Глава 4

Ветер пронзительно свистел под белоснежными сводами резиденции Хель, из-за чего казалось, что ледяные стены стонут от боли. За массивным каменным столом двое играли в шахматы вырезанными из слоновой кварца и черного обсидиана фигурами.

Взгляд Невлина был прикован к доске, чего нельзя было сказать о его партнере по игре: задумчивый взгляд Ганимеда был устремлен куда-то вдаль.

Невлин нахмурился, глядя на своего коня, окруженного вражескими «войсками» и, тяжело вздохнув, поторопил:

— Твой ход, Им! — проворчал он, нетерпеливо постукивая пальцами по костяной доске.

Ганимед перевел на него недоуменный взгляд. Невлин раздраженно цокнул, закатив глаза, затем указал взглядом на доску.

Ганимед кивнул и передвинул своего ферзя.

— Шах! И мат, кстати! — скучающе уведомил он.

— Не верю! Опять! Ты определенно мухлюешь! — возмутился Невлин, вскидывая руки. — Ты же даже на доску почти не смотрел!

Его партнер по игре в ответ усмехнулся, пожав плечами и разведя руками.

— Любимая игра Зевса, знаешь какая? — наклонившись к собеседнику, заговорщицким тоном поинтересовался он.

— Шахматы⁈ — с кривой усмешкой предположил Невлин.

— Ага, — со вздохом подтвердил Ганимед. — И этот большой ребенок не только гениально играет, но и очень любит выигрывать. Настолько, что каждый раз, в прямом смысле слова, подпрыгивает от радости. И ладно бы он ещё выигрывал редко! Так нет же на протяжении первых двух тысяч лет, он у меня всё время выигрывал! О-ооо! — покачал он головой. — Если б ты знал, как меня раздражала его самодовольная и светящаяся торжеством рожа!

— О-оооо, — усмехнулся в ответ Невлин. — Поверь мне, я знаю!

— Значит, ты знаешь также, что другого выбора кроме как научиться играть в шахматы лучше него, у меня не было, — объяснил Ганимед «секрет» своей блестящей игры.

— Ты заметил, что Хель не в настроении… — вдруг нахмурился Невлин.

Ганимед беззаботно пожал плечами.

— Реванш? — предложил он.

— Я, может, и наивен, но не настолько! — фыркнул Невлин. — Спасибо, обойдусь!

— Ну ещё одну партеечку! — вслух заканючил Ганимед, извещая при этом мысленно о следующем: «Продолжаем изображать игру. Да. Я заметил. И я знаю почему, она не в настроении…»

Невлин неосознанно поднял на него глаза.

«Не смотри на меня, смотри на доску!» — мысленно прикрикнул Ганимед на него.

— Хорошо! — с одолжением в голосе, согласился Невлин. — Ещё одну партеечку! Но только одну! — предупредил он, подняв вверх указательный палец.

Изобразив на лице ничем незамутнённую радость, Ганимед кивнул и переставил пешку на Е4. Невлин ответил зеркальным движением, продвинув свою пешку на Е5.

«Пандора с Тором скоро будут здесь, — мысленно сообщил другу Ганимед и перевел ферзевую пешку на D4. — Ты сможешь договориться со всеми заключенными в замке неприкаянными душами, чтобы они, если понадобится, оказывали им посильную помощь?»

Невлин, слегка нахмурившись, окинул взглядом доску и, задумавшись всего на миг, двинул коня на F6 и кивнул: «Думаю, смогу. О какой именно помощи идет речь?».

Теперь уже зеркально ответил Ганимед и тоже ввел в игру коня.

«Пока не знаю… Знаю только, что помощь нам не помешает», — ответил он, наблюдая как конь Невлина «съедает» его пешку.

Ганимед усмехнулся и перевёл своего коня на С3, типа открывая путь своему Ферзю и угрожая коню Невлина, а на самом деле подставляясь.

Невлин усмехнулся и съел ещё одного его коня. В ответ Ганимед сделал очередной типа небрежный ход, переместив слона на C4.

Невлин этим воспользовался и без колебаний вывел ферзя на H4, создавая прямую угрозу королю. Ганимед типа попытался защититься, переместив пешку с G2 на G3, но лишь снова подставился.

Невлин снял пешку ферзём, угрожая матом на следующем ходу. Ганимед сделал ход королём, Невлин поставил ему мат, переместив ферзя на H2 и взвыл:

— Так нечестно! Ты поддался!

— Ну на тебя прям не уходишь! — широко улыбнувшись, развел руками Ганимед. — Выиграл — нечестно. Проиграл — опять нечестно! Сказал бы сразу, что хочешь не выиграть, а ничью! Я бы устроил тебе ничью.

— Я не знаком с Зевсом, но что-то мне подсказывает, что вы с ним друг друга стоите! — хмыкнул Невлин.

— Ну, пожалуйста, еще одну партеечку! — почти заканючил блондин.

— Иди ты! — отмахнулся типа обиженный Невлин. — Пойду я лучше «подарком» для Повелительницы займусь, — многозначительно посмотрев на друга по несчастью, сказал он. — Он почти уже готов, осталось мелочи вроде доводки и шлифовки.

Ганимед знал, что Невлин вот уже два месяца работает над комодом, который он выдалбливал из глыбы льда, следуя личному эскизу Хель. Однако также он знал и то, что, говоря о «подарке», Невлин подразумевал вовсе не его.