Глава 16

Так мы мотались по полям и лесам до самой осени. Кружили вокруг столицы, то приближаясь, то отдаляясь. Меняли личины, одежду, имена. Я уже привыкла быть «Фаром» и «Филисией», спала в седле, ела на ходу, освоила две дюжины бытовых заклинаний и со стороны смотрелась полным сорванцом.

Наконец, затяжные дожди сменились ночными заморозками, и Хранитель решил, что пора въезжать в столицу. Мы наняли карету – приличную, но неяркую. Купили красивый плетеный сундучок, куда уложили весь мой багаж, сотворенный во время тренировок, а сверху – парочку купленных у местной портнихи платьев самого провинциального толка.

Несколько дней я вспоминала притирания и мази для рук, искала хорошую пилку для ногтей и щетку для волос. Лорду такие хлопоты были не нужны – личина была полной, с платьем, и тонкими дамскими пальчиками вместо массивных мужских ладоней. Я же должна была изобразить девочку, которую родственница привезла в столичный пансион, а потому выглядеть приходилось соответственно.

Для образа я выбрала голубые ленты и превратилась в кукольную блондинку. Волосы уложила локонами и подвязала лентами, руки спрятала в тоненьких лайковых перчатках, а походку корректировала узкая нижняя юбка – очень уж я привыкла за эти месяцы к размашистому «мужскому» шагу.

Хранитель свою личину надел в последний момент – когда настало время садится в карету. Из трактира выписались мальчик и мужчина, а на каретный двор пришла пожилая дама с воспитанницей. Ехать нужно было несколько часов, и все это время мы декламировали стихи, вспоминая основы правильной речи. Моя гувернантка упала бы в обморок, услышав, как я выражаюсь, получив на постоялом дворе пригоревшую кашу, а лорд Натан только смеялся и учил меня метать ножи и стрелять из лука.

Когда на горизонте показались городские предместья, я напряглась. Просторные особняки сменились маленькими домиками, потом трактирами, и, наконец, впереди замелькала очередь перед городскими воротами. Управляли очередью усатые стражники в знакомой красной форме с белыми ремнями. Кого-то пропускали быстро, кого-то намеренно мурыжили, просматривая товар или повозку с нарочитой тщательностью. В результате все путники расставались с той или иной суммой, прежде чем прорывались в заветные ворота.

Мы никуда не спешили, да и, судя по скромному виду кареты, взять с нас было нечего, поэтому мы крепко застряли в конце очереди. Лорду Натану быстро наскучило такое времяпрепровождение, и он, отодвинув занавеску начал рассматривать других путников. Нашел торговку пирожками с полным лотком свежей выпечки, купил корзинку пирожков, задумчиво отведал, а потом, решительно подобрав юбки, двинулся к стражникам. Я замерла, восхищенная его смелостью.

Между тем, Хранитель в женском обличье надтреснутым от возраста голосом убеждал в чем-то стражу, потом вручил им пирожки и махнул платочком нашему кучеру. Тот медлить не стал – быстро подобрал шуструю пассажирку, и мы торжественно въехали в столицу!

Я подпрыгивала на месте от нетерпения. Мне было ужасно любопытно увидеть самый большой и красивый город нашей страны. Однако моя спутница выглядела хмурой.

– Что случилось, милорд? – негромко спросила я, заметив складочку между бровей «почтенной дамы».

– Стражники внимательно осматривали караваны и повозки торговцев, – ответил он.

– Они всегда это делают. В каждом городе норовят урвать всё, что плохо лежит.

– В караване были почтенный купец с юным сыном, и один из стражников с племянницей, их задержали до прибытия мага.

– Нас продолжают искать? – поразилась я, – Даже в столице? Я думала мы давно стали старой сплетней.

– Сплетня, может, и старая, – дернула щекой «дуэнья», – но те, кто желает вас пленить, продолжают поиски. Особенно в столице.

– У меня нет тут знакомых и даже родственников, – удивилась я.

– Зато у меня есть, – мрачно ответил лорд Натан. – Пока нас защищает маскировка, но, похоже, скоро придется менять план.

Я только плечами пожала, поглаживая Лапку. Пустошный пес давно привык к большому количеству людей, охотился в лесах и мирно спал у костра или у камина, делясь со мной теплом. Сейчас он снова изображал дога и чинно сидел на полу кареты, вожделенно поглядывая на корзинку с припасами.

Карета довезла нас до чистенького пансиона в приличной части города. Лорд Натан рассчитался серебром, скуповато перебирая монеты, а затем щедро дал серебряник сверху «за аккуратность» и приказал выглянувшему на шум слуге отнести наш сундук и пару корзин в заранее заказанный номер. На встречу «почтенной даме» вышла хозяйка – опрятная толстушка в синем платье с кружевным передником.

– Госпожа Диваил!

– Миссис Люблин!

Я еле сдерживала смех, глядя на все эти реверансы.

– Мы приехали, как и собирались. Надеюсь, наш номер готов? – строго допытывалась моя «тётушка».

– Не извольте беспокоиться, все готово! – широко улыбалась в ответ хозяйка.

Еще бы ей не улыбаться! Лорд Натан лично писал ей, прикладывая к письму чек на пару золотых.

– Мы хотим отдохнуть с дороги, выпить чаю, а после пройтись по магазинам. Моей Фелиссии понадобиться теплая одежда и обувь.

– Я отправлю с вами слугу, – рассыпалась в любезностях хозяйка, провожая нас в номер, – он подскажет, где лучше купить все, что вам нужно.

Номер у нас был очень женским. Всюду салфеточки, вазочки, безделушки. Одна небольшая гостиная с камином и круглым обеденным столом и две спальни. Одна явно предназначалась для госпожи, вторая – для камеристки. Первую отличала широкая кровать, туалетный столик и просторный шкаф, во второй едва поместились узкая койка и стул для одежды.

Едва хозяйка ушла, лорд Натан упал в кресло у камина, задрал юбку, с наслаждением, вытянув ноги, но тут же, опомнившись, коротко ругнулся себе под нос. Я, сдержав хихиканье, отвернулась и выглянула в окно. Район Хранитель выбрал очень разумно – с одной стороны тянулась улица с лавками, с другой расположился большой парк. Будет место для выгула Лапки, и всегда можно затеряться в толпе покупателей.

В окно я выглядывала не просто так. За последние месяцы откуда только нам не приходилось убегать: и с чердака, и из подвала, и даже с храмовой колокольни! Вот и присматривала по привычке пути к отступлению. Прямо под окном расположилась крыша более просторного первого этажа, а с нее и спрыгнуть можно, и на соседнюю крышу перебраться. Сейчас еще окна в спальнях проверю и подберу стул потяжелее, чтобы подпереть на ночь дверь.

В двери постучали. Лорд Дормиш сразу выпрямился и манерно схватил лежащую на столе картонку с меню. Нам принесли чай, изящно сервированный на красивом деревянном подносе. Крохотные чашечки, чуть подкрашенная вода в заварнике, зато неплохие сливки и пиленый сахар. К напитку полагались тосты, яблочный джем и немного масла.

Едва служанка ушла, Хранитель грустно осмотрел композицию и спросил:

– И что, благородные дамы всегда так?

– Непременно, – широко улыбнувшись, ответила я, и тут же занудным голосом моей гувернантки произнесла: благородная леди ест, словно птичка, никогда не высказывая жадности или желания попробовать какое-либо блюдо.

– Да я на этом ноги протяну! – возмущённо заявил лорд Натан и решительно отправился за нашей корзинкой с припасами.

Поскольку хорошо воплощать у меня пока получалось только мясо, перед поездкой мы прикупили сыра, пряных лепешек, медовых пряников и орехов. Чуть теплая водичка, которую нам подали вместе с пересушенным хлебом, отлично пошла с толстыми ломтями сыра и копченого мяса. Подкрепившись, мы уничтожили все «улики», умылись и двинулись гулять. Лапка, слопавший сразу два окорока, чинно шагал рядом, изображая примерного пса.

Вместо лавок Хранитель повел меня в парк. Мы прошлись по центральной аллее, купили горячие вафли со сладким сиропом и съели их, запивая сбитнем. Я уже озябла и думала о возвращении в гостиницу, когда лорд дернул меня за рукав:

– Фелиссия, детка, посиди на скамейке.

Я послушно присела на краешек и принялась крошить голубям остатки вафли. Между тем «почтенная пожилая леди», постукивая тростью, в которой отлично прятался клинок, подошла к нищему побирушке, что заунывно тянул на одной ноте:

– Подаааайте, добрые люди!

«Старушка» протянула нищему монету и что-то негромко сказала, нищий отшатнулся, но монету взял и снова затянул свою песню.

Мы вернулись в гостиницу, плотно пообедали, и, наконец, двинулись к лавкам, торгующим теплой одеждой. Мне пора было приобрести пальто, куртку, теплый плащ, шапку, сапоги, чулки и еще много всего. За время наших скитаний я вытянулась и похудела, так что все прихваченное в дорогу давно стало мало, а подогнать одежду магией у меня получалось очень плохо – то рукава разной длины, то подол перекошен.

В дорогие лавки мы входили, как две дамы. «Опекунша» требовала принести теплую одежду «на вырост», громко разглагольствовала про школу и длину юбок у современной молодежи. В бедные лавки входил наемник с подростком и грубым голосом требовал «одеть пацана побыстрее, пока не окочурился».

Таким образом у меня собрался теплый гардероб для приличной юной леди, и появился набор поношенных недорогих вещей для мальчишки-подростка, завсегдатая улиц. Даже обувь пришлось покупать разную – девочке предложили мягкие полусапожки на каблучке, а парню огромные ботинки, в которые следовало надевать еще и толстые вязаные носки грубой шерсти.

Когда мы вернулись в гостиницу с ворохом покупок, нас поджидал немолодой мужчина с удивительно добрыми голубыми глазами. Отправив меня наверх, Хранитель задержался на несколько минут с незнакомцем и поднялся в наш номер неприлично довольным.

– Кто это был? Спросила я, складывая покупки в сундук.

Все старые вещи пришлось разорвать на мелкие лоскуты и потихоньку сжечь в камине. Одно из важнейших правил нашей игры в прятки – не оставлять следов, по которым меня может отыскать маг. Поэтому и мы одежду покупали, а не создавали посредством магии – так было безопаснее.

– Один старый знакомец, – лорд не мог в пансионе скинуть женскую личину, и потому недовольно морщился.

– Он может быть нам полезен? – спрашивала я осторожно, хотя на языке вертелось множество вопросов. Зачем мы вообще приехали в столицу? Почему до сих пор не отправились в Пустоши? Но я благоразумно выбрала максимально нейтральный вопрос, ведь кто знает, что задумал мой Хранитель?

– Думаю, он не откажется нам помочь, если мы поможем ему, – рассеяно ответила «дуэнья» и сосредоточенно принялась перебирать содержимое своего дорожного мешка.

Туманный ответ мне не понравился, я повздыхала, поерзала и все же спросила «в лоб»:

– Чем мы можем помочь? Мы сами в бегах!

– Поделимся камушками, – признался лорд Натан.

Стало понятно, что «знакомец» скорей всего посредник. Как ни удивительно, бриллианты у меня получались лучше платьев, и за время тренировок их накопился целый кошель. Мне было не жаль отдать часть «льдинок» за безопасный путь. К тому же мы уже продали несколько камушков, чтобы иметь в дороге запас монет и оружия.

К зиме Хранителю тоже пришлось обновить гардероб, а еще нам регулярно требовалось пополнять запасы болтов для арбалета, метательных кинжалов и всяких мелких полезных вещиц для ухода за оружием. На улицу Оружейников мы собирались завтра, но привычка все содержать под рукой и в порядке заставляла нас каждый вечер проверять свой арсенал.

Ужин в пансионе подавали внизу, в общей столовой. Мы вынуждены были спуститься туда и провести час в обществе остальных гостей. В основном, это были дамы разного возраста. Парочка старых дев, желающих найти место гувернантки, пожилая семейная пара, прибывшая в столицу на свадьбу родственников, пожилая дама, пережидающая в пансионе замену печей в своем доме и молоденькая хорошенькая барышня из провинции, приехавшая на смотрины.

На стол подали куриный суп, битки с запеченными овощами, хлеб с маслом и чай. Единственному мужчине предложили бренди, а дамам по капельке ликера в чашки. К моему удивлению, лорд Натан держался со всеми именно так, как держалась бы немолодая дама, имеющая аристократических родственников. То есть, он чопорно просил передать хлеб или соль, был суховато-вежлив и неодобрительно косился на каждого, кто осмеливался проявить за столом эмоции. Особенно доставалось провинциальной невесте, смешливой и несдержанной.

После ужина хозяйка пансиона предложила всем посидеть в гостиной. Лорд Натан холодно принял предложение, чинно проследовал в большую комнату, плотно обставленную потертой мебелью. Здесь нашлось даже обшарпанное пианино, за которое тотчас уселась невеста, чтобы бездарно побарабанить по клавишам. У меня зачесались руки подойти к несчастному инструменту и самой сыграть что-нибудь. Я даже открыла рот, чтобы предложить заменить пианистку, но мой Хранитель уже ощутил напряжение магического поля и моментально сунул мне в руку накопитель. Энергия, не успев оформиться в желание, стекла в невзрачный кристаллик. Это было весьма вовремя, иначе на головы обитателям пансиона мог свалиться кабинетный рояль, или клавессин, а может и орган, который я любила слушать в замковой часовне.

Надо сказать, за время беготни по лесам мы довольно быстро заполнили почти все накопители, которые у нас были. Я даже стала опасаться заходить в деревеньки. Тогда лорд Натан оставил меня в лесу под охраной Лапки, а сам съездил в ближайший торговый городок, где легко сбыл полные накопители и закупил новые «оболочки». Со временем мы поняли, что мне лучше носить пару камушков с собой, и я сплела из кожаных шнурков браслет, в котором прятала кристаллы. Однако в такой момент, когда меня захватывала новая идея, пары накопителей было мало.

Едва девица закончила мучить инструмент, лорд Натан сослался на головную боль и утащил меня в наши комнаты. Тут уже можно было расслабиться и нормально поесть, принять ванну и, наконец-то вытянуться на чистых простынях.