Глава 13

– Вернитесь и сядьте, Маргарита, – Краузе махнул рукой в сторону дивана.

Я повиновалась. И хотя все сильнее убеждалась, что магу известно о моем своеобразном раздвоении личности, опасалась задавать вопросы.

– Итак, прежде, чем я смогу передать вам стоящие знания, необходима серьезная подготовка, – заговорил мой теперь уже наставник.

Я полезла в сумку, почему-то уверенная, что в ней должен лежать какой-нибудь блокнот и карандаш, но ничего, кроме книжечки с судоку и шариковой ручки там не обнаружила. Пришлось открывать последние, почти не занятые текстом страницы сборника головоломок.

Когда я приготовилась записывать рекомендации, Краузе скользнул одобрительным взглядом по книжке. Затем облокотился на подлокотник кресла и задумчиво оперся подбородком на сжатую в кулак ладонь.

– Вижу, сила сама подталкивает вас к действию. И раз уж так, то первое, на чем вам следует сосредоточиться – тренировка ума. Некоторые теоретические концепции нашей с вами силы постичь не так уж просто. Пробегитесь заново по трудам античных и немецких философов, купите в дополнение к судоку еще и кроссворды.

Рекомендация звучала странно. Каким образом Платон, Кант и Гегель помогут мне в освоении магии? А кроссворды тут вообще причем? Впрочем, я послушно записала этот совет, обозначив его цифрой "один". Вечерами в этом мире все равно нечего делать, так почему бы и не проверить, так ли сильно местная философия отличается от той, которую я изучала в другом мире.

– Во-вторых, вам необходимо заняться развитием своего дыхания. Я покажу несколько упражнений: некоторые из них используют певцы, другие больше подходят для бегунов. И, разумеется, вам надо заняться своим физическим состоянием, делать упражнения и главное – бегать. Олимпийские рекорды ставить нет нужды, но повысить выносливость – обязательное условие, – продолжил перечислять Краузе, с каждым словом все сильнее погружаясь в собственные мысли.

Я вздохнула и записала «дыхательные упражнения, спорт и бег» под номером два. Еще не лучше. Если чтение хотя бы не бросается в глаза в обществе, то бегать мне как прикажете? Я же княжна, будь он неладен, этот титул. И хоть в местных порядках разобралась еще не до конца, но что-то мне подсказывает, что не могу просто надеть спортивный костюм и выйти утром в соседний парк. Есть ли тут, в этом городе, какие-нибудь специальные заведения, в которых женщины могут позволить себе занятия спортом?

– Я свяжусь с одним своим хорошим знакомым, он тренирует магов в университете. Будете заниматься с группой огненных или земляных колдунов, принципы их и вашей физической подготовки несколько схожи, – заметив мое замешательство, добавил Краузе.

– Прекрасно! – не выдержала я и саркастично улыбнулась. – Мало того, что я прославлюсь на весь университет, как сошедшая с ума княжна, которая вместо поисков мужа по вечерам бегает, так еще и собственно бегать мне придется на глазах у целой толпы студентов! Кант – еще куда ни шло, но это уже слишком!

Я захлопнула книжку с судоку и бросила ее в сумку, туда же полетела и ручка. Чувствовала, как от возмущения трясутся руки. От возмущения, которое принадлежало, кажется, не совсем мне. Или мне, но ощущалось таким новым и непривычным, что становилось даже чужим. Страх перед позором и общественным осуждением, боязнь потерять остатки и без того испорченной репутации – все это оказалось для меня прежней новым и непривычным. Интуиция подсказывала, что в прошлой жизни я о таких вещах не заботилась. Но здесь они имели гораздо большее значение, и отчасти я готова была согласиться с возмущением Марго. Мне ведь еще в этом университете работать!

– К тому же, разве мои занятия бегом не оповестят всех вокруг, что я намерена развивать дар? – добавила я уже спокойнее.

– А разве ваше желание развивать дар должно быть тайной? – Эдуард вскинул седые брови в притворном удивлении. – Тут кроется третья задача, которую вам необходимо решить прежде, чем вы овладеете первыми навыками: вам придется отринуть свой статус-кво. Маг воздуха – всегда несколько эксцентричная личность. Женщина, будучи магом воздуха… – Краузе мечтательно прикрыл глаза.

Я замерла в ожидании продолжения, но он, будто очнувшись, резко выпрямился в кресле и окинул меня острым взглядом.

– В общем, вам придется заявить миру о том, что ваша жизнь больше не будет прежней. Удачи, Маргарита, – сказал он и, отвернувшись к столу, склонился над бумагами.

Поняв, что разговор окончен, я, совершенно шокированная услышанным, поспешила выбраться на улицу. Только оказавшись на свежем воздухе глубоко вдохнула и начала понемногу успокаиваться.

Но не успела привести мысли в порядок: зазвонил телефон.

– Марго, возвращайся скорее, – затараторила Марина в трубку, стоило мне только приложить ее к уху. – К нам пришел милиционер. Не из магических, обычный, говорит, что мы можем получить штраф…

– Спокойно, – прервала сестру я, догадываясь, что толковых объяснений от нее сейчас не получу. – Напоите его чаем и попросите подождать, когда я вернусь. Без меня ничего ему не говорите, ни на какие вопросы не отвечайте. Все понятно?

В ответ – только тишина.

– Понятно? – еще раз, несколько неравно уточнила я.

– Д-да, – наконец, ответила Марина и положила трубку.

До дома я добралась быстро. В автобусе привычно вытащила из сумки книжечку с судоку, но только исчеркала поля – сосредоточиться даже на самых простых загадках не удавалось.

Влетев в квартиру, быстро оценила обстановку. Девочки сидели на кухне, вход в которую виднелся из коридора. Марта, напряженно выпрямив спину, наливала гостю чай. Марина, которую я со своего ракурса не видела, что-то тихо говорила.

– … Вот-вот вернется, и все выяснится, – услышала я ее тихий, спокойный голос.

– Сестрица! – Марта заметила меня первой.

Я прошла в кухню, где сидел, развалившись на стуле, мужчина в синей милицейской форме. Участковый?

– Добрый день, – прохладно поздоровалась я, усаживаясь напротив.

Хоть и волновалась, но спина – спасибо привычкам Маргариты – оставалась безукоризненно-прямой, а улыбка – вежливой.

– Добрый ли, Маргарита Алексеевна? – улыбнулся в ответ полицейский. – Меня зовут Константин, я участковый. Пришел сюда по жалобе некоего князя Александра Николаевича, который представляет интересы гражданки Аглаи Ивановны, – сразу перешел к делу он.

Обрадованная тем, что не придется тратить время на лишние политесы, я кивнула. Хоть липкое чувство тревоги нарастало, мне стало даже любопытно, что могло объединять обиженного князя с моей уволенной работницей?

– Видите ли, – участковый хлебнул чая из изящной чашки, которая в его широкой руке казалась совсем игрушечной, и мерзко причмокнул губами. – Благодетельный князь Снежин желает, чтобы восторжествовала справедливость. Насколько ему стало известно, вчера вы отказались от услуг гражданки Аглаи по уборке и готовке в вашем доме.

Я кивнула, не видя смысла отрицать очевидное и не слишком понимая, что же в этой ситуации могло заинтересовать полицейских.

– Но, насколько стало известно князю, трудового договора в профсоюзе с гражданкой Аглаей Петровной вы не заключали, в бюро по поиску работников не зарегистрированы, то есть, стало быть, законы нарушены. А за это полагается в пользу Аглаи штраф, ибо она – лицо для государства подзащитное, – с явным удовольствием заключил участковый.

– Покажите, пожалуйста, ваши документы, – уловив паузу в его речи, попросила я.

Пока милиционер возился с карманами, обратилась к памяти Марго. В ней действительно теплилось что-то там про трудовую инспекцию, правсоюз работников при господах, сохранивших титулы, и трудовые же договоры. Но никакой конкретики. Похоже, моя предшественница считала эти формальности лишними. А если участковый прав, то я попала. Вот только разве это он должен заниматься такими делами?

Бегло просмотрев записи в удостоверении милиционера, убедилась, что с документами все в порядке.

– Вы, княжна, пользовались услугами гражданки Аглаи Петровны незаконно на протяжении… – он глянул в какой-то засаленный блокнот, который вытащил из другого кармана. – Шести месяцев, следовательно, штраф составит около тысячи рублей.

Тысячи?! Я похолодела, но быстро взяла себя в руки. Надо все основательно проверить, и, может, найти какого-нибудь недорогого адвоката? Сколько в этом мире вообще стоят адвокаты?

Насладившись моим замешательством, милиционер снова с явным удовольствием причмокнул губами и продолжил:

– Однако, учитывая ваше нынешнее положение, я думаю, мы можем немного смягчить ситуацию, – он сально улыбнулся, проходясь брезгливым взглядом по старой кухне. – Скажем, пятьсот рублей, если вы согласны заплатить мне сейчас.

Ага, конечно, нашел идиотку. Прямо сейчас, без документов, без какого-то заверения и независимых свидетелей он предлагает мне отдать ему целую мою зарплату!

Будь я прежней, не сдержалась бы и обругала этого самодовольного типа, которого Снежин, очевидно, прислал ко мне с весьма конкретной инструкцией, однако воспитание княжны оказалось сильнее моих порывов. Вместо того, чтобы разразиться руганью, я ядовито улыбнулась.

– Что ж, я уверена, ваши доблестные коллеги разберутся во всех деталях инцидента. И если я действительно виновна перед гражданкой Аглаей Ивановной, то готова, как порядочная подданная Империи, ответить по всей строгости закона за свой проступок.

Лицо милиционера удивленно вытянулось. Он справлялся с эмоциями гораздо хуже, чем я.

– Н-но постойте, княжна, есть и другой вариант, – растерянно затараторил он.