. Моя жена и мать моего ребёнка.

Она сначала долго смотрит прямо на меня, а потом вскакивает прямо на кровати и открывает рот, чтобы закричать, но взмах пальцев и её крик превращается в тишину.

— Кто ты? — спрашиваю её грозно. — Я верну тебе голос, если поклянёшься не кричать и говорить правду.

Она дышит часто, смотрит на меня с испугом, а потом, зачем-то щипает себя за руку — один раз, потом другой. Трясёт головой и снова смотрит на меня так, словно видит чудище.

Но потом кивает.

Согласна.

Возвращаю ей возможность говорить.

— Отвечай только правду. Ты выглядишь как моя жена — Изабель Ретель-Бор, но ты не она. Ты другая. Кто ты и где моя женщина?

— А ты кто такой? — голосом сиплым со сна, а быть может и от страха, спрашивает она. А потом смотрит на меня внимательно, прищуривается и выдыхает изумлённо: — Астер?.. Астер Ретель-Бор?

— Я задал вопрос, — говорю с раздражением и поднимающейся злобой. Тьма жаждет крови и убийств. Усилием подавляю её, но ярче слышу, как стремительно бежит кровь по венам женщины, как громко стучит её сердце.

Делаю к ней шаг, она вжимается в стену сильнее, стремясь оказаться от меня дальше, но потом храбро опускается на кровать и кутается в шкуру.

— Я — Изабель Ретель-Бор, — говорит женщина, что выглядит как моя жена. — Но моя душа из другого мира. Та Изабель, что ты знал — умерла. И убил её твой друг и брат-бастард — Зерран. Я вижу, что твоё тело прозрачно… Жив ли ты или призраком стал? Я расскажу тебе всё, если скажешь, что с тобой… Благодаря памяти Изабель я знаю, что происходило в её жизни…

Мне хотелось сказать, чтобы она прекратила лгать, но тьма внутри меня подсказывает, что женщина не лжёт. Истина срывается с её языка.

Но как такое возможно? Другая душа в теле моей жены?.. Мир сошёл с ума.

— Рассказывай, потом я решу, что делать с тобой. Но не смей мне лгать.

Демонстрирую свою силу, всего лишь каплю, но тьма жаждет пировать. Туман темнее ночи срывается с моих пальцев и тут же по моей воле втягивается назад, но неохотно и со стоном обиженного дитя.

Женщина громко сглатывает и настороженно глядит на меня. Потом кивает, вздыхает и начинает рассказ. * * *

Изабль Ретель-Бор

В какой-то миг мне чудится, будто меня обступила самая настоящая тьма. Нет больше яркости ни дня, ни ночь. Чёрное, да серое кругом. Опочивальня почему-то сделалась серой и будто неживой. А ещё холод. Становится невозможно холодно, изо рта идёт пар. Что такое?

Открываю глаза и сначала не могу понять, что вижу. Реальность это или сон?

Призрачное тело мужчины делает движение в мою сторону.

В панике я подскакиваю на кровати и прижимаюсь спиной к ледяной стене, что обжигает кожу холодом даже через ткань рубашки.

Чужак в моих покоях! Как он смог сюда пробраться?!

Открываю было рот, чтобы успеть позвать на помощь, ведь за дверью дежурят кельраны, но мужчина что-то делает со мной и вместо крика с моих губ срывается… тишина… Лишь чувствую, как мои голосовые связки напряжены и вот-вот будут сорваны.

— Кто ты? — спрашивает мужчина суровым и не терпящим возражений тоном. — Я верну тебе голос, если поклянёшься не кричать и говорить правду.

Прекращаю попытки закричать. Он — маг.

Дышу часто. Мне страшно. Такого разворота событий я не могла даже и представить.

А может, мне всё снится?

Щипаю себя за руку. Больно, но я не просыпаюсь.

Щипаю снова и уже значительно сильнее. Очень больно, что хочется плакать, но наконец, понимаю, что это точно не сон.

Трясу головой и незаметно смахиваю набежавшие слёзы.

Потом гляжу на странного и пугающего до дрожи в коленях ночного гостя и согласно киваю.

Он не делает ничего, но я чувствую, что могу снова говорить.

— Отвечай только правду. Ты выглядишь как моя жена — Изабель Ретель-Бор, но ты не она. Ты другая. Кто ты и где моя женщина?

От его слов у меня по спине пробегает пренеприятный холодок. Страх сковывает горло и начинает кружиться голова.

Как он узнал?!

Кто же он?!

— А ты кто такой? — задаю встречный вопрос, стараясь, чтобы мой голос не дрожал от сковавшего меня страха.

Но потом в голове что-то будто щёлкает. Память моей предшественницы узнаёт этого мужчину!

«Астер!» — кричит подсознание.

И от этого понимая, чуть не лишаюсь чувств.

— Астер?.. Астер Ретель-Бор? — шепчу взволнованно.

— Я задал вопрос, — говорит он вдруг очень злобно. А потом он осматривает меня с ног до головы, будто решает, сразу меня убить, чтоб не мучилась или подвергнуть сначала пыткам.

Он делает шаг в мою сторону и ужас охватывает всё моё существо. Желаю раствориться в стене или просто рассыпаться на атомы и исчезнуть.

Но потом я усилием воли отгоняю от себя этот липкий и неприятный ужас, который не позволяет думать нормально и адекватно принимать решения. Медленно опускаюсь на кровать и кутаюсь в тёплую шкуру, а то уже не чувствую своего тела от холода.

Внимательно слежу за Астером, который почему-то ведёт себя не так, как всегда. Из воспоминаний Изабель, этот мужчина всегда был чутким, внимательным и благородным во всех своих делах и помыслах.

А сейчас он само зло.

Но быть может такой он из-за того, что знает, я — не его жена. Но как он узнал?!

Собираю всю свою смелость и начинаю говорить. Итак молчание затянулось.

— Я — Изабель Ретель-Бор. Но моя душа из другого мира. Та Изабель, что ты знал — умерла. И убил её твой друг и брат-бастард — Зерран. Я вижу, что твоё тело прозрачно… Жив ли ты или призраком стал? Я расскажу тебе всё, если скажешь, что с тобой… Благодаря памяти Изабель я знаю, что происходило в её жизни…

Я замолкаю и смотрю на него.

Поверит ли? Или прямо здесь и сейчас уничтожит меня?

И даже кельраны не спасут…

— Рассказывай, потом я решу, что делать с тобой. Но не смей мне лгать.

После его слов с его длинных пальцев начинается спускаться самая настоящая клубящаяся тьма!

Она подобно дыму быстро заполняет пространство и клянусь, я вижу, как иногда в этой дымке мелькает зубастая чудовищная челюсть!

О мой бог…

Астер недолго показывает мне этот ужастик и вскоре тьма убирает прочь, втягивается обратно. Мне показалось, или она вдруг разочаровано заскулила?

Настороженно гляжу на Астера и начинаю говорить. Пусть он знает всё. Мне нечего скрывать.

Пока рассказываю, рассматриваю мужчину. Он тоже не сводит с меня пристального взгляда.

Его лицо обветрено, но благородно. На этом воистину аристократическом лице смотрят на меня живые глаза.

Спокойный, но не расслабленный. Опасный. Терпеливый, готовый ко всему, он изучающе смотрит на меня, слушает меня. Он наблюдателен и вдумчив, словно взвешивает каждое моё слово. Вены на тыльной стороне ладоней выпуклые, а пальцы длинные. Руки воина.

Его тело не массивно, но наполнено силой и физической и магической. Звериная сила таится в Астере. Я физически ощущаю исходящую от него мощь.

Всё это мне совсем не понравилось. Я нутром чую опасность.

Жизнь научила, что сюрпризов можно ждать отовсюду. Даже от собственного мужа, который явно изменился…

Вот мы и встретились, муж и жена.

* * *

Изабель Ретель-Бор

— …вот такая вышла у меня беседа с градоправителем и служителем Инмария, когда до них донесли о моём поступке с выкупом рабов.

Заканчиваю свой рассказ. Астер стоит неподвижно и мерит меня тяжёлым взглядом.

Я жду, когда он заговорит первым.

Мне нестерпимо хочется пить. Всё-таки рассказ вышел длинным, с подробностями и сухими фактами. Я намеренно опустила эмоции и чувства. Как подсказала мне интуиция, графу они не к чему сейчас. Он должен знать лишь суть.

— В твоих словах нет лжи, — наконец говорит Астер, обходя опочивальню бесшумно, будто хищник. — Но звучат они невозможно… Зерран — мой брат?

Он трясёт головой и вздыхает.

Я продолжаю молчать. Мужчина должен сам всё осмыслить и принять решение. Надеюсь, он не станет отказываться от меня и просить церковь отправить лже-графиню на костёр. Хотя лже я себя уже не чувствую. Как-то быстро я вжилась в новое тело и приняла новый мир.

— Мне нужно подумать… Изабель, — произносит он, снова глядя на меня.

— Я хочу, чтобы ты знал, Астер, я не желаю тебе зла. Не желаю зла твоим людям…

— Уже понял это, — прервал он меня. — Странно мне сознавать, что ты и не ты больше… Хотя и я уже не тот, что раньше…

О чём он говорит, не понимаю, но не лезу со своими расспросами. Придёт время, и я всё узнаю. Если оно придёт.

— Будут ли у тебя ко мне какие-то просьбы или указания?.. — спрашиваю осторожно, показывая ему тем самым, что готова подчиняться, как это стоит делать местной супруге, что я уважаю его, как мужчину и как супруга.

Он снова долго молчит. Думает и мерит шагом комнату. Потом говорит:

— Продолжай делать то, что ты задумала, Изабель. Про золото молчи. Никто не должен знать…

— А кельраны? — хмурюсь я. — Их командир уже знает.

— Кельранам можно верить, — успокаивает меня Астер.

— Ещё знают Керуш, Омар, Эрдан… Думаю, Зерран тоже в курсе…

— Женщина… — просто вздыхает Астер.

Ничего не говорю в ответ. Да, я женщина и что?

— Скорее завершай в Расторге дела и возвращайся по морю в замок. С королевским представителем будь осторожна. Говори мало, больше слушай его. Такие как он умеют запутывать и хитростью выведывают любую правду. Ты и заметить не успеешь, как выложишь ему все свои тайны. Если король отправил Орланда Криперса, то дела плохи.

— Почему?

— Потому что у этого королевского пса особый дар — он, как и Зерран умеет управлять людской волей. Ты должна научиться ставить защиту на себя, чтобы он не посмел коснуться разума твоего, иначе ты пропала. Расскажешь ему о себе, как есть…

— Как мне защитить свой разум? — ухватилась за его совет. — Ты научишь меня?

— Чувствую, что скоро уйду отсюда, — произносит Астер. — Увижу ли тебя снова таким способом — не знаю.

Вздыхает и ерошит свои волосы.

— Представляй перед собой стену, через которую никто не сможет проникнуть. Чем явственнее представишь и поверишь в свою защиту, тем окажется большая вероятность, что она сработает… Изабель… у тебя… у неё… не было магического дара. Магии учатся годами. Я слабо верю, что ты сможешь, но попытайся. А я пока буду думать и надеяться, что смогу вот так посещать тебя.

— Хорошо, — отвечаю ему без энтузиазма.

Как-то мысль о том, что меня сможет ловко провести королевский представитель, совершенно не радует. И, честно говоря, откровенно пугает.

— Обо мне никому не говори, — опережает мой вопрос Астер. — Никто не должен знать, что я жив и здоров.

— Когда ты вернёшься?

Он снова молчит и в этот раз смотрит как-то печально.

— Не знаю… Быть может, никогда…

Что?

Встаю с кровати, обуваюсь в тёплые тапочки по типу и делаю шаг навстречу мужчине. Крепко держу шкуру на себе.

— Из воспоминаний Изабель я знаю, что ты хороший человек, Астер Ретель-Бор. С тобой явно что-то произошло… И ещё эта новость, что я и не я уже, и твой ребёнок… — вздыхаю и снова приближаюсь к нему на ещё один небольшой шажок. — Мне жаль… правда…

— Твои поступки и идеи необычны, Изабель. И твоё появление в этом мире неслучайно. Я не стану противиться воле Инмария. Делай, что должна.

— И будь, что будет, — добавляю я.

Граф кивает.

— Я должен идти. Надеюсь, ещё увидимся. Если нет, то…

— Не говори так. Мы увидимся и так, и в реальности обязательно встретимся.

— Но если нет, то позаботься о графстве, Изабель.

Как-то мрачно звучит.

Не успеваю ничего сказать, как вдруг, он начинает исчезать.

Пытаюсь ухватить его за руку, но мои пальцы проходят сквозь него, размывая дымный силуэт.

Граф исчезает. В помещении вдруг становится светло. Это огонь в камине вспыхивает ярко.

В душе моей селится смятение.

Граф Астер Ретель-Бор оказался мужчиной с виду суровым, но адекватным. Я очень надеюсь, что мы ещё не один раз с ним увидимся, хоть и таким необычным способом.

Забираюсь в постель и обдумываю его слова о защите, о том, что он может не вернуться, о том, что он довольно легко воспринял мой рассказ… и не замечаю, как проваливаюсь в сон.