Глава 23

В окрестностях замка Эльвиднир

Громадного волчищу, чьи клыки могли разрывать земную плоть, лапы — дробить горные хребты, а когти оставлять шрамы даже на зачарованной броне богов, телепортировавшиеся на одну из башен замка Пандора и Тор заметили сразу. А вот он их нет.

Потому как был несколько занят, отбиваясь от исполина, шесть могучих рук которого двигались в безупречном ритме — три блокировали удары, три обрушивали свои, и двух драконов…

Белоснежного и изумрудного.

Первый изрыгал обжигающий мороз, замораживающий землю до треска, второй выдыхал пламя, плавящее металл и камень.

Фенрир метался, то обрушивая всю мощь своих гигантским лап и клыков на чем-то похожего на Ингвэ многорукого исполина, то блокируя и уходя от его ударов, то в прыжке пытался достать одного из драконов…

Наивный! Ага, сейчас!

Тот дракон, которого он пытался достать, тут же уходил ввысь, а второй тем временем заходил с тыла и угощал его своей разновидностью пламени.

Пытаясь увернуться, Фенрир рычал, бесновался, исходил от ярости, но уклоняясь от ледяного дыхания белоснежного дракона, но тут же чувствовал, как пламя изумрудного дракона обожгло его бок, уклоняясь от хука справа, он тут же получал хук слева… И так снова и снова, без передышки, доводя его до полного изнеможения.

Другими словами, волчищу так гоняли, что Пандоре его стало даже жалко.

— По-моему, тут и без нас обойдутся. Их и так трое на одного, — заметила она, обхватив себя руками.

Тор повернул к ней голову, его губы тронула насмешливая улыбка, в глазах заплясали лукавые искорки.

— Предлагаешь вступиться за волчонка и защитить его от лишенных благородства и чести драконов и эльфа? — иронично поинтересовался он, каким-то образом догадавшись о её недостойных чувствах по отношению к врагу.

— Нет, конечно, — смущенно улыбнулась Пандора. — Просто… — замялась она, передернув плечами.

— Просто ты девчонка! — хлопнув её по плечу так, что она едва не пошатнулась, поставил её диагноз Громовержец. — А вы, девчонки, все слишком жалостливые!

Пандора закатила глаза, но бить было нечем. Она жалостливая. И она точно не мальчишка.

— Но ты права, — продолжил после небольшой паузы Тор, — мама переоценила Фенрира. Точнее, она не учла, что он еще не восстановился после встречи с тобой. Так что, да, эти трое прекрасно справятся и без нас, а вот они, — кивнул он на поле, на котором призрачная армия Вальхаллы сражалась против призрачной армии Хель. И резко посерьезнев, добавил, — Мне надо вмешаться.

Пандора удивленно округлила глаза.

Даже с такого расстояния было заметно, что эйнхерии чувствуют себя более чем уверенно.

Не знающие страха и уже однажды победившие смерть, высокие и могучие они шли вперед, сокрушая нескончаемые орды врагов. Их сияющие в лучах восходящего солнца клинки вспарывали гниющую плоть восставших мертвецов. Их копья пронзали ледяные доспехи вымерзней. Их тяжелые топоры раскалывали головы, превращая и тех и других в беспомощные груды мяса и льда.

Зомби бросались на них без страха, но их гнилые, костлявые тела были не чета закованным в доспехи могучим воинам, клинки которых разрубали их прежде, чем они успевали замахнуться своим мечом или копьем.

Быстрые, гибкие и ловкие вымерзни пытались атаковать эйнхерий с флангов, обрушиваясь на их плечи вихрем острых когтей и клыков, но снова и снова наталкивались на стальные стены щитов, ослепляющий блеск зачарованного самим Одином оружия и защищенных древними рунами доспехов.

Ледяные духи атаковали эйнхерий морозом такой силы, который замораживал кровь и останавливал сердце…

Но не у призрачных воинов, чьё сердце давно уже остановилось и по чьим жилам текла магия Одина.

Морозом такой силы, который превращал самую лучшую сталь в хрупкое стекло…

Но не зачарованную.

Зачарованную сталь ледяные духи смогли лишь припорошить инеем, что нисколько не мешало эйнхериям орудовать их мечами, топорами и копьями, от соприкосновения с зачарованной сталью которых ледяные духи осыпались снежной пылью.

— Призрачные воины несравнимо выносливее живых, но и их существование тоже имеет свои ограничения. Как только эйнхерия расходует всю до капли заложенную в него Одином магию жизни, он перестает существовать, — объяснил Тор, от которого не укрылось удивление юной богини. — Да, они побеждают, но ты сама видишь, как велика армия Хель. Настолько велика, что, если я не вмешаюсь, то от вверенной мне армии останутся одни лишь воспоминания.

— Вижу, — кивнула Пандора. — Тогда и я с тобой!

— Не стоит, — отрицательно покачал головой Громовержец. — Поверь мне, тут я и без тебя справляюсь, а вот те, кто остался в замке… Им без тебя никак.

— Ты уверен? — покосившись на поле сражения, уточнила Пандора.

— Абсолютно, — заверили её.

— Ну тогда я пошла, — кивнула она. — Ты же попрощаешься с ними за меня? С Дубревом, Тауртирисом, Ингвэ, Йоулупукки, главами кланов, я имею в виду… Я бы очень хотела сама это сделать. Но думаю, — теперь уже покосившись на замок, — у меня это вряд ли получится.

— Попрощаюсь, — пообещали её. — Хотя… Что-то мне подсказывает, что кто-кто, а ты найдешь способ передать весточку о себе и им и мне. Потом. Оттуда… — неопределенно махнул рукой Тор, имея в виду её время и её реальность. — Береги себя, девочка!

— И ты тоже, — улыбнулась девушка и, пришпорив звездного скакуна, понеслась на нем ко входу в замок. Там она попрощалась с Уэейком, многократно осыпав его морду поцелуями.

— Спасибо тебе, друг, — прошептала она.

Уэейк тихо заржал, ткнувшись носом в её ладонь.

— Мне пора, — улыбнулась она.

Скакун вновь заржал, кивнул и… исчез.

Постояв с пару секунд, уставившись в пустое место, Пандора вздохнула развернулась и пошла в направлении широко распахнутых массивных врат, которые… захлопнулись, едва только она переступила порог замка.