ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

О неприятностях по всем фронтам

 Я представляла поселение риквестинцев эдакой жутковатой деревней, огороженной частоколом, и в голове уже заранее крутились возможные варианты побега оттуда. Но все эти планы лопнули как мыльный пузырь, когда впереди показалось это самое поселение. Крепость. Самая настоящая крепость. Она прилегала к скале, словно являясь ее частью. И как потом выяснилось, так оно и было. На открытое пространство отводилось совсем немного места, в основном же все располагалось в разветвленной сети пещер. В том числе и темница…

Но пока нас повели прямиком к неведомой госпоже. Она обитала в высокой башне посреди внутреннего двора крепости. Из окон струился голубоватый дымок, и то и дело вырывались гаснущие сполохи — что-то теория «у них на самом деле нет магов» казалась уже далекой от истины.

Всех драконов, и ездовых, и маленьких магических, оставили снаружи, а нашу группу повели в эту башню. На самом верхнем ее этаже в весьма роскошном подобии тронного зала нас и ждала та самая госпожа. Честно, меня сразу же замутило. То ли от того, что на ней было платье явно из драконьей кожи, причем лоскутами разного цвета. То ли от того, что она с увлечением ела извивающихся на блюде с медом еще живых червей. Да и в остальном она производила крайне неприятное впечатление: засаленные волосы свивались друг с другом спутанными сосульками, на высоком выбритом чуть ли не до темени лбу чернел выжженный на коже жутковатый узор, напоминающий диадему. Сам же зал пустовал, из мебели здесь был лишь устеленный шкурами трон, а из высоких чаш на постаментах струился голубой дымок и вырывались сполохи. От царящей тут духоты мутило еще сильнее. И судя по чуть ли не позеленевшим лицам Тебрена и Риссы, мне не одной поплохело.

Сопровождающий нас отряд окружил кольцом, держа луки на изготовке. Верзила-предводитель склонился перед госпожой и с благоговением доложил по-лиртански:

— Эти чужаки посмели нарушить границу, мы нашли их на восточном берегу, — и добавил уже на риквестинском: — Госпожа, мы нашли последнюю группу хранителей. Не стали сразу их пленять, у их вожака какая-то странная сила.

— Трус, — шипяще с презрением ответила она, опять же на риквестинском. — Давно мне пора на твое место поставить Варгора, он бы не стал так церемониться. Но тобой я займусь позже, — она бросила недоеденного червя обратно на блюдо с медом, встала с трона и направилась к нам.

При приближении стало видно, что у нее и зрачки нечеловеческие — вытянутые. Причем оранжевые на фоне черной радужки. Да и от одного ее взгляда становилось жутковато. Я в который раз порадовалась, что Клементина сидит тихонько у меня в заплечном мешке, так что про нее, может, тут никто и не узнает, а то вообще бы бедная драконочка перепугалась. От взгляда госпожи мои одногруппники бледнели, девушки даже враз схватились за головы, словно от резкой боли. Даже странно, что я ничего такого не почувствовала, хотя догадки на этот счет все же были.

Местная госпожа неспешно обошла вокруг нас, внимательно рассматривая, словно сканируя. Она будто саму людскую суть видела, вплоть до самых затаенных мыслей. Сразу было ясно, что другие у нее не вызвали особого интереса, лишь стоящие впереди я и Лекс. Хотя я, похоже, не столько интерес, сколько недоумение. И именно ко мне она обратилась первой.

— Надо же, какая странная, — она говорила по-лиртански тихим свистящим шепотом, так что другие вряд ли слышали, — наглухо закрытая… Любопытно-любопытно, чем же это ты такая особенная…

Похоже, тут меня выручило, что я пока свою магию не развивала, после того испуга Гринфрога опасаясь возможных потери контроля, а после сумасшествия и даже смерти. И, видимо, именно поэтому пока еще в некоторой мере сохранялась моя невосприимчивость к чужой магии. Вот местная госпожа и не смогла заглянуть в мои мысли. Получается, она не знала, кто я, про Гринфрога, да и про то, что я их язык понимаю.

Но на этом ее внимание ко мне и закончилось, она переключилась на Лекса, и у нее аж глаза блеснули от неясного злорадства. Тут же сделала знак своим воинам, чтобы меня держали на прицеле.

Она говорила так же совсем тихо, но стоящая рядом я все же все смогла услышать.

— Вот это да… Я даже в восхищении, а уж меня довольно сложно восхитить, — эта жуткая дама вышагивала возле Лекса как крадущийся хищник. — О, ты так крепко держишь ее за руку… Уверен, что сможешь защитить… Даже готов рискнуть всем… И совсем не боишься… Как же глупо… Тч-ч-ч, спокойно, не дергайся, хоть одно движение, и твоя милая спутница получит с десяток стрел. Ты же не хочешь ей навредить, верно? — она шелестяще засмеялась и ядовито добавила: — А что, если зря ты рассчитываешь на камень рода?.. Что, если все-таки это не сработает?.. Что, и такой исход тебя не пугает?.. О, как самоотверженно! — она подкралась совсем близко, буквально шептала Лексу на ухо: — А что, если запереть вдвоем с ней без возможности выбраться и немножко посодействовать, чтобы твоя способность себя контролировать ослабла?.. Как думаешь, ты сможешь потом оправдаться?.. А сможет ли она простить тебя? — она засмеялась, но теперь уже громко, каркающе.

И, видимо, каждое ее слово било прямо в цель. Лекс был чуть бледен, с почти черными сейчас глазами, донельзя напряжен. Казалось, вот-вот готов сорваться. Но ведь все мы сейчас по-прежнему были на прицеле. И явно одно движение — нам всем конец, и мне, видимо, в первую очередь.

Госпожа отошла обратно к трону и даже с некоторой любезностью продолжила, обращаясь ко всем:

— Что ж, как говорится, добро пожаловать. Именно вашего отряда и не хватало, остальных нашлись гораздо быстрее. Так что даже могу поздравить, вы справились лучше своих собратьев по несчастью, еще бы немного и вовсе бы миновали нашу территорию. Но что уж теперь поделаешь. Погостите у нас, пока за вами не прибудут.

— А кто за нами прибудет? — тихо пискнула Рисса с робкой надеждой.

— Как кто? — госпожа деланно удивилась. — Ваши новые хозяева, естественно. Ах, так вы же не в курсе… Если раньше ваш ректор каждый год продавал лишь несколько хранителей, маскируя их исчезновение под якобы гибель в драконьих ангарах во время посвящения. То теперь решил не мелочиться, раз все равно король вот-вот сместит с должности, — ей вот прямо доставляло удовольствием говорить нам все это. — А этот учебный вылет — замечательное прикрытие, нельзя же было такую возможность упустить. Так что ваш ректор на этот раз продал всех юных хранителей разом. Повезло лишь тем, кто по милости драконов сюда так и не добрался. Но вы не волнуйтесь, долго вам ждать не придется. Вот-вот за вами приедут хозяева из Раддана. Ну а дальше, как водится, новая жизнь с полностью очищенным сознанием и преданным служением своим господам.

У меня все это услышанное в голове не укладывалось… А ведь лорд Сагрейн как-то упоминал, что в воюющем с Лиртаном Раддане испокон веков не было хранителей, но с недавних пор стали появляться. Видимо, это «с недавних пор» и началось с правлением нынешнего ректора, который и продавал первокурсников вместе с их драконами. А дальше, значит, несчастным просто зачищали сознание… Интересно, а внешность тоже как-то меняли, чтобы в случае столкновений их лиртанцы не узнали, если кто-то из знакомых попадется? Нет, ну как же так?!

— Глупо думать, что весь курс пропадет, и никто не хватится, — не удержалась я. — И, естественно, нас всех будут искать.

— Будут, — тут же согласилась госпожа и с неприятной улыбкой добавила: — но все равно не найдут. Ваш ректор и сам к тому моменту чудесным образом исчезнет, если уже не исчез. Да, юные хранители, вот так вот несправедлива жизнь, — она развела руками с демонстративным сочувствием и скомандовала своим воинам по-риквестински: — Все, уводите. Сначала девчонок, держа на прицеле вот эту, — указала на меня. — Будут дергаться, сразу усыпляйте туманом.

Лекс явно едва сдерживался, но ему все же пришлось отпустить мою руку. Трое верзил довольно неделикатно подтолкнули Иллару, Айру, Риссу и меня к выходу из зала.

— Если хоть волос с головы упадет… — начал Лекс, но подошедшая госпожа тут же любезно перебила:

— Никто их не тронет, даю слово, они нам тоже нужны живые и невредимые.

В шаге от выхода из зала я обернулась. Лекс уже одним взглядом обещал, что все будет в порядке, он обязательно вытащит нас отсюда. Я даже воспрянула духом, но лишь на миг. В следующую секунду стоящая рядом с Лексом риквестийка подло исподтишка вонзила ему в бок измазанный чем-то фиолетовым кинжал. Я закричала, но, не позволяя вырваться, меня тут же вытолкнули из зала. Но все равно успела услышать слова той гадины:

— Ничего личного, мне не нужна твоя смерть, но еще больше мне не нужно, чтобы ты разрушил все мои планы. Ну а так, когда ты ранен да еще и с медленно действующим блокирующим магию ядом, намного спокойнее. Не люблю, знаешь ли, неприятные сюрпризы. Да и скажи «спасибо», теперь ты точно не причинишь своей драгоценной зла. Ты вообще ее больше никогда не увидишь, — и все тот же каркающий смех, но тут же сменившийся сдавленным хрипом, словно ей резко перекрыли дыхание.

Следом топот, крики стражи, лязг оружия… Но большего я не увидела и не услышала. Верзилам надоели мои попытки вырваться, вмиг перед глазами поплыл белесый туман, и я отключилась.

К счастью, и в этом сказалась моя частичная невосприимчивость к чужой магии, сознание я потеряла ненадолго. Начала приходить в себя как раз в тот момент, когда с лязгом распахнулась кованная дверь темницы. Один из верзил нес меня, закинув на плечо, остальные девушки шли сами. Через несколько секунд я оказалась на груде старой соломы на полу, других в камеру просто втолкнули. И следом раздался скрежет запираемого засова.

Каменная клетушка была совсем небольшой. Единственным источником света здесь служило вырубленное окно, зарешеченное и настолько маленькое, что и речи не шло о возможном побеге через него. Видимо, все группы держали по отдельности, так что тут, кроме меня, находились только Иллара, Айра и Рисса. Первая стояла с каменным лицом, вторая хмурилась, а третья беспрестанно причитала, что всем нам здесь конец.

Перебарывая головокружение, я кое-как попыталась хотя бы сесть. С трудом, но это все же удалось. Благо, пока я была без сознания мой заплечный мешок никуда не делся. И сейчас, пока еще плохо слушающимися от слабости руками, я быстро расстегнула крепления. Клементина сидела внутри, вся сжавшись в дрожащий комок. Я тут же вытащила всхлипывающую драконочку и бережно обняла. Если уж я едва дышала от страха, то каково ей…

— Я…я совсем не чувствую Лекса… — ее голос срывался. — Я даже не знаю, жив ли он…

Я на несколько мгновений закусила губу, чтобы не разреветься, как можно спокойнее произнесла:

— Он непременно жив, даже не сомневайся. Клементина, это же Лекс, он сильный и смелый, он обязательно со всем справится. Ты же веришь в него?

Драконочка подняла на меня полные слез глаза.

— Но почему тогда я совсем его не чувствую?

— Наверное, потому, что его ранили, — от одной мысли об этом в горле вставал ком, — причем лезвие кинжала было с каким-то ядом, блокирующим магию. Ты ведь именно на магию ориентируешься, верно? А ее сейчас никак не почувствовать.

Видимо, мое дающееся таким трудом внешнее спокойствие все же приободрило Клементину.

— Я бы могла попытаться почувствовать, но мне нужно время.

— Времени предостаточно, — я вяло улыбнулась, — увы, мы тут точно уже никуда не торопимся.

Драконочка свернулась клубочком и закрыла глаза. Но явно не спала, а словно бы погрузилась в некий транс.

А мои соседки по камере, между тем, занимались все тем же так надоевшим идиотизмом.

— Я не намерена тут засиживаться, — даже сейчас Иллара не собиралась поправлять корону. — Мой отец обязательно внесет за меня богатый выкуп. Уж точно больше, чем платят за хранителей радданцы.

— Вот вроде взрослая, а такая наивная, — презрительно хмыкнула Айра. — Ну давай, скажи местным, кто твой папенька. Они и его разорят до нитки, требуя выкуп, и тебя все равно продадут.

Еще и Рисса подлила масла в огонь:

— А я слышала, что радданские хранители как безумные берсерки, и на всей коже у них руны проклятий выжжены. Я думала, для устрашения, а, видимо, чтобы их просто никто узнать потом не смог, — и сама же завыла в голос.

Даже Иллара посерела, а Айра потупила взгляд. Пусть каждая из них сейчас все еще пыталась, так сказать, сохранить лицо, но где уж тут в такой ситуации…

Я еще немного подождала, пока головокружение окончательно уймется, и осторожно встала, держась за холодную стену.

— Темница внутри скалы? — уточнила я.

— Да, — кивнула Айра, — но все же у самой поверхности, раз окно есть. Ну или, может, просто нам так повезло.

— Ага, повезло, — фыркнула Иллара, скрестив руки на груди. — Сплошное везение.

Они снова начали переругиваться, но я не вслушивалась. Окно располагалось на высоте метров двух от пола, и карабкаться по ледяной грязной стене было занятием не из приятных. Но спасибо лютой бабуле Таран с ее занятиями, добраться до цели я все-таки смогла, хоть и ободрала кожу на ладонях об острые камни. Правда, смотреть в итоге оказалось не на что, многое частично скрадывала темнота. Пришлось ждать, пока хоть ненадолго из-за туч выглянет местная луна. И у меня уже пальцы невыносимо затекли, когда ночное светило все-таки смилостивилось и показалось, освещая крепость риквестинцев.

Наша камера была не так уж высоко. По крайней мере, не выше дозорных башен и обиталища больной на голову местной госпожи. Но в любом случае, маленькие размеры окна, да еще и решетка на нем, не позволяли выбраться. И все равно я с отчаянной дотошностью вглядывалась в открывшийся пейзаж, ища хоть малейшую зацепку. Ну хоть что-то, что поможет отсюда выбраться! Лишь бы только Лекс был жив…

Но чем больше я смотрела, тем сильнее падала духом. Внутренний двор крепости патрулировали вооруженные отряды. Пусть малочисленные, но явно это лишь ночная охрана, и по факту воинов здесь гораздо больше. Вариант «Пробиться силой» уж точно отпадал. Но в запасе оставались еще два. Напоследок еще раз внимательно оглядевшись и примечая как можно больше деталей, я спустилась обратно на пол камеры.

— Ну что, чудесного спасения не предвидится? — Айра хоть и спросила с насмешливостью, но сама ее усмешка вышла жалкой.

— Никто нас не спасет! — причитала Рисса. — Никто!

— Да, никто, — мой голос, как назло, дрогнул, — так что спасаться мы будем сами.

— Ты, когда приземлялась, головой об камни приложилась? — фыркнула Иллара.

— Однозначно, — в кои-то веки Айра была с ней солидарна.

Я глубоко вздохнула, собираясь всем своим терпением.

— Слушайте, хватит, а? Давайте вы свою крутизну и невозмутимость будете демонстрировать, когда мы уже выберемся отсюда и окажемся в полной безопасности. Нравится вам это или нет, но мы сейчас с вами в одной упряжке. И если мы не будем помогать друг другу, то уж точно всем конец. Вот хоть одна из вас ради разнообразия задумалась о том, как спастись, а? Вижу, что нет. А пора бы уже.

Никто мне не ответил. Не знаю, какой эффект произвели мои слова, но уже в том, что Рисса перестала громогласно причитать был явный плюс. А тут как раз и Клементина пришла в себя.

— Ну что? — я тут же опустилась на колени на ворох соломы рядом с драконочкой.

Она несколько раз моргнула, словно возвращаясь в реальность.

— Лекс жив, но он… Он очень сейчас слаб. Яд не только не дает воспользоваться магией, но… Но это смертельный яд, Марина, — ее голос дрожал. — И рана глубокая, кровоточит… Лекс без сознания и совсем один, его заперли в отдельной камере… Марина, он… — Клементина всхлипнула. — Он ведь умирает… Пусть медленно, но умирает!

— Клементина, не волнуйся, — я улыбнулась, — это значит лишь то, что нам нужно поторопиться. И мы обязательно спасем Лекса. Так что не плачь, пожалуйста.

— Но тогда ты тоже не плачь, хорошо, — драконочка утешающе коснулась лапкой моей руки.

— Это я так, — я спешно вытерла бегущие по щекам слезы, — просто на нервах.

Но ведь Клементина и так понимала, что творилось сейчас в моей душе. И так видела, что едва не задыхаюсь от отчаяния… Нет, ни в коем случае нельзя раскисать. Мы обязательно что-нибудь придумаем. Ну а если нет… Если нет, все равно в запасе есть еще надежда. Маленькая зеленая обожающая сладости надежда.

Время играло против нас. Ведь наверняка совсем скоро должны уже прибыть радданцы, а среди них хоть как полно магов. И ладно мы, уж тем более время играло против Лекса… Необходимость что-то придумать и как можно быстрее давила на меня нещадно. Но, увы, гениальные озарения все равно не спешили появляться.

Клементина почти все время отслеживала состояние Лекса, но пока ничего утешительного сказать не могла. Даже тот факт, что он пришел в сознание, был с уточнением «стал еще слабее».

Я всеми силами старалась отвлечься от переживаний, трезвый рассудок сейчас был нужен как никогда.

— Как думаете, сколько здесь сейчас хранителей? — спросила я у моих заметно приунывших соседок по камере.

— Вообще на первом курсе двадцать четыре группы, — ответила Айра. — В каждой по восемь человек. Получается, всего сто девяносто два хранителя. Но тут еще неизвестно, сколько сюда добралось. Может, не больше половины.

— Да даже если половина, то это уже почти сотня, — продолжала рассуждать я, нервно вышагивая по камере.

— И толку? — Иллара говорила даже без привычных презрения и высокомерия. — Даже если всех их освободить, что может сотня не воинов и не магов против местной охраны? Да тут самих риквестинцев человек триста, не меньше! И каждый вооружен и крайне опасен.

— Но ведь должно же у них быть хоть какое-то слабое место! — я едва сдерживала отчаяние.

— Крыши деревянные, — вдруг пробормотала Рисса.

— Что? — не поняла я.

— Ну крыши тут деревянные. Причем, видно, что сделаны недавно, хотя сама кладка старая. Я заметила, когда нас вели из башни госпожи. Еще подумала, насколько это неразумно для крепости.

— Подумала? Ты еще успевала думать? — нервно усмехнулась Айра. — Да ты так голосила, что нам всем конец, аж уши закладывало! А ты в это время, оказывается, попутно крыши разглядывала и местных строителей осуждала?

— Что поделать, — повела плечами Рисса, — я разносторонняя личность.

А я все мысленно пыталась состряпать из имеющихся деталей хоть какое-то подобие плана. Но вот не хватало еще чего-то… Главного ключевого момента…

И тут меня как оглушило. Я замерла посреди камеры.

— Марин, ты что? — тут же спросила Айра. — Какой-то вид у тебя дикий…

— Драконы… — выдохнула я, мимолетно в мыслях перепроверяя, все ли правильно во внезапно вспыхнувшем замысле. — Драконы, понимаете?! — радостно воскликнув, в порыве эмоций я даже потрясла рядом стоящую Айру за плечи.

Но судя по лицам моих одногруппниц, ничего они не поняли.

— Ну драконы и что? — с явным сомнением смотрела на меня Иллара.

Я спешно принялась объяснять:

— Тут ведь не только вооруженные верзилы с их долбанутой госпожой и мы, неумехи-хранители. Но и драконы! Если здесь хотя бы половина нашего курса, то и ездовых драконов под сотню! Естественно, их на волю не отпустили, за них же платят дорого, риквестинцы тем же радданцам наверняка планируют продать. Сами ведь они не решаются наведываться на Пустоши, там драконов отлавливать. По крайней мере, если верить тому, что рассказывали о Риквестии нам на лекциях.

— Это-то все понятно, — перебила Иллара. — Но как это нам поможет?

— Все зависит от Клементины, — вот тут, конечно, был самый слабый момент моего плана.

— Я готова, — тут же отозвалась драконочка. — Что нужно делать?

— Честно, я ужасно не хочу взваливать на тебя столь опасное дело, но кроме тебя, никто и не справится, — я вздохнула, взяла ее на руки.

— Марин, — она ободряюще тронула лапкой мою ладонь, — ты же знаешь, я постараюсь сделать все, что в моих силах. И нам ведь очень нужно спешить, — ее голос дрогнул.

— Ему еще хуже, да? — у меня снова дыхание перехватило.

В ответ драконочка лишь кивнула, едва не всхлипывая.

Я кое-как взяла себя в руки.

— Значит, так, план у нас такой. Клементина, ты достаточно маленькая, сможешь пролезть через решетку на окне. Наверняка потому у всех дракончиков и забрали, чтобы те так выбраться не смогли, а про тебя просто и не знал никто. Так вот, у меня есть достаточно длинная веревка, я смогу тебя на ней опустить со стены на землю, чтобы ты не ушиблась. Ну а дальше самое сложное… Тебе нужно найти, где держат ездовых. Скорее всего, это что-то вроде загона. Сейчас темно, а ты маленькая, так что тебя охрана не засечет, надеюсь. Если получится, тебе нужно выпустить драконов. Если не получится, пробраться к ним и устроить переполох, чтобы они сами свою темницу разрушили. Так-то ездовые достаточно смирные, так что сами по себе могут никуда и не рваться. Но сначала тебе нужно найти моего среди них. Если помнишь, апатичный такой, самый вялый; послушается тебя. Он очень покладистый, так что должно получится. Из-за бегства драконов поднимется переполох, так что охране будет не до нас. Если ты приведешь сюда моего ездового, с его помощью можно будет вырвать решетку и даже часть кладки вокруг окна. Так мы выберемся наружу.

— Да нас всех сразу схватят! — тут же возразила Иллара. — И если ездовые разлетятся, нам-то как потом спасаться?

— Можно, как вариант, меня дослушать, — раздраженно парировала я. — Драконам не дадут разлететься. Местная госпожа явно маг, она стопроцентно закроет крепость куполом, чтобы будущие мешки с золотом не поисчезали. Это же логично. Стража примется драконов сетями вылавливать. Вы представляете, какой хаос начнет творится? И в это время нужно будет высвободить остальных хранителей, так же вырыванием окон в темницах. А для дополнительного отвлечения у нас есть Иллара.

— То есть как? — оторопела она.

— То есть ты у нас главное прикрытие, — пояснила я. — Ты же владеешь магией, в отличие от нас. Вот и покажешь местным, кто самый выдающийся мегаталантливый и во всем безупречный маг всея Лиртанского университета, — я даже улыбнулась, причем без какой-либо злой иронии.

Вот уж я не ожидала, но Иллара даже покраснела. Ей явно стало очень неловко. Может, все-таки она и не такая непроходимая злыдня, какой иногда казалось.

— Но как именно я смогу отвлечь?

— Рисса подсказала как, — пояснила я. — Тут деревянные крыши. И раз недавно построенные, то, очевидно, после пожара. Вот ты и усилишь здесь хаос и панику, подожжешь боевыми снарядами все, что горит. При таком прикрытии мы освободим остальных. Ну а дальше надо будет спасаться бегством… Правда, тут у меня вся надежда на то, что брали в плен группы все по отдельностей, а сейчас с сотней хранителей на драконах справиться будет далеко не так просто.

— Марин, ты же понимаешь, что вероятность все это провернуть, крайне мала, — Айра даже не язвила.

— У вас есть другие предложения? — я оглядела одногруппниц.

— Давайте именно так и сделаем, — неожиданно меня поддержала Иллара. — Но тут, главное, чтобы Мельнтина не подвела.

— Клементина, — поправила я.

— Извини, — тут же добавила она.

— Ого! У кого-то в лексиконе появилось новое слово? — усмехнулась Айра. — Да ладно-ладно, не смотрите на меня так, это я от умиления, что в моей группе через одного все такие смелые. Непроходимо чокнутые, конечно, но смелые.

— Марина, я очень-очень постараюсь, — голос Клементины дрожал.

— Я в тебе не сомневаюсь, — мягко улыбнулась я и тихо добавила: — Но если что, просто беги отсюда, чтобы хотя бы ты смогла спастись.

— Мы все обязательно спасемся. Обязательно, — ей, похоже, отчаянно хотелось в это верить. — Но нам очень нужно поторопиться.

Больше лишние разговоры разводить и не стали. Пока я спешно искала в заплечном мешке веревку, Айра забралась к окну и вроде бы даже вычислила, где, скорее всего, держат ездовых.

— Справа за сторожевыми башнями что-то наподобие загона, — пояснила она. — Лучше рассмотреть не получилось, темно. Да и погода вдобавок портится.

— Орен же предупреждал о скорой грозе, — вспомнила Рисса. — Но в грозу лететь точно самоубийство.

— Значит, постараемся выбраться до грозы, — я, наконец, нашла веревку и осторожно обвязала один конец на поясе Клементины.

Теперь у я же забралась к окну, и Айра подала мне драконочку. Пусть с трудом, но протиснуться через прутья у нее получилось.

— Только будь очень осторожна, — напоследок прошептала я, угрызаемая совестью, что отправляю Клементину на столь опасное задание.

В ответ она лишь кивнула и, оттолкнувшись, от решетки прыгнула вниз. Я старательно удерживала веревку, чтобы спуск получился плавным и драконочка не ушиблась. Наконец, тяга ослабла. Видимо, спустившись, Клементина отвязала.

— И что теперь? — выжидающе оглядела нас Рисса.

— Теперь нам остается только ждать, — тихо ответила я.

— Чуда, — мрачно добавила Айра.

Ждать пришлось долго. Или, может, просто мне казалось, что минуты тянутся настолько медленно. Я все так же нервно вышагивала по камере, то и дело бросая с надеждой взгляды на караулящую у окна Айру. Но запланированной диверсии снаружи пока не происходило, и я лишь очень надеялась, что Клементина не попалась никому из стражи.

— Дождь начался, — безрадостно сообщила Айра.

— Ерунда, — Иллара уже заранее пылала самоуверенностью, — магический огонь он потушить не сможет.

— Так ведь раз дождь, то и обещанная гроза близко, — Рисса была вся на нервах. — Марина, долго нам еще ждать, ну где там твоя драконочка?

— Извини, отсюда не вижу, — я и так уже вся испереживалась, а еще эти недовольство проявляют.

И снова воцарилась тишина, но на этот раз ненадолго.

— О, что-то начинается! — вдруг оживилась Айра.

— Что? — в один голос спросили мы.

— Драконы пытаются взлететь! Ха, а вот и стражники забегали!

— Дай я посмотрю! — тут же попросила я.

— А смотреть толком не на что, темно в основном, только вот что в свете костров успеваю заметить. И магические привязи драконов светятся. Видимо, освободить ездовых никак, но переполох они подняли… О! О! — воскликнула Айра и даже засмеялась. — Купол замерцал над крепостью! Живенько госпожа сработала! Явно боятся, что хоть кто-то из драконов вырвется!

— Айра, меня пусти, — потребовала Иллара.

— А я вот тоже посмотреть хочу, — вякнула Рисса.

— Я не смотреть, — с привычным презрением возразила наша непризнанная королева.

— Ты сможешь оборвать магические привязи? — догадалась я.

Она явно сначала хотела заявить горделивое «Могу, естественно», но все же ответила честно:

— Я постараюсь. Все зависит от расстояния и силы магии.

Нет, кое-кому это злоключение явно пошло на пользу.

Айра уступила Илларе место, та забралась к окну и теперь старалась прицельно бить магией. Давалось ей это явно с трудом, так что хватило ее ненадолго. Она уже собиралась спускаться, как вдруг обомлела:

— Тут ездовой приземлился… Марина, это же тот невзрачный, твой который!

— А Клементина? — я едва не подпрыгивала от нетерпения. — Клементину видишь?

— Да, она у него на спине сидит!

— Неужели освободимся… — неверяще пробормотала Рисса.

Но теперь нам пришлось снова ждать. На этот раз, пока Клементина привяжет свободный конец веревки к дракону, что явно было не просто для такой малышки. Мы-то вторым концом на прутьях решетки быстро крепкий узел сделали.

А шум снаружи, между тем, все усиливался. Перед тем, как слезть, Иллара успела заметить, что освободившиеся драконы помогают вырваться своим собратьям. Купол пока держался, вовсю метались ловчие сети, но пока в царящем хаосе переловить ездовых не удавалось. А дождь все усиливался…

Я, конечно, понимала, что мой ездовой далеко не самый могучий представитель своей братии, но все же очень надеялась, что у него хватит сил. Привязанная к решетке веревка с натугой заскрипела.

— Вряд ли он сможет, — Айра была преисполнена сомнений. — Да и как он вообще понял, что нужно делать?

— Я думаю, обычные драконы ничуть не глупее нас с вами, — тихо ответила я.

Мои одногруппницы спорить не стали, хоть и посмотрели на меня с явным сомнением в здравомыслии.

В один миг окно вместе с частью скальной стены вылетело наружу. От поднявшейся пыли я даже сначала закашлялась, но она быстро осела, открывая взгляду внушительную пробоину. А за ней был мой ездовой. И еще два дракона, но их я видела впервые. Они почти тут же сорвались с места и взлетели, но и так я догадалась, что именно они помогли собрату освободить нас. Нет, ну и кто тут скажет, что драконы — отсталые и безмозглые существа?

— Скорее! Выбираемся! — Иллара первая поспешила наружу, мы за ней, спешно надевая заплечные мешки. Дракончиков ведь в чем-то нести предстояло. А мне еще Гринфрога искать…

Правда, пробоина находилась высоковато и пришлось прыгать, но вроде бы никто не ушибся.

— Умница, Клементина! — я радостно обняла драконочку и, не удержавшись, следом обняла ездового за шею. — Ты тоже умница! — и прошептала по-драконьи: — Спасибо, спасибо, хороший мой.

Где-то справа рвануло так, что из-за дрогнувшей земли мы едва не попадали.

— Что это? — перепугалась Рисса.

Со стороны неведомого взрыва ночь расцветило багровое сияние.

— Это Лекс… — выдохнула я едва слышно, боясь поверить, и тут же воскликнула: — Это Лекс!

— Но он все равно очень слаб, — похоже, Клементина и сама не понимала, как Лекс сейчас мог что-то сделать.

— Даже если и слаб, но крайне зол, — уточнила Айра, наблюдая, как мощный поток багрового сияния сносит одну из деревянных смотровых вышек.

— Так а мы что стоим? — как ни удивительно, Рисса первая выпала из ступора. — Ждем, пока нас переловят?

— А, да, — спохватилась я, — дальше, действуем по плану. Иллара, на тебе крыши. Айра и Рисса, найдите, где держат дракончиков. А я займусь освобождением остальных хранителей.

— Я бы усомнилась, как ты это сделаешь, — хмыкнула Айра, — но раз уж даже твой безумный план начал срабатывать, то я готова поверить в любое чудо.

Благо, больше беседы разводить не стали, мои одногруппницы поспешили прочь. А я снова взяла на руки Клементину.

— А мы скорее к Лексу, да? — с надеждой смотрела на меня драконочка.

— Всенепременно. Да и только с его помощью мы сможем освободить остальных. Так что вперед, нам туда.

Но я и шагу сделать не успела, замерла в изумлении от прозвучавшего по-драконьи:

— Я буду рядом.

Ездовой едва заметно мне кивнул и взмыл под купол. А я, честно говоря, все еще сомневалась, что мне не послышалось.

Но медлить было нельзя. Крепко держа Клементину, я побежала туда, откуда исходили багровые вспышки магии.

Спасибо Илларе, устроенный ею пожар добавил еще больше хаоса среди риквестинцев. Крыши башен по периметру крепости пылали подобно гигантским факелам. Раскаты подбирающегося грома перемежались грохотом разрушающейся скалы — Лекс магией разрушал темницы. Вот только освободившиеся хранители вели себя не менее ошалело, чем местная стража, которая уже просто не знала, кого хватать. Да и ливень превратил внутренний двор крепости в грязное скользкое болото. И тут оставалось только играть на опережение: кто же первый возьмет ситуацию под контроль. Либо риквестинцы, собравшись, снова всех переловят. Либо хранители перестанут бегать с перепуганными физиономиями и объединятся.

Мы с Лексом увидели друг друга одновременно. Несмотря на ранение и яд, держался он бодро, только неестественная бледность выдавала, что что-то не так. И лишь в последнюю очередь я заметила на плече у него Гринфрога, который сидел как упитанный пиратский попугай и что-то вовсю ворчал себе под нос.

Едва приблизившись, Лекс чуть ли не сгреб меня в охапку, настолько крепко обнял. Отрывисто прошептал что-то едва слышно на эмоциях, к сожалению, я слов не разобрала, и уже спокойней спросил:

— Марин, ты в порядке?

— Я да, — честно говоря, даже в глазах защипало, только сейчас поняла, насколько сильно я все же за него боялась. — Как ты?

— Жить буду, — улыбнувшись, он мимолетно коснулся губами моих губ. Хотел добавить что-то еще, но вовсю уже возмущался Гринфрог:

— Нет, Клементина, ты этого видела?! Злая бессердечная Маринка, это меня ты должна была обнять в первую очередь! Вот сразу видно, кого ты любишь больше, — чуть ли не смертельно обиделся он.

— Поверь, я и тебя люблю, и Лекса, — я резко смутилась, сообразив, как само собой вырвалось это признание, и спешно продолжила: — и Клементину. Но только ты как здесь оказался? — от пристального взгляда Лекса было ужасно неловко, это же надо так взболтнуть…

— Как оказался? Да понятно как, — Гринфрог всем своим видом демонстрировал, что он еще обижен, но до пояснения все же снизошел. — Когда эти вооруженные типы появились, я просто спрятался…эмм…ну то есть стратегически затаился в засаде, в самом безопасном на тот момент месте.

— На берегу? В лесу? — уточнила я.

— Рядом с Лексом! Что ж я дурак, что ли, один ночью там оставаться?

— Как выяснилось, мелкий успел забраться в мой заплечный мешок, — пояснил Лекс.

— И именно я разбудил! — тут же добавил Гринфрог. — Без меня Лекс бы еще неизвестно сколько разлеживался. Подумаешь, ранен и без сознания, это не повод бездельничать, когда меня спасать надо! И Клементину тоже! Ну и Маринку, ладно, так уж и быть.

— Я уже тебе сказал, что ты — герой. Раза три, — усмехнулся Лекс. — Ладно, это все потом. Надо выбираться отсюда.

— Как? — я безрадостно покосилась на царящую панику. — Ты же не сможешь утихомирить хранителей. Люди просто в шоке от переизбытка впечатлений за сегодня. Стены темниц рушатся, все горит, грохочет, драконы нападают, стража мечется…

— С хранителями я ничего сделать не могу, но тут драконы справятся, — Лекс внимательно вгляделся наверх. — Так, купол уже достаточно истончился… Марин, будь готова. Я сейчас пробью купол магией, и драконы начнут пикировать. Каждый схватит своего хранителя, магические драконы уже у них.

— Да? — изумилась я. И вправду насколько можно было разглядеть, ездовые кто одной лапой держали по дракончику, у кого магический на спине или голове уже сидел.

— Лекс, но как ты управляешь ими? — оторопела я. Ладно, ездовые были банально смирными от страха перед ним, но выполнять столь сложные команды и без озвучивания… Да и стала бы сотня драконов слушаться одного человека? Нет, естественно! И ведь магия охотников не дает такой власти! Но, может, ее дает смесь магий?.. Только ведь яд в какой-то мере блокирует. И если это сейчас лишь маленькая толика силы Лекса, то какова тогда полная мощь?

— Давай об этом потом, — Лекс на миг поморщился, видимо, рана ощутимо давала о себе знать.

Багровое сияние расползлось вокруг. И без того беспокойные драконы в унисон зарычали и ринулись вниз. То тут, то там уже вовсю раздавались испуганные людские крики. Кто-то из хранителей оказался посообразительней, сам забирался на своего ездового, а отдельных паникеров драконам приходилось хватать лапами и так поднимать в воздух.

Лекс отдал мне Гринфрога, и пока я держала наших дракончиков, прицельным потоком магии пробил купол над крепостью. Враз стал еще бледнее, даже на миг пошатнулся. Но благо, как раз к нам спустились ездовые.

— Летите сразу к пробоине и прочь отсюда к месту сбора, дракон знает, — скомандовал Лекс. — Я чуть задержусь, сначала удостоверюсь, что никого тут не забыли.

Аккуратно опустив Клементину в корзину на спине ездового, спешно сел сам, и дракон тут же взмыл в воздух. Вокруг уже вовсю мелькали магические сети — риквестинцы пытались поймать хоть кого-то, но частично драконы мешали, частично Лекс магией сбивал.

А я только было собралась убираться отсюда, как вдруг обнаружила пропажу Гринфрога. Я ведь только на пару секунд его опустила на землю!

— Где он? — я перепугано огляделась.

Мой ездовой кивнул головой вправо. Гринфрог весьма шустро драпал куда-то, ловко уворачиваясь, чтобы его в царящем хаосе не затоптали.

— Гринфрог, стой! — я ринулась следом. — А ну вернись!

Но он даже обернуться не соизволил! У меня чуть кровь не застыла в жилах, едва я сообразила, куда это он направляется — к центральной и пока нетронутой пожаром башне. В башне, где заседает местная госпожа!

Пару раз меня едва не схватили чуть ли не за шиворот стражники, я едва успела увернуться, но тут и мой ездовой выручал, атакуя верзил сверху.

— Гринфрог! Стой сейчас же! — мне все никак не удавалось перехватить шустрого дракончика. — Ты куда вообще?!

— У меня стресс, — все-таки соизволил ответить он. — И мне срочно нужно его чем-нибудь заесть! А оттуда на всю крепость так умопомрачительно пахнет медом, ммм… Будет просто кощунством оставить его здесь этим гадким риквестинцам.

Честно, я чуть не взвыла.

— Гринфрог, да ты с ума сошел?! Тут свою жизнь спасать надо и как можно скорее!

— А я и спасаю свою жизнь. От нехватки в ней уже долгое время хоть чего-нибудь сладкого. Маринка, да не истери ты. Сейчас быстренько мёдик прихватим, и улетать. Чего разоралась-то на пустом месте?

Все, мое терпение кончилось.

— Ну все, я тебя сама прибью! Вот только попадись ты мне!

— Фу, какая ты злая. Ну все, делиться с тобой не стану, — на этих словах он юрко заскочил в открытые двери башни.

Лестница пустовала. Видимо, сейчас вся стража пыталась выловить хранителей и драконов. Гринфрог так ловко и быстро карабкался по ступеням, что я даже тут не успевала его поймать! Мда, как говорится, главное — стимул. Если каким-то чудом выживу, обязательно расскажу лютой бабуле Таран, что драконы куда шустрее не в случае опасности, а когда на горизонте маячит лакомство.

Странно, но и в подобии тронного зала тоже никого не оказалось. Когда я вбежала, Гринфрог уже вскарабкался на трон и сунул свою наглую мордашку в стоящую на подлокотнике чашу.

— А-а-а, какая гадость! — брезгливо заверещал он. — Кто накидал в мед насекомых?! Фу-фу-фу! Бе-е! — его аж передернуло. — Да мне теперь это в кошмарах сниться будет! Я же теперь никогда не смогу мед есть! Всегда вот это мерещиться станет! — и сам по себе зеленый, сейчас он от отвращения позеленел еще больше.

— Так тебе и надо! — сердито буркнула я, схватив его. — Из-за тебя жизнями рискуем! Скажи «спасибо», что тут сейчас нет никого.

— Не скажу. Уже есть, — Гринфрог невозмутимо показал лапкой в сторону входа.

Вот и кончилось мимолетное везение. В тронном зале нарисовалась разъяренная госпожа в сопровождении не менее разъяренного верзилы. Мой взгляд заметался в поисках хоть чего-нибудь для самообороны. Ели только схватить вон тот тяжеленный на вид канделябр…

Но вместо гневных воплей и приказов убить на месте, при виде нас госпожа даже остолбенела. Глядя на Гринфрога с чуть ли не благоговением, пролепетала:

— Сереброкрылый… — и тут же заорала на стражника: — Держи дракона! Но чтобы не пострадал!

Видимо, всю магию она растратила на создание купола и пока не восстановилась. Вот только ее верзила мог прихлопнуть меня и голыми руками.

— Не приближайтесь! — не менее громко заорал Гринфрог, явно все еще до глубины души оскорбленный из-за меда. — Или я натравлю на вас это!

И схватив чашу, швырнул ее прямо в голову громиле. Тот на миг застопорился, видимо, липкий мед попал в глаза, уже не говоря о насекомых на лице. Еще живые, они норовили заползти риквестинцу в нос и уши. Меня от такого зрелища аж замутило.

— Что стоишь, остолоп?! — чуть ли не зарычала госпожа, ринувшись вперед. — Это же всего лишь беззащитный маленький дракон!

— У этого дракона есть хранитель! — я с размаху долбанула ее канделябром.

— Так их! Давай! — радостно скакал по полу Гринфрог. — Будут знать, как связываться с самим Гринфрогом Доблестным Победителем!

— Это тебе за Лекса, гадина! — канделябр оказался довольно весомым оружием. — Это тебе за меня! Это тебе за Гринфрога! А это тебе за всех драконов и хранителей!

Пламя от одной еще не погасшей свечи само собой перекинулось на засаленные волосы госпожи. Она заорала и заметалась по залу. Стражник на миг растерялся: то ли нас хватать, то ли ее тушить. Ринулся все же за ней. Да только они как раз были у самого выхода из зала — нам никак не проскользнуть.

— Маринка, скорее! — верещал Гринфрог. — Там, за троном какая-то дверь!

Бросив канделябр, я схватила дракончика. Дверь пряталась за занавесью и, к счастью, оказалась не заперта. Небольшая лестница вела на самую крышу башни. Мы выбрались наверх, едва не навернувшись на покатой поверхности. Гроза бушевала со страшной силой, как и пожар, — мы были в эпицентре этого светопреставления.

Вслед за нами с леденящим душу рычанием на крышу выкарабкалась госпожа. На ее лысой голове багровели ожоги, глаза светились потусторонней злобой. Да и кралась она на четырех конечностях, цепляясь когтями — животного в ее движениях было куда больше, чем человеческого. А мы уже забрались на самый верх, дальше некуда. Как назло, я все-таки поскользнулась и растянулась на крыше. Едва успела одной рукой ухватиться за выступ, а то бы просто съехала вниз.

— Вот и все… — чуть ли не по-змеиному шипела приближающаяся госпожа. — Но прежде, чем сдохнешь, знай, что и любяший тебя вот-вот умрет. Против моего яда ему не найти средства, еще два дня и все, — она хрипло расхохоталась. — Но ты этого уже не увидишь! Отдай мне дракона, и я позволю тебе умереть быстро! Ну а если нет… — гаденькая ухмылка и без слов намекала, какая именно смерть меня тогда ждет.

Она схватила меня за ногу и потянула на себя.

Наверное, раньше я бы просто остолбенела от леденящего ужаса. Все уже улетели, фактически сейчас здесь только я и толпа разъяренных риквестинцев, которые явно не прочь на ком-нибудь сорвать свою ярость. Одна мысль о таком могла вогнать меня в паралич. Раньше. Еще в первые дни в этом мире. Но не теперь.

Второй ногой я с размаху впечатала ботинком ей в лицо. Зарычав, госпожа на какой-то миг отцепилась, и я тут же попыталась встать, едва удерживая перепугано молчащего Гринфрога.

А эта неадекватная вдруг расхохоталась, ее ладони вспыхнули мутно-зеленым. Ну вот, ее магия восстановилась, в то время как я свою не ощущала совершенно. Угрожающе потрескивая, убийственный поток устремился ко мне. Доли мгновений… Мощные лапы схватили меня за плечи, больно раня когтями, и рванули наверх. Внизу раздался полный бессильной ярости вопль. А мой ездовой, так и держа меня лапами, спешно улетал прочь. Но и эта гадина не бездействовала! Над пылающей крепостью начал восстанавливаться купол! Все, лишь бы нас не выпустить!

— Ну все, нам конец, — испуганно пискнул Гринфрог, прижавшись ко мне и закрыв лапками глаза.

Я и сама понимала, что не выбраться. Мой ездовой всегда был самым слабым и медленным из всех. Но сейчас… Он чуть ли не молниеносно успел проскользнуть в закрывающуюся брешь купола!

Мои нервы сдали. Я завсхлипывала. То ли от радости, что вроде бы спаслись. То ли от боли. Не от физической, нет, хотя дракон и держал меня слишком, крепко, чтобы не выронить. Просто… Лекс… Она сказала, что Лекс вот-вот умрет… И нет противоядия… Силы небесные, что же делать…

Дождь лил стеной, сверкали молнии, и от грохота закладывало уши. Порывы шквального ветра швыряли ездового, как пушинку. Он пытался бороться со стихией, унести нас как можно дальше от крепости риквестинцев, но ведь не зря драконы не летают в грозу…

Очередным порывом ветра дракона закрутило и чуть ли не впечатало в одну из скал. Он спешно принялся снижаться — хотя вернее, просто изо всех сил старался замедлить неминуемое падание, чтобы мы все не убились. Во вспышке молнии чуть ниже на склоне показался черный провал входа в пещеру. Последним рывком ездовой таки умудрился юркнуть туда.

Мы все попадали на холодный каменный пол. Видимо, я сильно приложилась головой, перед глазами стремительно стемнело, сознание уже отключалось. И последнее, что я уловила, это как Гринфрог трясет меня за плечо и испуганно зовет.