Глава 3.

Марус

С самого утра настроение было поганым. Как я сумел поругаться с тем, кого мне послал Космос? Я злился на себя, на заместителя, которому по приказу капитана передавал часть дел. И ещё на капитана, ведь вместо того, чтобы объяснять, как вносить в систему корабля поправки к маршруту, я мог бы быть с Ли-Сином, в зелёном отсеке. Среди всех этих кустов он смотрелся очень гармонично. Если бы не румянец, который остался после его общения с Кираном!

Свернуть шею второму помощнику капитана хотелось нестерпимо. Но вместо этого я пытался донести до заместителя мысль, что на практике для кораблей этого типа применяют матрицу Хайлатера-Вакинтора, а не Такинора, что бы там в институте им не говорили.

Ещё и брат пытался связаться, но я не чувствовал в себе моральных сил с ним объясняться и просто сбросил вызов.

Едва я освободился, первым делом зашёл в столовую. Утром Ли-Сина здесь не было, обед он тоже пропустил, и на ужин не явился. Обиделся? Испугался? Заболел? Надо попросить у капитана доступ в его каюту, на всякий случай.

Пользуясь своим положением, я впервые нарушил правила столовой и взял на вынос сладкие пирожки. Ли-Син никуда не денется, мне нужно обдумать, с какой стороны к нему подступиться, а потом уже пробовать снова.

А пока предстоит свидание с маленькой девочкой, которая за возвращение куклы уже возвела меня в принцы. На моей планете девочки – редкое сокровище, я не могу обмануть её ожидания и не прийти.

Интересно, Ли-Син был таким же милым в детстве?

Ли-Синия

У моей дочки появились от меня секреты. Она ходила с загадочным видом, отказывалась от пирожков, говорила, что уже где-то поела. А однажды вечером, в полудрёме, шёпотом поделилась с куклой, что у неё появился друг. И тут же добавила, что это секрет, о котором нельзя говорить маме, иначе ей больше нельзя будет играть с ним.

Я волновалась. Очень хотелось проследить за ней, или посадить на цепь и не выпускать из каюты. Мало ли, нашёлся любитель девочек на корабле полном мужчин?! Но не получалось.

Тащ Киран и тащ Марус словно с цепи сорвались. Первый заваливал меня работой и звал в каюту, мол, у него есть серёжки, которые идеально мне подойдут.

На моей планете проколоть уши равносильно постригу в монахини. Вот интересно, если после такого подарка я объявлю целибат и стану вместо работы молиться старым богам, тащ Киран сильно удивится?

А пока приходилось искать способы реже показываться ему на глаза и мягко отказываться от приглашений и подарков. Второй помощник капитана явно начинал злиться.

Тащ Марус меня волновал. Он словно тень возникал там, куда я шла, словно ненароком сталкивался со мной в дверях столовой, и всегда я ловила на себе какой-то особо щемящий взгляд странных глаз с золотистым крестиком, который, кажется, потемнел. А вчера он деликатно придержал за локоть, когда корабль тряхнуло, и мне от этого простого жеста захотелось мурлыкнуть. Марус же извинился и зачем-то сообщил, что ему необходимо в рубку управления.

Дважды в зелёную зону заглядывал капитан. Я робела в присутствии этого величественного ящера и бросала невольные сочувствующие взгляды на обрубок хвоста. Не представляю, как я бы обходилась без своего!

– Отрастёт, – перехватил мой взгляд капитан. Я покраснела, не зная, куда деваться от неловкости.

Пощупав воздух раздвоенным языком, ящер посмотрел загадочно.

– Вы сработаетесь, – кивнул он Марусу, который как раз зашёл в отсек, и ушёл по своим капитанским делам.

Сегодня, как ни странно, в зелёной зоне никто меня не навещал. Я пропалывала рцевалию, когда загорелся красный свет и прозвучал сигнал опасности.

Сердце ухнуло вниз.

– Внимание! Всему персоналу немедленно вернуться в свои каюты, при повторном сигнале немедленно зафиксировать себя ремнями безопасности. Внимание!

Пока бежала к каюте, я успела перебрать все мыслимые и немыслимые причины тревоги. Пираты? Неисправность корабля? Или тащ Киран сообщил о нас с Ти-Ланией, и теперь патрульная служба проведёт осмотр судна, чтобы вернуть беглецов на родину?

Я влетела в крохотное помещение, проверила под кроватью, в шкафу и санитарной комнате. Ти-Лании нигде не было.

В панике я попыталась выйти в коридор, но дверь была заперта корабельными системами. Внутренние каналы связи тоже оказались заблокированы. Если я буду умирать в каюте, то даже на помощь позвать не смогу! Как сейчас.

Решётка на крохотном окошке вентиляции под кроватью оказалась сдвинута. Я потянула её на себя, с ужасом понимая, что не протиснусь туда при всём желании.

– Ти-Лания!

Мой голос потонул в шипении и белом дыме, который повалил из вентиляции.

Марус

Выжег бы к чёрным дырам всё пиратское племя!

Именно об этом я думал, глядя на останки разворованного корабля. Капсула с роботами и тремя членами команды плавно плыла по направлению к самому крупному обломку, чтобы забрать чёрный ящик. Следуя космическому протоколу, мы отдадим его патрульной службе.

Вчера мы поймали сигнал бедствия, и мой помощник, прокладывая новый маршрут, с перепугу дал слишком большую разницу тяги на двигатели. Корабль тряхнуло, Ли-Син побледнел. Я срочно помчался в рубку управления, исправлять то, что наворотил заместитель, а сам долго не мог включиться в работу – перед глазами стояло испуганное лицо Ли-Сина.

Сутки на ногах, две порции тонизирующего напитка, чтобы сохранить чёткость мыслей. Потом нужно будет поспать минимум двенадцать часов. Целая вечность до того момента, как я снова увижу рыжего паренька! Кажется, я начал привыкать, что судьба так посмеялась надо мной.

Капитан подошёл ближе, пощупал воздух рядом со мной.

– Хорошо держишься, – не то похвалил, не то констатировал он и активировал связь с группой в капсуле. – Доложить обстановку.

– Всё в штатном порядке, – услышали мы голос второго помощника.

На заднем фоне шли помехи, то ли эхо шагов, то ли какие-то механизмы корабля продолжали работать вхолостую. И тут характер помех изменился. Добавилось что-то ещё, словно мимо кто-то пробежал, звуки короткой борьбы, и мне почудился детский возглас. Ребёнок? На разрушенном корабле?!

Я тряхнул головой.

– Доложить! – рявкнул кэп, и все присутствующие в рубке невольно вздрогнули.

– Осмотр показал, что угрозы взрыва нет, провожу извлечение чёрного ящика, – услышали мы чуть запыхавшийся голос. – Никаких внештатных ситуаций.

Раздался скрип, который на фоне помех вполне можно было принять за вскрик. Показалось. Я старался держать лицо, а сам думал о том, где сейчас прячется Ти-Лания и кем она приходится Ли-Сину. Сестра? Дочь? Если так, то где её мама?

Ли-Синия

Я продолжала стучать в дверь, даже прекрасно зная, что с той стороны никто не услышит. Руки саднило, голос охрип. Ти-Лания так и не вернулась. Сколько прошло? Полчаса? Час? Вечность?

– Ли-Син, подойди в стыковочный отсек В-9, – внезапно ожила панель внутренней связи, высветив усталое лицо Кирана. – В твоих интересах явиться раньше механиков и службы уборки.

– Но дверь…

В этот же миг датчик на входной двери сменил цвет с красного на зелёный, и я, не чувствуя ног, помчалась, куда было сказано. Ни на миг не возникло сомнений в том, что речь шла о моей дочке.

В отсеке стояла малая разведывательная капсула, какие-то ящики, и в первый миг показалось, что никого нет. Потом из-за ящика вышел второй помощник капитана, в форме для выходов в открытый космос, бледный, с испариной на лбу.

– Забирай свой особый груз. У вас три минуты до того, как тут набьётся толпа народу. Аппарат вернёшь вечером, мне за него ещё отчитываться.

Он ключом отворил ближайший ящик, и я увидела свернувшуюся внутри Ти-Ланию в обнимку с маленьким кислородным аппаратом.

Я бросилась к дочке, прижала её к себе так, что бедняжка пискнула. Не знаю, чего хотелось больше, расцеловать её или отшлёпать так, чтобы больше неповадно было убегать. Скорей бы на планету!

– Две минуты, – недовольно напомнил Киран, и я, жёстко схватив Ти-Ланию за руку, помчалась к каюте.

Кажется, она протестовала, хотела зачем-то свернуть к малой кают-кампании, но я слишком устала и переволновалась, чтобы её слушать. В одном из боковых технических коридоров работал Рошан. Я сперва вздрогнула, испугавшись, что он нас заметил, а потом выдохнула – механик стоял к нам спиной. Его лысый синий затылок выражал полную сосредоточенность на раскуроченном узле проводов, и я, прокравшись на цыпочках мимо, снова едва не побежала. Только потом поняла, что не сразу его узнала, потому что он был не в привычной форме, а в серебристом костюме, какой был на Киране минуту назад.

Только в каюте, заперев дверь, я позволила себе расслабиться. Сползла по стене на пол, прижала к себе дочку и так замерла, не в силах поверить, что она снова со мной.

– Мам, у тебя вавки на руках, – через несколько минут, устав стоять молча, подала она голос и попыталась вывернуться из объятий.

– Ты зачем убежала?! Ты что, не слышала сирену? Ты должна была сразу вернуться в каюту! – взорвалась я и встряхнула её за плечи. – Знаешь, как я волновалась?!

Ти-Лания надулась. Потом соизволила пояснить:

– Так в вентиляции чистку включили, туда нельзя было. А возле того маленького корабля столько всего интересного, все бегали, роботы ползали. Я только посмотреть, мам!

– Ты понимаешь, что могла погибнуть?!

– Это как – погибнуть? А папа погиб? А бабушка с дедушкой? Мы же их больше не увидим, да? Ты говорила, на планете мы погибнем, это значит, нас посадят в клетку и больше не отпустят? А потом тебя заставят мыть полы и не будут кормить, а из меня сделают куклу?

– Иди мой руки и ужинать. Потом поговорим, – чувствуя, что меня всё ещё мелко потряхивает, скомандовала я.

Оказалось выше моих сил отпустить её хоть на минуту, поэтому я стояла рядом, пока она умывалась, за столом посадила её к себе на колени, а потом уложила поближе к стене и крепко обняла.

Было трудно найти слова, чтобы объяснить, что такое низшая каста, почему мы с ней вдруг попали практически в рабство в родной семье, почему её бабушка и дед грозились мне клеткой, и что куклу из неё делать не стали бы, просто отправили в монастырь. О том, что все послушницы выполняли ещё и роль ночных жриц, я уточнять не стала.

Когда Ти-Лания крепко уснула, я тихо встала и забрала дыхательный аппарат из ванной. Обычный аварийный блок, из тех, что крепятся к костюмам для выхода в открытый космос. Повезло, что дочка у меня совсем ещё малышка, взрослому такого запасного блока хватает совсем ненадолго.

Неужели она и вправду пробралась в разведывательную капсулу? При мысли, что Ти-Лания могла оказаться на разбитом пиратами корабле или оказаться в открытом космосе, меня снова бросило в дрожь. Как хорошо, что тащ Киран её вовремя заметил!

Я собиралась положить кофточку Ти-Лании в очистительный блок, когда поняла, что карманы забиты разной мелочью. Винтики, проводочки, что-то похожее на пуговицу с лампочкой, шар из граней, крохотная матрица из тех, что ставят роботам-уборщикам. Надеюсь, эти «сокровища» никто искать не будет!

В мусоросжигатель бросать находку я побоялась, непонятно, как поведут себя микросхему и болтики, и просто засунула на верхнюю полку шкафа, рядом со своими таблетками.

Я постояла у двери, уговаривая себя, что нужно вернуть дыхательный аппарат Кирану. Ужасно не хотелось оставлять Ти-Ланию в каюте одну! Но и неприятностей тому, кто её спас, я не желала. Поэтому тихонько выскользнула в коридор и заперла за собой дверь.

Каюта Кирана находилась рядом с кабинетом, где он когда-то меня распекал. Было ужасно неловко добровольно туда идти, по спине ползли мерзкие холодные мурашки при мысли, что он может потребовать разделить с ним постель. Ведь столько раз намекал, звал, а тут такой удобный повод, и я фактически сама к нему пришла. Ну не привлекает он меня как самец, и течки сейчас нет, чтобы я бросалась на всё более-менее мужеподобное.

Дверь отворилась прежде, чем я нажала кнопку вызова.

– Вы зачем пришли? – нахмурился тащ Киран. В спортивной форме он выглядел почти милым.

– В-вот, – пролепетала я и протянула ему дыхательный аппарат. Отчего-то было неловко.

– Нужно было просто вернуть его в отсек с капсулой. Оставьте, я теперь сам отнесу, – он забрал из моих вдруг одеревеневших рук аппарат, молча развернулся и ушёл.

Я смотрела ему вслед и не могла понять, что чувствую. Киран шёл без привычной стремительности, да и выглядел уставшим, как человек, на которого слишком много свалилось.

На следующий день Ти-Лания выглядела бледной. Она капризничала, отказывалась есть бурду и спорила, что не может весь день провести в комнате, ведь это скучно, а её ждёт принц, тот самый, который скучает по принцессе.

Пришлось договариваться, что в обмен на хорошее поведение я принесу ей вкусных булочек. Под недовольным взглядом Ти-лании я перепроверила, что решётка вентиляции закрыта крепко, и только после этого с тяжёлым сердцем вышла из каюты.

В столовой было шумно, я попала на первую волну. Я набрала побольше угощений, которые можно спрятать за пазуху, отыскала взглядом самый свободный стол.

Механик Рошан уже заканчивал завтрак в дальнем углу, за отдельным столом обедал Марус с незнакомым пожилым мужчиной с нашивкой старшего состава экипажа. Марус словно почувствовал, что я здесь. Поднял взгляд от тарелки, просиял улыбкой, привстал и помахал рукой, показывая на свободный стул.

Я вежливо кивнула Марусу, после чего задрала хвост, поджала губы и направилась в сторону Рошана. Как бы мне ни хотелось оказаться возле первого помощника капитана, у него на виду я навряд ли решусь утаскивать булочки. А ведь именно за ними я сюда и пришла. П-шшш, дурацкие правила столовой!

Синекожий механик привычно подвинулся, кивнул, продолжая жевать. Я принялась вяло ковырять вилкой в омлете, надеясь улучить момент, когда все отвернутся. Второй раз приём с капитаном не сработает, в тот раз это сочли не слишком удачной шуткой новенькой, а теперь решат, что я не в себе.

– Держи, тебе нужнее, – Рошан протянул мне сдобную булочку, тяжело поднялся, бухнул на скамью свой короб с инструментами и принялся что-то увлечённо в нём искать.

Мне потребовалось несколько секунд, чтобы сообразить, что таким образом Рошан закрыл меня спиной от любопытных взглядов. Я тут же расстегнула магнитный замочек на груди и смахнула в припрятанное за пазухой полотенце всю выпечку.

– Спасибо, – шепнула я еле слышно в спину механика, пыхтящего над своим ящиком.

– Сочтёмся, – ответил он непонятно и, сделав вид, что искал именно этот лазерный мини-резак, вышел из столовой.

Я быстро доела омлет, надеясь, что никто не заметил исчезновения горы булочек с моей тарелки, и поспешила к каюте. Хоть бы Ти-Лания оказалась там!

Дочка, похоже, решила меня послушать и сидела на кровати, играя куклой и самодельным принцем. Я вручила ей полотенце с добычей, и она тут же вцепилась в подарок Рошана. Нужно будет в следующий раз тоже таких взять.

Всю рабочую смену я думала только о том, сумела ли Ти-Лания отковырять решётку с вентиляции. В том, что она попытается, у меня не было ни малейших сомнений.

Я стояла над грядкой крохотных голубых ростков хвостом кверху, когда рядом раздался голос Маруса.

– Ты очень милый. И у тебя красивый хвост, – первый помощник капитана стоял прямо за моей спиной и держал в руках какой-то свёрток.

Я подпрыгнула от неожиданности, вытерла рукавом вспотевший лоб. Несмотря на жару в отсеке, я не рисковала больше расстёгивать куртку, хоть и носила скрадывающий фигуру рашгард постоянно.

От слов мужчины я невольно смутилась. И как реагировать на заявление Маруса? Он вообще в курсе, что у моей расы это считается комплиментом для пар, приглашением к ухаживаниям. Он вообще-то меня парнем считает! Или уже нет? Тащ Киран проговорился или сам как-то узнал?

Я с подозрением уставилась на первого помощника капитана. Хорош, зараза, рядом с таким никакие подавители гормонов не сработают.

– Ты запачкался, – тепло улыбнулся Марус, достал из кармана платок, шагнул ближе и аккуратно протёр мой лоб.

Я снова опешила. Нет, происходит явно что-то не то!

– Я видел, как ты в столовой прятал еду. Ты недоедаешь? Или голодал в детстве? Вот, возьми, – и Марус протянул мне свёрток.

Внутри оказались булочки с начинками всех видов. Ти-Лания наверняка обрадуется.

– А у тебя не будет из-за этого проблем? – я покосилась на мужчину с недоверием.

– Нет. Я всё-таки первый помощник капитана, а это всего лишь булочки, – снова безумно мило улыбнулся Марус. – Я поговорил в столовой, они будут оставлять для тебя коробки на вынос. Просто приходи и забирай в любое удобное время.

Я глупо смотрела на завёрнутые в полотенце булочки и не знала, что сказать. Благодарить? Отказываться? Требовать немедленно объяснить, с чего вдруг такая забота?

– Спасибо, – ответила я тихо. Хвост предательски подрагивал, выдавая моё смятение.

– Если нужна помощь, любая, в любое время, просто скажи. Вот контакты моего браслета, чтобы ты мог связаться напрямую.

Вот почему возможности связаться напрямую с первым помощником капитана у меня не было вчера, когда я сходила с ума одна в своей каюте?

Марус ушёл, а я смотрела на закрывшиеся двери отсека и думала о том, почему улыбки и взгляды этого мужчины мне кажутся такими отчаянно грустными?

Марус

Я шёл в сторону мостика и невольно улыбался. Не зря я так тщательно искал информацию в инфосети по расе Ли-Сина, мне кажется, подоплёку комплимента он понял верно, иначе отчего так мило смутился?

Вот только разрешение ухаживать он так и не озвучил. Конечно, он мог напугаться, получив такое предложение от мужчины. Хотя в его расе к мужеложеству относятся относительно терпимо, просто закрывая глаза на такие случаи.

Как же тяжело! Тяжело смотреть на его губы и не прижаться к ним поцелуем, тяжело любоваться изгибами его тела, которые едва угадываются за форменной одеждой, и не проверить ладонями, так ли он хрупок, как кажется.

Я невольно потянулся к паху, поправил штаны. Нужно раздобыть где-то подавитель гормонов, холодный душ помогает плохо, а самому сбрасывать напряжение получается лишь ненадолго.

Скоро остановка на дозаправку. Там сдадим чёрный ящик с разрушенного корабля, и можно будет заглянуть в магазин. Не весть что, конечно, но полезные мелочи там обычно продаются. Может, получится достать свежих фруктов. Только синие плоды Ли-Сину нельзя, у их расы непереносимость компонента, вызывающего такой цвет.

Вызов от брата я привычно сбросил, но он тут же перезвонил. Сердце тревожно кольнуло – вдруг что-то важное? Я завернул в ближайший пустой коридор и активировал связь.

– Какого космического шлака происходит? – рявкнул Гилар вместо приветствия.

– Я уже говорил, перебои со связью, – как можно спокойнее ответил я и нашёл взглядом нужный значок в углу экрана, чтобы убедиться, что брат сейчас видит только помехи вместо моего лица.

После секундной паузы Гилар сказал уже спокойнее, но каждое слово падало бетонной стеной на мою голову.

– С тех пор, как появились эти перебои со связью, мне каждый день снится женщина. Я не вижу её лица, но почему-то уверен, что она рыжая, а ещё с хвостом и кошачьими ушами.

Я шумно вдохнул воздух, который словно загустел и отказывался входить в лёгкие.

– У неё очень задорный смех, – продолжал Гилар, а я понял, что ни разу не слышал, как смеётся Ли-Син. – А ещё я минуту назад связывался с капитаном. Никаких проблем со связью и помех в эфире не было.

Повисло молчание, я слышал, как стучит кровь в висках.

– Марус, включи видео. Я хочу убедиться, что ты в порядке.

Мне понадобилось два взмаха пальцами, чтобы исполнить требование Гилара. Помехи пропали, и брат, всмотревшись в моё лицо, шумно вздохнул, совсем как я недавно. Золотой крест в его глазах был ярче обычного, но у него хотя бы всё ещё было видно радужку.

– Кто она? – глухо спросил он. – Если ты ревнуешь, не готов делиться и знакомить нас, я бы понял…

– Не она. Он. Рыжий, с хвостом и ушами, – перебил я брата.

После секундной паузы Гилар выругался и отключил связь.

Стоило появиться на мостике, как рядом возник капитан. Пощупал языком воздух возле меня, неодобрительно покачал головой.

– Возле станции дозаправки мы зависнем на три дня. И ты первый пойдёшь в увольнительный. Это приказ.