Глава 35

Линда

И только когда я осталась одна, а Рагнар со всеми своими помощниками, магами и артефактами отправились спасать княжество от грозной стихии, я вдруг ощутила сильное раздражение на кончиках пальцев.

Знаете, словно что-то мешается, и хочется скорее сбросить…

И не поверите! Я увидела, что магическое заклинание, с которым я долго боролась, но так и не справилась, засияло красными всполохами на кончиках моих пальцев. И вены на кистях рук светились багряно-красным.

Честно, выглядит это жутко.

Пока я стояла и обтекала, рассматривая чудо-чудное и диво-дивное, точнее пугающее явление на моих руках, мой монги быстро сообразил, что к чему: малыш запрыгнул на стол, схватил и лапками обнял бокал. Он заверещал так громко, что я чуть не оглохла, зато отмерла и перевела взгляд на зверёныша, благодарно ему улыбнулась.

— Ты прав. Возможно, я сейчас смогу перенести заклинание, — проговорила я и с замиранием сердца проделала уже поднадоевшее до зубного скрежета действо.

И о, чудо! Совершенно легко заклинание красным туманом наполнило бокал, закружилось в нём маленьким сияющим вихрем и истаяло, исчезло, будто ничего волшебного и не случилось.

На мгновение замерла в ожидании чего-то ещё, но ничего больше не происходило.

Прислушалась к себе и поняла, что пропало то зудящее, раздражающее изнутри чувство чего-то лишнего.

Чтобы проверить, получилось ли, я щёлкнула пальцами. Комнату тут же наполнили звуки музыки. Мелодия полилась из бокала! И прав был Рагнар: звучание из хрустального бокала было в разы прекраснее. Щёлкнула два раза, и музыка оборвалась.

Облизнула губы, потом растёрла ладони и подмигнула монги, который смотрел на меня с любопытством и явно ждал, что я буду делать дальше. А дальше я поставила рядом с бокалом тот самый хрустальный шар, из которого я вытянула заклинание, не разрушив ни само плетение, ни структуру самого объекта.

Медленно потянула заклинание из бокала и удивилась, насколько быстрее и легче мне удалось это сделать, чем в первый раз.

Внутри тут же образовалось то раздражающее меня ощущение, и я, не теряя времени, перелила магическое заклинание обратно в хрустальный шар.

Проверила. Артефакт работает!

— Бог мой… Работает! — воскликнула, не в силах поверить, что я сделала это. — Да! Да! Да-а-а!

Подхватила зверёныша и закружилась вместе с монги по спальне князя.

— Малыш, я ведь теперь так много смогу сделать для княжества! — воскликнула в голос.

У меня возникла нереальная жажда деятельности.

Я ещё по отчётам помнила, что многие артефакты, применяющиеся в таких сферах, как добыча ископаемых в шахтах, для работы на заводах и в производстве, а ещё в армии, даже в академиях и много-много где ещё либо полностью вышли из строя, либо были в разной степени повреждены.

Новые артефакты создавать долго, муторно, дорого: для сложных задач требуются особые материалы, основа, на которую будет наложена магическая составляющая артефакта. Но это полбеды, сами заклинания порой такие сложные, что для их создания магам требуются не просто дни или недели, порой месяцы и месяцы на расчёты и подготовку. Это же так здорово, если я смогу вытащить готовое плетение и перенести его на новый, «чистый» предмет.

Но сначала нужно потренироваться на сложных артефактах и проверить, как быстро и легко я смогу выполнить задачу. А то, быть может, я тут губу раскатала, а по факту опять буду танцы с бубном исполнять, чтобы сделать дело.

Но, самое главное, я могла бы отобрать у Моники силу, которую она украла у брата, и вернуть магию её полноправному хозяину — Кайлу.

Но стерва сбежала. Как будто почувствовала, что ей скоро тут ласты склеят.

Теперь стоит только догадываться, какие неприятности она вместе со светлыми принесёт княжеству Рангерхельм и всем тёмным вампирам.

Но, уже узнав Рагнара, я хорошо понимаю, что он составит вместе с Саймоном, Тополем, Эрзой и другими помощниками варианты развития событий и планы нейтрализации возможных неприятностей. Так что у Моники ничего не выйдет.

А ещё у меня возникла идея, которая по-хорошему должна была возникнуть уже давно, но она отчего-то пришла только сейчас.

Когда стихия воды наполняла мою голодную антимагию, она показала мне затонувший корабль, где уже много веков на дне морском стоят сундуки, набитые драгоценностями и золотом.

Нужно выяснить только, где это место, и добыть сокровища, которых нам сильно не хватает. Интересно, смогу я снова «пообщаться» с водой и выяснить, где затонул корабль?

Может, и смогу, но чаще всего подводные клады ведут себя как заколдованные, не желая даваться в руки. Да и море может запросить свою цену.

Надо этот вопрос обсудить с Рагнаром, когда он закончит и вернётся.

Кстати я обратила внимание, что ветер утих. Вместе с монги подошла к окну и убедилась в этом. Тучи рассеивались, море прекращало волноваться и постепенно успокаивалось. Ветер больше не рвался крушить, ломать и уничтожать всё на своём пути.

Я улыбнулась и с гордостью подумала, что этот сильный, могущественный тёмный князь, вампир — мой мужчина. Жених и моя любовь, о которой на Земле я уже давно перестала мечтать.

— Наш князь силён, — сказала вслух, — смотри, как быстро справился с жуткой непогодой.

Монги что-то вяло прострекотал. Зверёнышу, видимо, было не очень интересно. Он, вообще, зевал и клевал носом, хотел спать.

Почесала его за ушком и устроила на кровати.

А сама позвала слуг и распорядилась срочно принести лёгкий перекус, вина и горячего чая.

Рагнар вернётся уставший, холодный, и буду его отогревать. Хоть вампиров и не пугает холод, всё равно живое тепло, забота и любовь так приятно греют душу.

Пока слуги исполняли приказ, я тем временем отправилась набирать горячую ванну и думала, что Моника реально обломилась. Если она думала, что шторм уничтожит Рангерхельм, то, значит, плохо девушка знала Рагнара. Только есть вопрос: а как часто нужно обновлять заклинания и питать артефакты силой?

Короче, Монику нужно выловить. Может быть, обменять на кого-то важного для светлых вампиров, потом отобрать у неё магию, вернуть силу Кайлу и зажить, наконец, спокойно.

* * *

Ужин и горячую ванну на время пришлось отложить.

Рагнар собрал срочный совет, и я на нём присутствовала.

Всё оказалось ещё хуже, чем я себе представляла.

Сами вампиры после битвы и укрощения стихии не скрывали злости и агрессии по отношению к Монике, все выглядели нервными и несдержанными. И неудивительно!

— Артефакты смогут сдерживать стихии не больше суток, — прорычал Рагнар, объясняя негодование. — Их нужно менять раньше, чем заряд закончится. Моника Рейданд воспользовалась силой и направила циклон, штормы, ураганы на Рангерхельм.

Князь зло сверкнул чёрными очами и впился недовольным взглядом в своих советников.

— Помимо наших природных неблагоприятных условий, на нас обрушится магически наведённая непогода, — мрачно добавил Саймон.

— Она нарушила клятву, мой князь, — с абсолютным равнодушием на лице произнёс Тополь. — За предательство, нарушение стабильности погодных условий и реальную возможность разрушений в княжестве из-за её действий Монику Рейданд по законам тёмных вампиров, да и по закону всего мира Дицентрей её следует лишить магических сил и подвергнуть полному стиранию личности.

— И отпустить? — фыркнул Эрза. — Предлагаю лишить магии и казнить!

— Сначала найдите её, — прошипел взбешённый Рагнар, обвёл взглядом совет и заговорил убийственно спокойным, но от этого не менее пугающим голосом: — Как вы допустили подобное? Как она смогла выбраться из княжества незамеченной?

Его глаза — тёмные, жёсткие, из-за гнева затенённые надбровными дугами — засветились алыми всполохами.

— У неё должны быть помощники, — решилась озвучить своё мнение.

Повисла напряжённая тишина. Ясное дело, что под подозрение попадают все вампиры, проживающие на территории замка. Кроме меня и Рагнара.

— Естественно, — Рагнар скривил губы в злобной усмешке, продолжая прожигать гневным взглядом присутствующих вампиров.

Рагнар теперь напоминал едва сдерживающегося монстра.

Накрыла ладонью его сжатую в кулак ладонь и чуть сжала, чтобы дать понять: я рядом и поддержу любое его решение.

Рагнар выдохнул и благодарно посмотрел на меня. Лицо, заострённое от ярости, разгладилось и приняло прежний вид. Выдвинувшиеся длинные боевые клыки уменьшились.

Немного успокоившись, князь вновь оглядел всех заёрзавших на своих местах помощников и обратился к военачальнику:

— Эрза!

— Да, мой князь? — осторожно произнёс вампир и коротко поклонился.

— Ты обнаружил место, где она открыла портал? — потребовал ответа Рагнар.

— Обнаружил, — кивнул Эрза и отчитался. — Из своих покоев она не стала открывать портал, мой князь. Воспользовалась подземными ходами, где магический фон сильно искажается, и сигналки о самовольных порталах сработали с запозданием в десять минут.

— Даже обладая столь редкой и огромной силой, Моника не могла бы сама открыть портал. Ещё одно доказательство, что она действовала не одна. Ей помогли: один или двое.

«Быть может, заговорщиков больше?» — подумала про себя.

— Или она вместе с помощником использовала несколько накопителей, и он удерживал портальную точку выхода, — предположил секретарь князя Арман.

Князь невесело хмыкнул и голосом, полным арктического холода, произнёс:

— Сегодня ночью никто отдыхать не будет, пока не найдёте мне всех заговорщиков и помощников Моники. Я должен знать, что происходит, какие у этих предателей планы, и какие последуют действия со стороны светлых. Всем ясно?

Вампиры побледнели, но слаженно кивнули.

— А теперь все вон, — сказал он устало и добавил, когда никто не шелохнулся: — Я сказал: живо исполнять мой приказ!

Рагнар применил силу, и всех вампиров как ветром сдуло. Причём в прямом смысле. Кого-то просто вынесло кувырком за двери, кто-то успел обернуться стаей летучих мышей и вылетел сам, но факт один: зал совещаний в одно мгновение опустел.

А я вдруг задумалась и спросила Рагнара:

— Слушай, ведь у всей магии имеется свой запах, так?

Он кивнул и устало потёр переносицу. Немало сил вложил в усмирение стихии, ведь чтобы настроить на сдерживание непогоды артефакты, разбушевавшуюся природу сначала нужно взять под контроль. Подобная мощь под силу только главе клана — князю Рангерхельма — Рагнару. И я видела, что он выжат, и ему необходимо восполнить резерв.

Я забралась к нему на колени, обвила сильную шею и кратко изложила, что у меня вышло перелить магическое заклинание в бокал, а затем вернуть всё обратно.

Князь улыбнулся и искренне похвалил меня. Но сейчас мне не похвала была нужна.

Я поделилась с ним мыслями о том, на чём сразу не акцентировала внимание.

Заклинание, над которым я тренировалась, имело запах: едва уловимый, но запоминающийся. Музыкальное плетение в момент активации пахло солоноватым бризом.

И Рагнар подтвердил моё открытие.

— Всё так, Линда, но аромат магических заклинаний могут уловить единицы вампиров. Но если точнее, то практически никто из вампиров не может расщепить запах заклинания на составляющие, чтобы определить, что это за конкретное заклинание. Это крайне редкая особенность.

Так это же хорошо. И я озвучила ему свою идею:

— Просто по запаху магии можно было бы определить помощника Моники. Понимаешь?

Я умолкла, давая ему возможность осознать мысль. Пока князь думал, провела ладошками по его широким плечам, мечтая своими руками убить Монику. Вместо того, чтобы сейчас предаваться страсти, мы должны искать эту дрянь и её пособников.

— Линда, радость моя, я, конечно, чувствую запах магии, но для меня он, как и для остальных, кто силён, всегда одинаковый. Иногда меняются оттенки к более горькому или солёному, но чтобы конкретно выявить на самом тонком молекулярном уровне аромат, одной силы мало. Мы не способны выявить и различить нечто большее и распознать носителя запаха.

— Но… может, тогда я смогу? Если мне кто-то расскажет, как пахнет… портальная магия… Или, например, ты создашь портал… А ещё лучше мы спустимся в подземелье и сами обследуем место, откуда сделала ноги эта стерва, то, быть может, потом мы пройдёмся по каждому живущему здесь вампиру, и по запаху я смогу определить, кто помогал ей? Запах ведь остаётся ещё какое-то время. А там дело за малым: расколоть этого урода, чтобы сдал остальных пособников и рассказал об их планах. Что скажешь?

Рагнар посмотрел на меня с таким удивлением, будто впервые увидел, и вдруг сказал, при этом широко улыбнувшись:

— Знаешь, звучит настолько нелогично, даже безумно, что должно сработать.

Когда мужчина не подвергает сомнению твои мысли, поддерживает любые твои безумные идеи, не называет глупой, не отмахивается и вот так влюблено и нежно смотрит, женщина способна все миры обрушить или возродить. Ощущение крыльев за спиной — это непередаваемо прекрасно.

— Спасибо, — прошептала ему прямо в губы, поцеловала. А после строго произнесла: — Но прежде чем пойдём искать предателей, ты восстановишь свои силы.

И расстегнула ворот, обнажая шею.