⚜ Глава 7. Семейный ужин
Мы направились вверх по лестнице. Я еле поспевала за широким шагом некроманта.
— Одежду Шарлотты доставили пару дней назад, — не оборачиваясь, выдал он. — Думаю, вы наверняка что-то подберете. Позже мы обсудим, как получить ваши вещи. Или можем купить все необходимое в Рейвилле.
Его слова звучали так, словно, несмотря на все сказанное, он не собирался меня отпускать. Ясно одно Нейтан упрям, как сотня баранов. Похоже, его совсем не волновало мое нежелание оставаться в этом доме. О возвращение на учебу при таком раскладе даже и заикаться не стоило. Какой смысл, если ответом станет нет.
Мы миновали вытянутый коридор с отделкой в нежно-голубых тонах и оказались перед высокими дверями. Некромант распахнул их, пропуская меня вперед, и я бочком протиснулась мимо него в проем.
— И еще, леди Летиция, вы можете сколько угодно фантазировать о том, что стали жертвой похищения. Однако ваш папенька в курсе происходящего. Вас не хватятся, не будут искать и уж тем более никто не явится вызволять вас. И не думайте, что я собираюсь оставить эту ситуацию просто так.
— Я тоже, — выпалила в ответ, прежде чем захлопнуть дверь перед его носом.
Щелкнула металлической защелкой, отрезая себя от новоиспеченного мужа, развернулась и оперлась спиной на косяк. Сделала несколько глубоких вдохов, пытаясь прийти в себя, и лишь после этого огляделась.
Комната оказалась просторной и вытянутой. Этакая гостиная и спальня одновременно. Слева у окна с выходом на балкон располагалась кровать, небольшая туалетная зона с зеркалом и дверь в гардеробную. По правую сторону стоял камин с уютной софой, журнальным столиком и парочкой кресел. Все поверхности были заставлены цветами, то тут, то там стояли вазы, горшки, всевозможные корзины и корзинки с пышными букетами белых роз и лилий. От тяжелого аромата спустя какие-то пять минут закружилась голова. Я прошла вглубь комнаты, чудом не задев внушительную стопку поздравительных карточек на комоде, распахнула окно и жадно вдохнула свежий воздух. Это хоть немного привело меня в чувство.
Открыв створки пошире, я сделала пару шагов и плюхнулась на мягкий пуфик у трюмо.
«Что это тут?»
На столешнице лежала украшенная лентами коробка с запиской, выведенной знакомым каллиграфическим почерком «Любимой Шарлотте от мамы для хорошего начала семейной жизни».
«Что же, поскольку семейная жизнь началась у меня, тем более, не слишком хорошая, матушкин подарок может быть весьма кстати», — подумала я и, поддев крышку, заглянула внутрь.
На золотистой атласной драпировке обнаружились кусочки тонкой, словно паутинка, ткани и черно-красные кружева-веревочки. Сообразив, что держу в руках, я тотчас вернула презент в коробку, нахлобучив сверху крышку. Воображение нарисовало самодовольное лицо некроманта… Срам какой!
Отправив подарок на пол, я взгромоздила локти на столешницу трюмо и уставилась на себя в зеркало. Вид у меня был такой, будто на драконе верхом скакала. Элегантная прическа, созданная утром лучшими столичными мастерицами, превратилась в воронье гнездо.
«Под стать дому некроманта», — грустно отметила я.
Может, тут есть чем причесаться Я опустила глаза. В трюмо обнаружились резные ящички. Я потянула за ручку и… Пух!
В лицо ударило что-то мягкое. В носу защипало, я чихнула, и, подскочив на пуфике, чудом не сделала сальто назад.
Прямо перед моим носом трепыхала пуховка с пудреницей, удерживаемая костлявыми руками. И они росли прямо из… трюмо!
— Будьте здоровы, — произнес механический голос, похожий, на скрип несмазанных петель.
Я испуганно оглянулась.
— Я здесь, — продолжал голос. — Выше, выше…
Над зеркалом в раме горел зеленым светом стеклянный глаз. Под ним была латунная решетка, напоминающая китовый ус.
— Рада приветствовать молодую хозяйку Вороньего дуба. Позвольте представиться: покойная статс-дама королевского двора — Вирджиния Бобл.
— О, святая Эпифания, а вас Гловер так за что?
— Это не он. Давняя история. Теперь же я новая инновационная разработка. Тр-тр-тр...
— Вам плохо? — спросила я, стараясь вложить в интонацию этакое спокойное участие.
На кафедре эфирной психиатрии мне приходилось сталкиваться с неупокоенными душами. Одно неосторожное слово — и привет посмертная психотравма и превращение в зловредного полтергейста.
Тем временем рука отложила пуховку, сжалась в кулачок и с чувством треснула себя по решетке.
— Простите, заедает. Так вот: я трюмо «Новая эпоха», модель два, улучшенная. Буду рада, если вы позволите причесать вас к ужину.
Я так опешила от происходящего, что даже не стала возражать. Да этот некромант вообще ополоумел. Вместо упокоения подселил несчастную душу в мебель! И куда смотрит надзор! Засадить призрак в трюмо мог только полнейший безумец!
«Ох, и длинную же кляузу я напишу на «муженька», — мстительно подумала я.
Но полуживое трюмо не догадывалось о моих коварных планах, и выпустило еще пару рук. От вида костяных конечностей меня передернуло, но стоило признать, что утреннюю завивку четыре руки распутали очень быстро и ловко. Несмотря на полный беспредел, творившийся в доме некроманта, он, видимо, не собирался убивать Шарлотту, взяв в сообщники призрака с расческой.
Если прикрыть глаза и не концентрироваться на щелчках костяшек, можно даже слегка расслабиться. Да и выхода особо нет: не обижать же того, кто уже покинул этот мир.
Следующие полчаса я провела, слушая лекцию о падении нравов, фривольном поведении королевских фрейлин, неблагодарных потомках статс-дамы и прочих бедах вековой давности. На языке вертелись возражения, но я не осмелилась их озвучить. Не знаю, что останавливало больше, уважение к покойнице или парикмахерские инструменты в четырех руках. Одна из щеток точно могла бы стать орудием убийства.
Трюмо, наконец, соорудило мне вполне приличную, а главное, свободную прическу, собрав волосы у висков в две тонкие косички. Макияж я поправила сама, а заодно, чтобы освежить цвет лица, пустила по коже исцеляющие чары.
В мыслях я продолжала ругать некроманта: «Бедная-бедная статс-дама. Он сделал из нее туалетный столик! Как такое вообще могло прийти в голову?! Ни стыда, ни совести! Да он просто законченный негодяй! И куда смотрел папенька, когда решил выдать за него Шарлотту? Впрочем, понятно куда! На внушительный банковский счет!»
Продолжая накручивать себя, я подошла к гардеробу, щелкнула выключателем и тут же отскочила. Из глубины на меня с металлическим свистом выехала стойка с платьями на вешалках. Они качались и виляли подолами, точно беспутные привидения.
«В этом доме недолго и заикой стать», — подумала я, пытаясь унять несущееся вскачь сердце.
Но тут же приметила знакомую вещь из гардероба сестры: темно-синее платье, со свободным кроем и завышенной талией. Собственный праздничный наряд вдруг показался удушающим. Я стянула его там же, у гардероба, и небрежно сбросила на пол. Надев одежду Шарлотты, я сразу почувствовала себя бодрее, по крайней мере, в нем не было жестких косточек, натирающих ребра.
Здесь же нашлись и полки с обувью. Шарлотта была немного выше и размер у нее был больше, но сейчас, после дня на высоких каблуках, свободные лодочки сестры оказались как нельзя кстати.
На ужин я спускалась уже не в таком взвинченном настроении. И даже позволила некроманту отодвинуть для меня стул в столовой. Нейтан выглядел присмиревшим, и я решила, что это обнадеживающий знак. Казалось, за прошедшее время он тоже немного успокоился и уже не сверкал глазами, как озлобленная нежить. Что же, попробуем тактику быть паинькой.
Я нервно сглотнула, увидев, что ужин наш состоит целиком и полностью из традиционных освященных свадебных блюд. На стол был водружен огромный поднос, разделенный на двенадцать равных частей, каждая из которых символизирует нечто важное для семейной жизни. Очень давняя традиция. Не думала, что Шарлотта закажет что-то подобное, скорее, маменька расстаралась. Здесь была и рассыпчатая зерновая каша для здорового потомства, и хорошо прожаренные стейки из дичи для здоровья, и брусничный пудинг, который подают влюбленным, а также целая горка облитых медом восточных бобов, улучшающих магический потенциал. Некромант, как и предписывает традиция, положил в мою тарелку всего понемногу, не забыв пресные ржаные пирожки — символ женской покорности. Глаза его при этом подозрительно блеснули. Я вздохнула, понимая, что не могу отказаться. От всего, кроме пирожков. Не скрывая ехидства, я сразу спихнула их на салфетку.
Ужин проходил в напряженном молчании, и я успела отдать должное идеально прожаренному стейку.
— Леди Летиция, вы же в курсе, что мы с вашей сестрой собирались поженить не из-за большой и светлой любви? — внезапно начал некромант.
Я кивнула. Смысла скрывать не было. А он еще понравился мне тогда, на смотринах, когда папенька заключал договор. Казался вежливым и мило шутил. Как же дошло до такого?!
— По-вашему, для чего мне этот брак?
— Получить титул? — ответила я вопросом на вопрос.
— В точку. Видите, как прекрасно у нас получается вести диалог, когда вы не отпираетесь. Зачем мне титул, объяснять не нужно?
— Многие мечтают попасть в светское общество. И вы не исключение, — я пропустила его намек на мои попытки от чего-то там отпираться, напомнив себе, что обещала быть паинькой.
— Необходимость болтаться среди напыщенных индюков, скорее, минус, чем плюс. В моем случае титул — еще одна ступень на пути к должности. Видите ли, я собираюсь стать королевским некромантом.
— Поздравляю, — сухо отреагировала я, думая о том, что у Гловера грандиозные амбиции. — И?
— Должность хочу не я один. Похоже, мои конкуренты предложили вашему отцу за срыв свадьбы кругленькую сумму, — он резко воткнул вилку в стейк, точно расправлялся с таинственными врагами.
— Вам не кажется, что это чересчур? — уже не сдерживая раздражения, спросила я.
Его домыслы были просто дикими! Да ни один благородный человек не пойдет на такой скандал и позор на голову собственного ребенка ради какой-то «кругленькой суммы»! Мне очень хотелось сказать некроманту, что так может рассуждать лишь человек неблагородный и полностью лишенный чести, но, боюсь, в нашем случае это сделает все еще хуже. И косметическими заклинаниями от него, увы, не отобьешься.
— Претендентов на должность объявят через две недели, — продолжал некромант. — За это время найти другую статусную невесту и договориться о браке невозможно. А вот устроить скандал, учитывая, что помолвка с вашей сестрой освещалась в прессе, — вполне. Что же, неохота признавать, но да, мои враги далеко не идиоты.
— В отличие от вас, — вырвалось у меня. — Или вы действительно считаете моего отца авантюрным безумцем, способным ввязаться в такое? Речь же идет о Шарлотте и ее репутации! Да что с вами?! Перечитали приключенческих книг для юношей со взором горящим?
Последнее его, определенно, задело, по лицу скользнула тень, а между бровей образовалась хмурая складка. Похоже, угадала, и он действительно стыдится любви к приключенческим романам.
— Простите, леди Летиция, но думать иначе о человеке, который потратил семейное состояние на разведение слизней…
— Не смейте! — перебила я. — Он был уверен, что это жемчужные речные драконы.
— Вымершие семьсот лет назад?!
— Его обманули!
— Какая разница?! Главное — теперь он в долгах.
Я хотела поспорить, но возразить было нечего. От этого становилось еще больней и обидней.
— Правда — вещь весьма нелицеприятная, но загнанный в угол человек способен на многое.
— По себе судите?
— Нет, по вашему отцу, который не гнушается торговать дочерями.
— Не обманывайтесь. «Покупатель» в этой сделке ничем не лучше «продавца».
— Подскажите, какое определение больше подходит для морализирующей лгуньи? Наивная или глупая?
Я со злостью отбросила вилку и привстала:
— Не знаю, о чем вы там договаривались с моим отцом, только я вас не обманывала!
— Тогда что вы делали в храме?
— Пришла поторопить Шарлотту! Вас слишком долго не было, все начали нервничать. По правилам мужчинам нельзя заходить в комнату невесты. Даже отцу. Мама и так свела нас всех с ума этой свадьбой. Я боялась, что если пойдет она, то все закончится ссорой…
— Звучит правдоподобно.
— А знаете, что еще правдоподобно?! Вместо того чтобы стоять на месте исчезновения невесты и пытаться вам что-то объяснить, быть снаружи храма рядом с семьей. И изображать удивление после вашего выхода все еще холостым и в гордом одиночестве. Моих талантов вполне хватило бы на то, чтобы с обеспокоенным лицом подавать маме нюхательную соль и сокрушаться о поступке безрассудной сестры-беглянки.
— Тогда вы не смогли бы ей помочь.
— В чем?! Я целитель, а не маг пространства.
— Именно поэтому для перемещения и выбрали артефакт фейри.
— Помогла сестре использовать запрещенную магию, а сама осталась на месте преступления? Господин Гловер, я понимаю, что вы обо мне невысокого мнения, но не настолько же!
Он не стал комментировать. Только вздохнул, подумал, на его лице почудился проблеск сомнения.
— Ладно. Но как объяснить все эти ваши смены настроения? То вы делаете вид, что ничего не понимаете. Устраиваете истерику в экипаже. Пугаете мою нежить. Но едва переступив порог дома, ведете себя, будто хозяйка, прикидывающая, какой ковер подойдет к мебельной обивке.
— А есть другие варианты?! Вы меня все время хватаете, куда-то тащите, на вопросы отвечаете загадками, обвиняете во всех своих бедах. Силой под венец, а сейчас… Я вас боюсь!
— Не волнуйтесь, я не насильник.
— А по вашим поступкам так и не скажешь.
Некромант сверлил меня взглядом. Вот и поужинали.
Демонстративно отодвинув тарелку, я встала из-за стола. Несмотря на то что муженек разозлил меня до одурения, из этого разговора я узнала главное: ему очень нужна жена как минимум на следующие две недели. Что же, дело за малым: не подтвердить брак и развестись. Он сломал мои планы, а я сорву его. Не видать Гловеру должности королевского некроманта как своих ушей! Уж я-то теперь расстараюсь. По крайней мере, если он и дальше будет сыпать бесконечными обвинениями, то пусть они будут справедливыми.
Столовую я покинула с гордо поднятой головой.