Глава 15

Дениз пожала плечами.

— Ничего особенного, к сожалению, я не умею насылать проклятья, — ей показалось или Демьен вздрогнул? — Просто рассердилась, что эта леди лжёт, никого не стесняясь и ничего не боясь. И пожалела, что нельзя наслать на неё такое заклинание, которое заставило бы эту леди говорить только правду. Всегда, везде, всем. Ну или вместо слов обмана из её рта вылетали бы… вылетало карканье вороны.

— ???

— Да, глупо, но это первое, что мне пришло в голову, — ответила на его реакцию герцогиня. — Тогда все узнают, что маркиза лжёт. А потом я подумала, что эта дебютантка слишком хитрая, и как только поймёт, что больше не может лгать, то при неудобных вопросах она станет держать язык за зубами. Будет улыбаться и молчать. Или хмуриться и молчать.

Потом, молчание, конечно — золото, но гораздо полезнее сделать так, чтобы она всё-таки произнесла неправду, и все её услышали, уже точно зная, что маркиза обманывает. Поэтому следом мне пришла в голову мысль, что для такой цели очень помогло бы повышающее болтливость зелье. И тогда, каркнув пару раз, обратив на себя внимание окружающих, леди немедленно сама рассказала бы, как и кого собиралась оговорить. Но всё это не имеет значения, ведь это просто мои мысли! Мечтать и желать можно что угодно, знаний-то, как воплотить мечты в жизнь, у меня нет! И зелья такого тоже не существует.

— Тогда тем более не нужно беспокоиться, что часть твоей силы отправилась за маркизой, — Демьен провёл рукой по плечу жены. — Устала? Выглядишь не слишком бодрой.

— Да, — она и правда чувствовала себя неважно.

— Тогда я сейчас позову твоих горничных, раздевайся и отдыхай. Я должен вернуться на Бал. Прежде чем маркиз де Лоринель донесёт до императора свою версию случившегося, мне надо найти де Терьена и вместе с ним рассказать Его величеству, как всё произошло на самом деле. Я уверен, Аранэлла постарается тебя и Терьена оговорить. Конечно, Его величество не наивная маргаритка, но нам ни к чему новые слухи. Постараюсь не задерживаться.

— Демьен, — негромко произнесла она, — маркиза рассказала, что ты обещал на ней жениться, как только получишь наследника. Скажи, как ты собирался аннулировать наш брак?

Но пока она это проговорила, герцога уже и след простыл. И, похоже, что он не успел ничего услышать.

Герцогиня только вздохнула — уж больно стремительный у неё супруг! Сюда поспешил, теперь к императору поторопился… Что ж, придётся набраться терпения и храбрости, чтобы повторить вопрос ещё раз — когда герцог вернётся. Ведь без Демьена ответы ей всё равно не получить!

Стукнула дверь — в покои вошли горничные. Дениз позволила им раздеть себя, проводить в купальню и помочь искупаться. Разговаривать не хотелось, служанки заметили настроение миледи, и с болтовнёй не приставали, работали быстро, аккуратно и молча.

— Миледи, вам подать сорочку для ночного сна или вы хотите полностью одеться? — негромко спросила одна из горничных, пока вторая помогала герцогине вытираться.

— Для сна, — куда-то идти никакого желания не было, как и сидеть в покоях при параде и ждать, чем всё закончится. Всё-таки встреча с большой любовью герцога не прошла для неё бесследно. — Я сама её надену, можете идти.

Как же ей не хватает рядом кого-то, кому она может доверять! Нянюшки… Она обрадовалась бы даже Маризе, Крее или Василане, но Его величество приказал всех слуг оставить дома. Нет, дворцовая прислуга аккуратна и исполнительна, да только они все чужие. И наверняка в первую очередь служат императору. Не напрямую, конечно, а через старших и дальше, по вертикали. В любом случае, что бы она ни спросила или не сказала — всё будет доведено до высокородных ушей.

Отпустив горничных, Дениз надела сорочку и легла в постель. Уставшее тело благодарно растянулось на чистых простынях, но вот голова отдыхать не спешила.

Раз за разом прокручивая в мыслях произошедшее, Дениз никак не могла отрешиться от слов юной маркизы.

Она и раньше знала, что Демьен не любит свою жену и выбрал её вынужденно, а не из-за вспыхнувших чувств. Что ему нужен, причём, срочно, наследник — тоже была в курсе. Но вот про договор герцога с отцом маркизы и обещание Демьена девушке после рождения ребёнка избавиться от жены — о таком она слышала впервые. Вполне возможно, что девочка всё выдумала, но договор с маркизом… Такими вещами не шутят!

Неужели Демьен на самом деле планировал что-то подобное? Но он заступился за жену перед дебютанткой и разговаривал с маркизой отнюдь не как влюблённый. Во всяком случае, она помнит, какими глазами герцог смотрел на Аранэллу на их свадьбе, сейчас такого и в помине не было.

Внезапно посреди спальни материализовался котик из магии, перебив мысли Дениз. Зверёк нервно дёрнул пару раз хвостом, потом рассыпался искрами и исчез.

И что это значит?

***

Демьен вышел из портала в том же самом Зимнем саду — не хотелось привлекать к себе лишнее внимание, ведь перемещаться порталами по дворцу могли только несколько человек — сам император, императрица да герцог де Торель. Остальные пользовались исключительно собственными ногами. В неотложных случаях Его величество давал кратковременный допуск некоторым людям — на один-два перехода. Если разнесётся весть, что герцог Варийский ходит по дворцу, как по личному замку, у многих возникнут вопросы. В общем, бережёного и Трое берегут!

Оглядевшись, нет ли кого поблизости, кто может заметить его появление, мужчина снял невидимость и поспешил в бальную залу. Праздник шёл своим чередом — кружились пары, зорко следили за происходящим многочисленные мамы и компаньонки, сдержанно обменивались новостями и прогнозами разбившиеся на группы мужчины. Императора на месте не было.

Герцог нахмурился — какого граха? Неужели Его величество решил тряхнуть стариной и пройтись круг-другой в танце? Но Её величество сидит на месте, потом, он недавно недвусмысленно дал понять, что плясать не намерен…

— Милорд, — с заметным облегчением произнёс рядом с герцогом чей-то голос. — Вас повсюду ищут! Его величество приказал немедленно переместиться к нему, он в Зелёной диванной.

Рядом переминался молодой страж.

— Ну, перемещай, — разрешил Демьен. — Я не знаю, где находится Зелёная диванная.

Страж покраснел.

— Прошу прощения, не имею возможности пользоваться порталами. Вам туда, — и указал в сторону одной из дверей. — Прямо и направо, возле диванной стоит охрана, не промахнётесь.

Хмыкнув, герцог выхватил взглядом графа и прежде чем отправиться к диванной, подошёл к де Терьену.

— Граф, мне нужна ваша помощь. Можете уделить мне… скажем, полчаса?

Граф согласился, и мужчины вышли в просторный холл. Демьен без труда определил, за какой дверью скрывается диванная — по двум стражам, замершим по её сторонам.

— Граф, подождите немного, я вас вызову, — касанием руки он прикрепил к камзолу де Терьена заклинание переноса. — Активируется автоматически, стоит мне произнести ваше имя. Подготовьтесь — портал выкинет вас прямо перед Его величеством.

Граф заметно напрягся.

— Де Терьен, не переживайте, от вас не требуется ничего этакого. Просто расскажете императору, что произошло в Зимнем саду, и будете свободны.

— Всё рассказывать?

— Правду, де Терьен, и только правду! — ответил герцог и направился к двери.

Картина, которую он обнаружил в диванной, оказалась вполне ожидаемая — Его величество, маркиз де Лоринель и всхлипывающая Аранэлла, вцепившаяся в руку компаньонки.

— Проходите, герцог, — пригласил император. — Итак, маркиз, все заинтересованные стороны в сборе, я вас слушаю.

— Ваше величество, я требую справедливости!

— Это я уже слышал. Объясните, в чём вы обвиняете герцога Варийского.

— В оскорблении чести и достоинства моей дочери! Как вы знаете, сегодня моя Аранэлла была представлена Вашим величествам. Для девочки это огромное событие, она несколько дней перед Балом толком не ела и не спала. И вот, когда она вместе со своей компаньонкой вышла в Сад, чтобы немного успокоиться, то увидела мерзкую картину. А именно — супруга герцога Варийского стояла в обнимку с посторонним мужчиной.

Император вздёрнул бровь и посмотрел на Демьена, тот продолжал стоять с невозмутимым видом.

— Моя дочь — хорошо воспитанная добропорядочная леди. Конечно же, она ужаснулась и немедленно ушла, но по пути увидела Его светлость, и поскольку герцог бывал в нашем доме частым гостем и даже просил руки моей дочери, то она сочла уместным подойти к нему и рассказать, что только что видела. Но герцог заявил, что Аранэлла лжёт! Моя дочь, Ваше величество!

— И что дальше?

— А дальше миледи вышла из кустов под руку с тем самым мужчиной, но даже это не заставило герцога поверить в измену его жены! Более того, он обвинил маркизу в ужасных вещах, моей девочке пришлось спасаться бегством! Я требую возмездия.

— Гм… Занятно. Ну а вы, милая леди, что расскажете?

Аранэлла сверкнула на Демьена глазами, вскинула голову и, всхлипнула.

— Ваше величество… это так… ужасно! Так… несправедливо! Герцог пообещал стереть меня в порошок, если я расскажу о поступке его супруги. Но мой отец учил меня всегда говорить правду и не молчать, если увидела непотребство! Поэтому я не смогла ничего скрыть, да и мой заплаканный вид подсказал ему, что я испугана и расстроена. И теперь я опасаюсь, что герцог осуществит свою угрозу. Прошу вашей защиты!

— Гм… И что же вы видели?

— Я видела, как миледи стояла вместе с графом и об… КАР-КАР-КАР!

— ???! — император.

— !!!? — маркиз.

— Ой, что это? — опешила Аранэлла. — Я видела герцогиню вместе с графом. Они спрятались за кустами жаринии, и со стороны дорожек их никто бы не заметил. Право, мне стыдно даже вспоминать, а уж рассказывать, — девушка промокнула уголком платка глаз и замахала в лицо руками, будто бы остужая его. — Простите, я так волнуюсь! Герцогиня КАР-КАР-КАР! А граф КАР-КАР! О-о-о…

Неожиданно Демьен широко улыбнулся и произнёс:

— Ваше величество, разрешите мне задать девушке вопрос?

— Д-да, пожалуйста, — император выглядел несколько озадаченным.

Маркиз же с компаньонкой и вовсе превратились в два соляных столба.

— Леди, я вас обижал?

— КАР!

— Тогда расскажите Его величеству всё, что вас беспокоит. Не стесняйтесь! — предложил Демьен. — Что видели, что чувствовали, что сделали. Говорите!

И Аранэллу будто прорвало.

— Он, — палец в Демьена. — лгун! Я на него столько сил потратила, пока удалось приворожить, но стоило ему жениться, как всё пошло насмарку! Сначала герцог выгнал нас с отцом из своего дома. А из-за чего? Из-за того, что его супруга расстроилась! Потом я услышала, что он увивается вокруг жены. Как такое стерпеть? Обещал жениться на мне, обещал, что его брак не продлится дольше моего девятнадцатилетия, а сам перестал отвечать на письма и за всё время даже ни разу не навестил!

— Каков негодяй, — поддакнул император, весело глянув на Демьена. — Продолжайте, леди.

— Ваше величество, разрешите, я отведу дочь к целителям? Вы же видите, что она не понимает, что несёт! Какая ворожба? Ничего не было! — очнулся маркиз.

— Нет, было, — топнула ногой дочь. — Ты мне сам говорил, что Варийский — лучший кандидат. Сам приказал влюбить его, чтобы он у меня из рук ел, и тогда ты займешь должность Советника при Его величестве!

— Аранэлла, — простонал маркиз. — Она бредит, позовите целителя!

- Так, с чувствами и мотивами разобрались. А что случилось в Зимнем саду? — продолжил допрос император.

- Я встретила там эту баронесску. Она воображает, что кто-то может ею заинтересоваться, и вместо того, чтобы сидеть тихо и вынашивать младенца…

— Аранэлла!! — маркиз.

— Леди! — компаньонка.

— Она закружила голову моему герцогу! — не обращая внимания на стоны отца, продолжила Аранэлла. — На неё все мужчины пялились, на неё одну! Как такое можно стерпеть? И да, я высказала ей всё, что думаю! Рассказала, что Демьен любит меня, и что мы поженимся, когда она родит. И пожелала ей поскорее исчезнуть и освободить мне дорогу. Нет, ну а что такого? Я — урождённая маркиза, а она всего лишь баронесса, да ей рядом со мной стоять уже за счастье!

— А граф что в это время делал?

— Какой граф? А, де Терьен! Его не было, он сразу, как довёл герцогиню до скамейки, ушёл обратно в зал.

— Когда же они обнимались?

— Кто?

— Терьен и миледи.

— Не обнимались они, с чего вы это взяли? Граф был почтителен и не позволил себе ни одного неприличного жеста или слова. Да они почти не разговаривали.

— То есть вы солгали, когда заявили, что миледи скомпрометировала себя?

Аранэлла поняла, что проговорилась и замолчала, с ужасом глядя на императора.

— Ваше величество, это не я! Это он, — пальцем в Демьена, — КАР-КАР-КАР!

— Как интересно! А ещё что-нибудь?

— Он и его жена, оба меня КАР-КАР-КАР!

Девушка в испуге закрыла рот ладонью и замерла.

— Что это со мной?

— Скажите, леди, как ваше имя? — император, казалось, наслаждался спектаклем.

— Аранэлла, маркиза де Лоринель, — прошептала девушка.

— Где вы сейчас находитесь?

— Во дворце.

— Какое кушанье вы не любите?

— Арнику в собственном соку.

— А теперь повторите за мной — я очень люблю арнику, — приказал Его величество.

— Я… КАР-КАР!

— Замечательно! — восхитился император, а Аранэлла залилась слезами.

— Итак, что вы говорили Её светлости, пока находились наедине?

— Что она временная жена, что герцог избавится от неё, стоит ей родить. И что никто этому не удивится, потому что в роду Аламьен с женщинами нередко происходят несчастные случаи. Что герцог любит меня, а она нужна только для рождения наследника.

Император побарабанил пальцами по подлокотнику и воззрился на пунцового маркиза.

— Хорошо же вы, милорд, воспитали вашу дочь! Ваши претензии отклонены. А за попытку оклеветать достойную леди и неумение себя вести в обществе, я отлучаю маркизу от высшего света. Отныне и до моего личного распоряжения ей запрещено покидать родовой замок. Наймите лучших учителей и попытайтесь исправить то, что у вас выросло.

— Ваше вели…

— Вы покинете дворец немедленно. Маркиз, я глубоко вами разочарован.

— Ваше величество, подождите! Вы же видите, что на мою дочь кто-то наслал заклинание! Это незаконно, она — высшая аристократка, применение без её согласия любого магического воздействия наказуемо!

Император несколько секунд смотрел на расстроенного де Лоринеля, потом перевёл взгляд на рыдающую маркизу.

— Я так понимаю, не одно заклинание, целых два, — прищурившись, ответил Его величество. — Абсолютно гениальные и совершенно мне незнакомые — ни почерк, ни исполнение, ни формула. Но какие полезные!

— Два? — убитым голосом переспросил маркиз. — Тем более, я требую наказания!

— Два. Одно вынуждает леди каркать, когда она собирается соврать, а другое заставляет её говорить без умолку, и только правду, если задать ей прямой вопрос. Изумительные заклинания! — император тут же отправил несколько магвестников. — Я вызвал мэтров, пусть изучат и вычленят формулу.

— Вы не накажете Варийского??

— За что? Он не клеветал.

— За применение магии к моей дочери!

— Нет, не накажу. Потому что герцог ничего к вашей дочери не применял. Заклинания послал кто-то другой, и когда я узнаю имя этого мага, то вознагражу его. Очень нужное и ценное изобретение, эти заклинания! И да, маркиз, спасибо, что напомнили — за использование флёра без согласия герцога вы должны будете уплатить виру в казну Империи и вознаграждение за причинённый вред — непосредственно Варийскому. А чтобы никому впредь было неповадно, о наказании и предшествовавшем ему преступлении будет объявлено во всеуслышание. О, вот и наставники!

В диванную протиснулись трое магов.

— Мэтры, препоручаю вашему внимаю вот эту леди. На неё наложили два прелестных заклинания — бережно изучить, скопировать, определить автора и ни в коем случае не снимать!

Когда Варийский остался наедине с императором, он вспомнил, что в холле до сих пор ждёт де Терьен. Демьен подстраховался, но его показания не понадобились, величество и сам разобрался. С разрешения императора, герцог вышел в холл, поблагодарил графа, напомнив ему о назначенном времени для визита, и отпустил.

— Итак, Мьен, — Его величество обратился к герцогу по его детскому прозвищу, что было редко и говорило об отличном настроении монарха, — готов заложить что угодно — это твоя девочка изобрела эти заклинания. Нет, какая умница! Главное, уже есть похожие, но намного грубее и с временным сроком действия, а эти — лёгкие, изящные и безлимитные. Просто прелесть! Если бы она училась, то применила бы те, старые, а так ей пришлось придумывать что-то своё. Может быть, мы слишком опекаем молодых магов? Может быть, не нужно им всё разжёвывать? Пусть учатся думать сами и сами же изобретают заклинания, а?

— Ваше величество, я против того, чтобы Дениз рожала от ди Тореля, — выпалил Демьен. — Она вообще не должна беременеть, пока я не найду способ снять проклятье!

— О, Трое, — поражённо произнёс император, всматриваясь в глаза герцога. — Мальчик, ты с ума сошёл? О, нет, хуже… Ты был настолько неосторожен, что влюбился в неё? Братья, я же предупреждал!

— Я не позволю вести её на случку, как корову! — взревел Варийский. — У нас полно времени, спешить совершенно некуда! Я подниму все архивы, даже тот, что в Храме. Жрецы разрешат, я с ними договорюсь! И найду условие! Только после этого я допущу, чтобы моя жена забеременела, и отцом её детей буду я сам. Только и исключительно я сам. Иначе…

— Всё! — вскинул руки император. — Я понял. Демьен, я спущу тебе этот тон и завуалированные угрозы, потому что помню, что значит влюбиться. Но постарайся больше не забываться, ибо, хоть ты и мой ближайший родственник, но любому терпению рано или поздно наступает конец. Хорошо, я дам тебе три года, чтобы найти условие и снять проклятье. Более того — всецело помогу сам и подключу всех сильных стихийников. Девочку на самом деле жалко. И её саму, и тот потенциал, который она несёт. Да и сколько можно страдать вашему роду.

Помолчав, император продолжил, понизив голос.

— Может быть, по пути, найдём решение проблем и моего рода. Три года, Демьен! А потом — не обессудь! Женский век короток, а твоей герцогине давно не восемнадцать. Правда, ди Торель расстроится, он в восторге от твоей девочки… Т-ш, не рычи! Как расстроится, так и настроится. На кого-нибудь другого. Всё, иди к жене, а мне придётся вернуться на Бал. Видел, какие милые нынче были дебютанточки? Через год узнаем, какой кому из них достался дар, и можно будет выдавать их замуж.

— Благодарю, Ваше величество, — Демьен почувствовал, как с души свалился камень размером с половину замка.

— Молодость, — вздохнул император. — Ты думаешь, я не понимаю? Всё я понимаю, Мьен, но монархам нельзя забывать, что интересы государства всегда должны стоять на первом месте. И часто приходится принимать такие решения, за которые другого казнили бы или лишили магии. Власть, Мьен — это бремя и ответственность, а не награда и сплошные развлечения. Впрочем, ты и сам это знаешь — родовое проклятье не даст забыть. Иди к жене, успокой её! Через два дня я назначил осмотр миледи целителями, и можете возвращаться к себе в замок. Три года, Демьен, помни, время летит быстро! И да — не забудь применить, а потом регулярно обновлять противозачаточное заклинание, когда… гм… ну, ты меня понял.

Проводив Демьена, Его величество глубоко вздохнул и покачал головой — три года! Но герцог явно влюблён, поэтому будет носом землю рыть, чтобы спасти свою жену. Правда, остаётся вероятность, что у Варийского ничего не получится, но заглядывать вперёд на три года Дорен не хотел. Такая жемчужинка должна жить! Ну, или хотя бы, оставить после себя потомка.

Кстати, о потомке…

Император щёлкнул пальцами, отправляя брату магписьмо, и в ожидании его появления, пересел к окну.

Вчера весь день шёл снег. Рваные, мягкие, пушистые хлопья, кружась в волшебном танце, надёжно укрывали стылую землю, погружая её в спокойный сон. Окрестности сразу преобразились, приняв нарядный и праздничный вид. И хотя зима — не самое лёгкое время, но люди повеселели и приоделись. Бал ли тому причина или белоснежное покрывало, расстилающееся от края и до края, но прислуга тоже преобразилась. Посудомойки и горничные, поварята и слуги — все щеголяли в светлых одёжках.

Мелькнула мысль, что в распутицу они одевались в серое и коричневое, чтобы не пачкаться, когда выскакивают на улицу, а сейчас кругом чистый снежок, можно и пофорсить.

— Ну? — брат, как всегда, не отличался ни деликатностью, ни многословием. — Зачем звал?

— Дерье, планы изменились. Сядь, не стой надо мной голодным грифом, — поморщился Его величество. — Через два дня герцоги Варийские возвращаются к себе. Я решил, что ты не будешь с ней спать.

— Не понял. Ты же сам меня убеждал, что Империи нужен ещё один воздушник! А я не хотел, ты помнишь? Не хотел чувствовать себя жеребцом, которому конюх выбрал кобылу. Я, знаешь ли, привык сам выбирать для себя… гм… кобылок!

— Ну и прекрасно! Считай, что ты меня убедил, поэтому я всё отменил. Позвал, чтобы объявить это — можешь больше не думать о герцогине.

— Постой, как это — отменяется?? Нет, так дело не пойдёт, брат! Я тебе что — игрушечный воин? Захотел — направо поставил, захотел — налево передвинул, а пожелал — так и вовсе кинул в коробку? Ты показал мне портрет девчонки, расписал, как важен для нас ребёнок от неё, причём, именно от меня — отца воздушника и брата воздушника. Можно сказать, соблазнил и уговорил! Я настроился, хоть она и Варийская, а я Демьена, ты же в курсе, терпеть не могу. Да я к жене неделю не притрагиваюсь и на других женщин позволяю себе только со стороны смотреть — коплю семя, а теперь ты мне заявляешь, что всё отменяется? Дорен, ты не заигрался, нет?

— Дерье, поумерь эмоции, — спокойно произнёс император. — Ещё раз, если с первой попытки не дошло — планы изменились, всё отменяется. Считай, твоё воздержание завершилось, только утоляй жажду с собственной женой или согласными на это леди. В идеале — не во дворце, а в собственном замке.

— Ты меня выставляешь? — опешил герцог ди Торель. — Брат?!

— Не выставляю, а отпускаю домой. Я уверен, твои подданные и земли нуждаются в герцогском присмотре. Мне жаль, что я так долго удерживал тебя во дворце, но теперь ты можешь вернуться домой в любой момент.

— На ночь глядя? — с сарказмом спросил Дерье.

— Нет, что ты. Переночуй, конечно, а завтра спокойно соберись, чтобы следующую ночь провести уже под собственной крышей.

Герцог несколько секунд сверлил императора взглядом, потом отвесил подчёркнуто низкий поклон и исчез в портале.

Его величество снова вздохнул — с братом всегда было непросто. Водник, но, порой, ведёт себя так порывисто и разрушающе, будто его стихия — Огонь. Впрочем, кто сказал, что Вода — безобидна и тиха? Если она выйдет из повиновения, её ничто не остановит, даже Огонь. Разрушит, смоет, всё до основания, а Огонь и вовсе затушит.

Правильно он решил отправить брата восвояси! Сейчас он в бешенстве, а посидит в замке, успокоится, и признает, что брат был прав.

Успокоившись, Его величество отправился ко сну.

Дерье перенёсся в свои покои, пинком открыл дверь в кабинет, отшвырнул стул, плюхнулся на диван.

Нет, каков брат, а?! Нашёл развлечение!

Злость распирала, поэтому мужчина вскочил и принялся мерить комнату шагами.

Девчонка понравилась ему — нежная, голубоглазая. Он до сих пор вспоминает момент, когда держал её в объятьях, и всё эти дни предвкушал, как останется с ней наедине. Как поцелует эти медовые губы, по-хозяйски пройдётся рукой по роскошному телу…

И — всё отменить??

Ну, нет!

Герцог замер, размышляя.

Варийский, конечно, не тот человек, которого хотелось бы иметь во врагах, да и император рассвирепеет.

Но это если они узнают! А если он провернёт всё тихо, то…

Как ему передавали, девчонка — урождённая баронесса, в высшее общество попала благодаря браку. А до этого жила в захолустье, отчимом и мачехой, которые помыкали ею, как хотели. Она привыкла подчиняться, привыкла слушаться окрика и приказа. Если выловить её в коридоре. Или — ещё лучше! — выманить и перенести к себе в замок. Припугнуть как следует, чтобы молчала, а потом насладиться её телом. Конечно, на всю ночь не получится, но час он урвёт, потешит душу. Одним махом отомстит Варийскому за высокомерие и получит женщину, которая последнее время не идёт у него из головы. До чего приятно впоследствии будет смотреть на Демьена, и вспоминать, как имел его жену! А герцог будет хмуриться, чувствовать какой-то подвох, но не понимать — в чём он заключается.

Надо отправить Варийского с утра пораньше и подальше. А потом выманить его женушку из покоев. Например, подослать служанку с каким-нибудь приказом от якобы Его величества.

Герцог хмыкнул.

Хорошо, что он был нетерпелив и позволил себе познакомиться с девчонкой поближе! Благодаря этому, он успел считать её ауру, и теперь всегда может узнать, в каком месте герцогиня находится. Пусть его способность работает на небольшом расстоянии, в пределах дворца, но этого вполне достаточно.

Мужчина сосредоточился и замер.

Сейчас она в покоях кронпринца. Хороший у него дар, полезный! Ночь длинная, он успеет приготовить задание для Варийского, а потом придумает, как выманить его жёнушку из покоев.

***

День выдался чересчур хлопотный и нервный, поэтому оказавшись в постели, Дениз сама не заметила, как уснула. Хотела ведь дождаться супруга и задать ему вертящийся на языке вопрос, да сон сморил.

Ночь пролетела, как один миг, просто провалилась в туман. Утром, открыв глаза, Дениз обнаружила, что в постели одна. Но смятая вторая подушка доказывала — ночью Демьен спал рядом.

Интересно, и куда это он умчался пораньше, даже не дождавшись, когда проснётся жена? А у неё, между прочим, к нему несколько до сих пор не заданных вопросов!

Со стороны купальни раздались звуки льющейся воды, и герцогиня откинулась назад на подушку — не умчался! Вон, плескается. Вставать или нет? И решила — лучше полежать, а то муж выйдет, а она в одной ночной сорочке!

Дверь купальни раскрылась раньше, чем она успела зажмуриться, и оттуда вышел Демьен. С полотенцем в руках.

Ох! Хорошо, что она осталась в кровати!

Дениз почувствовала, как краснеет — супруг, совершенно не стесняясь и не торопясь, прошёл к двери в гардеробную и скрылся за ней. Братья, он разгуливает в чём мать родила, будто бы в спальне один! И даже не посмотрел в её сторону, не проверил — а вдруг она уже проснулась и всё-всё увидела? Положим не совсем всё-всё, но большую часть уж точно.

Перед мысленным взором снова промелькнула недавняя картина — Демьен идёт к двери, и она сквозь прикрытые ресницы следит, как капельки воды, стекая вниз, прокладывают влажные дорожки по изгибам его тела.

Почему-то пересохло в горле…

— Проснулась? Прости, старался не шуметь, — Демьен появился уже наполовину одетый — в штанах и рубашке, пуговицы на которой он сейчас застёгивал.

— Проснулась, — почему-то из горла вместо нормального звука вырвался мышиный писк.

— Можешь ещё часа три поваляться, вставать ещё рано — только-только рассветает, — улыбнулся Демьен.

— А ты почему так рано встал?

— Служба! Нужно посетить одно место, это как раз займёт часа четыре. Когда вернусь — позавтракаем вместе?

Дениз кивнула, заворожённо глядя на мужа — Трое, разве можно быть таким привлекательным? Ей вчера маркиза чего только ни наговорила, а она, вместо того, чтобы устроить мужу допрос, лежит тут и млеет, рассматривая его достопримечательности!

Герцог закончил одеваться, улыбнулся жене и исчез в мареве перехода.

Дениз потянулась, потом перекатилась на другой бок и закрыла глаза, предаваясь мечтам и воспоминаниям. Через несколько минут легла на спину. Потом на живот — сон не шёл. Видимо, она окончательно разгулялась.

Покрутившись ещё немного, герцогиня решительно встала и занялась утренними процедурами. Горничные спали у себя, а фрейлинам она запретила оставаться на ночь.12b17c

Нет, ну что это за дело — не спать всю ночь, карауля — а вдруг миледи что-нибудь понадобится? Сидеть в приёмной на стульчике… Дурацкие правила! Хорошо, что скоро они возвращаются в замок, там никто, кроме Демьена не сможет ей ничего навязывать. А Демьен… Посмотрим. Возможно, с ним получится договориться.

Дениз вспомнила, как любила раньше вставать рано-рано, пока весь дом ещё спит. Именно в это время она чувствовала себя свободно2й. Как раньше, когда была жива мама… Только дома всегда лето, а здесь…

Герцогиня подошла к окну и ахнула — что это?? Где серая промозглая слякоть? Где голые скелеты деревьев? С этим Балом и занятиями, она к окнам несколько дней не подходила. А там — снег! Ей рассказывали, что он укрывает землю и лежит целых четыре месяца! И если взять в руку, то он холодный и тает, превращаясь в воду.

Она должна это увидеть!

Оглянувшись на магический колокольчик для вызова прислуги, Дениз прикусила губу — будить горничных совершенно не хотелось. Они два дня ног под собой не чуяли, ели на бегу и спали… А спали ли они пока готовили её к Балу? Пусть хоть сейчас нормально отдохнут, тем более что гулять под присмотром такая скукотища!

Девушка скользнула в гардеробную и выбрала дневную сорочку, чулки и ботиночки. С платьями возникла проблема — у всех шнуровка на спине, как она в одиночку её затянет? Надеть, не затягивая? Спадёт…

И тут её рука, которой она перебирала висящие вещи, наткнулась на что-то мягкое. Большая шаль!

Хм…

Идея созрела быстро, и Дениз не стала откладывать её воплощение: натянула одно из платьев, которое было из самой плотной материи. И верх крест-накрест стянула шалью — и лиф держит, и теплее! И сверху всего — плащ с капюшоном. Оглядев себя в зеркало, Дениз довольно кивнула — тепло и прилично.

Дворец спал.

Девушка быстро прошла по коридору, спустилась вниз, встретив только двух полусонных служанок. Прислуга спешила по своим делам, до гуляющей леди никому не было дела.

Воодушевившись, Дениз вышла наружу и ахнула — какая красота! Вблизи снег впечатлял ещё больше — под лучами взошедшего Светила, он переливался розовыми и алыми всполохами, искрился, будто бы на его поверхность бросили горсть алмазов. А как он хрустел, стоило ей сойти со ступенек! И ни души кругом!

С удовольствием вдыхая морозный воздух, девушка повернула вправо по расчищенной дорожке и столкнулась с мужчиной.

— Осторожнее, миледи! — пророкотал он, и Дениз узнала герцога ди Торель. — Теплолюбивой южной птичке опасно слишком долго находиться на холоде!

— Я только что вышла и тепло одета, — пробормотала герцогиня, страстно желая оказаться подальше от Его светлости. — Простите, если я вас ушибла.

— Пустяки, — ухмыльнулся ди Торель, не спеша убирать руки. — Такая птичка, как вы, миледи, не может меня ушибить. Наоборот, я переживаю — не ушиблись ли вы сами?

— Нет, ничего, — вот же нежданная и, главное, нежелательная встреча! Вот что он тут делает, когда все ещё спят?!

— Миледи, вам не стоит гулять в одиночестве. Разрешите, я перенесу вас в покои? — герцог отставать от неё не спешил.

Дениз задумалась — согласиться? Отказаться?

Она только что вышла и ещё не успела замёрзнуть, да и насладиться невиданным снегом — тоже. С другой стороны, если она откажется возвращаться, то герцог может предложить себя в спутники, и одним своим присутствием испортит ей всю прогулку! А если она вернётся к себе, то он тут же отвяжется, ведь в покои она его приглашать и не подумает, а сам он зайти не сможет. Защита не пустит.

— Хорошо, перенесите меня в покои, — согласилась она.

— Миледи, — герцог открыл рамку портала и протянул ей руку, приглашая.

На краю сознания у Дениз мелькнула мысль, что Его светлость мог бы просто открыть ей проход, без личного сопровождения. Но согласно этикету, нельзя отвергать протянутую руку, если мужчина выше тебя по статусу, поэтому она прикоснулась пальцами к его ладони.

Герцог победно улыбнулся, сжал её руку и рывком втянул Дениз за собой в портал.