Глава 13

Глава 13

Дальнейшее от меня уже не зависело. Я со своей стороны сделала все, что смогла. Биарам наказание назначила — их заточили в казематах, которые, оказывается, в замке имелись. Первого — до момента, пока с него не спадут чары. Хорошего человеческого мага среди гостей не было, так что помочь ему прямо сейчас могли разве что драконы. Но разве эти хвостатые пошевелятся лишний раз?

В общем, просить я не стала. Мы — птички гордые, летаем низко, но зато сами.

Второго же заточили до момента снятия проклятия с замка. Ему грозила смертная казнь через отрубание головы. Но хоть не через откусывание, и то хлеб. Очень сильно надеялась, что все это понарошку.

Жертву же освободили от посещения балов, потому как труп ходить явно не может, так что одна из дам до конца бального сезона получила отпуск. И вот я ей, честно говоря, немножко завидовала. Она хотя бы отоспаться может!

Что же касается меня, то я решила бессовестно свалить и лечь спать, но не тут-то было.

— Вы, конечно, были правы, но на мой вопрос так и не ответили, — материализовался за моей спиной Рейалин. — Разве вам не нужна подсказка?

— Разве я…

Я хотела сказать что-нибудь язвительное. Даже слова подобрала, ибо сегодня я действительно была молодец, но осознание медленно настигло меня. А ведь драконище прав. Стараясь скорее найти виноватого, я упустила главное. Рейалин спрашивал у меня, почему у убийцы такие странные глаза.

Да, тут и лешему понятно, что спросили у меня об этом не зря. Видимо, причина странностей — это и есть подсказка, но как понять? Где искать, если вот так вот просто мне сказать ничего никто не может?

Сунув в лапы драконищу бокал с недопитым морсом, я рванула к лестнице. В этом замке имелось только одно место, в котором я могла найти хоть какую-то информацию, и именно туда я и отправилась, по дороге встретив Айлиана, увязавшегося вслед за мной.

Котейка выглядел довольным и полным сил. Что-то мне подсказывало, что и на сегодняшнем ужине он отметился, но мне было не до нотаций. Я мысленно чихвостила себя за невнимательность, которую в нашей плачевной ситуации позволить себе никак не могла. Нельзя упускать даже мелочь! Просто потому, что эта мелочь может повлиять на всю картину в целом.

До библиотеки мы добрались в считаные минуты. Несколько шкафов, в которых стояли книги о магии, я приметила еще в прошлый раз, так что, не теряя времени, направилась к ним и полезла на стремянку, которую можно было передвигать по залу благодаря колесикам и выемкам в полу.

При взгляде на шкафы глаза разбегались, но руки делали. Прекрасно понимала, что вместо меня никто эти книги не перелопатит, так что оставалось полагаться только на себя. Ну и на кота, которому тоже было любопытно, что закончится раньше — я или книги.

И вот насколько же он был прав в своих мыслях!

Потянувшись за очередной книгой, чтобы пролистать содержание, я зацепилась каблуком за ступеньку и полетела вниз с немаленькой высоты, проклиная и драконов, и замок, и гостей, придумавших такие опасные для жизни подсказки.

Да только лучше бы я грохнулась на пол, чем упала прямиком в руки Беральда.

— Ну здравствуй, сладкая… — наклонился он ко мне, обворожительно улыбаясь.

— Ну здравствуй, кариес, — выдохнула я, осматривая его зубы. — У тебя укроп застрял. Вот здесь.

Естественно, весь романтический настрой сдуло ветром, как, собственно, сдуло и меня с рук мужчины. Более того, я на всякий случай отгородилась от него стремянкой, спрятавшись за ней, словно за щитом.

— А чего это вы тут делаете? — спросила я, разглядывая за спиной Беральда где-то потерявшегося котейку. Как нужна его помощь, так нигде нету!

— А вы? — одним плавным шагом перетек он поближе, всовывая голову между ступенек.

— А я у себя дома! Где хочу, там и брожу!

— А я брожу за вами! Меня к вам ведет любовь! — с придыханием заявил этот наглец. — А вообще я к вам с предложением. Не хотите ли немного потрепать нервы одному зарвавшемуся дракону? Есть идея, как это сделать максимально приятно для нас обоих.

— Это как же? — насупилась я, остро чувствуя, что где-то здесь завелся подвох.

— Можем демонстративно вместе вернуться в бальный зал… — проворковал этот тип подозрительной наружности, как-то очень резво протянув ко мне свои губы. — А потом так же демонстративно поцеловаться…

И вот честное слово, он был сам виноват! Взявшись за лестницу, я резко рванула ее в сторону, а сама отпрыгнула в другую, дабы попросту сбежать. Не ожидавший такой подлянки мужчина громко выругался, едва устояв на ногах, а дальше работал воздушный десант, который притаился на верхних полках.

Толстые томики летели только так! На полках то и дело мелькал пушистый черный хвост, а Беральд ругался под книгопадом так, что впору было записывать, но внезапное желание я подавила в зародыше. Моя задача — просто сбежать. И желательно как можно дальше.

Но, увы, избавившись от одних объятий, я на всех парах влетела в другие, со всей дури врезавшись лбом в чужую грудь. К чести драконища, он не только устоял, но и меня удержал.

— Пожар? — спросил он с ехидной усмешкой.

— Сплюньте! — от чистого сердца пожелала я и вдруг оценила Рейалина совсем другим взглядом. Предприимчивым таким, алчным.

— Не нравится мне ваш взгляд. Снова родственники явились?

— Лучше! Будете моей охраной. Уверена, такого предложения вам еще не делали!

Дракона я бессовестно схватила за руку и потащила обратно в библиотеку, потому как то, что мне нужно было выяснить, я найти так и не успела. Однако, к моему глубочайшему удивлению, в библиотеке нашлись только бардак и кот, восседающий своей толстой попой на куче из книг.

— Полагаете, вас нужно от него охранять?

— От меня?! — возмутился Айлиан, как-то разом подбоченившись.

Засранца в белоснежном костюме на территории библиотеки совершенно не наблюдалось. Как в воду канул! И вот с одной стороны, это, конечно, хорошо, а с другой…

Встретившись взглядом с драконищем, я скромно потупилась и раскраснелась, неловко шаркнув мыском сапога.

— Подумаешь… Может, я соскучилась?

Вопрос прозвучал именно вопросом, на который у меня ответа не имелось, но, резко прекратив разыгрывать из себя даму в беде, я хищно стрельнула глазками, хлопнула ресницами и крепче вцепилась в руку мужчины.

— Я вас в плен взяла, — призналась я, нервно прокручивая пуговицу на чужом манжете. Нечаянно оторвав ее, невозмутимо сделала вид, что так и было. — Слушайте, а подскажите, а? Мне и недели не хватит, чтобы перебрать все книги. Я ведь совсем ничего не знаю о магии вашего мира.

— И что мне за это будет? — отобрали у меня пуговицу, магией приставляя ее обратно.

— Допустим, я выпущу вас из плена. Ненадолго.

И вот кто бы мне сказал, чего я стою и улыбаюсь, как дура?

Драконище, судя по всему, тоже был злодеем в каком-то там поколении. Его дьявольская усмешка, приподнявшая уголки губ, мне однозначно сразу не понравилась. И то, как он в руку мою вцепился, не понравилось, потому как в плен его все же брала именно я, а не наоборот.

— Ну я, пожалуй, пойду, — хитро блеснув голубыми глазюками, решил оставить нас наедине котяра и направился к дверям походкой истинного победителя.

Мы с Рейалином дружно проводили хитрюшку недоуменными взорами и вернулись к разглядыванию друг друга.

— А знаете, кто действительно берет в плен, не гнушаясь даже воровством?

— Кто? — поинтересовалась я, потому что за любопытство обычно не бьют. Ну или по крайней мере не ногами.

— Драконы, моя наивная маркиза. Драконы воруют понравившихся им девушек и берут их в плен. Надолго. На очень долгое долго.

Нет, ну я не могла не спросить! Интересно же!

— А зачем?

— Чтобы наслаждаться ими единолично, как самым главным сокровищем… — начал он медленно, но неотвратимо наклоняться с уже и без того понятными намерениями.

— То есть сдувать пылинки, кормить, поить, холить и лелеять, изредка наведываясь, чтобы полюбоваться на расстоянии? — хлопнула я ресницами, отказываясь понимать толстые намеки.

— Чудовище… — обозвали меня со смешком, заправив прядь волос за ухо, но возмутиться я не успела.

Десятки сброшенных на пол книг взмыли ввысь и отправились по своим местам, в то время как другие томики, наоборот, закружили по библиотеке, складываясь в аккуратную стопочку на низком столике.

— На все про все час, — вполне серьезно скомандовал драконище, отворачиваясь от меня. — Через час отправитесь спать. Трехсотлетние умертвия и то краше.

— А покушать? — вспомнила я о насущном.

— Будет вам покушать. Время пошло.

Я была возмущена. Я была оскорблена до глубины души, но черт возьми, как это приятно, когда о тебе заботятся, пусть и вот так — с рыком, в ультимативной форме и в приказном порядке. Улыбка так и наползала на мои губы, пока я бралась за первую книжку, а Рейалин скрывался за дверью, но почти сразу же сама себя и одернула.

Что там кричали надписи на стенах? «Не влюбляйся в ледяного дракона!» О чем писала бабуля в своем письме? «Не верь злодею!» Она сама ошиблась, поверив не тому, — это я помнила прекрасно, но вот знать бы еще точно личность этого «не того».

А ведь хорош, паршивец! Вредный, правда, злой и угрюмый временами, но красив и обаятелен. А уж какая у него чешуя… С ним и дома не надо, и денег. Спать можно под крылом, поесть чего всегда поймает. Правда, такого фиг прокормишь, но опять же еду сам наловит. Костер, правда, не разведет, но зато льдом плюется — можно фруктовый лед делать и продавать…

Планы мои, наверное, ушли бы гораздо дальше, если бы драконище не решил вернуться. Причем вернулся он не один, а в компании большого подноса с нагромождением тарелок и чашек. Пришлось срочно делать вид, что я все это время неотрывно изучала книжку, следуя его приказу.

— Ешь, — прозвучало просто.

Ну а я чего? Дают — бери, бьют — беги.

Совмещала я приятное с полезным. Увлеченно читала про магию, пытаясь найти хоть что-то похожее, но на глаза, как назло, ничего не попадалось. И вот что странно: про разного рода чары здесь лежало целых десять книжек, а одна, одиннадцатая, называлась «Все о проклятиях».

Но не мог же дракон ошибиться? Скорее, наоборот — за неимением лучшего сделал так, чтобы подсказка выделялась.

— Это проклятие! На него наложили проклятие! — выдохнула я, так и не раскрыв черную обложку.

Глаза драконища довольно блеснули, но сам мужчина промолчал. Только глоток травяного отвара сделал. Мои же нервные клетки в это время помирали одна за другой, пока мозг настаивал на том, что с такими подсказками им необходимо исключительно плодиться и размножаться.

— Я права? Ну права же! — не выдержала я.

— Ты поела? — вдруг озаботился моим здоровьем дракон и, получив нетерпеливый кивок, продолжил: — А теперь в комнату спать. Считаю до пяти…

— А что будет на пять? — влезло мое неугомонное любопытство.

Хищно подавшись ко мне, Рейалин прошептал:

— Я вспомню о том, что я дракон.

Из библиотеки я вылетела пулей. А он в это время бессовестно ржал.

Сегодня я себе даже позволила поваляться в ванне. Целых полчаса пролежала в пене, сделанной из геля для душа. А что? Шиковать так шиковать. Уж новый гель для душа я теперь купить себе могу.

— Пять мину-у-ут, пять мину-у-ут. Это много или мало? — напевала я, вытираясь полотенцем.

— Пять рыбе-е-ех, пять рыбе-е-ех. Раз куснул — как не бывало! — подпевал крутящийся у моих ног кошак.

Нет, я-то понимала, что он внеурочный ужин вымогает, но идти никуда не собиралась. Во-первых, потому, что замок все еще был активен и встречаться с Беральдом мне не хотелось совершенно. Во-вторых, потому, что в комнате было тепло, а в коридоре — очень даже прохладно. Ну и в-третьих…

Драконище сказал спать. Быть пойманной им в коридоре наверняка будет то еще развлечение, но стоило ли нарываться?

Кажется, вырубилась я еще до того, как голова коснулась подушки. Зато проснулась впервые за последние дни не в обед. Не с рассветом, конечно, но тоже ничего. И такое у меня сегодня было настроение, что одеваться я пошла в спальню маркизы.

Ну кому не хочется хоть раз в жизни почувствовать себя жительницей семнадцатого-восемнадцатого? То-то и оно. Только чтобы туалет был нормальным, люди мылись и не вываливали содержимое ночных горшков через окно.

Нет-нет, мне бы как в романтичных книжках. Цветочки там благоухают, птички поют, девушки от одних взглядов краснеют, а мужчины не понаслышке знают, что такое долг и честь. В те времена люди влюблялись с первого взгляда и парни подолгу ухаживали за понравившимися дамами — с позволения их родителей.

Наверное, нашему веку не хватало именно воспитания. По крайней мере, раньше мужчины все чаще смотрели в глаза, а не оценивали взглядом чужие формы. Да и девушки гнались не за деньгами, а мечтали о чистой и светлой любви. Если верить книжкам…

— Ваша Светлость! — всплеснула руками Лаура, судя по взгляду удивившись моему столь раннему пробуждению. Встретились мы даже не в замке, а на ступеньках перед входом. — Завтрак подавать?

— Подавать, — вынырнул из-под моей многослойной юбки кот. — Правда же, хозяйка?

— Правда, — усмехнулась я его наглости. — Лаура, а где все остальные? Тишина такая — непривычно.

— Так списки составляют, чего кому надобно в городе вашем. Сегодня приедет нотариус, вот я вас будить и иду. Вам в городе-то надо чего?

Денег у меня, естественно, не было. Нормальных денег, которыми расплачивались в моем мире, но Лаура сказала, что нотариус принимает валюту Дарконии, обменивая ее на странные бумажки. Мол, бабушка моя всегда так делала. А еще обязательно давала что-то на продажу — украшения в основном, а иногда и вазы или картины.

Для составления списка мы с Айлианом собрались в холле. Кошатина, уплетая мою копченую рыбу, поданную к завтраку вместе с кашей и молоком, настаивал на продаже уродливой вазы, что стояла в коридоре на третьем этаже. Я же присматривалась к портрету первой маркизы, полагая, что за такое большое полотно заплатят гораздо больше.

Трогать чужие драгоценности не хотелось, а вот картина по факту принадлежала мне, так что распоряжаться я могла ей по своему усмотрению.

Никогда еще мне не доводилось составлять список покупок для замка. То, что нужно было лично мне, уместилось в пять строчек, которые относились исключительно к средствам гигиены, а вот остальное…

Хорошо, что Лаура мне помогла. Для деревни требовалось закупить древесины, чтобы не рубить лес, украшающий парк. Женщинам нужны были простые ткани, нитки и иглы. В условиях вечной зимы требовались мука, сахар, соль, крупы и свежие овощи и фрукты. Мужчинам — железо для кузницы, песок и земля для горшков, в которых в домах выращивали зелень. И это только покупки на этой стороне!

Для замка список был еще внушительнее. Начиналось все с самого важного — туалетной бумаги, — а заканчивалось продуктами, свечами, спичками и прочими необходимыми предметами. Ничего лишнего Лаура просила не заказывать, чтобы отгородить людей от того, что было для них непривычно.

Ну да, от канцерогенов и химикатов здесь лучше точно никому не станет, а так хотелось чипсов… Ну или картошки фри…

— Вроде бы все, — еще раз взглянула я на свои записи. — Позовешь мужиков, чтобы картину вынесли?

— Ой, не понравится это… — тихо пробурчал Айлиан.

— Что? — переспросила я, не расслышав.

— Ничего. Помнится, бабка твоя такие вкусные хрустелки заказывала. Кормом называла. Купишь?

— Ты и без хрустелок все с тарелок сметаешь, — рассмеялась я, пододвигая к себе то, что осталось от моего завтрака. А осталась только каша. Ее голубоглазый котяра явно не любил.

Нотариус приехал где-то через час. Я к этому времени уже побывала в своей спальне и, пока не забыла, записала на пустом месте на доске слово «Проклятие», поставив перед ним цифру один. К чему была эта подсказка, увы, я пока не понимала, но верила, что чуть позже смогу разобраться. Конечно, если гости и драконы продолжат мне помогать.

Странности же начались в тот самый миг, когда мужики под моим чутким руководством выносили из кабинета картину. Стены замка как-то разом содрогнулись, люстры зазвенели, а под потолками раздался душераздирающий визг.

Лично я подпрыгнула на месте, Лаура едва не споткнулась о ковер, а мужики крепче ухватились за картину, испуганными взглядами разыскивая источник визга. Я же его не разыскивала. Вот совсем. Встречаться с привидением маркизы мне не хотелось совершенно!

— Бежим! — скомандовала я, подбирая юбки, но, увидев, что помощники бросили свою ношу, резко остановилась. — Да картину-то с собой берите!

Из замка мы буквально вылетели. Причем двери за моей спиной захлопнулись сами по себе, больно вдарив по моему нежному самолюбию. Так я и шла по деревне, обиженно потирая ушибленный зад. И чего обиделась? Ей-то какая разница? Я же для общего блага…

Ну ла-а-адно… Взгляд у нее просто жуткий какой-то. Чем больше смотришь, тем страшнее становится, так что ну ее… на продажу. Пускай других пугает.

— Нотариус! — обрадовалась я мужчине, как родному, завидев, как он спокойно проходит через открытые настежь ворота. — У меня к вам миллиард вопросов. И да, это угроза.

Брать в плен у меня, видимо, уже вошло в привычку. Отобрав у мальчишки деревянную лопату, я надвигалась на нотариуса, вот совсем не чувствуя почтения ни к его возрасту, ни к его статусу. Мог бы и рассказать в своей конторе, какого кота в мешке мне подбрасывает. Понятно же, что он связан с деревней напрямую, а значит, заранее знал обо всем безумии, здесь происходящем.

Однако хладнокровия ему было не занимать.

— Может быть, попьем чаю, милая леди? Я, признаться, замерз с дороги.

— Пташенька! Вернулся! — вихрем пролетела мимо меня молодая женщина лет двадцати пяти.

— Мама, — обнял старик ее, крепко прижимая к себе, а у меня из рук выпала лопатка. А еще челюсть. Она тоже упала в снег, и поднять ее я никак не могла.

— Простите, госпожа, — смахнув слезинку, женщина почтительно склонилась. — Выпьете с нами чаю? Я как раз ягодный сбор заварила…

Я еще долго пребывала в шокированном состоянии. Даже к чаю не притронулась до тех пор, пока мужчина не начал рассказывать. На жителей деревни по-прежнему действовало проклятие, так что ничего добавить женщина не могла, но Пташ говорил свободно. Просто потому, что являлся неучтенным жителем деревни.

Как так получилось? Все было просто и одновременно сложно. В момент наложения проклятия несколько женщин в деревне и замке носили под сердцем детей. И если на тела всех без исключения проклятие подействовало, подарив вечную молодость, юность или старость, то на этот конкретный процесс повлиять не смогло. Младенцы появились в срок, и заклятие на них сломалось.

Находясь на территории Тауршира, они не росли, оставаясь новорожденными годами, десятками лет, но стоило кому-то извне вынести их за ворота, как они начинали развиваться так, как им то и полагалось. Они — те единственные, кого проклятие щадило, выпуская наружу в чужих руках, но стоило кому-то из них вернуться и провести здесь ночь, как они попадали под чары, оставаясь заложниками этих земель. Вот тебе и законы магии — голова кругом.

— Так меня отдали на воспитание проезжавшей мимо деревни семье. Здесь редко кто-то бывает, так что мне повезло. Они были хорошими людьми и даже отказывались брать плату за меня. Бедные и гордые. Маркизе, что была здесь до вашей бабушки, удалось убедить их взять золото. Привозя меня к родителям несколько раз в месяц, они получали плату, так что у меня было все, что только можно представить. Я получил хорошее образование, никогда не голодал, всегда был одет и обут и пошел по стопам приемных родителей, унаследовав их нотариальную контору. Увы, я не могу вам рассказать о проклятии что-то большее, потому что и сам не знаю. Правила действуют и на меня, но одно могу сказать точно: внимательно следите за тем, что происходит в замке. Пленники замка дадут вам все подсказки. Вам их лишь нужно понять.

— Пташка! — ворвался в дом молодой мужчина, и нотариус встал ему навстречу.

Дальнейшее мое пребывание здесь казалось неуместным. Молодые родители радовались приезду пожилого сына, что само по себе в моей голове не укладывалось, а я, выйдя на улицу, думала над тем, что история эта больше грустная, чем веселая.

Если я сниму проклятие, они больше никогда не встретятся, потому что замок вернется в свой мир… А где в таком случае останусь я? Над этим вопросом я пока не задумывалась.