Глава 10

Ночь прошла на удивление спокойно, малышка просыпалась всего два раза, и я отлично выспалась. Утром какое-то время перебирала свою одежду, размышляя, в чем показаться к завтраку. Халат — слишком по-домашнему, платье — слишком официально. В итоге остановилась на футболке и спортивных штанах, в конце концов, Финик ходил так же.

Пятка все еще болела. Возможно, этого делать не стоило, но я все-таки сменила пластырь, еще раз обработав порез зеленкой. Небольшая «аптечка», а точнее, пакет с лекарствами, лежал вместе с одеждой.

Все время приходилось одной ногой стоять на цыпочках. Я уже убирала пузырек с бриллиантовой зеленью обратно, когда под рукой на мгновение вспыхнуло что-то розовое, от неожиданности баночка вылетела из рук и перевернулась прямо в сумку.

Что это? Это я такая косорукая, или это проделки вредной Моли?

Пришлось брать всю сумку и идти вместе с ней в прачечную. Заниматься стиркой прямо сейчас не было никакого желания. Я просто переложила все белье в корзину и решила, что если виновата зубастая фея, вот пусть она все и исправляет. Да хоть пыльцу с крыльев вместо отбеливателя использует. Мне все равно!

Я сегодня собиралась выполнить срочный заказ с работы, а не провести весь день, отстирывая сложные пятна.

Взяв малышку на руки, пошла вместе с ней вниз, настроенная по-боевому.

Вот только там меня ожидал очередной сюрприз. В холле был Андрей и занимался он тем, что собирал… еще одну люльку. Удивившись, я даже не сразу вспомнила, за чем шла.

— Доброе утро.

Если покупку одной мини-кроватки я приняла спокойно, то второй… Зачем это? Он что, в нее свою Моль укладывать собрался?

— Доброе утро, Кристина, надеюсь, это не я разбудил?

— Сама проснулась.

— Я почти закончил, — улыбнулся мужчина, с гордостью демонстрируя новое приобретение. — Вчера, пока тащил люльку наверх вместе с малышкой, понял, что тебе неудобно ее туда-сюда таскать, так что решил купить еще одну. На третьем этаже убираться не надо, так что двух пока достаточно. Но если надо, то можно и там поставить. Как тебе?

По его лицу было абсолютно очевидно, что он ожидал похвалы, а я пребывала в растерянности и не знала, что и сказать.

— Но… ведь я здесь ненадолго. Что ты будешь делать с двумя кроватками, когда мы с Алей уедем?

Мужчина мгновенно погрустнел и отвернулся:

— Ну, если ты не захочешь взять с собой, то уберу их на чердак, — он сухо кашлянул. — Места в доме хватит, а когда-нибудь, возможно, и мне пригодится. Или, по-твоему, я не похож на того, кто может захотеть иметь детей?

Я смутилась. С такой точки зрения действительно глупо не пользоваться вещью, если предлагают. В конце концов, я была уверена, что для Финика стоимость кроватки — сущие пустяки.

— Что ж, в таком случае спасибо. Ты меня удивил. Когда только успел купить?

Все-таки, стоило отдать должное, что Андрей вообще об этом подумал и сделал это для моего удобства.

— Заказал через интернет ночью, а доставили уже утром. Это почти как магия, только за деньги.

— И что вы, нелюди, вообще можете? — усмехнулась я. — Лечитесь как обычные люди, вместо трансфигурации пользуетесь доставкой. Скоро я на самом деле буду думать, что хвост у тебя просто пришит. Кстати, ты, кажется, говорил еще о рогах. Они и правда есть?

— Есть, — деланно вздохнул мужчина, — но я их подпиливаю, под волосами не видно, если не трогать.

— А можно? — воодушевилась я, с интересом подходя ближе, с готовностью протягивая руку.

Финик чуть склонился, и я коснулась его седых волос. Жестких, чуть зачесанных спереди, очевидно, чтобы скрыть те самые рога. Зарылась в пряди, нащупывая два отростка.

— Ого!

— Ты первая, кто их трогает, — проговорил он негромко и тут же добавил уже более веселым тоном, — теперь, после того как ты щупала мои рога, как честная девушка ты обязана выйти за меня замуж.

Я засмеялась, убирая руку.

— Вряд ли я действительно была первая. А если их не подпиливать, они вырастают большими?

— Честно говоря, понятия не имею, последние лет триста-четыреста ни один порядочный черт рога не отращивал. Мы стараемся не выделяться среди людей. Так безопаснее. Но если запустить, то за неделю вырастают сантиметров на пять-шесть.

— Круто.

— Не очень. Пойдем завтракать? Ты обещала побыть моей кухаркой, так что я не откажусь от яичницы.

Добравшись до кухни, первым делом порылась в шкафах, в надежде найти розовую фею.

— Что-то ищешь?

Вместо ответа пожала плечами и улыбнулась. Прежде чем жаловаться на Моль, неплохо было бы действительно убедиться в том, что это она виновата в инциденте с зеленкой.

Яичницу черт предпочитал из семи яиц и обязательно глазунью. По Финику сразу и не скажешь, каким прожорливым типом он может быть. Сама же я не была уверена в том, что мне можно яйца, а потому сварила себе овсяной каши. Андрей сидел за столом, ожидая, пока я приготовлю, и периодически отпускал шутливые комментарии. Его хвост покачивал люльку с Алечкой, стоявшую позади него.

— Зарядка для хвоста, — пояснил он в ответ на мой взгляд.

Когда с завтраком было покончено, объявил, что через полчаса прибудет юрист, которого мне необходимо встретить у ворот дома.

— А почему мне? — удивилась я. Не то чтобы для меня это было проблемой, но с учетом того, что Финик уже нормально ходил без трости, а я не могла ступить на пятку, это показалось немного странным.

— Мне нужно немного поработать в кабинете, я покажу, где видеокамеры и видеофон, но он немного барахлит, нужно будет выйти самой, чтобы открыть ворота.

— Хорошо, — пожала плечами, не видя причин отказывать. — Тогда я, пожалуй, переоденусь.

Не встречать же мне юриста на улице в штанах и футболке?

Поднялась с дочкой в комнату. Положив малышку в люльку, вздохнула и направилась в прачечную.

Розовую паршивку я так и не нашла, а одежда сама себя не вычистит.

Неладное я почуяла еще на подходе. Рядом с комнатой витал запах горячего пара, и ощущалась влажность. Дернула дверную ручку, и тут же из помещения вылетели клубы водяного пара. Отступила назад, не понимая, что происходит, пол комнаты был залит водой. Я вскрикнула, отскакивая в сторону. Кипяток!

Помахав рукой, разгоняя пар, я еще раз осторожно заглянула — горячий фонтан брызг летел со стороны полотенцесушителя. Похоже, прорвало трубу. И нехило так прорвало. И хуже всего было то, что это случилось как раз над корзиной, в которой была вся моя одежда.

Испугавшись, что было силы закричала:

— Андрей!

Черт оказался рядом буквально в одну минуту, выскочил из лестничного пролета, окинул коридор цепким взглядом, а лицо его при этом было настолько сосредоточенно, словно он, как минимум, собрался отражать нападение вражеской армии в одиночку.

— Что случилось? — если он и был взволнован, то не подавал виду.

— Прорвало полотенцесушитель. Там… моя одежда, ее залило…

Финик сквозь зубы ругнулся, заглядывая в прачечную.

— А вместе с твоей одеждой сейчас зальет весь первый этаж, — вынес вердикт он, разворачиваясь.

— Ты куда? — вот уж никак не ожидала, что он просто уйдет.

— В подвал, перекрою воду.

Я осталась растерянно стоять, наблюдая за тем, как фонтанирует вода из трубы. Хорошо, если Андрею удастся остановить поток, иначе сюда просто не сунешься.

Спустя минут пять шум действительно стал уменьшаться и очень скоро почти прекратился. Повезло, что уровень пола в комнате был чуть выше, и паркет остался сухим.

Решив, что надо делать хоть что-то, сбегала в ванную, прихватив полотенце — им будет удобно собрать воду. Но оно не понадобилось.

— Отойди, — Финик стоял за спиной со странным агрегатом в руках.

Как оказалось, это был насос. За считанные минуты мужчина установил его на полу, перекинув шланг в раковину. Шум был сильным, я прикрыла дверь в спальню, чтобы не напугать малышку, но зато очень скоро последствия бедствия оказались устранены, а остатки я легко вытерла тряпкой.

— Пришлось перекрыть всю воду в доме, — пояснил Андрей. — Я вызову сантехника, надеюсь, к вечеру уже устранит поломку.

— Главное, что успели до того, как начало лить с потолка первого этажа, — улыбнулась я, но тут же поняла, что радуюсь преждевременно. Я же не видела, что сейчас происходит внизу.

И все же первый испуг прошел, и произошедшее казалось лишь досадной случайностью. Просто жизненная ситуация. Бывает.

— Ты что-то говорила про одежду? Все в порядке? — Андрей вернул мне мою улыбку, сматывая провод от насоса.

— Точно! Нужно просушить ее.

Мужчина кивнул и, напомнив о юристе, оставил меня одну.

В доме Финика была сушильная машина, так что проблемы в том, чтобы быстро высушить одежду, не было. Я наклонилась к корзине, запоздало вспомнив о зеленке, и вытащила первую попавшуюся кофту. Она была… в разводах.

— Что за…

Чувствуя неладное, наклонилась, доставая лежащее рядом платье и видя на нем то же самое — ярко-зеленые разводы. Перетряхнув все вещи, убедилась, что единственными не окрасившимися в зеленый цвет были лежащие в пакете носки. Зеленка, не успевшая впитаться, растеклась с нескольких вещей по всему, что было в корзине. Что за невезение?!

Ну почему я сразу не застирала?! Искала волшебное средство! Правильно говорила мне бабушка, переиначивая известную поговорку: ленивый работает дважды.

Следующие полчаса я провела в прачечной, пытаясь спасти хоть что-то, но почти все оказалось безвозвратно испорчено.

Разве что нижнее белье можно носить, ведь никто не видит, какого оно цвета. Большинство пятен из ярко-зеленых стали светло-зелеными, но все равно

и джинсы, и платья моментально перекочевали из разряда «на выход» в разряд «только дома».

И что теперь делать? Не Финика же просить возить меня по магазинам. Разве что…

Пришедшая в голову идея заставила улыбнуться.

Снизу раздалась трель наружной системы оповещения. Вспомнив о юристе, убедилась, что малышка спит, и на носочках спустилась вниз. Пятка все еще болела.

Футболка и штаны на мне были слегка сырыми, но переодеваться было уже не во что.

Выйдя из дома, припомнила несколькими не самыми приятными эпитетами Финика и его странности. То он изображает мистера «Я само совершенство и галантность, положись на меня во всем», то отправляет меня с больной ногой на улицу отрывать ворота.

За воротами стоял… юрист. Если бы кто-нибудь устраивал конкурс по определению профессии по внешнему виду, профессию этого человека угадали бы десять из десяти участников. Серый невзрачный костюм, лысина на голове, очки в тонкой оправе и черный чемоданчик в руке. Ничего примечательного, но при этом я словно встретила героя какого-нибудь американского сериала про адвокатов.

— Кристина Олеговна, смею предположить? — поинтересовался он, не спеша заходить.

— Да-да, это я, здравствуйте. Проходите, — я отступила в сторону, пропуская мужчину.

— Висельников Константин Михайлович, — уже оказавшись внутри, он протянул мне руку и неприятно улыбнулся, — рад познакомиться лично. Пройдемте в дом?

Пожав мне руку, Висельников двинулся вперед, уже нисколько не стесняясь, остановился только перед входом в дом, давая мне возможность зайти первой.

— В чем проблема? — я заметила, что он так и остался стоять в дверях. В это время я услышала детский плач наверху, а потому попросила. — Пожалуйста, заходите, закроете за собой дверь, мне нужно отойти на минуту, и я позову Андрея.

— Вы сама любезность, — кивнул Висельников, наконец переступая порог.

Поднявшись на второй этаж, я взяла малышку и пошла наверх к Финику, сообщить о визитере, но столкнулась с ним на лестнице. Вот и зачем он просил меня, если и сам прекрасно мог услышать, когда придёт юрист?

Мужчины обменялись рукопожатиями, я, успокоив Алю, присела недалеко от них.

В течение следующего часа на меня вылилось море информации. Оказалось, что Финик уже знал реквизиты моего счета, и в ближайшее время на него должна быть переведена весьма крупная сумма.

— Может, лучше сразу оплатить этими деньгами комнату, которую я собираюсь приобрести? — предложила я.

На мой взгляд, так было бы гораздо быстрее.

С отчетом об оценке я была полностью согласна, сумма, указанная в нем, была приблизительно такой же, за какую дом и покупался.

— Кристина Олеговна, — занудным монотонным голосом начал отвечать на мое предложение Висильников, — вы должны понимать и осознавать все гарантии и риски, сопряженные с заключением предварительного договора. Сделки, которые мы собираемся провести — предварительную куплю-продажу и последующую куплю-продажу квартиры-студии, должны полностью отвечать требованиям законодательства и не быть оспоримыми. Ваша ситуация с Балашовой Инной Эдуардовной несколько осложняет дело, поэтому я бы не рекомендовал вам…

— О, Бог ты мой… — вздохнула я, понимая, что начинаю попросту перегружаться, быстро пошла на попятную. — Это было просто предложение, если нет, то нет.

— И раз уж мы заговорили по поводу Балашовой Инны Эдуардовны… — продолжил Висильников и положил передо мной очередной документ, — ознакомьтесь. Мы предлагаем ей отказаться от наследства в вашу пользу, и в случае, если она подписывает необходимые документы у нотариуса, то выплачиваем ей сумму равную оценочной стоимости ее доли.

— Сомневаюсь я, что она куда-то пойдет и что-либо подпишет. Тем более в мою пользу, — вздохнула я, понимая, что столько усилий и планов могут пойти прахом из-за упертой узколобости одинокой старухи.

— Не пойдет, — абсолютно серьезно кивнул Финик. — Побежит.

Его уверенный тон заставил меня фыркнуть, представляя эту картину.

Какое-то время мы еще обсуждали ситуацию с моей свекровью.

В итоге, переговоры с ней, к моему облегчению, Финик согласился взять на себя.

Еще спустя какое-то время юрист ушел, Андрей пообещал, что уже в понедельник свяжется с одним из агентств, и я увижу варианты жилья за ту сумму, которая у меня останется.

— Но ведь можно и самим пока промониторить рынок, — он выкатил журнальный столик, поставив на него ноутбук, и ввел в поисковой строке браузера название сайта по продаже недвижимости. — Итак, задаем пределы стоимости, район города… ты долевое строительство рассматриваешь?

— Нет! — пожалуй, я произнесла это даже слишком эмоционально.

Андрей повернулся в мою сторону, окинув взглядом с ног до головы, и, прошептав короткое «зря», вернулся к монитору.

— Вариантов масса, — он повернул к ней ноутбук, чтобы было видно фотографии предлагаемых на продажу объектов.

— Эй, у меня нет столько денег! — возмутилась я. — Я не собираюсь брать кредит. Или одалживать у тебя. Нужны более дешёвые варианты.

— Я мастер торговаться, — принялся бахвалиться черт. — Поверь, если тебе что-то понравится, то сбить цену не будет проблемой.

— Что-то мне это не нравится, — поежилась я. Кто знает, какими методами Финик собирался «сбивать цену».

— Документы на подпись будут готовы только в понедельник, но как насчет того, чтобы отметить завершение переговоров? — ослепительно улыбнулся мужчина.

— Да, сейчас что-нибудь приготовлю. Есть пожелания? — я тут же вспомнила, что планировала не только заняться шитьем, но и обещала вести хозяйство.

— Не стоит. Воды нет, помнишь? Я уже заказал доставку, надеюсь, ты любишь итальянскую кухню? Специально для тебя заказал из диетического меню.

Новость о доставке меня порадовала: сколько сразу времени у меня освободилось.

— Замечательно, тогда я пойду покормлю малышку, а потом буду шить — я взяла подработку.

Улыбка Финика померкла, он явно ожидал, что я составлю ему компанию.

Я же, поднявшись наверх, вздохнула с облегчением. Слишком нервировали меня все его полушутливые намеки и задумчивые взгляды. Нервировала собственная реакция на это, но больше всего я переживала из-за того, что во всем вокруг мне чудился неясный подвох. Сказок не бывает, черт далеко не принц, и я не Золушка. Даже если предположить, что я ему действительно нравлюсь, и отбросить тот факт, что я попросту не готова к новому роману, вряд ли он сам заинтересован в долгосрочных отношениях. А мимолетных романов я себе позволить не могу. У меня дочь, я должна посвящать все свое время только ей.

Следующие несколько часов я доделывала срочный заказ, отвлекаясь лишь на малышку, периодически включая карусель над ее кроваткой и разговаривая с ней за работой, поясняя свои все действия — надеялась, что звук моего голоса ее успокаивал, пока работала машинка.

— Мама сейчас петельку сделает, чтобы пуговку застегивать… — дочка изредка даже издавала какие-то неопределенные звуки, и казалось, что она понимает меня и отвечает.

— …а теперь отгладим, утюжок у нас горячий… — казалось, что Алечка уже большая, стоит рядом на своих ножках и внимательно смотрит за каждым моим действием.

— …а вот эта машинка называется оверлок, им мы будем обметку делать, — я запнулась, задумавшись, как простыми словами объяснить, что такое «обметка», но придумать ничего не успела.

В дверь постучали:

— Можно? — в проеме показался силуэт черта. — Как насчет перерыва? Ты наверняка хочешь есть.

Сделать перерыв было весьма заманчиво, и я согласилась, тем более что работа была близка к завершению. Правда, благодаря розовой пакостнице, остаток дня мне также уже было чем занять.

Когда Финик говорил о доставке, я предположила, что он имел в виду пиццу, но оказалось, речь шла о полноценном обеде из нескольких блюд:

горячем, супе, салатах, и да, пицца тоже была. Стало неловко за свои потуги в приготовлении. А я-то еще мнила себя неплохим кулинаром. И зачем ему я только в качестве кухарки, если он может в любой момент заказать еду из ресторана?

— Все уже остыло, так что я разогрел, — резюмировал мужчина, садясь рядом.

— Ты меня ждал? — удивилась я, почувствовав себя неловко от того, что заставила его голодать.

— Не люблю есть в одиночестве, — пожал он плечами.

Он был обходительным, вежливым, и даже хвост его не выкидывал выкрутасов сегодня. Я с затаенным страхом ждала, что он поднимет тему вчерашнего поцелуя или попытается поцеловать снова, но, к счастью и облегчению, Андрей ни разу даже не намекнул на это.

— Умеешь играть в шахматы? Мы могли бы устроить дуэль, когда закончишь, — неожиданно предложил Финик.

— Не умею, вернее, знаю основные правила, какая фигура как ходит — но на этом все. Стратег из меня так себе.

— Я мог бы научить, — в этой короткой фразе было столько чувственности, что мне показалось, что речь шла отнюдь не о шахматах.

«А вот и намеки», — мелькнула заполошная мысль, но я постаралась ничем не выдать своего смятения.

— Я бы с радостью, всегда мечтала научиться, но, боюсь, не успею, если хочу хоть куда-то попасть в понедельник.

— Такой большой объём работы? Мне показалось, ты сказала «почти закончила», — подозрительно прищурился Андрей.

— Нет, просто небольшой утренний инцидент лишил меня одежды на выход. Придётся кое-что перешить, кое-что еще раз простирать, желательно вручную… Кстати, что там с сантехником?

— Скоро будет, — отмахнулся он. — Что за инцидент?

— Разлила зеленку. Теперь мои вещи нуждаются в особом внимании.

— Зеленку? Ты снова поранилась? — мужчина опешил.

— Нет, все в порядке. И вообще, к чему этот допрос? — я попыталась свести все в шутку, но Финика это совсем не успокоило.

— Это не допрос. Это беспокойство. Ты вечно влипаешь в неприятности, а поскольку расхлебывать мне, я желаю быть в курсе событий. Всех событий. Даже тех, которые ты могла посчитать незначительными.

Его слова неожиданно задели. То есть, по его мнению, я не могу быть самостоятельной? Ах он… шовинист!

— Я вполне взрослая девочка и могу сама о себе позаботиться. Напомню, это не я напросилась здесь жить — ты сам меня уговаривал.

Глаза Финика опасно блеснули, лицо разгладилось, словно он только что надел на него маску, крылья носа напряглись. Неизвестно чем бы все это закончилось, если бы не скрип дверного шкафчика. За то время, что я здесь провела, ни разу не слышала никаких скрипов в кухне, все работало идеально, механизмы были новые и не нуждались в смазке. А тут вдруг словно кто-то нарочно привлекал внимание. И нетрудно было догадаться кто.

— Это я пролила зеленку. Так что включи ее вещи в мой счет за проживание, — фея сидела на позади нас на коробке из-под готовой еды и болтала ногами.

— Ты там каким боком? — кажется, Финику уже было все равно, на ком срываться. — Зараза мелкая.

— Я не мелкая, я нормальная. А вот ты явно переросток, — не осталась в долгу розовая. — Просто кое-что проверяла.

— И что же ты проверяла? — обманчиво мягко спросил черт, и я всерьез забеспокоилась, что он просто может прихлопнуть мухокрылую, если она опять ошибется в выборе выражений.

— Собственную безопасность, — скрестила на груди руки фея, с вызовом посмотрев на мужчину.

Так, а вот это уже интересно. То есть, не я одна переживаю за повторение покушения? Значит, и навка тоже что-то знает об этом и беспокоится? Что ж, если Финик не хочет давать мне ответы на вопросы, нужно попробовать обсудить это с кем-то еще, например, с этой розовой.

— Моль… — начал было Андрей, но вдруг замолчал, резко повернувшись ко мне. — Прикинь, сколько что стоило, я возмещу стоимость испорченных этой паразиткой вещей. Раз уж она во всем созналась. А сейчас не могла бы ты оставить нас с Молью наедине?

Коротко кивнув, я подхватила малышку и поспешила выйти из кухни.

Пока шла по лестнице, голосов не было слышно, очевидно, эта парочка не хотела быть услышанной. Ну и ладно. Можно подумать, мне больше делать нечего! Разозлившись, я полностью переключилась на то, чтобы закончить работу.

На ужин меня никто не позвал. Проголодавшись, я решила поискать что-нибудь от оставшегося дневного пира. Каково же было мое удивление, когда я, дернув кран, обнаружила, что вода снова идет! Получается, приходил сантехник, и Финик впустил его сам.

Мог предупредить, я бы спустилась пораньше и сделала ужин.

Какое хорошее настроение у меня было с утра, настолько мрачным оно сделалось к вечеру. Моли в шкафах снова не было.

— Ну и хрен с вами! — выругалась я и, прихватив пару бутербродов, ушла в свою комнату.

Решила, что если Андрей попробует хоть что-нибудь мне сказать по поводу того, что я отлыниваю от своих обязанностей, то предложу ему меня уволить.

В итоге ночью я так и не смогла уснуть, ворочалась, прислушиваясь то к мерному дыханию дочки, то к собственным мыслям, и задремала только под утро.

Почти все утро воскресенья я возилась с одеждой, перешив несколько особенно испорченных зеленкой вещей. Из одного платья вышла замечательная юбка, из другого — блузка, джинсы пришлось укоротить до шорт.

Решила не отказываться от денег, если Финик решит мне возместить нанесенный розовой пакостницей ущерб, даже подумала, что неплохо было бы съездить в магазин прямо сегодня. После родов я слегка поправилась, пусть немного, но все же было бы здорово приобрести что-нибудь новенькое.

Каково же было мое удивление, когда в ответ на мой вопрос Финик категорически заявил:

— Нет, сегодня мы никуда не поедем.

— Я ведь и одна могу съездить. С Алей все равно надо погулять.

— Погулять можно во дворе дома. Одну я тебя не отпущу, а сам сегодня никуда отправляться не намерен.

— Э… — от такой речи я аж немного подзависла.

Такое бы мог мне сказать муж, но никак не человек, с которым я знакома чуть меньше недели.

— Я ведь не спрашиваю разрешения. Или я теперь должна буду отчитаться за всю купленную взамен испорченной одежду? — кажется, медленно, но верно я начала закипать.

Финик быстро сообразил, что выбранный им способ уговоров не работает, и моментально сменил тональность:

— Не говори ерунду, извини, я просто беспокоюсь за твою малышку, — слова казались искренними, а выражение на лице иначе как «сама невинность» не назовешь. — Сейчас воскресенье — в магазинах полно народу, вдруг кто-нибудь чихнет в толпе, или еще что. Лето не сезон простуд, но у маленьких детей иммунитет слабый, не стоит так рисковать. Да и я сам ненавижу столпотворение. Только и всего. Думаю, и нога у тебя все еще не зажила. Зато мы можем вместе прогуляться, не уходя далеко. Хочешь, я расскажу, как собираюсь перестроить твой дом?

Не зная, как реагировать на эту речь, я моментально растеряла боевой настрой, а затем медленно кивнула. Вполне логично. Действительно, и чего это я так завелась? Андрей прав, нечего сегодня в магазинах делать.

Следующий час он с увлечением рассказывал о том, какой проект он заказал для будущего дома, что он будет обязательно с эркером, большим крыльцом. А еще Финик подумывал сделать подземный ход и соединить оба дома. Это казалось нереальным, но я быстро включилась, живо представляя, как

все будет выглядеть. Как на месте старой веранды будет большая терраса, а со стороны уже разобранного сарая — небольшая баня или сауна для гостей.

— Да уж, хотела бы я жить в таком доме, — без задней мысли произнесла я и тут же отвесила себе подзатыльник.

— Тогда тебе не стоило отказываться, когда я предлагал сделать все это для тебя. Предложение еще в силе. Договор мы пока не подписали, ты все еще можешь получить такой дом.

Могу. И всю жизнь быть в долгу у Финика, связанной с ним и тем криминальным миром, который его окружает. И кто меня за язык дернул?

Вздохнув, я покачала головой и поспешила сменить тему.

Остаток вечера прошел довольно весело. Андрей таки уговорил меня учиться играть в шахматы и даже поддался мне в финальной партии, позволив выиграть. Причем когда я уличила его в этом, отпираться не стал.

— Да ты что, это знаешь как сложно, ты же вообще на фигуры не смотришь, твой ход не предугадаешь. Я составляю комбинацию, подставляюсь, думаю, ну сейчас уж ты точно мне поставишь шах и мат… а ты раз, и ферзя сдаешь. Может быть, ты тоже в поддавки играла?

Я прыснула.

— Никогда не думала, что шахматы это весело.

— Шахматы это жизненно, — ухмыльнулся черт, — любая пешка может стать королевой.

— И король при этом самая слабая фигура. Знаешь, я чувствую себя королем. Куда не сунься — везде шах и мат, — неожиданно для самой себя призналась я.

— Если проиграл одну партию, всегда можно взять реванш в новой.

Я сходила с ума, или в его бархатных нотках мне снова чудился намек? Стало неловко, снова как наяву вспомнился наш поцелуй и повелительный голос: «Зато я уверен!» К щекам прилила краска, я поспешно отвернулась, отговариваясь тем, что мне пора поменять малышке памперс и покормить ее.

Неужели я теперь буду так реагировать постоянно? И что за паранойя? Можно подумать, Финику делать больше нечего.

«Мир не вертится вокруг меня, не нужно относить все на свой счет!» — попыталась спустить я себя на землю. И, тем не менее, даже лежа в кровати рядом с Алечкой, я не могла перестать думать об Андрее.

А еще в голове то и дело всплывал образ мужа, укоризненно взирающего на меня. Мне было тоскливо, и я, сама того не замечая, начала мысленно рассказывать Ване все, что случилось со мной за последние дни, чувствуя, как предательски щиплет глаза. Как же все-таки мне его не хватает.

А потом мне снилось, как я снова лежу в роддоме вместе с Алей, и под окнами у меня стоят Ваня с Андреем и, словно старые друзья, запускают вместе в небо розовые шарики.