⚜ Глава 11. Возвращение

Все, что случилось позже, было похоже на странный сон. Под стрекот и мельтешение грибов Гловер нес меня на руках по чернолесью и тихонько ругался, проклиная буреломы и какое-то неугомонное шило в глубинах человеческого тела. Осознание, что последнее касается исключительно меня, пришло не сразу. Хотела возмутиться, но ничего не вышло: из груди вырвались лишь жалобные всхлипы. В ответ некромант терпеливо и уж как-то совсем даже ласково принялся утешать и подбадривать, мол, все уже закончилось и больше не повторится. Если я, конечно, не начну снова чудить и совать свой любопытный нос, куда не просят.

После, кажется, мы ехали в карете, а следующий раз сознание вернулось ко мне у ворот Вороньего дуба. Правда, ненадолго. Надышавшись странной грибной пыли, я почти все время находилась в неприятном состоянии полузабытья. Осмыслить происходящее получалось плохо. Вернее, никак: любая попытка сосредоточиться приводила лишь к тому, что внимание уплывало куда-то не туда, а по телу растекалась такая усталость, будто меня утягивало под воду.

Если верить ощущениям, обратный путь в особняк занял целую вечность. Ошарашенная и дезориентированная, я висела на руках Гловера, как куль с мукой, и повиновалась судьбе.

—…точно вам говорю, неблагодарность хуже змеиного яда, — донеслось откуда-то сбоку.

Удивительно, но этот факт не вызывал вообще никаких эмоций. В душе царила полнейшая безмятежность.

Как бы то ни было, лежать в теплой постели куда удобней и безопаснее, чем торчать в подземной пещере в ожидании, когда странные живые грибы превратят тебя в удобрение.

Некромант находился здесь же и вполголоса беседовал с призраком стас-дамы. Судя по спокойному тону, он был настроен весьма миролюбиво.

— Не стоит делать такое лицо, господин Гловер, обзаведетесь морщинами раньше времени. Я, с вашего позволения, на две сотни лет старше. Всякое видала, но чтобы порядочные девушки такое вытворяли!..

— Похоже, мы все недооценили целеустремленность леди Летиции, — хмыкнул некромант.

— И репей к цветам тянется, однако это не значит, что ему место в саду. Уж опытный-то садовник должен это знать, — брюзжала покойница.

— Ваша манера изъясняться порой ставит в тупик.

— Есть отличное средство, остужающее пылкий нрав юных дев и уберегающее бедняжек от необдуманных поступков. Скажем так, диета…

— Посадить на хлеб и воду? — перебил трюмо Нейтан. — Вы это уже предлагали.

— А будь она помладше, можно было бы и в темный чулан на денек-другой запереть. Хорошо действует на молодые мятежные натуры! Этим, между прочим, в свое время должны были озаботиться ее родители. Выдавать замуж такую невоспитанную девицу — какой позор!

— Вынужден вас огорчить, за двести лет многое изменилось.

— А знаете, что никогда не поменяется, господин Гловер? Тоска волка по лесу! — воскликнуло трюмо, словно делилось некой сакральной истиной, доселе неизвестной человечеству. Так и представлялось, как в этот самый момент костлявые руки тянутся к потолку в патетичном воззвании.

— Снова эти ваши иносказания, — в голосе некроманта послышалось раздражение.

— От тех, кто не поддается элементарной дрессировке, всегда избавлялись.

— Не удивительно, что вы закончили свои дни на эшафоте, а не в теплой постели, окруженная детьми и внуками, — в тоне Гловера чувствовалось усталость. — Пожалуй, мне стоит дать вам внеочередной отпуск.

— Что? — запротестовало трюмо. — Погоди… те... я же… не…

— Приятных снов, — не без ехидства отрезал некромант.

Я приоткрыла глаза, уставившись в потолок. Чувствовала себя, как плюшевая игрушка: руки и ноги, будто набитые ватой, казались такими легкими, что попытка пошевелить ими обернулась набором рассогласованных и бестолковых телодвижений.

— Леди Летиция, как вы?

— Надеюсь, у вас есть еще одна заготовка для переселения неупокоенных душ, — съязвила и почувствовала себя немного легче.

— О да, только выкручу динамик, — то ли пошутил, то ли поделился реальными планами некромант.

— Механические руки-ноги тогда тоже убирайте. Потому что я вас сначала придушу, а потом хорошенечко отпинаю труп.

— Вы острите, а это добрый знак.

Действительно, я сама себя не узнавала. Перед внутренним взором вновь и вновь проносились картинки из жуткого подземелья. Я помнила свой ужас, однако ничего не чувствовала. Будто все это случилось с кем-то другим, а мне досталась роль безучастного стороннего наблюдателя, спокойствие которого граничило с равнодушием. Такое странное умиротворение казалось неестественным. Возможно, даже навеянным искусным колдовством...

— Там, в лесу, что со мной случилось? Что это были за твари? Как вы выбрались? И эта странная пыльца…

— Я уже раза два подробно вам объяснял, — устало вздохнул Гловер. — Похоже, некроспорум влияет не только на нервную систему, но и на кратковременную память. Надо будет добавить этот факт в свои заметки.

— Некроспорум?

— По сути, безобидное вещество с весьма интересными свойствами, — пояснил он. — Влияет на сознание, рефлексы и болевую чувствительность. Эффект временный и вреда здоровью не несет.

— Откуда вы знаете?

Умом я понимала, что поводов для беспокойства у меня предостаточно: не каждый день становишься подопытной мышкой, попавшей под воздействие странных и неизученных чар или веществ. Но в эмоциональном плане в душе царил абсолютный штиль. Ничего внутри не отзывалось ни тревогой, ни трепетом, ни банальным беспокойством.

— Долгая история, — протянул некромант.

— И вы мне ее расскажете!

— Обязательно, — не стал отпираться Гловер и миролюбиво добавил: — Как только вы окончательно придете в себя. Мне кажется, или это не то, что вы ожидали услышать?

Некромант, словно прочел мои мысли. Я действительно не думала, что он так просто согласится.

«Вот может же, когда хочет, нормально разговаривать», — заметила я, но промолчала.

А еще казалось подозрительным отсутствие упреков за побег. Слабо верилось, что у него нет претензий на этот счет. Сил ходить вокруг да около не было, поэтому спросила напрямую:

— И… вы не злитесь, что я сбежала?

Меня вряд ли беспокоили бы его чувства, если бы некромант, в прямом смысле, не спас мне жизнь в той треклятой яме. Да, во многом он сам был виноват, что я там оказалась. И все же, нашел и вытащил. К сожалению, совесть при падении не отшибло, в отличие от других частей тела.

— О нет! Я был очень зол, — криво усмехнулся Гловер. — Особенно когда обнаружил, что перед тем, как сбежать, вы решили немножко разрушить мой дом. И страшно оскорбили нашу Вирджинию.

На последней фразе он так выразительно кивнул в сторону трюмо, что мне сразу стало ясно: обиды призрака его не особо тревожат.

— Это вышло случайно, — повинилась я.

— А потом, когда сообразил, что вы свернули в лес… — продолжал Нейтан. Тон его вмиг сделался строгим. — Счастье, Летиция, что вы дождались утра. Сойди вы с дороги ночью, боюсь, оказались бы в куда менее доброжелательной компании. К примеру, сумеречных котов.

Я видела, что Гловер говорит вполне искренне. На его лице не было ни гнева, ни раздражения. Он не пытался меня уязвить, а выглядел серьезным и озабоченным.

— Поверьте, грибы-фиэды или, по-научному, «фангус вивус эт долор», самое безобидное, с чем вы могли столкнуться. Я ведь предупреждал, что этот лес не место для прогулок.

— Гриб живой и умный? Серьезно? – переведя с древнеколдовского, воскликнула я.

— Говорю же, долгая история. Может, обсудим это за ужином? Да-да, я нашел вас ближе к полудню, и вы проспали целый день.

Только сейчас до меня дошло, что плотные портьеры сдвинуты, и сквозь узкую щель можно увидеть лишь темное отражение комнаты в оконном стекле. На полу неопрятным комом лежала изорванная юбка Шарлотты. Тут же рядом находился изгвазданный жакет и покрытые бурой пылью сапоги. Я сама лежала на кровати с расстёгнутой на горле блузкой, вся мятая и грязная. А пахло от меня, как от лесной кочки.

— Пожалуй, вы правы. Мне действительно нужно привести себя в порядок. И поесть тоже будет кстати.

— Конечно, — он направился к двери. — И да, не думаю, что прямо сейчас вы решитесь на еще одну попытку бежать, но на всякий случай предупрежу: под окнами все еще возится садовник. Он, конечно, умертвие и вряд ли держит на вас зло. Однако я не гарантирую, что в случае очередного приземления на клумбу, вы не получите тяпкой по голове.

— Погодите, — я окликнула его.

— Да? — он обернулся в проеме раскрытой двери.

Не верилось, что я собираюсь обратиться с просьбой к человеку, ставшему, по сути, причиной всех моих бед. Более того, именно с такой просьбой. В голову упрямо лезли мысли о пещере, жутких грибах и пугающем одиночестве, которое навалилось на меня в подземелье, всей своей тяжестью и безысходностью. Видимо, действие некроспорума потихоньку ослабевало, поскольку появилось легкое эмоциональное напряжение. Вроде бы ничего плохого уже не происходит, и я в полной безопасности, а сердце стучит чуть быстрее, терзаемое смутным беспокойством.

— Не оставляйте меня одну, — попросила я, думая, что в опустевшей комнате все эти иррациональные страхи могут усилиться.

— Ах да, простите. Желаете, чтобы я вернул мадам Вирджинию?

— Если только вы прикажете ей молчать.

Нравоучительных нотаций трюмо я просто не выдержу. Потерла руками виски.

— Боюсь, это невозможно, — улыбнулся Нейтан. — Я ей не хозяин, она просто со мной сотрудничает.

Со скепсисом поглядела на некроманта.

— Что? Вы же не думаете, что я тайком выкрал ее труп с королевского кладбища? Несмотря на то что при жизни Вирджиния Бирон отправила на тот свет немало невинных душ, действовала она исключительно в интересах ее величества королевы Арнегунды. Пока ее не казнили, конечно.

— Ничего не понимаю. При чем здесь это?

— Неупокоенный дух Вирджинии причинял немало беспокойства не одному поколению обитателей дворца, — терпеливо объяснял некромант. — Если быть точнее, фрейлинам. В общем, Его Величество попросил меня решить проблему, и занять неугомонную покойницу делом. Загвоздка заключалась в том, что ее дух нельзя развоплотить. По решению суда двухсотлетней давности, призрак Вирджинии должен вечно ходить по земле и каяться в своих прегрешениях.

— То есть король в курсе?! Он знает, что… Что государственная преступница теперь... трюмо?

— Конечно, — как ни в чем не бывало, ответил Гловер.

Вот дела! Вся эта история казалась мне странной, но разбираться в деталях не было никакого желания. Я попыталась подняться.

— Вам помочь? — обеспокоенно спросил некромант.

Я мотнула головой. Перед глазами все поплыло. Еле-еле мне все же удалось встать и удержаться на ногах. Голова кружилась. Покачиваясь, сделала шаг, и даже не заметила, как Гловер вдруг оказался рядом.

— Я сама, — кивнула ему. Мне нужно было это движение, чтобы проанализировать собственное состояние.

Некромант, видимо, расценил это как-то иначе и напрягся. По его виду было заметно, что он в любую секунду готов поймать меня, если вдруг начну заваливаться. Я вымученно ему улыбнулась и медленно поплелась в сторону ванной комнаты.

— Хотите, я приглашу слуг. Если что, здесь есть и… женские особи.

Живо представилось, как эти пугала с фарфоровыми масками (почему-то я была уверена, что все они их носят) станут притрагиваться ко мне своими холодными ручищами, молча стоять над душой и зловеще светить зелеными глазами... Ничем не лучше грибов.

— Нет уж, спасибо. Хотелось бы, знать, что поблизости находится кто-то живой.

Некромант озадаченно моргнул. Мне пришло в голову, что он мог принять это за приглашение потереть мне спинку или что-то в этом духе, а потому я поспешила добавить:

— Просто побудьте в комнате, — сказала и, оказавшись в ванной, прикрыла дверь.